[Текст] Алфавит духовный

Фелонь​

Фелонь, или риза - богослужебное облачение священника, которое надевается сверх других одежд.

Одежда эта длинная, широкая, без рукавов, с отверстием для головы сверху и с большой вырезкой спереди для свободного действия рук.
Своим видом фелонь напоминает ту багряницу, в которую был облечен страждущий Спаситель. Ленты, нашитые на ней, напоминают потоки крови, которые текли по Его одеждам. Вместе с тем, фелонь напоминает священникам и об одежде правды, в которую они должны быть облечены, как служители Христовы.

Такую одежду носили и святые апостолы, как указывает апостол Павел в своем втором послании к Тимофею (2 Тим.4, 13): «Когда пойдешь, принеси фелонь, который я оставил в Троаде у Карпа, и книги, особенно кожаные». Такие одежды носили первые епископы, пресвитеры, патриархи.

Древняя фелонь имела форму длинной до пят одежды с прорезью для головы, без рукавов. Впоследствии, для удобства движений, спереди на подоле стали делать вырез, в настоящее время доходящий до пояса. Современная русская фелонь отличается от восточных наличием приподнятого жесткого оплечья.

Фелонь была также богослужебным облачением архиереев - на востоке до XVI в. и в России до нач. XVIII в. Фелонь, украшенная крестами, называется полиставрион (кресчатая риза).

 

Храм​

Храм - здание, предназначенное для совершения богослужений и религиозных обрядов

В христианстве называется храмом только то здание, в котором есть алтарь и совершается евхаристия, а то здание, где не совершается евхаристия, принято называть часовней.

Храм – это дом Божий, дом молитвы (Лк. 19, 46). Он отличается от других зданий на земле тем, что освящается Божественной благодатью и священнодейственными молитвами; в нем «все свято, все действенно, врачует и спасает благодатию».

Христианские храмы имеют в большинстве вид корабля или креста и разделяются на три части: притвор, средняя часть и алтарь. Алтарь прообразует Святое Святых, находящееся превыше Небес, и Небо. Это - самая главная часть храма. В алтаре совершается священнослужителями Богослужение и находится самое святое место во всем храме - святой престол, на котором совершается таинство святого Причащения. Алтарь устраивается на возвышении. Он выше прочих частей храма, чтобы всем было слышно Богослужение и видно, что делается в алтаре. Самое слово "алтарь" значит возвышенный жертвенник.

Алтарная часть отделяется иконостасом – перегородкой, образованной несколькими рядами икон. Красота убранства храма являет благолепие Небесных, Райских обителей, а также внутреннюю, духовную красоту человека, принявшего благодать Божию.

Особое символическое значение в христианской Церкви имеет возжжение свечей и светильников. Ни одно богослужение христианское не может быть совершаемо без возжженных свечей. Горящая пред иконой свеча – это знак нашей веры и надежды на благодатную помощь Божию, символ нашей пламенеющей и благодарной любви к Богу.

Входить в церковь надлежит тихо и благоговейно, как в дом Божий, в таинственное жилище Царя Небесного. Шум и разговоры при вступлении в церковь и пребывании в ней оскорбляют святость храма Божия и величие обитающего в нем Бога.

 

Хула на Духа Святого


Хула на Духа Святого (богохульство).​

В слове Божием упоминается о хуле на Духа Святого, которая не простится человекам ни в сем веке, ни в будущем (Мф. 12, 31-32).

Святые отцы и учителя Церкви отнесли к этому смертному греху, подлежащему вечному осуждению и наказанию:

– грех безбожия и неверия,

– грех отвержения очевидной истины,

– грех разделения Пресвятой Троицы через отделение Святаго Духа от сущности Христовой и объявление Его тварью, а не Богом,

– грех приписывания каких-либо дарований христианина, полученных за ревностную богоугодную жизнь от Духа Святаго, действию сил бесовских,

– грех объявления воздействий Божественного Духа на подвижника, который смог достичь чистой созерцательной молитвы, прелестью бесовской или результатом опьянения,

– грех приписывания диаволу видимых всем дел и чудес Духа Божия.

Святые отцы вслед за апостолом Павлом подтвердили, что грех хулы на Духа Святаго должен подлежать анафеме. Совершающий этот грех или принимающий лжеучение, содержащее его, должен быть отлучен от Церкви до тех пор, пока не отречется публично от своих заблуждений, то есть принесет покаяние.

Святитель Афанасий Великий:​

«…которые хулят Духа Святаго, то есть Божество Христово, и говорят, что о веельзевуле, князе бесовстем, изгонит бесы (Лк 11, 15), тем не отпустится ни в сей век, ни в будущий (Мф 12, 32). Заметить же надлежит, что Христос не сказал: не отпустится хулившему и покаявшемуся, но хулящему, то есть пребывающему в хуле. Ибо достодолжное покаяние разрешает все грехи.
…хула на Духа есть неверие, и нет другого случая к получению прощения, как только соделаться верным; и грех безбожия и неверия не отпустится ни здесь, ни в будущем веке».


Святитель Василий Великий относит к греху хулы на Духа Святого и клевету на христианина из зависти к полученным им дарам Духа:

"Те, которые видят в ком-либо плод Святаго Духа, везде сохраняющий равную степень богочестия, и не Святому Духу его приписывают, но присвояют противнику, – те произносят хулу на Самого Святаго Духа".

Святитель Иоанн Златоуст говорит о том, что отвержение очевидной истины есть грех хулы на Духа Святаго.

Святитель Димитрий Ростовский:​

"Есть следующие шесть грехов, называемые грехами против Духа Святого: излишнее упование на милость Божию; отчаяние в своем спасении; противление утвержденной истине и отвержение православной христианской веры; зависть к ближним, получающим от Бога духовные блага; пребывание в грехах и коснение в злобе; нерадение о покаянии до конца этой жизни.

…Чем побеждаются эти грехи? Добродетелями и соблюдением заповедей Божиих, сокрушением сердца, покаянием, исповедью и епитимией.

Святые отцы вслед за апостолом Павлом подтвердили, что грех хулы на Духа Святаго должен подлежать анафеме. Совершающий этот грех или принимающий лжеучение, содержащее его, должен быть отлучен от Церкви до тех пор, пока не отречется публично от своих заблуждений, то есть принесет покаяние".



Святитель Феофан Затворник, ссылаясь на Православное исповедание (часть III, воп. 18-42) пишет в Начертании христианского нравоучения, что к грехам против Святого Духа принадлежат: безмерное упование на благость Божию, отчаяние, противление ясной истине, зависть к духовным совершенствам других, застарение в злобе, отложение покаяния до смерти.

Архим. Рафаил (Карелин) пишет:​

«Это не кощунственные поступки, не богохульные слова против Духа Святого, а то внутреннее, устойчивое состояние грешника, когда он становится уже неспособным к покаянию, а именно:

1) Духовная гордость. …Человек считает, что он может спастись без Бога, без помощи благодати, без Таинств и молитв Церкви,- одними силами человеческой природы и своими личными достоинствами.

2) Отчаяние, отсутствие надежды. Человеку кажется, что жизнь бессмысленна, что ему нет прощения, что все пути для него закрыты. Отчаяние переходит в ненависть к Богу как виновнику зла. Человек в таком состоянии не может и не хочет ни молиться, ни каяться, сердце у него окаменело. Высшая степень отчаяния - самоубийство.

3) Ложная надежда на всепрощение Божие. Человек считает, что Бог как безграничная Любовь должен простить людям все грехи и пороки независимо от их воли, по одной Своей милости, то есть без покаяния грешников и исправления их жизни.

4) … ненависть к истине и поэтому ожесточенное сопротивление ей.

Причина невозможности прощения грехов находится в самих грешниках, а не в воле Божией, именно, лежит в нераскаянности грешников. Как может быть прощен грех благодатью Святого Духа, когда на эту благодать изрыгается хула? Но должно верить, что и в этих грехах грешники, если они принесут искреннее покаяние, и оплачут свои грехи, они будут прощены. Св. Иоанн Златоуст говорит о хуле на Святого Духа: "Ибо и сия вина была отпущена раскаявшимся. Многие из тех, кто изрыгали хулы на Духа, впоследствии уверовали, и все им было отпущено".


И Отцы Седьмого Вселенского Собора говорят о возможности прощения грехов смертных:

"Грех к смерти есть, когда некие, согрешая, в неисправлении пребывают... В таковых нет Господа Иисуса, если не смирятся и не отрезвятся от своего грехопадения. Подобает им паче приступать к Богу и с сокрушенным сердцем просить оставления греха сего и прощения, а не тщеславиться деянием неправедным. Ибо близ Господь сокрушенным сердцем (Пс. 33)".

Таинство покаяния. ​

 

Хула на Духа Святого


Хула на Духа Святого (богохульство).​

В слове Божием упоминается о хуле на Духа Святого, которая не простится человекам ни в сем веке, ни в будущем (Мф. 12, 31-32).

Святые отцы и учителя Церкви отнесли к этому смертному греху, подлежащему вечному осуждению и наказанию:

– грех безбожия и неверия,

– грех отвержения очевидной истины,

– грех разделения Пресвятой Троицы через отделение Святаго Духа от сущности Христовой и объявление Его тварью, а не Богом,

– грех приписывания каких-либо дарований христианина, полученных за ревностную богоугодную жизнь от Духа Святаго, действию сил бесовских,

– грех объявления воздействий Божественного Духа на подвижника, который смог достичь чистой созерцательной молитвы, прелестью бесовской или результатом опьянения,

– грех приписывания диаволу видимых всем дел и чудес Духа Божия.

Святые отцы вслед за апостолом Павлом подтвердили, что грех хулы на Духа Святаго должен подлежать анафеме. Совершающий этот грех или принимающий лжеучение, содержащее его, должен быть отлучен от Церкви до тех пор, пока не отречется публично от своих заблуждений, то есть принесет покаяние.

Святитель Афанасий Великий:​

«…которые хулят Духа Святаго, то есть Божество Христово, и говорят, что о веельзевуле, князе бесовстем, изгонит бесы (Лк 11, 15), тем не отпустится ни в сей век, ни в будущий (Мф 12, 32). Заметить же надлежит, что Христос не сказал: не отпустится хулившему и покаявшемуся, но хулящему, то есть пребывающему в хуле. Ибо достодолжное покаяние разрешает все грехи.
…хула на Духа есть неверие, и нет другого случая к получению прощения, как только соделаться верным; и грех безбожия и неверия не отпустится ни здесь, ни в будущем веке».


Святитель Василий Великий относит к греху хулы на Духа Святого и клевету на христианина из зависти к полученным им дарам Духа:

"Те, которые видят в ком-либо плод Святаго Духа, везде сохраняющий равную степень богочестия, и не Святому Духу его приписывают, но присвояют противнику, – те произносят хулу на Самого Святаго Духа".

Святитель Иоанн Златоуст говорит о том, что отвержение очевидной истины есть грех хулы на Духа Святаго.

Святитель Димитрий Ростовский:​

"Есть следующие шесть грехов, называемые грехами против Духа Святого: излишнее упование на милость Божию; отчаяние в своем спасении; противление утвержденной истине и отвержение православной христианской веры; зависть к ближним, получающим от Бога духовные блага; пребывание в грехах и коснение в злобе; нерадение о покаянии до конца этой жизни.

…Чем побеждаются эти грехи? Добродетелями и соблюдением заповедей Божиих, сокрушением сердца, покаянием, исповедью и епитимией.

Святые отцы вслед за апостолом Павлом подтвердили, что грех хулы на Духа Святаго должен подлежать анафеме. Совершающий этот грех или принимающий лжеучение, содержащее его, должен быть отлучен от Церкви до тех пор, пока не отречется публично от своих заблуждений, то есть принесет покаяние".



Святитель Феофан Затворник, ссылаясь на Православное исповедание (часть III, воп. 18-42) пишет в Начертании христианского нравоучения, что к грехам против Святого Духа принадлежат: безмерное упование на благость Божию, отчаяние, противление ясной истине, зависть к духовным совершенствам других, застарение в злобе, отложение покаяния до смерти.

Архим. Рафаил (Карелин) пишет:​

«Это не кощунственные поступки, не богохульные слова против Духа Святого, а то внутреннее, устойчивое состояние грешника, когда он становится уже неспособным к покаянию, а именно:

1) Духовная гордость. …Человек считает, что он может спастись без Бога, без помощи благодати, без Таинств и молитв Церкви,- одними силами человеческой природы и своими личными достоинствами.

2) Отчаяние, отсутствие надежды. Человеку кажется, что жизнь бессмысленна, что ему нет прощения, что все пути для него закрыты. Отчаяние переходит в ненависть к Богу как виновнику зла. Человек в таком состоянии не может и не хочет ни молиться, ни каяться, сердце у него окаменело. Высшая степень отчаяния - самоубийство.

3) Ложная надежда на всепрощение Божие. Человек считает, что Бог как безграничная Любовь должен простить людям все грехи и пороки независимо от их воли, по одной Своей милости, то есть без покаяния грешников и исправления их жизни.

4) … ненависть к истине и поэтому ожесточенное сопротивление ей.

Причина невозможности прощения грехов находится в самих грешниках, а не в воле Божией, именно, лежит в нераскаянности грешников. Как может быть прощен грех благодатью Святого Духа, когда на эту благодать изрыгается хула? Но должно верить, что и в этих грехах грешники, если они принесут искреннее покаяние, и оплачут свои грехи, они будут прощены. Св. Иоанн Златоуст говорит о хуле на Святого Духа: "Ибо и сия вина была отпущена раскаявшимся. Многие из тех, кто изрыгали хулы на Духа, впоследствии уверовали, и все им было отпущено".


И Отцы Седьмого Вселенского Собора говорят о возможности прощения грехов смертных:

"Грех к смерти есть, когда некие, согрешая, в неисправлении пребывают... В таковых нет Господа Иисуса, если не смирятся и не отрезвятся от своего грехопадения. Подобает им паче приступать к Богу и с сокрушенным сердцем просить оставления греха сего и прощения, а не тщеславиться деянием неправедным. Ибо близ Господь сокрушенным сердцем (Пс. 33)".

 

Церковь​

Церковь (буквально "собрание"- от греч. «собираю») - это небесно-земное общество, в котором верующие таинственным образом соединяются со Христом.

Иисус Христос основал на земле Свою Церковь для освящения людей и воссоединения их с Богом, и тем самым - для их спасения.

