Порой опять гармонией упьюсь,
Над вымыслом слезами обольюсь,
И может быть — на мой закат печальный
Блеснет любовь улыбкою прощальной.
А.С. Пушкин.

 

Великое Невежество сменяется Великой Иллюзией перед тем как стать Великой Ясностью

 

Естественно! Это синтез нескольких моих снов, немножко антуража из Крапивина, идей из Ефремова, чуточку сингулярности истории в 40-х из Панова, совсем малость реальности (имя дочки и музей). И всё. Я ж писал об этом. Кстати, на ефремовском форуме рассказ понравился, хотя там ну оооочень крутые критики сидят

 

Не-е-е-ет, нам раньше понравилось... И нравится больше, чем ефремовцам...

 

Тогда я Вас поздравляю. Читается так, как будто Вы это прожили и прочувствовали.

 

Спасибо. Меня очень тяжело раскрутить на прозу или стихи. Выдавливаю из себя тяжело и негусто. В итоге - лажа полная. И только где-то раз в год снисходит вдохновение и вот... Бывает...
В свое время, году в 1990-м, написал небольшую повесть под набившем оскомину названием "Связь времен". Этакая космическо-палеонтологическая фантастика. Отдал на прочтение в наш ивановский клуб любителей фантастики. Когда пришел услышать критику, то первое, что мне сказали, было "писателем тебе не быть". Вот так, взяли и сразу отрубили все под корень тупыми ножницами. Я, правда, не очень растроился, ибо понимал всю наивность моего творения, все его недостатки и даже тупость. Но вообще, как сейчас понимаю, такие слова в лоб подростку 15-и лет говорить нельзя. Иначе... Что там дедушка Фрейд говорил?.. Комплексы?.. Конечно, комплекс не развился, но написать мне что-то бывает очень трудно. Но ели оно получается, то выходит хорошо. Еще раз всем спасибо!

 

Раз пошла такая пьянка... Приведу несколько ответов с ефремовского конкурса (не в усладу себе, а просто ради интереса). Вот отсюда: http://noogen.borda.ru/?1-1-0-00000131- ... 1326381372

Тэй Рам: "Так много действия УПОМЯНУТО, что отсутствие действия в самОм рассказе противоестественно.
Я воспринимаю этот текст как хороший отрывок хорошего произведеия. Увы - (ещё?) не написанного".

А.К.: "Очень понравилось. Светло. Спасибо!"

Hellenroken в ответ на рассказ о реакции жены: "Рассказ очень хороший! Может и не стоит его расширять, продолжать, потому что это, действительно, зарисовка, мимолетный срез одной из альтернативных реальностей, даже скорее виртуальных, может быть Ваш сектор в ноосфере...
В нем нет действия и много мечты. В нем Ефремову отведено место мечтателя, но более, чем сказал Ефремов, здесь ничего не сказано. И это прекрасно, это выдает чувство, которое управляет умом в вашем творчестве.
Особо я хотела бы выделить как раз то, на что бурно среагировала Ваша жена. Вот это, пожалуй, самое ценное в вашей зарисовке и это нечто новое, о котором уже тоже много где сказано, но что остается еще проблемным вопросом. Многогранные взаимоотношения мужчин и женщин, выход за рамки семейной организации личной жизни, доверие к усложняющейся и расширяющейся эволюции человека.
Спасибо!"

 

Раз уж тема Жен была в этой теме затронута, то выложу свою лирическую ремарку :hb:​

 

Тема "Воспоминания о будущем" превращается в "Литературный ринг"

 

Скорее, Мы просто мало догадываемся кто Мы на самом деле.:.

 

Тут главное - не впасть в прелесть, как сказали бы попы, а по-русски - не зазнаться
Держим себя в руках...

 

Так и было задумано. Но не в ринг, а в соцветие. Мы не соревнуемся, а как бы вдохновляем друг друга, чтобы рассказать нам нынешнем о дне завтрашнем.

Тут ведь как? Кто-то спел песню, кто-то прочитает стихи, кто-то напишет рассказ, этюд... а другой продолжит. И чаша творчества плавно пойдёт по кругу. Мы все немного или много..., но художники. Только один не уверен в своих силах творца, а другой уже знает этот упоительный миг погружения в некий мир образов. Один пишет оглядываясь и сомневаясь, а другой уже уверенными мазками кидает на холст краски неба, чертит линии горизонтов... И вот уже наш светлый Дух водит нашей рукой, создавая и вымысел, и правду...
Нам важно понять, что и Бог когда-то тоже так же начинал в далёком, далёком прошлом, у истоков своих Творений.

 

Просто готовимся методично к "Литературной площадке", о которой так ПРАВИЛЬНО НАСТОЙЧИВО говорит Мигрант.

