Храм природы (Шавла-Маашей-2009)

Здесь, на высоком месте, над рекой, грех не помедитировать.




Кстати, забыл рассказать. На некоторых стоянках постоянным фоном является шум реки, который часто создаёт звуковые "иллюзии" (иллюзии в кавычках, потому что даже Лао Цзы разговаривал с водопадами). Когда мы с Алёшей ночевали на Шабаге, я читал гаятри-мантру, и получилось так проникновенно, что шум реки создал "иллюзию" продолжения мантры, и на это мне указал Алёша. Он сказал: "Кто-то беспрерывно сейчас повторяет твою мантру". Я прислушался - действительно. Это так явственно слышалось, что если не отвлекаться, можно было беспрерывно и долго это слушать. Лет десять назад это вызвало бы во мне страх, но сейчас очень вдохновляло.

 

Всё. Быстренько иду на спуск, к Алёшке.

 

Паша с сестрой Наташей и племянником Серёжей шли, наверно, где-то здесь, видя перед собой краснобокую гору, закрывающуюся от нашего лагеря западную часть неба:



Конечно, они на это не смотрели, потому что не могли. Кажется, им было очень тяжело - переход хотя и не длинный, но с крутым подьёмом.

Я пришёл в лагерь, хотел уговорить Алёшку идти навстречу, но он вместо этого срочно потребовал кушать. Быстренько сварили суп так, чтобы хватило на всех, Алёшка перекусил, и мы выдвинулись. Поздновато. Прошли всего минут двадцать, и они уже идут навстречу. Ну хотя бы вдохновили их, что осталось совсем недалеко.

 

Друзья пришли "убитые" (как в анекдоте: "Мы его не убивали! Он убитый пришёл!"). Мы даже сначала не стали строить план о завтрашнем переходе на кедровые стоянки под ледник Маашей. Уже ближе к вечеру слегка отдохнули, успокоились, и решили-таки завтра снимать лагерь и идти под ледник.
Паша сегодня был вполне доволен погодой - тепло, говорит, тут у вас. Даже купаться пошёл. Не знает, что это первый день так - до них всегда было холодно, - то заморозки, то дождь, то снег, то град. В общем, погода к концу похода становилась всё теплее и теплее.

Вечерком с Пашей сели поболтать у костра. Алёшка, конечно, тут-как-тут, ещё пытается реплики вставлять. Рассказываю Паше, как трудно было с ребёнком - рюкзак 40 кг., бесконечные вопросы на ходу, непослушание, нежелание куда-то ходить, отдых на переходах каждые 5 минут. И тут Паша надоумил меня вывести из этого ещё одну философскую истину. В моей жизни есть какая-то "глобальная" цель, подсознательное стремление совершить что-то конкретное, получить какой-то результат - не больше не меньше - результат ЖИЗНИ. И в этом моём жизненном пути постоянно присутствуют отвлекающие и раздражающие "мелочи" - всё время нужно заниматься какой-то ненужной ерундой, чтобы, например, поддержать отношения, удовлетворить общественную мораль, вписаться в стереотипы. И всё это особенно раздражает, потому что мешает мне идти к воображаемой БОЛЬШОЙ ЦЕЛИ. Здесь требуется какое-то состояние приятия обстоятельств. А символом такого положения является дневной переход под рюкзаком с ребёнком. У меня в голове БОЛЬШАЯ ЦЕЛЬ - дойти до стоянки, на которой заночевать, а тут ребёнок с вопросами и потребностями - "папа, а сколько минут мы идём?", "папа, а сколько нам часов сегодня идти?", "папа, а Маашей - самая бурная в мире река?", "папа, я устал", "папа, я хочу кушать", "папа, я хочу писять". Все эти обстоятельства требуют исполнения, хотя некоторые из них можно оставить без внимания - например, ненужные вопросы. Но почему бы не использовать это как упражнение в приятии обстоятельств, своего рода молитву о том, чтобы правильно начать относиться ко всем обстоятельствам жизни, мелочах и ненужных делах, якобы мешающих достичь БОЛЬШОЙ ЦЕЛИ ЖИЗНИ. Поговорили с Пашей, и это стало ещё одним маленьким шагом к смирению и приятию обстоятельств, а значит покою ума и тела.

