[Текст] Алфавит духовный

Святитель Тихон Задонский:​

«Что пользы тело здоровое иметь, но душу расслабленную и немощную?

Здравие тела отворяет человеку двери ко многим прихотям и грехам, но немощь тела затворяет. Во время болезни мы чувствуем, что жизнь человеческая подобна цветку, который тотчас засыхает, как скоро он распускается... Что наши дни исчезают как тень, что наше тело сохнет подобно траве полевой, что жизнь самого крепкого человека есть только дыхание; что с каждым дыханием она сокращается, и что биение его пульса подобно ударам маятника, приближает его к последнему часу, который почти всегда бьет в такую минуту, когда он думает, что до сего часа еще долго. О, болезнь, горькое, но здоровое лекарство! Как соль гнилость мяса и рыбы отвращает и не попускает зарождаться червям в них: так и всякая болезнь сохраняет дух наш от гнилости и тления духовного, не попускает страстям, как червям душевным, зарождаться в нас».

Святитель Игнатий Брянчанинов:​

Похворай, батюшка, похворай с терпением и самоукорением. Болезнь многому доброму учительница: сверх того, она – послание Божие взамен и в пополнение наших недостаточных подвигов... Блаженны те, которых Бог приготовляет к вечности болезнями и другими скорбями...

Священномученик Арсений (Жадановский), епископ Серпуховский:

Когда ты много спишь, ешь, гуляешь, то, хотя твое здоровье поправляется, твой организм крепнет, внешний человек цветет, но внутренний подавляется, понижается. Так, прежде всего ты начинаешь испытывать плотскую брань. Пусть в бодрственном состоянии ты отражаешь ее, но в сонном не избежишь нечистых воображений. Теперь выбирай: лучше ли тебе пользоваться здоровьем и быть нечистым, блудным, скверным, или же – быть слабым, немощным, но чистым, невинным по мыслям?

Святитель Феофан, Затворник Вышенский: ​

«У Бога о болезненном и здоровом состоянии совсем другие мысли, чем у нас, и они отстоят от наших, как небо от земли. Бывает, что Бог болезнию укрывает иных от беды, которой не миновать бы им, если бы они были здоровы.

Господь отнимает силы, чтобы хоть этим остепенить человека. Он уж не знает, как по-другому исправить. И милости, и скорбные посещения - все переиспытано, и все не в прок. Час же смерти приблизится, что делать тогда окаянному человеку?.. В болезни хоть и самой легкой, смерть, может, и придет на память, чтоб дать душе самым делом испытать, что поминание последних дней жизни отвращает от греха.

Посылает Бог иное в наказание, как эпитимью, иное в образумление, чтоб опомнился человек; иное, чтоб избавить от беды, в которую попал бы человек, если бы был здоров; иное, чтоб терпение показал человек и тем большую заслужил награду; иное, чтоб очистить от какой страсти, и для многих других причин.

Есть болезни, на излечение коих Господь налагает запрет, когда видит, что болезнь нужнее для спасения, чем здоровье. ... Если чувствуете и видите, что сами виноваты, то начните с раскаяния и жаления пред Богом, что не поберегли дар здоровья, Им вам данный. А потом все же сведите к тому, что болезнь от Господа есть, и случайно ничего не бывает. И вслед за этим опять благодарите Господа. Болезнь смиряет, умягчает душу и облегчает ея тяжесть обычную от многих забот».

Игумен Никон (Воробьев):​

«Болезни всегда служили напоминанием для живущих на земле, что мы не вечны здесь, что нужно родиться в другой мир и дать отчет, что сделали в этом мире.

Тебя посетила великая милость Божия, не хотящая смерти грешника. Ты погибал духовно, после смерти тебя ожидала бездна адская. Слов ты не слышал, да и не мог. Нужно было сильное средство, чтобы оторвать тебя от пути погибельного. Это средство и вынужден был Господь послать тебе в виде твоей болезни. Поэтому не ропщи на Бога, не унывай, а благодари Его за милость к тебе и заботу о твоем спасении».