 

Если кому интересно, вот первые рассказы, поступившие на конкурс "СССР-2061", где и мой представлен:
http://samlib.ru/s/sssr2061/

 

Посвящается Будущему Триумфу Женского Начала.:.

Свободный перевод «A time for us»
/сл. Sagittari, муз. NIno Rota из ''Ромео и Джульета''/


Весь Мир для нас! В Огне любви
Приснится сон… Так сладок он! Мы с тобой одни.
Когда в мечты поверишь ты всем сердцем,
Наступит время, где только я и ты!

Rf: Весь мир для нас!
Моей мечты
Наступит час,
где я и ты.

И нет преград, когда влюблён,
Бываешь рад хоть видеть сон… Так пусть длится он!
Весь Мир для нас! Мир Красоты и Света
Придет и будем вместе я и ты!

 

Рассказ отправлен на конкурс "СССР-2061"

Последний путь

В глухом дагестанском ауле, в доме аксакала Гусейна Арсеновича Гусейнова его праправнучка Альфия включила старенький советский эсэсдэ-телевизор «Союз». Рустам, сын Альфии, делал уроки, и посторонние шумы вряд ли могли помочь выполнению сложного домашнего задания накануне контрольной по математике. Рустам возмутился. Альфия цыкнула: «Дай дедушке Гусейну посмотреть телевизор, одна ему осталась радость». Сам Гусейн Арсенович Гусейнов, скрюченный старичок в папахе, сидел в удобном кресле, опершись на палку, и смотрел полуслепыми глазами на многоцветие стереоэкрана. Там простирались красно-бурые марсианские пустыни, оживленные буйной зеленью открытых плантаций и блестящим стеклом защитных куполов.
«…Советские ученые из марсианской колонии МГ-2 утверждают, что процесс терраформирования красной планеты вышел на финишную прямую, – бубнил телевизор, – и лет через двадцать все желающие смогут жить под открытым небом Марса…»
На экране появились часы. Когда тонкая стрелка достигла верхней кульминации, часы сменились панорамой увешанной красными знаменами с черными лентами Москвы и многоязычной бегущей строкой. Торжественно и печально начал свою речь диктор:
«Внимание! Говорит и показывает Москва! Говорит и показывает Москва! Наши камеры установлены на Красной площади. Сегодня, 9 мая 2061 года, в день Великой Победы вся страна, весь мир, все прогрессивное человечество провожает в последний путь последнего участника Великой Отечественной войны 1941-1945 года Ардзоева Сергея Багапшевича. Его тело будет похоронено у кремлевской стены рядом с Мавзолеем Владимира Ильича Ленина. В этот печальный день мы прощаемся с последним участником и свидетелем тех страшных и великих событий…»
«Дедушка, – оторвался от компьютера Рустам, – но ты тоже воевал в той войне! Но ты еще жив!»
Губы беззубого рта Гусейна Арсеновича Гусейнова чуть дрогнули. Он моргнул выцветшими полуслепыми глазами. По его сморщенным щекам потекли слезы…

«Внимание! Говорит и показывает Москва! Говорит и показывает Москва! Наши камеры установлены на Красной площади. Сегодня, 22 июня 2061 года, в день 120-летия начала Великой Отечественной войны вся страна, весь мир, все прогрессивное человечество провожает в последний путь последнего участника Великой Отечественной войны 1941-1945 года Гусейнова Гусейна Арсеновича. Его тело будет похоронено у кремлевской стены рядом с Мавзолеем Владимира Ильича Ленина. В этот печальный день мы прощаемся с последним участником и свидетелем тех страшных и великих событий…»

 