Господь Иисус Христос - Основатель Церкви. Он сказал: " Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее" (Мф. 16, 18).

Христос - и Основание Церкви, ее Краеугольный Камень: "Ибо никто не может положить другого основания, кроме положенного, которое есть Иисус Христос" (1 Кор. 3, 11).

Господь Иисус Христос - единый истинный Глава Церкви и никакой другой главы в истинной Церкви Христовой нет. Иисус Христос Глава, а Церковь есть духовное тело Христово (Ефес. 1, 22-23; 5, 23). "Глава Христос, из Которого все тело, составляемое и совокупляемое посредством всяких взаимно скрепляющих связей, при действии в свою меру каждого члена, получает приращение для созидания самого себя в любви" (Еф. 4,16).

Св. Иоанн Златоуст поучает в беседах на послание к Ефесянам:

"Во Христе по плоти Бог положил одну Главу для всех, для ангелов и человеков, т. е. одно дал начало и ангелам, и человекам, одним - (Христа) по плоти, другим - Бога Слова. Как если бы кто сказал о доме, что одно в нем гнило, другое крепко, и возобновил бы дом, т. е. сделал бы крепче, подложив более крепкое основание, так и здесь всех привел под одну Главу. Тогда только и возможно единение, тогда только и будет этот совершенный союз, когда все, имея некоторую необходимую связь горе, будет приведено под одну Главу».

Св. апостол Павел говорит: "как тело одно, но имеет многие члены, и все члены одного тела, хотя их и много, составляют одно тело, - так и Христос. Ибо все мы одним Духом крестились в одно тело, Иудеи или Еллины, рабы или свободные, и все напоены одним Духом" (1 Кор. 12, 12-13). Итак: "вы (т. е. истинные христиане) - тело Христово (т. е. Церковь), а порознь - члены (Церкви)" (1 Кор. 12, 27). "Он (Иисус Христос) поставил одних Апостолами, других пророками, иных Евангелистами, иных пастырями и учителями, к совершению святых, на дело служения, для созидания тела Христова (Церкви)" (Еф. 4, 11-12).

Как все члены нашего тела составляют полный и живой организм, зависящий от своей головы, так и Церковь есть духовный организм, в котором нет места, где не действовали бы силы Христовы: она "полна Христом" (Св. Феофан Затворник).

Христос есть Пастырь добрый Своего стада - Церкви. Мы имеем Пастыря овец Великого, по апостолу Павлу. "И когда явится Пастыреначальник, вы получите неувядающий венец славы" (1 Петр. 5, 1-4).

Христос есть вечный Первосвященник Церкви Своей, как объясняет апостол Павел в послании к Евреям. Истина, что Сам Христос есть Глава Церкви, всегда живо проходила и проходит чрез самосознание Церкви. Христос всегда, во все дни, невидимо пребывает в Своей Церкви.

Иисус Христос сказал, что Церковь Его никем непобедима, она пребудет вечно: "Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее" (Мф. 16, 18). "Я с вами во вся дни до скончания века. Аминь" (Мф. 28, 20). Следственно, она никогда не может ни отпасть от веры, ни погрешить в истине веры, или впасть в заблуждение.

Истина Божия - Божественное учение - хранится в единой Церкви Христовой: "Церковь Бога живого, столп и утверждение истины" (Тим. 3, 15). Иисус Христос сказал: "Утешитель же, Дух Святый (Дух истины), Которого пошлет Отец во имя Мое, научит вас всему и напомнит вам все, что Я говорил вам" (Ин. 14, 26). Дух Святый "пребудет с вами во век" (Ин. 14, 16).

В послании Восточных патриархов о Православной вере сказано: "несомненно исповедуем, как твердую истину, что Кафолическая Церковь не может погрешать или заблуждаться, и изрекать ложь вместо истины; ибо Дух Святый, всегда действующий чрез верно служащих отцов и учителей Церкви, предохраняет ее от всякого заблуждения" (Чл. 12).

Кто повинуется Церкви, тот повинуется Самому Христу, а кто не повинуется и отвергает ее, тот отвергается Самого Господа. Если кто "Церкви не послушает, то да будет он тебе, как язычник и мытарь", сказал Сам Господь (Мф. 19, 17).

Цель создания Церкви – духовное возрождение​

Церковь — это Царство добра. Ее цель — нравственно возрождать людей: учить, освящать и привлекать к небу. Для достижения цели спасения во Христе Бог даровал Своей Церкви все необходимые благодатные условия и таинственно-благодатные средства. Духовное возрождение достигается усилиями самого человека, и, одновременно, с помощью благодатной силы Христовой, подаваемой в таинствах, богослужениях и частной молитве.

В Церкви христианин познает истину и освящается благодатью Святого Духа. В таинстве Причащения он входит в реальное общение с Христом, через Него делается причастником Божеского естества. В этом таинственном общении с Богом человек получает силы бороться с грехом и любить Бога и ближних.

Священное Писание богато выразительными образами Церкви. Вот главнейший из них:

Образ Виноградной Лозы и ее ветвей (Ин. 15, 1-8).

Образ Пастыря и стада (Ин. 10, 1-16).

Образ Главы и тела (Еф.1, 22-23 и др.).

Образ строящего здания (Еф. 2, 19-22).

Образ Дома, семьи (1 Тим. 3, 15).

Сюда относятся также евангельские образы: рыболовного невода, засеянного поля, виноградника Божия.

У Отцов Церкви часто встречается сравнение Церкви в мире с кораблем в море.

Ап. Павел, сравнивая жизнь Церкви во Христе с браком, или отношениями мужа и жены, заключает свою мысль словами: "Тайна сия велика; я говорю по отношению к Христу и к Церкви" (Еф. 5, 32). Жизнь Церкви в своем существе таинственна, течение ее жизни не вмещается вполне ни в какую "историю"; Церковь совершенно отлична от какого бы то ни было на земле организованного общества.

Будучи "телом Христовым», Церковь "растет возрастом Божиим" (Колос. 2, 9). Это рост не только в смысле видимого, количественного расширения Церкви на земле: еще в большей степени это духовный рост, совершение святых, наполнение небесно-земного мира святостью. В смысле земного роста, Церковь развивается со стороны богослужебной, канонической, обогащается святоотеческой письменностью, растет во внешних формах, необходимых в ее земных условиях бытия.

Церковь - это наш духовный Дом. Как с родным домом, и более чем с родным домом, - с нею тесно связаны у христианина его мысли и его действия. В ней надлежит ему, пока он живет на земле, совершать свое спасение. Она приготовляет своих чад к небесному отечеству.

Связь Церкви на земле с Церковью на Небе​

Как человек состоит из тела и души, так и Церковь имеет видимую и невидимую стороны. Невидимое в ней — то, что ее Глава есть Христос; что она оживотворяется Духом Святым; духовное совершенствование верующих и ее небесная часть — Церковь Торжествующая.

Видимая сторона Церкви — это ее учение, то, что она состоит из людей в теле, её иерархия, церковные соборы, храмы, богослужения, законы, вся каноническая структура поместных церквей.

Члены Церкви, воинствующей против зла на земле, находятся в тесной связи с членами Церкви, торжествующей на Небе. Апостол Павел такими словами ободряет новообращенных христиан: "Вы приступили к горе Сиону и ко граду Бога живого, к небесному Иерусалиму и тьмам Ангелов, к торжествующему собору и Церкви первенцев, и к Судии всех Богу, и к духам праведников, достигших совершенства, и к Ходатаю нового завета Иисусу" (Евр. 12, 22-23). Иными словами, мы не отделены от наших умерших в вере братьев непроходимой пропастью смерти: они нам близки в Боге, у Которого "все живы" (Лк. 20, 38).

Конечно, есть различие между Церковью Христовой на земле и Церковью святых на Небе: члены земной Церкви еще не являются членами небесной.
Земля и небесный мир - это две разные формы бытия: там бестелесность, - здесь телесная жизнь и физическая смерть; там - достигшие, здесь - ищущие достигнуть; здесь - вера, там - лицезрение Господа; здесь - надежда, там - исполнение.

И тем не менее, нельзя представлять существование этих двух областей, небесной и земной, совсем раздельным. Если мы не достигаем святых небесных, то зато святые достигают нас. Достигшие неба имеют в своем обладании пройденное ими и не перестают быть участниками жизни воинствующей Церкви.

Св. Иоанн Кронштадтский в своих "Мыслях о Церкви" пишет:

«Признавай, что все святые - старшие братья наши во едином доме Отца Небесного, которые от земли перешли на небо, и всегда они в Боге с нами, и постоянно нас учат, руководят к жизни вечной, посредством составленных ими церковных служб, таинств, обрядов, поучений, церковных установлений, как - постов, праздников, - и так сказать, вместе с нами служат, поют, говорят, поучают, помогают нам в разных искушениях и скорбях; и призывай их как живущих с тобой под одним кровом; прославляй, благодари их, беседуй с ними, как с живыми; - и ты будешь веровать в Церковь».

В этой связи Церкви со святыми, так же как и в возглавлении Церкви Самим Господом, заключается одна из таинственных сторон жизни Церкви.
Свойства Церкви.

Девятый член символа веры указывает четыре основных признака Церкви: Веруем... во едину, святую, соборную и апостольскую Церковь. Свойства эти называются существенными, т.е. такими, без которых Церковь не была бы Церковью.

Единство Церкви
​

Церковь одна:
а) одна внутри себя, неразделенная;
б) одна, рассматриваемая извне, т.е. не имеющая рядом с собой какой-нибудь другой.

Ее единство состоит не в объединении разнородного, а во внутреннем согласии и единодушии. Церковь едина, потому что она есть одно духовное тело, имеет одну главу, Христа, и одушевляется одним Духом Божиим (Еф. 4, 4-6). «Одно тело и один дух, как вы и призваны к одной надежде вашего звания; один Господь, одна вера, одно крещение, один Бог и Отец всех, Который над всеми, и через всех, и во всех нас» (Еф. 4, 4-6).

Изображая Церковь в притчах, Спаситель говорит об одном стаде, об одном овчем дворе, одной виноградной лозе, одном основном камне Церкви. Церковь имеет одно Божественное учение, одни и те же таинства. Единство верующих во Христа составляло предмет Его первосвященнической молитвы перед крестными страданиями: да вси едино будут, молился Господь.

Церковь едина не только внутренне, но и внешне. Во вне ее единство проявляется в согласном исповедании веры, в единстве богослужения и таинств, единстве благодатной иерархии, преемственно идущей от апостолов, в единстве канонического устройства.

Потому Церковь распадаться или разъединяться на части не может. От нее могут отпадать или отделяться еретики или раскольники, но они перестают быть членами Церкви, а Церковь от этого не перестает быть единой.

Существование отдельных поместных православных Церквей, как Иерусалимской, Константинопольской, Антиохийской, Александрийской, Русской и других, нисколько не нарушает единства Церкви Христовой. Потому что все эти Церкви суть части единой Вселенской Церкви - все одинаково исповедуют веру, имеют общение в молитвах и св. таинствах.

Такое же духовное общение существует и между Церковью земною, воинствующею на земле, и Церковью небесной, торжествующей на небесах. Общение это выражается в молитвах и призывании Святых, в благотворных явлениях Святых с неба, их чудотворениях.

Истинность единой Церкви определяется православием ее членов, а не их количеством в тот или иной момент.

Хомяков Алексей Сергеевич:

"Единство Церкви вытекает из единства Божьего, ибо Церковь не есть множество лиц в их личной отдельности, но единство Божьей благодати, живущей во множестве разумных творений, покоряющихся благодати".

Святость Церкви​

Церковь Христова есть Святая, потому что она освящена Самим Господом Иисусом Христом: Его страданиями, Его Божественным учением и установленными Им святыми таинствами, в которых подается верующим благодать Святого Духа. "Христос возлюбил Церковь и предал Себя за нее, чтобы освятить ее... чтобы представить ее Себе славною Церковью, не имеющею пятна, или порока, или чего либо подобного, но дабы она была свята и непорочна (Ефес. 5, 25-27).

Церковь свята своей Главой, Господом Иисусом Христом. Свята присутствием в ней Святого Духа и Его благодатными дарами, сообщаемыми в таинствах и в других церковных священнодействиях. Свята своей связью с Небесной Церковью.

Церковь свята по своему призванию, или назначению. Свята и по плодам: "плод ваш есть святость, а конец - жизнь вечная" (Рим. 6, 22), наставляет апостол.
Свята Церковь также и чистым, непогрешимым учением веры. По слову Божию, Церковь Бога живого, столп и утверждение истины (1 Тим. 3, 15).

Святость Церкви не нарушают христиане своею греховностью так как они всегда могут себя очищать через таинство покаяния. А нераскаянные грешники, как мертвые члены, отсекаются от тела Церкви или видимым действием церковной власти, или невидимым действием суда Божия. Так, не принадлежат к ней безбожники и отступники от христианской веры, грешники, сознательно упорные и нераскаянные в грехах (Катих., 9 чл.). Не принадлежат еретики, извращающие основные догматы веры; раскольники, самовольно отделяющиеся от Церкви.

Соборность Церкви​

Церковь Христова есть соборная. Соборность есть единодушие всех истинно верующих, православных христиан, скрепленное любовно Христовой и Благодатью Духа Святого. Соборная Церковь не ограничена ни пространством, ни временем, ни народом, и она заключает в себе всех истинно верующих всей вселенной. Потому она еще называется вселенскою.

Апостол Павел говорит, что в Церкви Христовой "нет ни Еллина, ни Иудея, ни обрезания, ни необрезания, варвара, Скифа, раба, свободного: но все и во всем Христос" (Кол 3, 15).

Церковь апостольская​

Церковь называется апостольской, потому что Господь распространил и утвердил ее через святых апостолов, а главное, потому что Церковь непрерывно и неизменно сохраняет от апостолов свое учение и преемство даров Святого Духа через священное рукоположение.

Принадлежность к Церкви Апостольской налагает на нас обязанность твердо держаться учения и предания апостолов, и удаляться от такого учения и таких учителей, которые не утверждаются на учении апостолов. Апостол Павел убеждает Солунян твердо стоять и держать предания, которым они научены словом, или посланием его (2Сол 2, 15).

Святые апостолы, получив дары Святого Духа в день Пятидесятницы, передавали их потом через священное рукоположение пастырям Церкви. И теперь Церковь видимо управляется преемниками апостолов - епископами.