Епископ Александр Милеант пишет о пользе скорбей:​

«…скорби имеют свою светлую, положительную сторону. “Сетование лучше смеха, — замечает премудрый царь Соломон на закате своего жизненного пути, — потому что при печали лица сердце делается лучше!” (Ек. 7, 3).

…Дело в том, что зло так сплелось с нашим существом, так вросло в наше сердце, что процесс освобождения от него всегда сопряжен с болью. …

Христианская вера расширяет кругозор верующего человека и дает ему возможность видеть временное на фоне вечности. Страдания невинных не напрасны: они средство к получению большей награды на Небе. Так, согласно евангельской притче, многим казалось, что жизнь жестоко обидела нищего Лазаря. В то время, как он голодал и беспомощно страдал от язв лежа у ворот богача, тот ежедневно пиршествовал и веселился. Ни богач, ни его друзья не выражали Лазарю даже малейшего сочувствия. Когда Лазарь умер, никто не пришел на его похороны. С житейской точки зрения, его жизненный жребий — сплошная несправедливость. Однако, приподнимая завесу, за которой начинается иной мир, Евангелие дает нам увидеть, что с физической смертью прекратилась не жизнь, а лишь страдания Лазаря. Теперь за свое терпение и незлобие он удостоен великой награды. Таким образом, переступив порог временной жизни, человек вступает в мир, где царствует абсолютная справедливость. Поэтому в трудные минуты жизни надо напоминать себе, что “нынешние временные страдания ничего не стоят в сравнении с тою славою, которая откроется в нас” (Рим. 8, 18).

Кроме внешних скорбей и препятствий, связанных с проповедью, апостола Павла удручала еще какая-то физическая немощь, какой-то непонятный внутренний недуг, доводящий его порой до полного изнеможения, который он называет “жалом ангела сатаны” в своей плоти. Апостол трижды усиленно молил Бога избавить его от этого недуга, препятствующего ему совершать апостольское служение. Но Господь, вместо исцеления, явился ему Сам и сказал: “Довольно для тебя благодати Моей, ибо сила Моя в немощи совершается”. Поняв, что недуг послан ему для духовной пользы: чтобы научить его надеяться не на свои силы, а на помощь Божию, — апостол пришел к такому решению: “Я более охотно буду хвалиться немощами своими, чтобы обитала во мне сила Христова … Посему я благодушествую в немощах, в обидах, в нуждах, в гонениях, в притеснениях за Христа. Ибо когда я немощен, тогда я силен!” (2 Кор. 12, 7-11).

Вот новое и подлинно ценное откровение о пользе скорбей! Принимаемые со смирением и надеждой на Бога, они привлекают к страдальцу божественную силу, которая во много раз превышает его естественные силы и делает человека орудием Промысла Божия для спасения множества людей и даже целых народов.

…Итак, страдания неизбежны в этой временной жизни. Они, с одной стороны — следствие нашей личной греховности, нравственной испорченности других и общего несовершенства этого временного мира. С другой стороны, в руках премудрого промысла Божия скорби становятся орудием вразумления и исправления.

И таков духовный закон, что не только терпеливо принимаемые страдания, но всякое духовное усилие вообще, всякое добровольное лишение, всякий отказ, жертва — трансформируются в богатство внутри нас. Парадоксально, но действительно так: чем больше мы теряем внешне, тем больше приобретаем внутренне. Вот почему “трудно богатым войти в Царствие Небесное”, — потому что в них не совершается этой замены на небесные, нетленные блага.

Страдания, с точки зрения внутреннего роста, ценны не сами по себе, а только по своим результатам. Теряя земное счастье, человек становится лицом к лицу с высшими ценностями, начинает иными глазами смотреть на себя и на свою временную жизнь, обращается к Богу. Отсюда следует, что земное счастье, связанное со всегдашней памятью о Боге, не исключающее напряженной духовной жизни, — есть безусловное добро. Подобным образом и страдания, если они озлобляют или принижают человека, не преображая его, не давая благотворной реакции, — есть сугубое зло».

5. Ничто не происходит без воли Божией​

Ничто из того, что происходит с нами в жизни, не случается вне воли Божией. При этом Промысл Божий посылает каждому человеку только такие искушения, наказания (от слова «наказ», урок) которые необходимы именно ему для его спасения.