 

26.08.2009. Срд. День 14-й

Сегодня второй подряд ясный и тёплый день. Походу дан новый импульс - мы идём на кедровые стоянки под ледник Маашей. Ура! Настроение просто прекрасное. Тяга домой снова забыта.

С верхней стороны озера Маашей

 

С этого же места вид в сторону ледника Маашей и возвышающейся над ним горы Карагем.

 

В этом году уровень воды везде низкий, поэтому очень легко идти по долине с мелкими камушками, пересекая засохшие рукава Маашея.




Правда, в одном месте всё равно пришлось лазить по щебню фракции пятнадцать тысяч - по очень крупному курумнику.

 

После озера Маашей всего пара привалов, и вот мы на кедровых стоянках. Шли примерно 5 часов - вполне сносно, если учесть, что иногда приходилось тащить рюкзак ребёнка.

Ну вот, когда аккумулятор экономится, фоток нет, кажется, что и день короткий был

 

27.08.2009. Чтв. День 15-й

Алёшка как всегда думал - ходить ему куда-нибудь, или опять отсиживаться в лагере да жечь костёр. Уговорили кое-как сходить на ледник. Потом он так радовался, что согласился - и это было центральной темой всего похода (в основном, из-за одного чрезвычайного происшествия).

Когда в этом месте идёшь к леднику, настроение такое, что хочется бежать, подпрыгивать и кричать.

 

Постепенно перед нами вырастала громада ледника

 

Вот он, Красавец

 

Все начали бегать и резвиться. Алёшка особенно радовался, и приговаривал: "Как хорошо, что я согласился сюда пойти!"

 

Ледник ползёт вниз на несколько метров в год, но он ещё и подтаивает, поэтому даже не знаю, меняется ли положение оконечности ледника относительно местности. Я здесь уже в третий раз, и каждый раз конфигурация льда разная.

 

Ползущая ледяная гора

 

Ледниковый душ

 

Мне кажется, довольно опасно под таким козырьком. Может отколоться.

 

Потом мы пошли справа от ледника на подьём, вдоль второй, грязной и каменистой части ледника.

Отсюда язык выглядит как лапы Сфинкса

 

Долина Маашея

 

И тут случается событие из разряда значительно увеличивающих горный опыт.

Идём по камням вдоль этой грязной стенки ледника. Идти нужно очень осторожно, камни все острые и зыбкие - дышат - потому что эта куча как раз находится в состоянии активного нагребения и переворачивания - стена ледника её толкает перед собой. Вот с ледника падает маленький камешек. Игнорируем это событие. Стою спиной к этой наклонной стене ледника, Алёшка стоит чуть ближе к стене. Слышу грохот, поворачиваю голову, на нас несётся огромный камень уже на очень большой скорости.... в эти какие-то доли секунды я успеваю увидеть этот камень на фоне неба а голову Алёшки на фоне камня... Не знаю, какие миллионы мыслей у меня пронеслись, но реакция была очень мгновенной - я просто протащил Алёшку за руку по камням и в ту же секунду падающий камень вонзился в склон в полуметре от того места, где мы стояли, подняв облако были и разбросав осколки. Мы тут же очень быстро отошли от стены ледника и остановились..... надо немного успокоиться, нервы натянуты...

Вдруг Алёшка начинает плакать... Я ещё не уверен, что в него не попал ни один осколок... Спрашиваю, что такое? Задираем штанину - голень ободрана. Ничего страшного, видимо это случилось в момент, когда я его тащил за руку по камням. Немного успокоились, и пошли дальше, держась чуть в стороне от ледника, однако находясь ещё в опасной близости - там сразу уйти в сторону не очень удобно.

Постепенно прострация отступает, приходит возбуждение этим событием, начинаем о нём говорить. "Алёша, ни за что не говори об этом бабушке и маме, иначе больше в поход не пойдёшь - тебя не отпустят". Но когда мы приехали из похода - этот камень было первое, о чём он начинал рассказывать. Даже сочинение "Как я провёл лето" он построил на рассказе об этом камне. Вот, пожалуйста:


Сочинение на опасную тему

 

Нашли где присесть - большой желобообразный камень, можно сказать, анатомической формы - очень удобно лежать.


Отдыхаем после экстремальной ситуации