Церковная иерархия​

Иерархия установлена Господом Иисусом Христом. "И Он поставил одних Апостолами, других пророками, иных Евангелистами, иных пастырями и учителями, к совершению святых, на дело служения, для созидания тела Христова, доколе все придем в единство веры и познания Сына Божия, в муже совершенного, в меру полного возраста Христова" (Еф. 4, 11-13).

Иисус Христос поручил видимое устройство и управление Церковью святым апостолам, а затем их преемникам - епископам, и через них невидимо управляет Церковью.

Апостолы всегда проводили мысль о богоучрежденности иерархии (Деян., гл. 1), (1 Тим. 4, 14), (Титу 1, 5), (1 Тим. 5, 17-18). Апостолы поставляли епископов, в качестве своих непосредственных преемников и продолжателей, пресвитеров, как своих и их помощников, как "руки" епископов, возлагая дальнейшее дело рукоположения пресвитеров на епископов, а также и диаконов (Деян. 6 гл.), (1 Тим. 3, 8-13).

Таким образом, церковная иерархия состоит из трех степеней. Все три степени не могут быть восхищены по личному только желанию, а даются Церковью, и составление на них совершается Божиим благословением через епископское рукоположение. Все три степени священства необходимы в Церкви.

Епископы составляют высший чин иерархии. По выражению Тертуллиана, "без епископа нет Церкви" (против Маркиона 4, 5).

Среди епископов есть главнейшие по положению, но не по иерархическому, благодатному достоинству. Так было и в среде самих апостолов. Высшие иерархические лица, которым подчинены отдельные части единой Вселенской Церкви, - это православные патриархи.

Высшим органом власти в Церкви и высшим авторитетом является собор епископов: для поместной Церкви - ее местных епископов, а для вселенской - собор епископов всей Церкви.


Преемственность и непрерывность епископства в Церкви

Преемственность от апостолов и непрерывность епископства составляют одну из существенных сторон Церкви. И наоборот: отсутствие преемственности епископства в той или иной христианской деноминации лишает ее свойства истинной Церкви, даже при наличии неискаженного догматического учения. Такое понимание присуще было Церкви от ее начала. Из "Церковной истории" Евсевия Кесарийского знаем, что все поместные древнехристианские церкви сохраняли списки своих епископов в их непрерывной преемственности.


Единая, святая, соборная и апостольская Церковь называется еще православною, потому что она, под руководством Духа Святого, неизменно правильно и славно, сохраняет учение Иисуса Христа; - правильно славит Бога.

Жизнь Церкви в Духе Святом. Новая жизнь​

Церковь пребывает в окружении грешного, непросвещенного мира. Однако сама она представляет собой новое творение, созидающее новую жизнь. И каждый член ее призывается к восприятию и созиданию в себе этой новой жизни. Эта новая жизнь - если только она принята внутренне, если человек искренне желает пребывать в ней, если прилагает со своей стороны усилия сохранить ее - действует в нем таинственной силой Святого Духа, хотя этот невидимый процесс может им почти не ощущаться.

Таинственными действиями Духа Святого проникнута вся жизнь Церкви. "Святым Духом всякая душа живится (оживляется)». Вступившие в Церковь вошли в Царство благодати и приглашаются "приступать с дерзновением к престолу благодати, чтобы получить милость и обрести благодать для благовременной помощи" (Евр. 4, 16).

Священномученик Иларион (Троицкий):​

Церковь есть общество верующих в Господа Иисуса Христа, Сына Божия людей, возрожденных Им и Духом Святым, соединенных в любви и под непрекращающимся воздействием Святого Духа, достигающих совершенства.

Тот, кто не участвует в Богослужении и в Таинствах Церкви, сам себя отлучает от неё
Правило 80 Шестого Вселенскаго Собора, Трулльскаго (иначе Пято-Шестого Собора) гласит:

Аще кто, епископ, или пресвитер, или диакон, или кто либо из сопричисленных к клиру, или мирянин, не имея никакой настоятельной нужды, или препятствия, которым бы надолго устранен был от своея церкви, но пребывая во граде, в три воскресные дни в продолжении трех седмиц, не приидет в церковное собрание: то клирик да будет извержен из клира, а мирянин да будет удален от общения.

(Ап. 8, 9; Трул. 66; Антиох. 2; Сердик. 11).

Епископ Никодим (Милош) так объясняет это Правило Церкви:

Этим правилом Трулльский Собор повторяет 11-е правило Сердикского Собора, в толкованиях которого мы доныне останавливаемся и на этом предписании. В толковании этого трулльского правила архим. Иоанн обращает внимание на тех, которые долго не посещают церкви, и говорит: "Произвольным удалением от церкви, они сами себя отлучают от нее, и церковное отлучение, определяемое для них правилами отцов, служит только справедливым объявлением таких людей чуждыми церкви, от которой они уже заранее сами себя отчуждили, а вместе с тем лишает их и всех тех благ, каких они сами не желали себе в общении церкви". При этом приводит из творений Иоанна Златоустого следующее место: "Как не скорбеть о тех, которые не часто обращаются и приходят к общей матери всех — церкви? Какое бы ты представил мне занятие необходимее сего? Какое собрание полезнее? Или что тебе препятствует это делать? В недели седмь дней; и сии седмь дней Бог разделил с нами не так, чтобы себе взял более, а нам дал менее; Он разделил их даже и не пополам: не три взял и не три дал, но тебе отделил шесть дней, а себе оставил один. А ты даже и в этот весь день не хочешь воздержаться от дел житейских; но, что делают святотатцы, на то дерзаешь и ты по отношению к сему дню, похищая и употребляя его на житейские заботы, тогда как он освящен и назначен для слушания духовных учений. И что говорить о целом дне? Что сделала вдовица по отношению к милостыне (Марк. 12:42 и сл.), то делай и ты по отношению ко времени дня. Та положила две лепты, и заслужила великое благоволение у Бога: и ты употреби для Бога два часа, и внесешь в дом твой добычу бесчисленных дней. А если не хочешь, то смотри, чтобы тебе не погубить трудов целых лет за то, что не хочешь на малую часть дня воздержаться от земных попечений! Если ты приходишь сюда в год раз или два, то скажи мне, чему необходимому мы можем научить тебя, касательно души, тела, бессмертия, царства небесного, муки, геенны, долготерпения Божия, прощения, покаяния, крещения, оставления грехов, твари горней и дольней, природы человеческой, ангелов, коварства демонов, ухищрений диавола, нравов, догматов, правой веры, нечестивых ересей? Все сие, и еще гораздо больше сего, христианин должен знать и во всем этом давать ответ, когда его спросят. А вы из этого и самой малой части узнать не можете, собираясь сюда однажды, и то мимоходом, и то по случаю праздника, а не по благочестивому душевному расположению".

 

Часы​

Часы – молитвословия, освящающие определенное время суток; состоят из трех псалмов, нескольких стихов и молитв, подобранных соответственно к каждой четверти дня и к особенным обстоятельствам страданий Спасителя.

Служба первого часа установлена в воспоминание того, что в этот час Господь был приведен от Каиафы к Пилату (Мф. 27, 2).

На службе третьего часа вспоминается суд Пилата и мучения Спасителя (Мф. 27, 11–30), а также сошествие Святого Духа на Апостолов после Вознесения Господня (Деян. 2, 1–4).

На шестом часе вспоминаются: шествие Спасителя на казнь, распятие Его и крестные страдания (Лк. 23, 26-38).

На девятом часе – великие предсмертные страдания и смерть Богочеловека Христа (Мф. 27, 33-54).

Службы часов совершаются ежедневно и потому называются вседневными, или обычными, службами. Ради удобства совершения службы часов соединяются с другими богослужениями: 9-й час – с вечерней, 1-й – с утреней, 3-й и 6-й – с Божественной литургией.

 

1. Что такое чревоугодие? Виды чревоугодия​

Святитель Игнатий (Брянчанинов) перечисляет страсти, относящиеся к чревоугодию:

«Объедение, пьянство, нехранение и разрешение постов, тайноедение, лакомство, вообще нарушение воздержания. Неправильное и излишнее любление плоти, ее живота и покоя, из чего составляется самолюбие, от которого нехранение верности к Богу, Церкви, добродетели и людям».

Преп. Иоанн Лествичник пишет о чревоугодии:

«…глава страстей есть объядение.

…Чревоугодие есть притворство чрева, потому что оно и будучи насыщено вопиет: «Мало!», будучи наполнено и расседаясь от излишества, взывает: «Алчу!»».

Авва Исаия Отшельник:​

Впереди всех добродетелей (стоит) смиренномудрие, а впереди всех страстей – чревоугодие.

Преп. Антоний Великий:​

"…выше всех добродетелей есть смиренномудрие, как больше всех страстей есть чревоугодие и ненасытное желание житейских благ.

Чревоугодие – это нарушение второй заповеди: «Не сотвори себе кумира … да не поклонишися им, ни послужиши им» - оно является идолопоклонством".

Св. Василий Великий пишет:​

«раболепствовать удовольствиям - значит не что иное, как сделать чрево своим богом».

Св. Филарет митрополит Московский объясняет:

«Чревоугодие относится к идолопоклонству потому, что чревоугодники выше всего ставят чувственное удовольствие, и потому, говорит апостол, что у них «бог чрево», или, иначе сказать, чрево есть их идол (Флп. 3, 19)».
(Пространный Православный Катихизис. П. 523)

Страсть чревоугодия бывает двух видов: чревобесие и гортанобесие. Чревобесие – это обжорство, когда чревоугодника интересует больше количество, а не качество пищи. Гортанобесие – лакомство, услаждение гортани и вкусовых рецепторов, культ кулинарных изысков и гурманства.

Авва Дорофей: ​

«…есть два вида чревоугодия. Первый, когда человек ищет приятности пищи, и не всегда хочет есть много, но желает вкусного; и случается, что таковой, когда вкушает яства, которые ему нравятся, до того побеждается их приятным вкусом, что удерживает снедь во рту, долго жует её и, по причине приятного вкуса, не решается проглотить её. Это называется по-гречески «лемаргия» - гортанобесие. Иного опять борет многоядение, и он не желает хороших снедей, и не заботится о вкусе их; но хороши ли они или нет, он хочет только есть и не разбирает, каковы они; он заботится только о том, чтобы наполнить чрево своё; это называется «гастримаргия», т. е. чревобесие».

Преп. Иоанн Кассиан Римлянин (авва Серапион):​

Чревоугодия три рода: первый понуждает спешить к обеду прежде установленного, законного часа; второй услаждается наполнением чрева и пожиранием некоторых кушаний; третий желает лакомой и отлично приготовленной пищи. … как окончание поста никак нельзя допускать прежде назначенного часа, так нужно отвергать и прожорливость чрева и дорогостоящее и изысканное приготовление кушанья. Ибо от этих трех причин происходят самые злые недуги души. От первой рождается ненависть к монастырю, а оттуда возрастает страх и несносность жительства в нем, за которою, без сомнения, тотчас последует скорое бегство. От второй возбуждаются огненные воспламенения сладострастия и похоти. А третья оплетает шеи пленников нерасторжимыми узами сребролюбия…

Архим. Рафаил (Карелин) пишет о видах чревоугодия:

"В чревоугодии можно различить две страсти: чревобесие и гортанобесие. Чревобесие – это ненасытное желание пищи, это агрессия тела против души, постоянное домогательство чрева, которое как жестокий мытарь, требует от человека непомерной дани, это безумие чрева, которое без разбора поглощает пищу, как голодная гиена добычу. …

Гортанобесие – постоянное желание лакомой и изысканной пищи, это сладострастие гортани. Человек должен есть, чтобы жить, а здесь он живет, чтобы есть. Он заранее составляет меню с таким озабоченным видом, как будто решает ребус или математическую задачу. Он тратит на лакомства все деньги, как игрок в азарте проигрывает свое состояние.

Есть еще другие виды чревоугодия, это: тайноядение – стремление скрыть свой порок; раноядение – когда человек, едва проснувшись, принимается за еду, еще не испытав чувства голода; поспешное ядение – человек старается быстро наполнить чрево и глотает пищу не разжевывая, словно индюк; несоблюдение постов, употребление из-за похоти гортани вредных для здоровья продуктов. Древние аскеты считали чревоугодием также чрезмерное употребление воды.

Есть грехи, родственные чревоугодию, например трапеза без молитвы, ропот на пищу, злоупотребление алкоголем, непристойные шутки, сквернословие, брань, споры и ссоры во время еды".

2. Священное Писание о чревоугодии​

«Ибо многие, о которых я часто говорил вам, а теперь даже со слезами говорю, поступают как враги креста Христова.
Их конец - погибель, их бог - чрево, и слава их - в сраме, они мыслят о земном» (Филп. 3, 18-19).

«Истинная вдовица и одинокая надеется на Бога и пребывает в молениях и молитвах день и ночь;
а сластолюбивая заживо умерла» (1 Тим. 5, 5-6).

«Ночь прошла, а день приблизился: итак отвергнем дела тьмы и облечемся в оружия света.
Как днем, будем вести себя благочинно, не предаваясь ни пированиям и пьянству, ни сладострастию и распутству, ни ссорам и зависти;
но облекитесь в Господа нашего Иисуса Христа, и попечения о плоти не превращайте в похоти» (Римл. 13, 12-14).

3. Чем удовлетворение естественной потребности питания тела отличается от служения страсти чревоугодия

У человека есть естественная потребность в пище, как в источнике энергии для нормальной жизнедеятельности человеческого тела. В рассудительном, здравом, умеренном удовлетворении её нет греха. Страсть чревоугодия вырастает из злоупотребления удовлетворением этой потребности. Страсть извращает, преувеличивает естественную потребность, покоряет волю человека похоти плоти. Признак развивающейся страсти - постоянное стремление к сытости и услаждению пищей и вином.

Преп. Варсануфий и Иоанн:​

86. Тот же брат еще вопросил того же старца: отец мой! Что значит по прихоти принимать пищу и что по требованию естества?