Св. Иоанн Тобольский говорит о том, что все несчастия и бедствия происходят по воле Божией:

«Все в мире, даже по виду злое (кроме греха), происходит по воле Божией. Богословы объясняют это таким способом. Начало зла (в собственном смысле) есть грех. В каждом грехе заключается: 1) причина, его производящая, и 2) ея неизбежныя последствия - исправление наказанием. Причина греха есть лживость или своеволие горделиваго грешника; наказания же вообще (как исправительныя, так и казни), будучи горькими последствиями своей причины, происходят по воле Божией, как причине не греха, но исправления или уничтожения онаго. Итак: если мы из понятия греха отбросим его причину - лживость и своеволие, то не будет ни одного из горьких или злых его последствий, которое бы не происходило по воле Божией или было бы Ему неугодно. Как горести греховныя частнаго человека, так и мирския, обыкновенно называемыя естественными, бедствия, как-то: голодовки, засухи, моровыя поветрия и тому подобныя, часто не имеющия непосредственнаго отношения ко греху частнаго лица, происходят по воле Божией. А потому все бедствия и горести человеческия положительно происходят по воле Божией ради достижения праведных целей Промысла Божия; один только грех противен Богу (подобно тому, как зло противно добру, или ложь противна истине), но попускается Богом ради ненарушения личной человеческой воли, или его свободы».

Св. Василий Великий пишет:​

«Бог по особенному домостроительству предает нас скорбям, по мере веры каждого посылая и меру испытаний.

…поелику мы творения благого Бога и состоим во власти Того, Кто устрояет все до нас касающееся, и важное и маловажное, то не можем ничего потерпеть без воли Божией; и если что терпим, оно не вредно, или не таково, чтобы можно было промыслить что-либо лучшее».

Св. Амвросий Оптинский говорил о действии Промысла Божия в жизни человека:

"Креста для человека, т. е. очистительных страданий душевных и телесных, Бог не творит. И как не тяжек бывает у иного человека крест, который несет он в жизни, а все же дерево, из которого он сделан, всегда вырастает на почве его сердца.

Когда человек идет прямым путем, для него и креста нет. Но когда отступит от него, и начнет бросаться то в одну, то в другую сторону, вот тогда являются разные обстоятельства, которые и толкают его опять на прямой путь. Эти толчки и составляют для человека крест. Они бывают конечно разные, кому какие нужны".

6. Зло, причиняемое нам людьми, не вне воли Божией​

Не только телесные скорби христианину надо принимать как из благотворящей руки Божией, но также и зло, которое причиняют люди.

Пр. Макарий Оптинский пишет:​

«всякое слово друг от друга, трогающее и потрясающее вашу сердечную глубину, есть посланное от Бога обличение к познанию себя и исправлению».

Он учит правильно принимать искушения от ближних, прозревая в них Промысл Божий:

"С М. N. У вас не сошлись характеры. Во всём этом я усматриваю действующий Промысл Божий в деле твоего спасения. Несомненно веруй, что Бог попустил так быть к испытанию твоему; когда без воли Его и влас главы нашей не погибает (Лк. 21, 18), то что сказать о большем оного. Когда будешь относить всё к Богу и принимать скорбные случаи с самоукорением, считая себя достойною оных, то удобно и легко понесёшь; а если, напротив, будешь укорять других и считать виновными своей скорби, то более на себя их навлечёшь и отяготишь свой крест… как мы познаем сокровенные в нас страсти? И как можем оные истребить? Не долготерпением к нам ближних, но от нашего к ним долготерпения. Они показывают нам лежащие в нас страсти, но каким образом? Смотрением Божиим, то есть Бог посылает их сделать нам что-нибудь неприятное и противное, чтобы от того узнали, что есть в нас страсти и попеклись бы о искоренении оных, а виновников сего считать благодетелями, по слову аввы Дорофея, «о еже укоряти себе, а не ближнего». Конечно, скоро невозможно уврачевать сии болезни, но, познав свою немощь и укоряя себя, получать будешь облегчение".