Не знаю, зачем я поехал в Богородское. Как-то само получилось. Вроде и ничего не нужно мне. Да и делать там особо нечего. Ни больших торговых центров, ни знакомых. Сойдя с автобуса на конечной, я поразился запущенности района. Складывалось ощущение, что я попал в девятнадцатый век. Полуразвалившиеся хибары, исчезающий асфальт на дорогах, оборванные провода, печальные люди, стоящие на остановке... Ну и смысл? И в то же время я ощущал, что впереди что-то важное. Я должен был сюда приехать именно сегодня.
Я пошел по улице, свернул в сторону больницы. И остановился. Замер в изумлении. Этого прошлый раз не было. Вместо одноэтажного деревянного барака, который обслуживал местных больных и увечных, стояло великолепное каменное здание, окрашенное в желтое и белое, с колоннами коринфского ордера, все в лепнине. Рога изобилия, звезды, серпы с молотами, венки и гирлянды... Обилие украшательств было вполне гармоничным. И ни одной вывески. Что это? Когда построили? В Богородском я не был лет пять. Но... Типичный образчик зрелого сталинского ампира. Сейчас такие не строят. Но почему я его раньше не видел? И я прекрасно помню, что здесь стояла деревянная больница! Я глубоко вздохнул, напрягся и подошел с массивной двери с золочеными потертыми ручками. Потертыми... Но когда? Так, стоп. Не открывать.
Я обернуля. Недалеко стоял подвыпивший абориген и постоянно оглядывался. Видимо, кого-то ждал.
- Извините... - подошел я к мужичку.
- Чего?
- А это здание давно тут?
- Ты чего?
- Я не местный, но я...
- Ща как дам...
- Понятно, спасибо, - я поспешил отойти. Но недобрый взгляд в мою спину ощущался еще пару минут.
Что же делать-то... Зайти? А зачем? Мне туда надо? Ни вывески, ни объявления. А почему, собственно, не надо? Я не помню это здание. Да не было его здесь, в конце-то концов! Что за бред!!!
Я крепко вцепился в леденящую массивную ручку и потянул дверь. Она на удивление легко открылась. Я вошел в сумрачный холл. А где тамбур? Почему его нет? В холле стояла странная тишина. Никого. Две резные лестницы по бокам вели на второй этаж. А прямо передо мной во всю стену было смутно видимое панно. Мозаичное. Огромная фигура Сталина в кителе и фуражке. Позади него открывались просторы Родины: поля, трактора, каналы, города на горизонте... В небе летели самолеты, по рекам шли пароходы. И диссонансом - устремившаяся в космическую синеву под самым потолком серебристая ракета с длинным дымно-огненным хвостом, упиравшимся в некое подобие недостроенного завода. Ракета... При Сталине? Так. Нет, что-то не то. Вот что - никаких лозунгов, ни одного воззвания и цитаты. Вообще ничего. Только картина. Жуть какая-то. Меня аж передернуло. Действительно, в здании было прохладно. И света нету, хотя под потолком, украшенным богатой лепниной, висели многорожковые люстры. Без лампочек... Без лампочек! Ничего не понимаю. "Город Зеро" прямо...
Тишину нарушили шаги. Кто-то спускался по правой лестнице. Ну наконец я увижу хоть одну живую душу! Вдруг шаги стихли, не дойдя до пролета к первому этажу. Я подошел к лестнице.
- Эй, здравствуйте! Скажите, пожалуйста...
Тишина. Мертвая. У меня мурашки по коже побежали. Я, стараясь ступать тихо, стал подниматься по лестнице. Шагов другого не было. Значит, стоит, ждет? Я поднялся к площадке, посмотрел на верхний пролет. И чуть не сел. Никого! Блин, да что это такое... Я куда попал?! Подняться? Или уйти?
Ноги ослабли. Сердце забилось сильнее. Нет уж, все, хватит. Я сосчитал мысленно до десяти. Резко развернулся и сошел в холл. Машинально взглянул направо... А... А где?.. Вместо Сталина на панно улыбался Хрущев. Трактора сменились комбайнами, а ракета превратилась в фотонный звездолет, такой, каким его рисуют в научно-популярных книжках - с большим параболическим зеркалом под стрелой корпуса.
Все, на фиг, ухожу. Не могу больше.
Меня била дрожь.
Я быстро пересек холл и взялся за дверную ручку. Она была обычной, поворотной, со встроенной пружинной щеколдой. Я открыл дверь. Снаружи был день. А что еще должно быть снаружи? К двери подошла какая-то бабушка.
- Сынок, дай пройти.
Я отошел от двери. Бабушка зашла в здание. Дверь была самая обычная, обитая планками. Я дернул ручку. Внутри горел свет, в окошко регистратуры стояла длинная очередь из больных и увечных.
Мне стало совсем не по себе. Я присел у стены. Деревянной. Из больницы вышла женщина:
- Молодой человек, вам плохо?
- Нет, - я постарался улыбнуться, - спасибо, все нормально...
Женщина пошла к остановке. А я сидел и ни о чем не думал. Голова была совершенно пуста.
Я с усилием поднялся. И оглянулся. Передо мной стояла та самая деревянная одноэтажная больница. Которую я видел тут много раз.
Что это было? Глюк? Провал в пространстве и времени? Но почему менялось панно? Откуда ракета при Сталине? Впрочем, могла и быть.
Я сел на подошедший автобус, отдал за проезд кондуктору. Автобус поехал, переваливаясь с богу на бок по ямам на остатках асфальта. Я выглянул в окно. За деревьями вместо одноэтажной деревянной больницы высилось великолепное каменное здание, окрашенное в желтое и белое...

 

Elentirmo, сны на яву, как это узнаваемо. Да, чувствуется колорит советско-фантастической традиции.

 

Привет, Джулей, как там Алтай? Стоит и недремлет? Принёс бы нам ковш алтайской водицы: что-нибудь рассказал, что-нибудь показал нам...

 

Алтай-то стоит, а вот я в Уфе барахтаюсь.
Вот здесь можно посмотреть http://djuley.gallery.ru/
Ещё есть такая вот страница http://vk.com/club30803948#/club30803948