Ответ. По прихоти - значит хотеть принять пищу не по телесной потребности, но для угождения чреву. Если же видишь, что иногда естество охотнее принимает какой-либо из овощей, нежели сочива, и не по прихоти, а по легкости самой пищи, сие надлежит различать. Одни по естеству своему требуют сладкой пищи, другие соленой, иные же кислой, и это не есть ни страсть, ни прихоть, ни чревообъедение. А любить какую-нибудь пищу особенно и похотливо желать ее - это есть прихоть, служительница чревообъедения. Но вот из чего познавай, что ты одержим страстью чревообъедения, - когда она обладает и помыслом твоим. Если же противишься сему и благочинно принимаешь пищу по телесной потребности, то это не есть чревообъедение.

88. Того же к тому же. Объясни мне, в чём состоит признак чревообъедения?

Ответ. Когда видишь, что помысл твой услаждается представлением снедей и понуждает тебя непременно всех предупреждать или придвинуть к себе какую-нибудь снедь, — это есть чревообъедение. Внимай же себе, чтобы не есть такой снеди с поспешностью, но благочинно, и лучше предоставить ее другим, которые сидят с тобою. Как я уже сказал, по причине чревообъедения не следует тотчас же отказываться от снеди, но должно остерегаться, чтобы не принимать ее бесчинно. … Другой же признак чревообъедения состоит в том, чтобы хотеть есть прежде времени; но не должно сего делать без какой-нибудь уважительной причины. Во всём же нужно призывать помощь Божию, и Бог не оставит нас.

Вопрос 335… Ответ: Ты знаешь, что мы ежедневно нуждаемся в пище, но не должны вкушать ее с услаждением. Когда мы принимаем ее, благодаря Бога, Который дал ее, и осуждая себя как недостойных, то Бог делает, что она служит нам в освящение и благословение.

Авва Дорофей:​

Итак, кто желает очиститься от грехов своих, тот должен с большим вниманием остерегаться и избегать сих видов чревоугодия; ибо ими удовлетворяется не потребность тела, но страсть, и если кто предается им, то это вменяется ему в грех. Как в законном браке и блудодеянии действие бывает одно и то же, но цель составляет различие дела: ибо один совокупляется для рождения детей, а другой для - удовлетворения своего сладострастия; то же можно найти и в отношении пищи: есть по потребности и есть для услаждения вкуса - дело одинаковое, а грех заключается в намерении. Есть по потребности значит, когда кто-нибудь определит себе, сколько принимать пищи в день: и если видит, что это определённое им количество пищи отяготило его и нужно оное несколько уменьшить, то он и уменьшает его. Или если оно не отяготило его, но и недостаточно для тела, так что надобно прибавить немного, он прибавляет несколько. И таким образом, хорошо испытав свою потребность, следует потом определенной мере и вкушает пищу не для услаждения вкуса, но желая поддержать силу своего тела. Однако и то немногое, употребляемое кем-либо в пищу, должно принимать с молитвою и осуждать себя в помысле своём, как недостойного никакой пищи и утешения. … мы и должны, как я сказал, принимая пищу по телесной потребности, осуждать самих себя и почитать себя недостойными всякого утешения и даже самой монашеской жизни, и не без воздержания принимать пищу: таким образом она не послужит нам в осуждение.

Иером. Иов (Гумеров):​

"Человек имеет нужду в пище и питье; это одна из витально-органических его потребностей. Кроме того, яства и питие – дар Бога; вкушая их, мы не просто насыщаем организм питательными веществами, но и получаем удовольствие, благодаря за это Творца. К тому же трапеза, застолье – это возможность пообщаться с ближними, друзьями: она объединяет нас. Вкушая пищу, мы получаем радость от общения и подкрепляемся телесно. Недаром трапезу святые отцы называют продолжением литургии. На службе нас объединяет духовная радость от совместной молитвы, мы причащаемся от одной чаши, а потом разделяем с близкими по духу людьми и телесно-душевную радость.

…Поэтому во вкушении пищи и употреблении вина нет ничего греховного и скверного. Все зависит, как всегда, от нашего отношения к этому действию и от соблюдения меры.

Где же эта мера, эта тонкая грань, отделяющая естественную потребность от страсти? Она проходит между внутренней свободой и несвободой в нашей душе. Как говорит апостол Павел: «Умею жить и в скудости, умею жить и в изобилии; научился всему и во всем, насыщаться и терпеть голод, быть и в обилии и в недостатке. Все могу в укрепляющем меня Иисусе Христе» (Флп. 4, 12–13).

Свободны ли мы от привязанности к пище и питью? Не владеют ли они нами? Что сильнее: наша воля или наши желания? Апостолу Петру было открыто от Господа: «Что Бог очистил, того ты не почитай нечистым» (Деян. 11, 9). И нет греха во вкушении пищи. Грех не в пище, а в нашем отношении к ней".

4. Причины и последствия чревоугодия​

Святые отцы говорят, что если человек подчинился страсти чревоугодия, то им легко овладевают и все другие страсти, блуд, гнев, печаль, отчаяние, сребролюбие.

«Результаты извращения естественной потребности страстью: развивается сластолюбие, обжорство, праздность, леность.

Все это ведет к богозабвению: «И [ел Иаков, и] утучнел Израиль, и стал упрям; утучнел, отолстел и разжирел; и оставил он Бога, создавшего его, и презрел твердыню спасения своего» (Втор. 32, 15). Сытость провоцирует ослабление внимания и потворствует развитию саможаления и самооправдания. Кроме того, чревоугодие становится причиной развития другой страсти – блуда: «Чем больше дров, тем сильнее пламя; чем больше яств – тем яростнее похоть» (Авва Леонтий).
(Таинства православной Церкви)

Преп. Иоанн Лествичник:​

«Спросим же и сего нашего врага, паче же главнейшего начальника злых врагов, дверь страстей, то есть объядение, сию причину падения Адамова, погибели Исава, пагубы израильтян, обнажения Ноева, истребления гомморян, Лотова кровосмешения, погубления сынов Илия священника и руководителя ко всяким мерзостям. Спросим: откуда сия страсть рождается и какие ее исчадия? кто сокрушает ее и кто совершенно ее погубляет?

Скажи нам, мучительница всех людей, купившая всех золотом ненасытной алчности, как нашла ты вход в нас? …

Она же, раздражившись от сих досад, яростно и свирепо отвечает нам: «Почто вы, мне повинные, биете меня досаждениями и как вы покушаетесь освободиться от меня, когда я естеством связана с вами? Дверь, которою я вхожу, есть свойство снедей, а причина моей ненасытности – привычка, основание же моей страсти – долговременный навык, бесчувствие души и забвение смерти. И как вы ищите знать имена исчадий моих? Изочту их, и паче песка умножатся (ср.: Быт. 32, 12). Но узнайте, по крайней мере, какие имена моих первенцев и самых любезных исчадий моих. Первородный сын мой есть блуд, а второе после него исчадие – ожесточение сердца, третье же – сонливость. Море злых помыслов, волны скверн, глубина неведомых и неизреченных нечистот от меня происходят. Дщери мои суть: леность, многословие, дерзость, смехотворство, кощунство, прекословие, жестоковыйность, непослушание, бесчувственность, пленение ума, самохвальство, наглость, любовь к миру, за которою следует оскверненная молитва, парение помыслов и нечаянные и внезапные злоключения, а за ними следует отчаяние – самая лютая из всех страстей».

Авва Феона:
​

Чревобесие нужно побеждать не только для себя, чтобы не вредило нам обременительной прожорливостью, и не для одного того, чтобы не разжигало нас огнем плотской похоти, но для того, чтобы не делало нас рабами гнева или ярости, печали и всех прочих страстей.

Преп. Амвросий Оптинский:​

Святой Лествичник … выставляет три главных страсти, борющие находящихся в повиновении: чревоугодие, гнев и похоть плотская. Последние приемлют силу от первой, похоть возгорается от чревоугодия и покоя телесного, а гнев за чревоугодие и за покой телесный. … Если по примеру древних подвижников не можем мы поститься, то со смирением и самоукорением да понуждаемся хоть к умеренному и благовременному воздержанию в пище и питии.

Святитель Василий Великий:​

«Если вода разделяется на многие русла, зеленеет вся земля, лежащая вокруг них; так, если и страсть чревоугодия разделилась в твоем сердце, она напоит все чувства, насадит в тебе лес пороков и обратит твою душу в жилище зверей.

Если будешь владеть чревом, то станешь обитать в раю, а если не овладеешь им, то сделаешься добычей смерти».

 

Преп. Иоанн Кассиан Римлянин:

«Не одним вином омрачается ум.​

Чрево, пресыщенное какою-либо пищею, порождает семя сладострастия, и дух, подавляемый тяжестью пресыщения, не может быть рассудительным. Ибо не только чрезмерное употребление вина лишает человека разума, но и безмерное употребление пищи также расстраивает, помрачает его и лишает чистоты и непорочности. Так, причиною погибели и разврата содомлян было не только пьянство, но и пресыщение, как сказал Бог Иерусалиму через пророка: вот в чем было беззаконие Содомы, сестры твоей и дочерей ее: в гордости, пресыщении (Иез. 16, 49). И поскольку это пресыщение породило в них сильнейшую похоть плотскую, то правосудный Бог истребил их серным огнем. Итак, если содомлян довело до таких беззаконий пресыщение, то чего оно не сделает с теми, которые, будучи здоровы телом, не удерживаются от употребления мяса и вина, удовлетворяя похоти, а не требованию немощи природы.

…А теперь мы намерены рассуждать о чревобесии, т.е. страсти к объедению, против которой должна вестись у нас первая война. Итак, кто не обуздывает страсти пресыщения, тот никогда не может подавить возбуждения пламенной похоти. Чистота внутреннего человека измеряется совершенством этой добродетели. Никогда не надейся, что тот сможет противоборствовать более сильным соперникам, кто побеждается слабейшими в более легкой борьбе. Ибо свойство всех добродетелей одно, хотя они разделяются на многие виды и наименования; так же и сущность золота одна, хотя оно, по способности и воле художников, кажется различным в разных украшениях. Итак, тот никакой добродетелью не владеет в совершенстве, кто не имеет некоторых из них. …Всякий город укрепляется высотою стен и крепостью запертых ворот, а сотворением одной, хотя бы самой малой дверки, он будет опустошен. Ибо какая разница, через высокие ли стены и широкие ворота или через потаенный подземный проход ворвется губительный враг в город?»

Преподобный Нил Синайский:​

«Кто наполняет чрево и обещается быть целомудренным, тот подобен утверждающему, что соломой остановит действие огня. Как невозможно соломой удержать стремительность разливающегося огня, так невозможно пресыщением остановить жгучее стремление непотребства».

Преп. Иоанн Лествичник:​

«Насыщение есть мать блуда, а утеснение чрева – виновник чистоты.

…Ум постника молится трезвенно, а ум невоздержного исполнен нечистых мечтаний. Насыщение чрева иссушает источники слез, а чрево, иссушенное воздержанием, рождает слезные воды.

… Кто служит своем чреву и между тем хочет победить духа блуда, тот подобен угашающему пожар маслом.

…Когда чрево утесняется, тогда смиряется и сердце, если же оно упокоено пищею, то сердце возносится помыслами.

…Утесняй чрево воздержанием, и ты возможешь заградить себе уста, ибо язык укрепляется от множества снедей. Всеми силами подвизайся противу сего мучителя и бодрствуй неослабным вниманием, наблюдая за ним, ибо если ты хотя мало потрудишься, то и Господь тотчас поможет.

…Знай, что часто бес приседит желудку и не дает человеку насытиться, хотя бы он пожрал все снеди Египта и выпил всю воду в Ниле.

По пресыщении нашем сей нечистый дух отходит и посылает на нас духа блудного, он возвещает ему, в каком состоянии мы остались, и говорит: «Иди, возмути такого-то, чрево его пресыщено и потому ты немного будешь трудиться». Сей, пришедши, улыбается и, связав нам руки и ноги сном, уже все, что хочет, делает с нами, оскверняет душу мерзкими мечтаниями и тело истечениями.

Удивительное дело, что ум, будучи бестелесен, от тела оскверняется и омрачается, и что, напротив, невещественное от брения утончается и очищается.

…внимай и услышишь говорящего: пространен и широк путь чревоугодия, вводящий в пагубу блуда, и многие идут по нему, но узки врата и тесен путь воздержания, вводящий в жизнь чистоты, и немногие входят им (ср.: Мф. 7, 13-14)».

Преп. Нил Сорский:​

«…эта страсть есть корень всякого зла в иноках, особенно же блуда.

…многие, повиновавшись чреву, пали великим падением».

Преп. Варсануфий и Иоанн:​

«… за многоедением же следует брань блуда, ибо враг отягощает тело сном для того, чтобы осквернить его».

Древний патерик:​

"Сказывали об авве Исидоре, пресвитере: однажды пришел к нему брат звать его к обеду, но старец не хотел идти и говорил: Адам прельстился снедью и был изгнан из рая. Брат сказал ему: ты боишься даже выйти из кельи своей! Как же мне не бояться, сын, - отвечал старец, - когда «диавол яко лев, рыкая, ходит, иский кого поглотити» (1 Пет. 5, 8)? Часто также говаривал он: кто предается винопитию, тот не убежит навета помыслов. Лот, принужденный дочерьми, упился вином, - и диавол, через опьянение, легко вовлек его в беззаконное дело.

Авва Пимен сказал: если бы не пришел Навузардан-архимагир [Начальник поваров], храм Господень не был бы сожжен (4 Цар. 25, 8-9). Это значит: если бы похоть чревоугодия не входила в душу, то ум не падал бы в борьбе с врагом.

Авва Пимен сказал: как дым выгоняет пчел, и тогда вынимается сладость их делания, так и плотское наслаждение изгоняет из души страх Божий и разрушает всякое доброе ее делание.

Авва Иперехий сказал… лев силен, но когда чрево вовлекает его в сеть, то вся сила его смиряется.

Старец сказал: чревоугодие есть мать любодеяния.

Старец сказал: богатство души - воздержание. Стяжем его со смиренномудрием; убежим тщеславия - матери зла".