Св. Иоанн Тобольский:​

«… все святые все то, что встречалось с ними в жизни, приятное или неприятное, приписывали воле, действию Божию, потому что они не обращали своего внимания на чужие грехи, но все поступки людские разсматривали, как Божий дар или Божие попущение за свои грехи. Святые разсуждали так: всеблагий Бог никогда бы не попустил ничего злого, если бы Он не знал, что оттуда Он произведет многочисленныя и великия благодеяния.

Многие обманываются, по своему крайнему невежеству думая, что только зло, проистекающее от естественных причин, (именно: наводнения, землетрясения, неурожаи, неблагоприятныя атмосферическия явления, повальныя болезни, внезапная смерть и т.п.) происходит по воле Божией; ибо по большей части такия несчастья не имеют прямого отношения ко грехам. Но злостныя деяния, происходящия от противозаконнаго умысла человеческаго, от неправды (каковы: ругательныя слова, насмешки, обманы, подлоги, хищения, обиды действием, грабежи, разбои, убийства и т.п.), приключаются, по мнению названных выше людей, независимо от воли Божией и Его Промысла, но единственно по человеческой злобе и развращенной людской воле, которая сама причиняет и наносит ближним своим всякое зло. А потому не только в минувшее, давно-прошедшее время, но и в настоящия времена нередко слышны жалобы: "Оскудение в пропитании и необходимых средствах для жизни произошло не от Бога, а от лихоимцев". Жалобы эти - жалобы людей, неведущих Бога: оне не достойны христианина.
Если Бог не есть начало нравственнаго нашего падения (которое одно и есть истинное зло) и быть им не может: "Чисто бо око Его еже не видети зла" (Аввак. I, 13), и "возлюби правду, и возненавиде беззаконие" (Пс. XLIV, 8), то вполне истинно, что всякия бедствия, проистекающия от вторичных причин, разумных или разума не имущих, каким бы образом ни произошли, происходят все по воле Божией, ниспосылаются Его крепкою десницею, по Его смотрению и Промыслу. Возлюбленный! Бог направил руку на ударение тебя; Бог подвинул язык обидящаго или клеветника на поругание или оклеветание тебя; Бог дал нечестивому силу на твое низложение. Сам Бог устами пророка Исайи подтверждает это, говоря: "Я Господь, и нет иного; нет Бога кроме Меня; Я препоясал тебя, хотя ты не знал Меня... Я образую свет и творю тьму, делаю мир и произвожу бедствия; Я, Господь, делаю все это" (Ис. 45, 5, 7), Яснее подтверждает это пророк Амос: "Бывает ли в городе бедствие, которое не Господь попустил бы" (Амоса 3, 6)? как бы говоря: нет ни одного бедствия, которое было бы не по воле Божией, которая злой умысл попускает, а к приведению его в исполнение указывает способ и подает силу».

7. Благоизволение Божие и Его попущение​

Святые отцы учат, что всё происходящее в мире происходит по промыслу Божию, но при этом Промысл Божий действует как благоизволение и как попущение Божие. По благоизволению Божию происходит то, что бесспорно – добро. По попущению же – то, что не является бесспорно добром. При этом попущение бывает двух видов: попущение спасительное и вразумляющее и попущение, означающее отвержение человека Богом и ведущее к полному наказанию.

Св. Игнатий (Брянчанинов) объясняет:​

«Одно совершается по воле Божией; другое совершается по попущению Божию; все совершающееся совершается по суду и определению Божиим. По этой причине судьбы Божии часто называются в Писании судом Божиим. Суд Божий всегда праведен; праведен еси, Господи, - говорит Пророк, - и прави суды Твои (Пс. 118, 137)».

Преп. Иоанн Дамаскин пишет:​

«То, что зависит от Промышления, происходит или по благоизволению Божию, или по попущению. По благоизволению Божию происходит то, что бесспорно – добро. По попущению же – то, что не является бесспорно добром. Так, Бог часто попускает и праведнику впадать в несчастья, дабы показать другим сокрытую в нем добродетель: так было, например, с Иовом.