Преп. Исаак Сирин:​

«Что же бывает следствием другой причины, т.е. если начато нами дело свиней? Что же это за дело свиней, как не то, чтобы дозволять чреву не знать границ и непрестанно наполнять его, а не иметь указанного времени на удовлетворение телесных потребностей, как свойственно разумным? И что же далее выходит из этого? Отсюда - тяжесть в голове, великое отягощение в теле и расслабление в мышцах ...омрачение и холодность мысли; ум одебелевший (огрубелый) и неспособный к рассудительности от смятения и великого омрачения помыслов, густой и непроницаемый мрак, распростертый во всей душе, сильное уныние при всяком Божием деле, а также и при чтении, потому что человек не вкушает сладости словес Божиих, великая праздность от необходимых дел (т.е. по причине их оставления), ум неудержимый, скитающийся всюду по земле... по ночам нечистые мечтания скверных призраков и неуместных образов, исполненных похотения, которое проникает в душу и в самой душе нечисто исполняет свои хотения. …так что по причине сего человек отвращается и от целомудрия. Ибо сладость возбуждений чувствуется во всем теле его с непрестанным и нестерпимым разжением. …по причине омрачения в нем рассудка. … И о сем-то сказано одним из великих мудрецов, что, если кто будет обильно питать тело свое наслаждениями, то душу свою подвергнет брани… И он же говорит еще: телесное наслаждение, вследствие мягкости и нежности юности, производит, что скоро снискиваются душою страсти, и окружает ее смерть, и таким образом человек подпадает суду Божию».

Святитель Иоанн Златоуст:​

«Чревоугодие изгнало из рая Адама; оно же во время Ноя было причиной потопа; оно же и на содомлян низвело огонь. Хотя преступлением и было сладострастие, но корень той и другой казни произошел от чревоугодия.

Нет ничего хуже, ничего постыднее чревоугодия. Оно делает ум тучным; оно делает душу плотскою; оно ослепляет и не позволяет видеть.

Беги от чревоугодия, порождающего все пороки, удаляющего нас от Самого Бога и низводящего в бездну погибели.

Кто с жадностью предается яствам, подрывает силы тела, равно как уменьшает и ослабляет крепость души.

Есть, скажете, некоторое удовольствие в пресыщении. Не столько удовольствия, сколько неприятности... Пресыщение производит... худшее (чем голод). Голод в короткое время изнуряет и доводит тело до смерти... а пресыщение, разъедая тело и производя в нем гниение, подвергает его продолжительной болезни и потом тягчайшей смерти. Между тем голод мы считаем непереносимым, а к пресыщению, которое вреднее его, стремимся. Откуда в нас такая болезнь? Откуда такое безумие?

Подобно тому, как корабль, нагруженный более, чем может вместить, под тяжестью груза идет ко дну, так точно и душа, и природа нашего тела: принимая пищу в размерах, превышающих ее силы... переполняется и, не выдерживая тяжести груза, погружается в море гибели и губит при этом и пловцов, и кормчего, и штурмана, и плывущих, и самый груз. Как бывает с кораблями, находящимися в таком состоянии, так точно и с пресыщающимися: как там ни тишина моря, ни искусство кормчего, ни множество корабельщиков, ни надлежащее снаряжение, ни благоприятное время года, ничто другое не приносит пользы обуреваемому таким образом кораблю" так и здесь: ни учение, ни увещание, [ни порицание присутствующих], ни наставление и совет, ни страх будущего, ни стыд, ничто другое не может спасти обуреваемую таким образом душу».

Преподобный Нил Синайский:​

Чревоугодие истребляет в человеке все доброе.

Преподобный Исидор Пелусиот:​

Если надеешься отойти к Богу, то послушайся моего совета и угашай неистовство чревоугодия, ослабляя тем в себе разжжения сластолюбия,- это предает нас вечному огню.

Преподобный Симеон Новый Богослов:​

Невозможно и плоть наполнять досыта яствами, и духовно наслаждаться умными и божественными благами. Ибо в какой мере кто работает чреву, в такой лишает себя вкушения благ духовных. И напротив, в какой мере кто станет утончать свое тело, соразмерно с тем он может насыщаться пищей и утешением духовными.

Преподобный авва Феодор:​

Откармливающий тело без воздержания в еде и питии будет измучен духом блуда.

Святитель Игнатий (Брянчанинов):​

«От угождения чреву отягощается, грубеет, ожесточается сердце; ум лишается легкости и духовности; человек становится плотским.

Дебелость и мгла, сообщаемые телу обилием и неразборчивостью в пище, мало-помалу сообщаются телом сердцу и сердцем - уму.

Корень всем грехам... есть сребролюбие, а после сребролюбия... чревообъядение, сильнейшее и обильнейшее выражение которого - пьянство.

Если будешь угождать чреву и излишне питать себя, то низвергнешься в пропасть блудной скверны, в огонь гнева и ярости, отяжелишь и омрачишь ум, приведешь свою кровь в разгорячение».

Авва Серапион:​

«Итак, эти восемь страстей хотя имеют разное происхождение и разные действия, однако шесть первых, т.е. чревоугодие, блуд, сребролюбие, гнев, печаль, уныние, соединены между собою каким-то сродством или связью, так что излишество первой страсти дает начало последующей. Ибо от излишества чревоугодия обязательно происходит блудная похоть, от блуда сребролюбие, от сребролюбия гнев, от гнева печаль, от печали уныние; и потому против них необходимо сражаться подобным же образом, тем же порядком, и в борьбе всегда нам следует переходить от предыдущих к последующим. Ибо всякое вредное дерево скорее завянет, если корни его, на которые опирается, будут обнажены или высушены».

Архим. Рафаил (Карелин):​

«Чревоугодие – победа тела над духом; это широкое поле, на котором бурно растут все страсти; это первая ступень отвесной, скользкой лестницы, ведущей в преисподнюю. … Чревоугодие уродует человека. При виде чревоугодника невольно вспоминается рынок, где висят окровавленные туши животных, привезенных с бойни. Кажется, что тело чревоугодника висит на его костях, как ободранные туши на железных крюках.

Чрево, отяжелевшее от пищи, погружает ум в мрачную дремоту, делает его ленивым и тупым. Чревоугодник не может глубоко мыслить и рассуждать о духовном. Его чрево, как свинцовая гиря, тянет оземленную душу вниз. Особенно остро ощущает такой человек свою немощь во время молитвы. Ум не может войти в молитвенные слова, как тупой нож – резать хлеб. В этом смысле чревоугодие – постоянное предательство своей молитвы.

Следует отметить, что чревоугодие помрачает также интеллектуальные и творческие силы человека».

5. Средства борьбы со страстью чревоугодия​

Главное средство борьбы со страстью чревоугодия – это пост и воздержание при приеме пищи. Хорошо выходить из-за стола немного голодным. Наслаждение, которое естественно сопровождает прием вкусной пищи, теряет характер чувственности и одухотворяется, если едят с благодарными к Богу чувствами.

Святые отцы наставляют, что с этой страстью надо вести двоякую борьбу: нужно и телесное воздержание, и духовное попечение. К последнему относятся бдение, духовное чтение, память согрешений, память смерти, частое сокрушение сердца, «ибо мы не можем презреть удовольствия пищи, если ум, предавшись божественному созерцанию, не будет услаждаться любовью к добродетелям и красотою небесных предметов», - пишет преп. Иоанн Кассиан Римлянин.

Св. Василий Великий:​

Избегая неумеренности в наслаждении, целью вкушения пищи надо ставить не удовольствие, а ее необходимость для жизни, ибо раболепствовать удовольствиям - значит не что иное, как сделать чрево своим богом.

Преп. Иоанн Кассиан Римлянин:​

«Первая война должна вестись против духа чревобесия.

Итак, нам следует прежде вступить в войну против чревобесия, которое, как мы сказали, есть страсть к объедению.

Если не освободимся от порока чревоугодия, никак не можем вступить в борьбу внутреннего человека.

Также и нам следует сначала покорением плоти доказать свою свободу. Ибо «кто кем побежден, тот тому и раб» (2 Пет. 2, 19). «Всякий, делающий грех, есть раб греха» (Ин. 8, 34). … Ибо невозможно сытому чреву вступить в борьбу внутреннего человека, нельзя сражаться с сильнейшими тому, кто побежден в более легком сражении.

Как можно победить страсть чревоугодия.​

Итак, сперва нам следует подавить страсть чревоугодия. И ум до того должен быть утончен не только постом, но и бдением, и чтением, и частым сокрушением сердца о том, в чем сознает себя прельщенным или побежденным, то сокрушаясь от страха пороков, то воспламеняясь желанием совершенства и непорочности, пока, занятый такой заботою и размышлениями, не осознает, что принятие пищи допущено не столько для удовольствия, сколько послужило в тягость ему, и будет считать ее необходимой потребностью тела, а не души. Занятые таким упражнением ума и сокрушением, мы подавим сладострастие плоти, усиливающееся от разгорячения пищею и вредного жала ее; и таким образом печь нашего тела, которая разжигается вавилонским царем (т.е. дьяволом), постоянно доставляющим нам поводы к грехам и порокам, сжигающим нас наподобие нефти и смолы, мы можем погасить обилием слез и сердечным плачем, пока жар плотской похоти совершенно не будет погашен благодатью Божией, веющей в сердцах наших духом росы своей. Итак, это — наше первое состязание, наш первый опыт, как на олимпийских сражениях, — желанием совершенства истребить страсть объедения и чревоугодия. Для этого не только излишнее пожелание пищи надо подавить ради добродетелей, но и самую необходимую для природы пишу, как противную целомудрию, нужно принимать не без скорби сердечной. И течение нашей жизни должно быть установлено таким образом, чтобы ни в какое время не отвлекаться от духовных занятий, разве только когда слабость тела побуждает снизойти к необходимой заботе о нем. И когда подчиняемся этой необходимости, то, удовлетворяя больше потребности жизни, нежели вожделению души, мы должны спешить оставить ее, как отвлекающую нас от спасительных занятий. Ибо мы не можем презреть удовольствия пищи, если ум, предавшись божественному созерцанию, не будет услаждаться любовью к добродетелям и красотою небесных предметов. И таким образом всякий будет презирать все настоящее, как скоропреходящее, когда непрерывно будет устремлять взор ума к непоколебимому и вечному, еще будучи в теле, будет созерцать блаженство будущей жизни.

… Ибо иначе мы никаким образом не сможем сразиться с ними и не заслужим того, чтобы вступить в духовную борьбу, если будем побеждены в сражении с плотью и разбиты в борьбе с чревом.

О свойстве чревоугодия, сравниваемого с орлом.​

Образ этой страсти, которой обязательно подчиняется даже монах духовной и высокой жизни, довольно верно обозначается подобием орла. Хотя он в возвышенном полете поднимается за облака и скрывается от глаз всех смертных и от лица всей земли, но по требованию чрева принужден опять спускаться на низменности долин, сходить на землю и питаться мертвечиною. Этим ясно доказывается, что чревоугодия нельзя пресечь, как прочие пороки, или совершенно истребить, а только излишние возбуждения и пожелания его можно ограничить, обуздать силою души.

…старайтесь, чтобы, воздержанием и постом победив страсть чревоугодия, не оставлять душу нашу без необходимых добродетелей, но рачительно занимать ими все изгибы нашего сердца, чтобы дух чревоугодия, возвратившись, не нашел нас пустыми, не занятыми ими и, не довольствуясь открытием входа для себя одного, не ввел с собою в нашу душу семь страстей. Ибо после этого будет гнуснее, грязнее та душа, которая хвалится, что отвергалась этого мира, тогда как господствуют в ней все восемь страстей, и подвергнется более тяжкому наказанию, нежели когда была в мире и еще не обязывалась ни благочинием, ни именем монашеским. Ибо эти семь духов потому называются злейшими предыдущего духа, что пожелание чрева само по себе не было бы вредно, если бы не вводило за собою других более важных страстей, т.е. блуда, сребролюбия, гнева, печали или гордости, которые, без сомнения, вредны и гибельны душе. И потому никогда не может достигнуть совершенной чистоты тот, кто надеется приобрести ее одним воздержанием, т.е. телесным постом, если не познает, что воздержание нужно для того, чтобы, по усмирении плоти постом, легче мог вступить в борьбу с прочими страстями».

«Чревоугодие разделяется на три вида: один вид побуждает принимать пищу раньше определенного часа; другой любит только пресыщаться, какой бы то ни было пищей; третий хочет лакомой пищи. Против этого христианин должен иметь троякую осторожность: ожидать определенного времени для принятия пищи; не пресыщаться; довольствоваться всякой самой скромной пищей».

Преп. Иоанн Лествичник:​

"Спросим же и сего нашего врага, паче же главнейшего начальника злых врагов, дверь страстей, то есть объядение, сию причину падения Адамова, погибели Исава, пагубы израильтян, обнажения Ноева, истребления гомморян, Лотова кровосмешения, погубления сынов Илия священника и руководителя ко всяким мерзостям. Спросим: … кто сокрушает ее и кто совершенно ее погубляет?

Скажи нам, мучительница всех людей… каким образом ты выходишь из нас?

«…Память согрешений воюет против меня. Помышление о смерти сильно враждует против меня, но нет ничего в человеках, чтобы могло меня совершенно упразднить. Кто стяжал Утешителя, тот молится Ему против меня, и Он, будучи умолен, не попускает мне страстно действовать в нем. Невкусившие же небесного Его утешения всячески ищут наслаждаться моею сладостию»".

«Кто ласкает льва, тот часто укрощает его, а кто угождает телу, тот усиливает его свирепость.

Знай, что часто бес приседит желудку и не дает человеку насытиться, хотя бы он пожрал все снеди Египта и выпил всю воду в Ниле.

…Сидя за столом, исполненным снедей, представляй перед мысленными очами твоими смерть и суд, ибо и таким образом едва возможешь хоть немного укротить страсть объядения. Когда пьешь, всегда вспоминай оцет и желчь Владыки твоего, и таким образом или пребудешь в пределах воздержания, или, по крайней мере, восстенав, смиришь свой помысл».

Преп. Варсануфий и Иоанн:​

Вопрос 87, того же к тому же. Отец мой! Как же, если страсть прежде не борет меня, а появляется в самое время принятия пищи, что мне тогда делать: оставить ли пищу, или нет?

Ответ. Тотчас не оставляй, но противься помыслу, приводя себе на память, что пища превращается в зловоние и что мы осуждаемся, принимая оную, тогда как другие всячески удаляются от нее; и если страсть отступит, приими пищу, осуждая себя; если же не отступает, призови имя Божие в помощь — и успокоишься. Когда же страсть одолеет тебя так, что не в силах будешь есть благочинно, то оставь пищу; а чтобы другие, сидящие с тобою, не заметили, принимай понемногу. В случае голода ешь хлеб или другую пищу, к которой не чувствуешь брани.

Вопрос 499. Что мне делать, меня беспокоит брань чревоугодия, сребролюбия и других страстей?

Ответ. Когда борет тебя страсть чревоугодия, то всеми силами подвизайся Бога ради не давать телу столько, сколько оно требует.

Вопрос 500. Брат, живший вместе с некоторым старцем, вопросил того же старца Иоанна о мере в пище…

Ответ. …Давай телу столько, сколько ему нужно, и не получишь вреда, хотя бы ты ел и три раза в день. Если человек и один раз в день ест, но безрассудно, то какая ему от того польза?

Древний патерик:​

"Авва Иоанн Колов говорил: если царь захочет взять неприятельский город, то прежде всего задерживает воду и съестные припасы, и, таким образом, неприятель, погибая от голода, покоряется ему. Так бывает и с плотскими страстями: если человек будет жить в посте и голоде, то враги, будучи обессилены, оставят душу его.

Сказал авва Пимен: душа ничем так не смиряется, как если кто будет воздержным в пище.

Сказывали об авве Пиоре, что он ел ходя. Когда спросил его кто-то: для чего ты так ешь? Не хочу я, - отвечал он, - заниматься пищею, как делом, но как подельем. Сказал еще другому, спросившему его о том же: хочу, чтобы и в то время, когда ем я, душа моя не чувствовала никакого телесного удовольствия.

Старец говорил: демона чревоугодия проводи обещанием, говоря: подожди, не будешь алкать, - и тем с большей осторожностью ешь. И чем более он будет побуждать тебя, тем большую правильность наблюдай в пище. Ибо он так побуждает человека, что сей желает как бы все поесть".

Преп. Иоанн Кассиан Римлянин (авва Серапион):​

«Так как страсти чревоугодия и блуда присутствуют в нас от рождения, то иногда без всякого возбуждения души, по одному влечению плоти, происходят, впрочем, нуждаются в веществе для своего осуществления. …Также и блуд совершается только посредством тела, как всем известно. И потому эти две страсти, которые исполняются при посредстве плоти, кроме духовного попечения, особенно нуждаются также и в телесном воздержании. Для обуздания этих страстей недостаточно одной тщательности духа (как иногда это бывает относительно гнева или печали и других страстей, которые может подавить тщательность духа, без всякого сокрушения плоти), если не будет присоединено также и телесное укрощение, которое совершается постом, бдением, сокрушением посредством труда… плотские [пороки], как сказано, двояким лекарством врачуются. Потому заботящимся о чистоте весьма большую пользу доставляет то, чтобы они прежде всего удалили от себя сами предметы плотских страстей, от которых может податься для больной души повод или воспоминание об этих страстях. Ибо необходимо для двоякой болезни употреблять и двоякое врачевание. Чтобы плотская похоть не переходила в дело, необходимо удалить обольстительный предмет и изображение его; а душе, чтобы она не воспринимала его и в помыслах, весьма полезно внимательное чтение Св. Писания, трезвенная бдительность и уединение. А в прочих страстях человеческое сообщество нисколько не вредит, даже приносит много пользы тем, которые искренно желают оставить их, потому что при частом сношении с людьми они обличаются, а когда чаще обнаруживаются, то, употребив против них лекарство, скорее можно достигнуть здоровья».

Архим. Рафаил (Карелин):​

"Как избавиться от чревоугодия? Вот несколько советов. Перед трапезой надо втайне помолиться, чтобы Господь дал воздержание и помог положить предел домоганиям чрева и гортани; помнить, что наше тело, падкое до пищи, рано или поздно само станет пищей для червей, взятое из земли – горстью земного праха; представить, во что превращается пища в чреве. Нужно мысленно определить для себя количество пищи, которую хотелось бы съесть, а затем отнять от нее четвертую часть и отложить в сторону. В первое время человек будет испытывать чувство голода, но когда организм привыкнет, то надо снова отнять от пищи четвертую часть – так советует преподобный Дорофей в своих поучениях. Здесь принцип постепенного уменьшения пищи до необходимого для жизни количества. Часто демон искушает человека, пугая, что от недостатка пищи он ослабеет и заболеет, не сможет работать и станет обузой для других. Домашние также будут волноваться и с тревогой смотреть в его тарелку, настойчиво убеждая, чтобы он поел побольше.

Святые отцы советуют вначале ограничить употребление пряной и раздражающей аппетит пищи, потом сладкой, услаждающей гортань, затем жирной, утучняющей тело. Следует есть не спеша – так скорее появляется чувство насыщения. Вставать с трапезы надо тогда, когда утолен первый голод, но еще хочется есть. В старое время был обычай трапезничать молча. Посторонние разговоры отвлекают внимание, и человек, увлекшись беседой, может машинально съесть все, что лежит на столе. Старцы также советовали во время еды читать Иисусову молитву".

6. Телесное укрощение чревоугодия – воздержание, умеренность, пост

Преп. Нил Сорский пишет о том, как научиться умеренности в удовлетворении естественных потребностей:

«…в меру и в подобающее время вкушая пищу, побеждай страсть.

…Мера же пищи такова, сказали отцы: если кто установит себе, сколько принимать [ее] в день, и если уразумеет, что это много и отягощает его, то сразу пусть от того убавит, если же видит, что это мало и не может тем поддерживаться тело его, пусть прибавит немного. И таким образом, хорошо исследовав, установит [количество], которым может укрепить телесную силу свою, — не для услаждения, но по потребности, и так принимает, благодаря Бога, себя же осуждает как недостойного и того малого утешения. Все же [разнообразие человеческой] природы одним правилом объять невозможно, потому что великое различие имеют тела в крепости, — как медь и железо по сравнению с воском. Впрочем, общая мера новоначальных — перестать [есть, будучи] немного голодным; если же и довольно насытится — и это безгрешно. Если же когда пресытится немного, — да укорит себя и так, благодаря падениям, одерживает победу».

Преп. Иоанн Лествичник воспевает очищающее воздействие поста на душу подвижника:

Пост есть насилие естества, отвержение всего, что услаждает вкус, погашение телесного разжжения, истребление лукавых помышлений, освобождение от скверных сновидений, чистота молитвы, светило души, хранение ума, истребление сердечной бесчувственности, дверь умиления, воздыхание смиренное, радостное сокрушение, удержание многословия, причина безмолвия, страж послушания, облегчение сна, здравие тела, виновник бесстрастия, разрешение грехов, врата рая и небесное наслаждение.

 

Авва Дорофей говорит о том, как правильно соблюдать пост:​

«Итак, каждый желающий в сии дни очиститься от грехов, сделанных им в течение целого года, прежде всего должен удерживаться от множества яств, ибо безмерие пищи, как говорят отцы, рождает для человека всякое зло. Потом он должен также остерегаться, чтобы не нарушать поста без великой нужды, чтобы не искать вкусной пищи и чтобы не отягощать себя множеством пищи или пития.

…Но мы не в пище только должны соблюдать меру, но удерживаться и от всякого другого греха, чтобы, как постимся чревом, поститься нам и языком, удерживаясь от клеветы, от лжи, от празднословия, от уничижения, от гнева и, одним словом, от всякого греха, совершаемого языком. Так же должно поститься и глазами, т. е. не смотреть на суетные вещи, не давать глазам свободы, ни на кого не смотреть бесстыдно и без страха. Также и руки, и ноги должно удерживать от всякого злого дела. Постясь … постом благоприятным, удаляясь от всякого греха, совершаемого всеми нашими чувствами…»

Преп. Иоанн Кассиан Римлянин также учит правильному подходу к посту:​

«Итак, весьма справедливо думали отцы, что пост и воздержание состоят в умеренности, и что все, домогающиеся совершенной добродетели, принимая пишу, необходимую для поддержания тела, должны воздерживаться, когда еще хочется есть».

«О внутреннем мире монаха и духовном воздержании.​

Нам нечего бояться внешнего неприятеля; враг в нас самих скрывается. В нас ежедневно происходит внутренняя война; после одержания победы в ней все внешнее сделается слабым и с воином Христовым все помирится и покорится ему. Мы не будем иметь такого неприятеля, которого бы следовало бояться вне нас, если внутреннее будет в нас побеждено и покорено духу. Мы должны верить, что один телесный пост не может быть достаточным для совершенства сердца и чистоты тела, если не будет соединен с ним и пост душевный. Ибо и душа имеет свою вредную пишу, насытившись которой, и без обилия телесной пищи впадет в сладострастие. Злословие есть пища ее и притом приятная; гнев есть также пища ее, хотя вовсе не легкая: на час насыщает душу несчастной пищей, а вместе с тем поражает и смертоносным вкусом. Зависть есть пища души, которая растлевает ее ядовитыми соками и непрестанно мучит ее, бедную, благополучием чужого успеха. Тщеславие есть пища ее, которая приятным вкусом на время услаждает, а после делает душу пустой, лишает всякой добродетели, оставляет бесплодной, лишенной всех духовных плодов: не только губит заслуги необычайных трудов, но еще навлекает большое наказание. Всякая похоть и блуждание непостоянного сердца есть корм души, питающий ее вредными соками, а после оставляет ее не причастной небесного хлеба. Итак, воздерживаясь при посте от этих страстей, сколько у нас есть сил, мы будем иметь полезный пост телесный. Труды плоти, соединенные с сокрушением духа, составят приятнейшую жертву Богу и достойную обитель святости в сокровенности чистого, благоукрашенного духа. Но если, постясь телесно, мы будет опутаны гибельными пороками души, то изнурение плоти не доставит нам никакой пользы, при осквернении драгоценнейшей части (души), которая бывает жилищем Св. Духа. Ибо не столько тленная плоть, сколько чистое сердце бывает храмом Божиим и жилищем Св. Духа. Следовательно, постясь по внешнему человеку, нужно воздерживаться от вредной пищи и по внутреннему человеку, которого святой апостол особенно убеждает предстать чистым Богу, чтобы удостоиться принять в себя гостя — Христа (Еф 3, 16, 17).

Нам надо упражняться в телесном воздержании, чтобы через него перейти к духовному посту.​

Итак, мы должны знать, что труд телесного воздержания мы подъемлем для того, чтобы этим постом достигнуть чистоты сердца. Впрочем, труд этот употребляется нами напрасно, если, зная цель, неутомимо подъемлем труд поста, а цели, для которой переносим столько скорбей, не можем достигнуть. Лучше воздержаться от запрещенной пищи души (т.е. грехов, пороков), чем телесно воздерживаться от не запрещенной и менее вредной пищи. Ибо в телесной пище бывает простое и безвредное употребление творения Божия, само по себе не имеющее никакого греха, а в душевной пище (пороках) бывает сначала гибельное пожирание братьев, о котором говорится: «не люби злословить, чтобы не быть тебе истребленным» (Притч. 20, 13). Также о гневе и зависти говорит блаженный Иов: «безрассудного убивает гнев, умерщвляет раздражительность, и легкомысленного умерщвляет зависть» (Иов. 5, 2). И также надо заметить, что тот, кто гневается, тот безрассуден, и кто завидует, тот считается легкомысленным. Тот справедливо считается безрассудным, кто гневом сам себе причиняет смерть; а завистник показывает, что он тупоумен и мелочен. Ибо когда завидует, то тем самым свидетельствует, что тот, о чьем счастье он скорбит, выше его.

… Чревоугодие разделяется на три вида: один вид побуждает принимать пишу раньше определенного часа; другой — любит только пресыщаться какой бы то ни было пищею; а третий — хочет лакомой пищи. Против этого монах должен иметь троякую осторожность: ожидать определенного для принятия пищи времени; не должен пресыщаться; должен довольствоваться любой пищею низкого сорта».

Иером. Иов (Гумеров) пишет о значении поста:​

«Чем лечится страсть чревоугодия? Святые отцы советовали любой страсти противопоставлять противоположную ей добродетель. И бес чревоугодия «изгоняется только молитвою и постом» (Мф. 17, 21). Пост вообще великое воспитательное средство. Блажен, кто приучен к воздержанию душевному и телесному и неукоснительно соблюдает установленные церковные посты и постные дни.

Тут хотелось бы немного сказать о смысле православного поста. Пост сейчас соблюдают многие. Но правильно ли соблюдают? В ресторанах и кафе на время постов появилось специальное постное меню. Дикторы телевидения и радио говорят о начале поста. В продаже имеется немало кулинарных книг с рецептами постных блюд. Так в чем же суть поста?

Пост – это не диета. Пост, особенно Великий, святые отцы называли весной души; это время, когда мы особенно внимательно относимся к своей душе, внутренней жизни. Прекращаются супружеские плотские отношения, увеселения. До революции во время Великого поста закрывались театры. Постные дни установлены, чтобы мы иногда замедляли сумасшедший бег суетной земной жизни и могли посмотреть внутрь себя, своей души. Постом православные христиане говеют и причащаются святых таин.

Пост – время покаяния в грехах и усиленной борьбы со страстями. И в этом нам помогает вкушение постной, более легкой, низкокалорийной пищи и воздержание от удовольствий. Думать о Боге, молиться, вести духовную жизнь легче, когда тело не пресыщено, не отягощено. «Чревоугодник называет пост временем плача, а воздержанный и в посте не смотрит угрюмо», – пишет преподобный Ефрем Сирин. Это одно из значений поста. Он помогает нам сосредоточиться, настраивает на духовную жизнь, облегчая ее нам.

Второе значение пощения – жертва Богу и воспитание своей воли. Пост – установление не новое, а древнейшее. Можно сказать, пост – первая заповедь человеку. Когда Господь дал повеление Адаму вкушать от всех плодов райского сада, кроме плодов древа познания добра и зла, Он установил первый пост. Пост – это послушание божественному установлению. Богу не нужны всесожжения и кровавые жертвы; Ему нужно «сердце сокрушенно и смиренно» (Пс. 50, 19), то есть наше покаяние и смирение, послушание. От чего-то (хотя бы от мяса, молока, вина и некоторых других продуктов) мы отказываемся ради послушания Ему. Приносим в жертву наше воздержание, ущемление своей воли.

Еще одно значение поста – в воспитании воли и подчинении ее духу. Постом мы даем понять чреву, «кто в доме хозяин». Человеку, не привыкшему поститься, дисциплинировать себя, очень тяжело обуздывать страсти, бороться с ними. Христианин – это воин Христов, а хороший воин находится в постоянной боевой готовности, постоянно тренируется и обучается, держит себя в форме.