…Следует иметь в виду, что выбор дел находится в нашей власти, исход же их зависит от Бога. При этом исход добрых дел зависит от божественного содействия, ибо Бог, по Своему предведению, праведно содействует тем, которые по правой совести избирают доброе. Исход же дурных дел зависит от божественного попущения, от того, что Бог, опять по Своему предведению, праведно оставляет человека, предоставляя его собственным силам.

…Оставление человека Богом бывает двух видов: одно спасительное и вразумляющее, другое – означающее конечное отвержение. Спасительное и вразумляющее оставление бывает или для исправления, спасения и славы терпящего, или для возбуждения других к ревности и подражанию, или для славы Божией. Совершенное оставление бывает тогда, когда человек, несмотря на то, что Богом все сделано для его спасения, остается, по собственному произволу, бесчувственным и неисцеленным, или, лучше сказать, неисцелимым. Тогда он предается конечной гибели, как Иуда. Да сохранит нас Бог и да избавит от такого оставления.

… Следует также иметь в виду, что все горестные события, если люди принимают их с благодарностью, посылаются им для спасения их и, без сомнения, приносят им пользу.

Первое Его хотение называется предваряющей волею и благоизволением и зависит только от Него. Второе же хотение называется последующей волею и попущением и имеет свою причину в нас. При этом попущение, как мы выше сказали, бывает двух видов: попущение спасительное и вразумляющее и попущение, означающее отвержение человека Богом и ведущее к полному наказанию. Все это не находится в нашей власти.

Что касается находящегося в нашей власти, то добрых дел Бог хочет Своею предваряющею волею и благоволит им, дурных же дел Он не хочет ни Своею предваряющей, ни Своею последующей волею, но Он попускает свободной воле творить зло; ибо то, что делается по принуждению, не разумно и не является добродетелью.

Бог промышляет о всех творениях, оказывая нам благодеяния и вразумляя чрез посредство всякого творения, даже чрез посредство самих демонов, как это видно из случившегося с Иовом и свиньями».

Преп. Ефрем Сирин пишет:​

Все от Бога — и благое, и скорбное. Но одно по благоволению, а другое по домостроительству и попущению. По благоволению — когда живем добродетельно, потому что угодно Богу, чтобы живущие добродетельно украшались венцами терпения; по домостроительству — когда согрешая, бываем вразумляемы; по попущению же — когда и вразумляемые не обращаемся. Бог промыслительно наказывает нас, согрешающих, чтобы мы не были осуждены с миром, как говорит апостол: “Судимы от Господа, наказываемся, да не с миром осудимся” (1 Кор. 11, 32).

Св. Иоанн Дамаскин объясняет, как надо, исходя их православного понимания Промысла, правильно понимать некоторые выражения Священного Писания о воле Божией и зле:

«Надобно знать, что в божественном Писании есть обыкновение называть Божие попущение Его действием, как когда (например) апостол говорит в послании к Римлянам: «или не имать власти скудельник на брении, от тогожде смешения сотворити ов убо сосуд в честь, ов же не в честь?» (Рим. 9, 21)? Конечно, Сам Бог делает это, и то, ибо Он один есть Создатель всего; но честными или бесчестными делает сосуды не Он, а собственное произволение каждого. Это видно из того, что говорит тот же апостол во втором послании к Тимофею: «в велицем дому не точию сосуди злати и сребряни суть, но и древяни и глиняни: и ови убо в честь, ови же не в честь. Аще убо кто очистит себе от сих, будет сосуд в честь, освящен и благопотребен Владыце, на всякое дело благое уготован» (2 Тим. 2, 20-21). Ясно, что очищение бывает по доброй воле, ибо апостол говорит: «аще кто очистит себе».