В Церкви нет ничего случайного и бессмысленного. Не соблюдающие пост, пресыщенные никогда не узнают настоящего вкуса пищи, этого дара Божия. Даже праздничная трапеза для не постящихся становится чем-то вполне обыденным, а для постящихся даже скромное застолье после продолжительного поста – настоящий праздник.

Пост чрезвычайно полезен и в супружеской жизни. Супруги, привыкшие к воздержанию во время постов, никогда не пресытятся своими интимными отношениями, они всегда желанны друг для друга. И наоборот, пресыщение ведет либо к взаимному охлаждению, либо к излишествам и изощрениям в интимной жизни».

7. Трезвение. Молитва. Противопоставление лукавым помыслам – помыслов благих​

Преп. Нил Сорский учит духовной брани против помыслов чревоугодия:

"Различны способы борьбы, которыми победу одерживаем мы над лукавыми помыслами, сказали отцы, согласно мере каждого из подвизающихся: молиться против помыслов, противоречить им, уничижать и отгонять их. Уничижать и отгонять — [дело] совершеннейших, противоречить — и это преуспевших. [Дело же] новоначальных и немощных — молиться против них и лукавые помыслы заменять благими, ибо [и] святой Исаак повелевает страсти подменять добродетелями. И Петр Дамаскин говорит: «Благой прилог помысла должно быть готовым обращать в дело», и другие отцы так учат. Посему и нам, если когда-либо будем обуреваться помыслами, не в силах молиться в мире и внутренней тишине, подобает молиться против них и прелагать на полезные.

…Если досаждает помысел чревообъядения, приводя на память различные и сладостные изысканные яства, чтобы без потребности, не вовремя и сверх меры есть, подобает тогда вспоминать прежде всего слово, сказанное Господом: «Да не отягощаются сердца ваши объядением и пьянством» (Лк. 21, 34) — и, Тому Самому Господу помолившись и на помощь Его призвав, помышлять о сказанном отцами, что эта страсть есть корень всякого зла в иноках, особенно же блуда".

8. Рассуждение в подвиге воздержания​

Святые отцы учат, что и в деле воздержания, и в соблюдении поста надо поступать с рассуждением, избегая и уклонений в излишнее рвение, и необоснованных послаблений.

Преп. Иоанн Кассиан Римлянин:​

«Не могут все соблюдать одно правило поста.

Итак, касательно образа поста не может удобно соблюдаться одно правило; поскольку не у всех тел одинакова крепость, и соблюдается пост не только силою души, как прочие добродетели. И потому, поскольку он состоит не в одном мужестве духа, а соразмеряется с силою тела, мы приняли такое определение, переданное нам, что различны должны быть время, способ и качество питания, именно по неодинаковому состоянию тела или по возрасту и полу; но у всех должно быть одно правило укрощения плоти для воздержания сердца и укрепления духа. Ибо не все могут соблюдать пост по неделям; некоторые не могут не принимать пищу более трех или двух дней, а иным по болезни или старости трудно пробыть без пищи до заката солнечного. Не для всех одинаково питательны овощи или сухой хлеб. Иному для насыщения нужно два фунта, а другой чувствует тягость, если съест фунт или полфунта; но все воздержники имеют одну цель, чтобы, принимая пищу по мере способности, не вдаваться в пресыщение. Ибо не только качество пищи, но и количество расслабляют душу, разжигая в ней, как и в утучненной плоти, вредоносный греховный огонь.

Немощь плоти не может препятствовать чистоте сердца.​

Немощь плоти не воспрепятствует сердечной чистоте, если употребляем только ту пищу, которая нужна для укрепления немощи, а не ту, которой требует похоть. Мы видим, что те, кто воздерживались от мясной пищи (умеренное употребление которой в нужде позволительно) и из любви к воздержанию отказывались от всего, падали скорее, чем те, кто по слабости употреблял такую пишу, но в меру. И при слабости тела можно сохранить воздержание, если только человек будет употреблять дозволенную пищу столько, сколько нужно для поддержания жизни, а не для удовлетворения похоти. Питательная пища и здоровые тела сохраняет, и чистоты не лишает, если только умеренно употребляется. Поэтому во всяком состоянии можно сохранить воздержание и быть непорочным.

Как можно желать и употреблять пищу.​

Итак, весьма справедливо думали отцы, что пост и воздержание состоят в умеренности, и что все, домогающиеся совершенной добродетели, принимая пишу, необходимую для поддержания тела, должны воздерживаться, когда еще хочется есть. И слабый телом может сравняться в добродетели со здоровыми и крепкими, если будет обуздывать похоти, которых не требует немощь плоти. Ибо и апостол говорит: плотоугодия не творите в похоти, т.е. он не запрещает заботиться о плоти, а только говорит, чтобы это не делалось в похоти; запрещает угождение прихотям плоти, а не заботу, которая необходима для поддержания жизни, и запрещает потому, чтобы мы, потворствуя плоти, не стали во вред себе исполнять похотей. Между тем заботиться о теле нужно потому, чтобы, испортив его пренебрежением, не потерять возможности исполнять духовные и необходимые наши обязанности.

Как надо поститься.​

Поэтому сущность воздержания состоит не только в том, чтобы соблюдать время употребления пищи, и не только в качестве пищи, но прежде всего в рассудительном употреблении ее. Каждый должен поститься столько, сколько нужно для укрощения плотской борьбы. Полезно и непременно нужно соблюдать канонические правила, касающиеся постов; но если после поста не будет сохранена умеренность в употреблении пищи, то соблюдение правил не приведет к чистоте. Ибо если после воздержания в продолжительные посты употребить пищи в сытость, то это больше произведет в теле расслабления, нежели чистоты целомудрия; потому что для чистоты духа требуется воздержанность желудка. Кто не умеет соблюсти одинаковой меры в воздержании, тот не может иметь постоянной чистоты целомудрия. Строгие посты делаются напрасными, когда за ними последует излишнее употребление пищи, которое скоро доходит до порока чревобесия. Поэтому лучше каждый день умеренно употреблять пишу, нежели временами обрекать себя на долгие и строгие посты. Неумеренный пост не только может расслабить дух, но, обессилив тело, ослабить и силу молитвы».

Преп. Нил Сорский:​

«О различении же пищи: «От всех имеющихся усладительных снедей должно принимать понемногу — вот рассуждение благоразумных, — сказал Григорий Синаит, — а не одно выбирать, другое же отлагать, — да и Бог благодарится, и душа не возносится, ибо так [и] возношения мы избежим, и добрым творением Божиим не возгнушаемся. Немощным же верою или душою воздержание от снедей полезно, так как, — сказал он, — не веруют они, что будут Богом сохранены; повелел им и апостол есть овощи (Рим. 14, 2)». Если же вредна кому-то какая-либо пища, или по немощи некоей, или по естеству, да не понуждает себя принимать ее, но да принимает полезное ему. Ведь говорит Василий Великий, что не подобает снедями, которыми поддерживается тело, ратовать против него.

О различении же тел. Если кто имеет тело здоровое и крепкое, подобает утомлять его сколь возможно, да избавляется [оно] от страстей и порабощается душе благодатью Христовой, а если немощное и недужное — давать ему немного покоя, да не до конца отпадет [от делания]. Подобает же подвизающемуся жить в скудости, не насыщаясь, и подавать телу чуть меньше потребного, как в пище, так и в питии. Во время же плотской брани, от врага [воздвигаемой], подобает наиболее воздерживаться, поскольку многие, не удержав чрева, впали в страсти постыдные и неизреченный ров скверны; а когда находится чрево в благочинии воздержания — совместный вход всех добродетелей бывает. Ибо если удержишь чрево — войдешь в рай, говорит Василий Великий, если же не удержишь — станешь добычею смерти. Когда же кто-либо из-за труда путешествия или какого-то тяжелейшего дела снизойдет немного к телу и чуть прибавит к обычно потребному, — это не зазорно, и в пище, и в питии, и во всяком покое, — поскольку с рассуждением, по силе своей [таковой] поступил».

Преп. Иоанн Лествичник учит внимать себе и выявлять побудительные мотивы наших действий, чтобы отсекать страсть в зародыше, и тем самым учит рассудительной борьбе со страстью:

«Когда пришел странник, чревоугодник весь движется на любовь, подстрекаемый чревонеистовством, и думает, что случай сделать брату утешение есть разрешение и для него. Пришествие других считает он за предлог, разрешающий пить вино, и под видом того, чтобы скрыть добродетель, делается рабом страсти.

…Часто тщеславие враждует против объядения, и сии две страсти ссорятся между собою за бедного монаха, как за купленного раба. Объянение понуждает разрешать, а тщеславие внушает показывать свою добродетель; но благоразумный монах избегает и той и другой пучины и умеет пользоваться удобным временем для отражения одной страсти другою.

…Видел я престарелых священников, поруганных бесами, которые юным, не находившимся под их руководством, благословением разрешали на вино и прочее на пиршествах. Если они имеют доброе о Господе свидетельство, то можем с их позволения немного разрешить; если же они нерадивы, то нам не должно в этом случае обращать внимание на их благословение, а особенно, когда мы еще боремся с огнем плотской похоти.

…Богопротивный Евагрий воображал, что он из премудрых премудрейший как по красноречию, так и по высоте мыслей, но он обманывался, бедный, и оказался безумнейшим из безумных как во многих своих мнениях, так и в следующем. Он говорит: «Когда душа наша желает различных снедей, тогда должно изнурять ее хлебом и водою». Предписывать это то же, что сказать малому отроку, чтобы он одним шагом взошел на самый верх лестницы. Итак, скажем в опровержение сего правила: если душа желает различных снедей, то она ищет свойственного естеству своему; и потому противу хитрого нашего чрева должно и нам употребить благоразумную осторожность; и когда нет сильной плотской брани и не предстоит случая к падению, то отсечем прежде всего утучняющую пищу, потом разжигающую, а после и услаждающую. Если можно, давай чреву твоему пищу достаточную и удобоваримую, чтобы насыщением отделываться от его ненасытной алчности и через скорое переваривание пищи избавиться от разжжения, как от бича».

Древний патерик повествует о том, с каким рассуждением поступали святые отцы, в зависимости от обстоятельств то ослабляя, то усиливая меру воздержания:

"Сказывали об авве Макарии: когда случалось ему быть с братиею, он полагал себе за правило: если будет вино, выпей для братии; но за один стакан вина не пей целый день воды. Поэтому, когда братия для успокоения давали ему вина, старец с радостью принимал оное, чтобы мучить себя. Но ученик его, зная дело, говорил братии: ради Господа, не давайте ему, иначе он будет мучить себя в келье. Братия, узнав сие, более не предлагали ему.

Некогда авва Силуан и ученик его Захария пришли в монастырь: там их упросили вкусить немного пищи на дорогу. Когда они вышли, ученик нашел воду на дороге и хотел напиться. Авва Силуан говорит ему: Захария, ныне пост! Разве мы, отец, не ели? - говорил ученик. Что мы ели там - это было дело любви, - отвечал старец, но мы должны соблюсти свой пост, сын мой!

Однажды отцы пошли в Александрию, будучи приглашены архиепископом Феофилом сотворить молитву и совершить священнодействие. Когда они вкушали с ним пищу, то было предложено телячье мясо. Они ели, нисколько не рассуждая. Архиепископ, взяв один кусок мяса, предлагал его сидящему близ него старцу, говоря: вот хороший кусок, съешь, авва. Старцы сказали на это: до сего времени мы ели овощ; если это мясо, то не станем есть. И ни один из них не стал более есть. (1 Кор. 8: 7 и далее; 10: 27 и далее)".

9. Пьянство, курение, наркомания​

По словам святителя Феофана Затворника, бороться с такими страстями, как пьянство и курение, можно только «решившись покрепче». «Иного способа нет». Но в борьбе с любой страстью победить невозможно, если человек не обращается за помощью к Богу.

Иером. Иов (Гумеров):​

"Проявлениями страсти чревоугодия, невоздержания являются пьянство, наркомания и курение. Эти пороки – очень яркие примеры греховной, страстной зависимости, зависимости не только духовной, но и болезненно-телесной.

Вино является вещью далеко не безопасной, но Священное Писание не относится к нему как к чему-то скверному, греховному и нечистому. Наоборот, Христос благословил брак в Кане Галилейской, восполнив оскудение запасов вина, претворив воду в вино на свадьбе. Господь Сам разделял дружескую трапезу с апостолами и Своими последователями и употреблял вино. Святой пророк псалмопевец Давид воспевает: «Вино веселит сердце человека» (Пс.103, 15). Но в Библии дается и предупреждение: «Не упивайтесь вином, от которого бывает распутство» (Еф. 5, 18).

«Пьяницы… Царства Божия не наследуют» (1 Кор. 6, 10). Нам дается предостережение: вино содержит в себе опасность, нельзя упиваться им, необходимо соблюдать осторожность и знать меру.

Человек становится алкоголиком не на пустом месте. И алкоголь, и наркотики – это очень простой способ мгновенного получения радости, эйфории. И пока алкоголь или наркотик действуют в организме, человек имеет некий эрзац счастья. То, что он, может быть, не смог получить в жизни, к чему нужно прилагать очень много усилий, дается мгновенно. Ведь чтобы получить настоящее счастье, нужно очень много потрудиться.

Особенно часто человек становится алкоголиком или наркоманом, когда у него неблагополучно в семейной, личной жизни. Американские исследователи утверждают, что 100% случаев наркомании связано с ощущением утраты смысла жизни.

… Вот почему так высок процент ремиссии в центрах лечения алкогольной и наркотической зависимости при храмах и монастырях. Ведь страждущим указывается подлинный смысл жизни – в Боге, в вере, в труде на благо Церкви и людей. Они каются в грехах (а без покаяния невозможно победить страсть), участвуют в таинствах, вместе молятся об исцелении.

Если в семье существует такая беда и один из членов болен алкоголизмом или наркоманией, он может справиться только при поддержке, помощи и любви близких людей. Он должен чувствовать, что его любят, что он не один, за него борются, к его беде неравнодушны. Бесы алкоголизма и наркомании очень сильны, они очень крепко держат человека, власть их над ним велика. Недаром алкоголики, наркоманы даже начинают видеть эти темные сущности наяву.