Сообразно с этим, обратное допущение указывает, что, если кто не очистит себя, то будет сосудом не в честь, бесполезным для Владыки и достойным того, чтобы разбить его. Поэтому предыдущее изречение, а равно и это: «затвори Бог всех в противление» (Рим. 11, 32) и это: «даде им Бог духа нечувствия, очи не видети и уши не слышати» (Рим. 11, 8), – все это должно понимать не так, как будто Сам Бог сделал это, но так, что Бог только попустил…»

Св. Иоанн Тобольский показывая, что попускает Бог, объясняет различие между мнимым злом и злом настоящим:

«Необходимо различать два рода попускаемых зол. Первый род зол, обнимающий разныя огорчения, тяготы, болезни, нанесение обид или безчестия (приведение в нищету, заключение в тюрьме, изгнание, ссылка), смерть, - все это не может быть даже названо в тесном смысле злом, а только горьким лекарством, посылаемым нам от Бога для душевного уврачевания нас. Второй род зол, называемый в собственном смысле злом, это - наши грехи, преступления Божиих заповедей. Первого рода зло попускает Бог по желанию Своему или как казнь для нечестивых, или как меру исправления для сынов и дщерей. О зле второго рода, т.е. о грехах, нельзя сказать, что совершения их желает Бог, но попускает только.

…грех не есть нечто реальное, а есть только призрачная противоположность истинному бытию. Грех существует по несовершенству, лжи и лукавству неповинующихся Богу сотворенных Им разумно-свободных существ; потому грех и произошел первоначально и ныне происходит против желания Божия, не от Бога, по Его, однако, попущению. Причина попущения греха скрывается до времени в тайне совершенного и непогрешимого Божия мироправления, или Его Промысла. Богу совершенно известно все будущее, и Он может легко не допустить ненавидимого Им греха, но попускает его, желая из зла произвести добро, из неправого правое, для вразумления и исправления людей, дабы они видели, какие последствия влечет грех и по отношению к согрешившему, и по отношению к его ближним, к обществу».

 

8. Зло не имеет сущности

Прот. Михаил Помазанский:​

Святые отцы указывают, что зло не есть какая-либо сущность, которая имела бы действительное самостоятельное бытие, подобно созданным Богом элементам и силам мира; оно есть только уклонение живых существ от того состояния, в которое поставил их Творец, в состояние противоположное. Поэтому не Бог виновник зла нравственного, но оно исходит от самих существ, уклоняющихся от согласования своей воли с волей Божией. Сущность зла состоит в нарушении воли Божией, заповедей Божиих и того нравственного закона, который написан в совести человека. Это нарушение называется грехом.

Святитель Иоанн (Максимович):​

Господь ...открывает Иову в образах тайну... тайну существования в мироздании злой воли падших духов, действующих в «сынах противления»; и воли высшего из падших духов, — сатаны, в образе «Левиафана», духа, свободно падшего и свободно коснеющего в своей тьме. Эта тьма не существует, как что-то противоположное свету, но заключается лишь в воле противления Богу, в нелюбви свободного творения. Ибо свободное творение не может быть вынуждено к любви. Зла нет, как чего-то противоположного Богу. Зло заключено в свободной воле, как воплощенного, так и невоплощенного духа. Потому зло бывает для людей, кажется им, в их земном масштабе, силой, не только противостоящей Добру, но и побеждающей Добро. Но это только так кажется тем, кто не воспарил к небу. Облака могут скрыть солнце, но не веру в то, что оно бесконечно выше всех облаков.

Святитель Василий Великий:​

«Зло …состояние души, противоположное добродетели, происходящее в беспечных вследствие отпадения от добра».

«…не представляй себе, будто бы зло имеет особенную свою самостоятельность. Ибо лукавство не самостоятельно, подобно какому-нибудь животному, и сущности его не должны мы представлять себе чем-то самостоятельным. Зло есть лишение добра. Сотворен глаз, а слепота произошла от потери глаз. Поэтому, если бы глаз по природе своей не подлежал порче, не имела бы места слепота. Так и зло не само по себе существует, но является за повреждениями души. Оно не есть нерожденно, как говорят нечестивые, которые благому естеству делают равночестным естество лукавое, признавая то и другое безначальным и высшим рождения; оно не есть и рожденно, потому что, если все от Бога, то как злу быть от Благого? Безобразное не от прекрасного, порок не от добродетели. Прочти историю мироздания, и найдешь, что там вся добра, и добра зело (ср.: Быт. 1, 31). Поэтому зло не сотворено вместе с тем, что добро. Но и умная тварь, происшедшая от Создателя, не с примесью лукавства приведена в бытие.

… Бог сотворил тело, а не болезнь. Поэтому же Бог сотворил душу, а не грех. Повредилась же душа, уклонившись от того, что ей естественно. А что было для нее преимущественным благом? Пребывание с Богом и единение с Ним посредством любви. Отпав от Него, она стала страдать различными и многовидными недугами».

Святитель Афанасий Великий:​

Зло не от Бога и не в Боге, его не было в начале и нет у него какой-либо сущности, но люди сами, с утратою представления о добре, по своему произволу стали примышлять и воображать не сущее.

Святитель Григорий Богослов:​

Веруй, что зло не имеет ни особой сущности, ни царства, что оно не безначально, не самобытно, не сотворено Богом, но есть наше дело, и дело лукавое, и произошло в нас от нашего нерадения, а не от Творца. Есть зло по отношению к нашему восприятию и по самой природе. Зло по природе зависит от нас самих: несправедливость, невежество, лень, зависть, убийства, отравы, обманы и тому подобные пороки, которые оскверняют душу, сотворенную по образу Создавшего ее, помрачают ее красоту.

Св. Иоанн Тобольский:​

«Но грех не есть нечто реальное, а есть только призрачная противоположность истинному бытию».

Прот. Иоанн Мейендорф:​

"По поводу вопроса о происхождении зла все отцы Церкви единодушно соглашались в том, что Бог зла не творил. Говоря метафизически, зла как такового не существует. Зло - это отрицание добра. Вслед за Платоном отцы описывали зло как болезнь или слепоту. Такое чисто отрицательное определение зла как не-добра, как отхода от добра особенно подчеркивалось в контексте полемики с манихеями и другими дуалистами".

9. Почему Бог не уничтожит злых? Предведение Божие и зло​

Часто можно услышать вопрос: «Почему Бог не уничтожит тех, о ком Он по Своему предведению знает, что они будут злыми?»

Бог благ, и благость Божия – непреложна, ничто не может её победить.

Бог создаёт человека способным к добру (и таковы все люди) и даёт ему всё для того, чтобы он преуспевал в добре. Если же человек выбирает зло, то Бог по Своей благости не отбирает у него Своего дара жизни – ведь если бы за этот его будущий выбор зла Бог лишил его существования, то получилось бы, что зло победило бы благость Бога.

Но победить благость Божию нельзя, и поэтому все люди - существуют и выбирают кто что хочет. Одни - Бога и отречение от себя ветхих, другие - свои страсти и служение им.

Так говорит преп. Иоанн Дамаскин, отвечая на этот вопрос:

"Бог, по благости Своей, приводит из небытия в бытие все существующее и о том, что будет, имеет предведение. Итак, если бы те, которые согрешат, не имели в будущем получить бытие, то они не имели бы сделаться и злыми, (а потому) не было бы о них предведения. Ибо ведение относится к тому, что есть; а предведение - к тому, что непременно будет. Но сперва - бытие (вообще), а потом уже - бытие доброе или злое. Если же для имеющих получить в будущем, по благости Божией, бытие, послужило бы препятствием к получению бытия то (обстоятельство), что они, по собственному произволению, имеют сделаться злыми, то зло победило бы благость Божию. Поэтому Бог все, что Он творит, творит добрым; каждый же по собственному произволению бывает или добрым, или злым. Отсюда, если Господь и сказал: добрее было бы человеку тому, аще не бы родился (Мк. 14, 21), то Он говорил это, порицая не свое собственное творение, а то зло, какое, возникло у Его твари вследствие ее собственного произволения и нерадивости. Ибо нерадивость ее собственной воли сделала для нее бесполезным благодеяние Творца. Так, если кто-нибудь, кому вверены царем богатство и власть, употребит их против своего благодетеля, то царь, усмирив его, достойно накажет, если увидит, что он до конца остается верен своим властолюбивым замыслам".

10. Как относиться ко злу. Смирение и рассуждение​

Священное Писание говорит: "Не будь побежден злом, но побеждай зло добром" (Рим. 12, 21).