… Почему алкоголики видят бесов? На наше счастье, мир духов закрыт от наших очей. Наша земная телесная оболочка, так называемая «риза кожаная» (см.: Быт. 3, 20), не дает нам видеть ангелов и бесов. Но в некоторых случаях люди их видят. Очень часто это происходит, когда душа уже готова разлучиться с телом. Описываются случаи, когда грешники видели толпы бесов, стоящих у их постели и протягивающих к ним свои лапы. Человек, страдающий алкоголизмом, наркоманией настолько истончает свою земную оболочку, находясь практически в предсмертном состоянии, что начинает видеть духовные сущности, а так как служит страстям и греху, то и видит естественно не ангелов Света, а совсем даже наоборот. Поэтому человек пьющий часто является орудием в руках диавола. Большинство преступлений, особенно убийств, совершается в состоянии алкогольного или наркотического опьянения.

… Но, несмотря на силу этой страсти и власть диавола, надежда всегда остается. Если человек искренне хочет избавиться от зависимости и горячо просит Бога об исцелении, Господь обязательно поможет.

… Человеку, который встал на путь излечения, который хочет порвать со страстью алкоголизма, нужно запомнить раз и навсегда: даже если он избавится от недуга, он не перестанет быть больным, поэтому даже прикасаться к водке и вину ему категорически запрещено. То, что позволено обычному здоровому человеку, то есть получать веселье от вина и соблюдать меру, ему уже не дано. Недаром люди, посещающие группы анонимных алкоголиков, даже после того, как они полностью бросили пить, все равно называют себя алкоголиками. От пьянства нельзя освободиться полностью, не «завязав» с алкоголем. Компромисс здесь невозможен. Сей демон изгоняется только постом, то есть полным воздержанием".

10. Борьба с чревоугодием продолжается до самой смерти

Преп. Иоанн Лествичник:​

…чудно было бы, если бы кто-нибудь прежде сошествия своего в гроб освободился от сей страсти.

11. Добродетель воздержания​

Страсти чревоугодия противоположна - и побеждает её - добродетель воздержания.

Св. Игнатий (Брянчанинов) пишет о том, что она включает в себя:

«Удержание от излишнего употребления пищи и пития, в особенности от употребления в излишестве вина. Хранение точное постов, установленных Церковью. Обуздание плоти умеренным и постоянным одинаковым употреблением пищи, от чего начинают ослабевать вообще все страсти, а в особенности самолюбие, которое состоит в бессловесном люблении плоти, живота и покоя ее».

 

Шестопсалмие​

Шестопсалмие – это основа первой части утрени. Оно включает шесть избранных псалмов царя Давида: 3, 37, 62, 87, 102 и 142.

Шестопсалмию молящиеся внимают с особым сосредоточенным благоговением.

Ввиду важности шестопсалмия, его читают на середине храма, внятно и неспешно. Во время чтения шестопсалмия, по уставу, свечи погашаются. Наступившая темнота знаменует ту глубокую ночь, в которую пришел на землю Христос, прославленный ангельским пением: "Слава в вышних Богу". Полумрак храма способствует большей молитвенной сосредоточенности.

Иеромонах Иов (Гумеров):​

"Богослужение утрени посвящено молитвенному воспоминанию основных новозаветных событий. Время шестпсалмия символически изображает состояние человечества, погруженного в духовную тьму перед приходом в мир Спасителя мира. Свечи погашены. Горящие лампады напоминают мерцание звезд той Вифлеемской ночи, когда родился в вертепе Богомладенец. Поэтому шестпсалмие (греч. ексопсалмос) предваряется ангельским песнопением, которое слышали в ту ночь пастухи: «Слава в вышних Богу, и на земли мир, во человецех благоволение» (Лк. 2, 14)".

Эта ангельская песнь читается трижды. Затем дважды произносится стих из 50-го псалма:"Господи, устне мои отверзеши, и уста моя возвестят хвалу Твою".

И затем читаются псалмы, разделенные на две части. Шестопсалмие напоминает нам о пришествии Спасителя и о необходимости покаяния в деле нашего спасения. Псалмы эти исполнены покаяния и умиления. В псалмах шестопсалмия изображается греховное состояние людей, исполненное бед и напастей, и горячо выражается ожидающаяся людьми единственная надежда на милосердие Божие. Они равномерно взяты из всех частей Псалтири (3, 37, 62, 87, 102 и 142).

«Псалмы выбраны однородного содержания и тона, господствующего в Псалтири; именно все они изображают преследование праведника врагами и его твердую надежду на Бога, лишь растущую (Пс.3:8; 62:6) от увеличения преследований (пс.3:2-3; 37:7-8; 87:4-5) и в конце достигающую ликующего успокоения в Боге (пс.102)»
(М.Скабалланович. Толковый Типикон. Всенощная).

Типикон предписывает слушать их со вниманием и страхом, "яко самому Богу невидимо беседующе, и молящеся о гресех наших". Устав не дозволяют во время чтения шестопсалмия никаких разговоров (даже шепотом), хождения по храму, даже возбраняет чихнуть или кашлянуть. Если кто-то вошел в храм во время шестопсалмия, то надо остаться у входа до окончания чтения и лишь после пройти на свое место.

Иером. Иов (Гумеров):​

"Во время чтения необходимо соблюдать благоговейную тишину. Нельзя ходить или сидеть (кроме больных): «но паче внимати от псаломника глаголемым, руце имуще согбены к персем, главы же преклонены, и очи имуще долу, сердечныма очима зряще к востоком, молящеся о гресех наших, поминающе смерть и будущую муку и жизнь вечную» (Типикон. 49-я гл.). Возможно, именно это строгое предписание устава породило сравнение времени чтения шестпсалмия с грядущим Страшным Судом. Если во время любого богослужения благоговейно и покаянно предстоять перед Лицом Божиим, то сравнение со Страшным Судом не будет казаться суеверием. «Яко на Страшнем Твоем, и нелицеприемнем предстояй Судилищи, Христе Боже, и осуждения подъемля, и слово творя о содеянных мною злых…» (Последование ко святому Причащению. Молитва 4-я).

Также на шестопсалмии совсем отменяются поклоны. После первых трех псалмов на "Аллилуия" полагается крестное знамение без поклона и только по окончании всего шестопсалмия при заключительном "Аллилуия" - три поклона.

Старец Паисий Святогорец на вопрос: "Геронда, а почему мы не садимся на шестопсалмии?" - отвечал:

"Потому что оно символизирует Страшный Суд. Поэтому хорошо, если во время чтения шестопсалмия ум идет на час Страшного Суда. Шестопсалмие занимает шесть-семь минут. После первой статьи мы даже не крестимся, потому что Христос придет сейчас не для того, чтобы распяться, но явится [миру] как Судия".

В середине шестопсалмия, во время начала чтения 4-го, самого скорбного, наполненного смертной горечью псалма, священник выходит из алтаря и перед царскими вратами про себя продолжает читать 12 особых "утренних" молитв, которые он начал читать еще в алтаре, перед престолом. В этот момент священник как бы символизирует Христа, Который услышал скорбь падшего человечества и не только сошел, но и до конца разделил его страдания, о которых говорится в читаемом в это время 87 псалме.

В "утренних" молитвах, которые священник читает про себя, содержится моление о стоящих в храме христианах, просьба простить им их грехи, дать искреннюю веру в нелицемерную любовь, благословить все их дела и удостоить Царства Небесного.

 

Всенощная
​

Всенощным бдением, или всенощной, называется такое Богослужение, которое совершается вечером накануне особо чтимых праздничных дней.

Оно состоит великой вечерни (иногда великого повечерия) с литией и благословением хлебов, утрени и первого часа, причем как вечерня, так и утреня совершается более торжественно и при большем освещении храма, чем в другие дни.

Это Богослужение называется всенощным потому, что в древности оно начиналось поздно вечером и продолжалось всю ночь до рассвета.

Сам Господь Иисус Христос нередко посвящал ночные часы молитве (Мф. 14, 23; 26-46 и др.). "Бодрствуйте и молитесь, - говорил Спаситель апостолам, - чтобы не впасть в искушение" (Мф. 26, 41). И апостолы собирались ночью на молитву (см., например, Деян. 20, 7; 25). В эпоху гонений христиане также совершали богослужения ночью.

Потом, из снисхождения к немощам верующих, стали начинать это Богослужение несколько раньше и делать сокращения в чтении и пении, а потому оно и кончается теперь не так поздно. Прежнее же название его всенощным бдением сохранилось.

Вместе с тем до нашего времени в большинстве храмов России всенощное бдение служится ночью накануне праздников Святой Пасхи и Рождества Христова; накануне некоторых праздников - в Афонских монастырях, в Спасо-Преображенском Валаамском монастыре и др.

Всенощное бдение служится накануне:

- воскресных дней

- двунадесятых праздников

- праздников, отмеченных особым знаком в Типиконе (например память Апостола и Евангелиста Иоанна Богослова, и Святителя

Николая Чудотворца)

- дней храмовых праздников

- любого праздника по желанию настоятеля храма или согласно местной традиции.

Над составлением чина всенощного бдения трудились великие молитвенники - святые отцы: преподобные Харитон Исповедник и Савва Освященный, святители Иоанн Златоуст и Софроний, патриарх Иерусалимский, преподобный Иоанн Дамаскин. Глубокое богословское содержание, выработанное веками богатство художественно-музыкального содержания делают всенощную сокровищницей православного богослужения.

Вечерня отображает историю Церкви Божией в ветхозаветное время и показывает, что Ветхий Завет имеет своё логическое завершение в Новом Завете. Она напоминает и изображает времена ветхозаветные: сотворение мира, грехопадение первых людей, изгнание их из рая, раскаяние и молитву их о спасении, затем, надежду людей, согласно обетованию Божию, на Спасителя и, наконец, исполнение этого обетования.

Лития - усердное моление в притворе храма, куда священнослужители выходят из алтаря, как бы изображая Адама, изгнанного из рая, или блудного сына, ушедшего от отца на чужбину. Молитвы литии - это прошения Церкви за весь мир.

Утреня - вторая часть всенощного бдения. В ней изображаются новозаветные события.

Первая часть утрени возводит молящегося от покаянного настроения к радости о Боге. Утреня напоминает нам новозаветные времена: явление Господа нашего Иисуса Христа в мир, для нашего спасения, и Его славное Воскресение, то, что Своим пришествием в мир Господь Иисус Христос положил начало новому благодатному дню жизни вселенной.

 

Экзарх​

Экзарх (с греч. — руководитель, начинатель) – название церковно-иерархической степени.

Экзарх - епископ, возглавляющий отдельный церковный округ, расположенный за пределами страны, где находится патриарх, - экзархат. В состав экзархата могут входить несколько епархий, архипастыри которых подчинены экзарху. Сам экзарх подчинен центральной церковной власти – патриарху или Синоду, но пользуется определенной самостоятельностью.

Экзарх является епархиальным архиереем своей епархии и возглавляет управление экзархатом на основании церковных канонов. Имя экзарха возносится во всех храмах экзархата после имени Патриарха Московского и всея Руси.

Титул экзарха имеет длительную историю; он упоминается в исторических памятниках со времени Антиохийского собора 445 г. В течение веков значение этого термина радикально менялось. В истории употребления этого термина можно увидеть три стадии.

1. Древнюю, когда экзарх был самостоятельным иерархом.

2. Последующую, когда экзарх был только органом Патриаршей власти. На этой стадии титул экзарха не был непременно связан с епископской степенью, его носителем могли быть пресвитеры, диаконы и даже миряне.

3. Новую, которая представляет собой, до некоторой степени, возвращение к первоначальному значению титула.

В настоящее время в Русской Православной Церкви существует только один экзарх - митрополит Минский и Слуцкий, управляющий Белорусским экзархатом.

 

Юродство ради Христа - один из самых трудных подвигов христианского благочестия.
Подвиг святого юродства принимали на себя люди, уже утвердившиеся в духовных подвигах, испытанные в духовной мудрости.

Христа ради юродивые ставили себе задачей побороть в себе корень всех грехов - гордость. Для этого они вели необычный образ жизни, иногда представлялись как бы лишенными рассудка, вызывая тем над собою насмешки людей, упрёки и поношения.

Юродивые отказывались ради Христа от всех благ и удобств земной жизни, переносили голод, жажду, холод и зной, ходили босиком, часто почти или совсем без одежды.

Часто юродивые в иносказательной символической форме обличали зло в мире, как словами, так и действиями. Такой подвиг брали на себя юродивые для того, чтобы смирить себя и вместе с тем сильнее воздействовать на людей, так как к обычной простой проповеди люди относятся равнодушно. Водимые духом Божиим, эти подвижники часто открыто и дерзновенно говорили истину лицам, облеченным высокой властью, перед которыми другие не осмеливались возвышать голос правды. Юродивые часто становились великими благодетелями для других людей: или кроткими наставниками и прозорливыми советниками, или грозными обличителями.

Подвиг юродства ради Христа был особенно распространен у нас на Русской земле.

 

Язычество​

Термин “язычество” происходит от церковнославянского слова “язык”, означающего “народ” и означает буквально, «религия народов» или «инородческая религия», то есть религии и религиозные верования, не имеющие богооткровенного происхождения. Язычество — это поклонение творению (созданию), а не Творцу (Создателю), то есть почитание или поклонение кому-либо или чему-либо, кроме единого Бога. В этом значении термин «язычество» предстает как синоним термина «идолопоклонство». Оно возникло, когда древние люди, следуя гибельным пожеланиям своей природы, поврежденной первородным грехом, отступили от веры в истинного Бога.

Язычество есть, прежде всего, такое направление жизни, которое характеризуется ложным отношением человека к Богу, к себе, к миру.

Язычество внедряет в сознание разрушительную идею о том, что всё равно, как верить, что аскетика во всех религиях тождественна и положительна. В результате теряется сознание того, что Истина лишь одна, и может существовать лишь в одной-единственной религии, а остальные верования – ложны, и уводят человека на гибельный путь, отдавая его во власть страстей и демонов.

Язычество очень неоднородно по форме. Существует множество его видов: религиозные системы народов древнего мира, шаманизм, индуизм, брахманизм, буддизм, даосизм, конфуцианство, синтоизм, все политеистические религии, магия, сатанизм, спиритизм, теософия, антропософия, неоязычество (родноверие, асатру, вика) и др.

Источник: http://verapravoslavnaya.ru