Святые отцы, следуя Слову Божию, учат, что обиды, причиняемые нам людьми, надо принимать как посланные от Бога спасительные лекарства, и не винить, не ненавидеть обижающих нас, но напротив, видеть в них своих благодетелей, показывающих нам наши страсти и немощи, чтобы мы могли исправиться.

Преподобный Пимен Великий:​

Зло не уничтожает зла. Но если кто делает тебе зло, тому ты делай добро, чтобы добрым делом уничтожить злобу.

Святитель Иоанн Златоуст:​

«Божие Домостроительство таково, что чем нам вредят, то самое служит к нашей пользе.
Ты потерпел какое-нибудь зло? Но если захочешь, оно вовсе не будет злом. Возблагодари Бога, и зло обратится в добро».

Авва Зосима:​

Бесы боятся, если увидят, что кто-нибудь, будучи подвергаем оскорблению, бесчестию, ущербам, всяким другим неприятностям, скорбит не о том, что подвергся этому, но о том, что не перенес этого мужественно, ибо понимают, что он вступил на истинный путь и имеет твердое желание ходить по заповедям Божиим.

Преподобный Антоний Великий:​

Будь мудр: молчанием загради уста клевещущих на тебя. Не оскорбись, если кто будет говорить худо о тебе - это действие нечистых духов, старающихся устраивать препятствия человеку к получению духовного разума.

Преп. Макарий Оптинский наставляет свою духовную дочь:

Когда будешь относить всё к Богу и принимать скорбные случаи с самоукорением, считая себя достойною оных, то удобно и легко понесёшь; а если, напротив, будешь укорять других и считать виновными своей скорби, то более на себя их навлечёшь и отяготишь свой крест… как мы познаем сокровенные в нас страсти? И как можем оные истребить? Не долготерпением к нам ближних, но от нашего к ним долготерпения. Они показывают нам лежащие в нас страсти, но каким образом? Смотрением Божиим, то есть Бог посылает их сделать нам что-нибудь неприятное и противное, чтобы от того узнали, что есть в нас страсти и попеклись бы о искоренении оных, а виновников сего считать благодетелями, по слову аввы Дорофея, «о еже укоряти себе, а не ближнего». Конечно, скоро невозможно уврачевать сии болезни, но, познав свою немощь и укоряя себя, получать будешь облегчение".

Св. Иоанн Тобольский:​

Для успокоения себя при нанесении нам обид известно одно только верное средство: когда тебя кто обидел или оскорбил, ты не обращай своего внимания на злость оскорбителя, но обратись к правосудному Богу, попустившему обидеть тебя твоему противнику, и не воздавай ему злом за сделанное тебе зло: ибо оно попущено Богом для достижения целей добрых и справедливых, хотя и неизвестных тебе до времени. Этого обычая держались все святые угодники Божии: они не разыскивали, кто и за что их оскорбил, но всегда обращали сердца свои к Богу, смиренно признавая справедливость Божия попущения; и потому они считали нанесенныя им обиды за благодеяния для себя, а своих противников - за благодетелей, говоря: вот наши истинные благодетели.

Преп. Макарий Оптинский:
​

Мы видим и несомненно веруем, что Промысл Божий, пекущийся о всякой твари, а вместе с тем и о нас, устраивает так быть для нашей душевной пользы, отводя нас от чего-нибудь неполезного или искушая веру нашу, иных же и наказуя за грехи, и с покорностью воле Его несем тяготу, на нас налагаемую по Его правосудию. Людей же, причиняющих нам скорби, должны почитать орудием, коим Бог действует в деле нашего спасения, и молиться за них. Другим же средством вы не можете найти себе утешения, а паче когда требуете от людей, чтоб вас любили, но, смотря сквозь завесу самолюбия, не вините себя...

Не знаю, почему вы опасаетесь гонения от известной особы? Может ли кто сделать вам оскорбление, если не попустит Бог? А когда что случится, то надобно принимать это с покорностью воле Божией, смиряться и считать оскорбляющих нас орудиями Промысла Божия: за сие Господь и избавит из рук их.

Преп. Лев Оптинский:​

Где же ты оставила Промысл Божий, пекущийся о всех, а купно и о тебе, и устрояющий все на пользу, и попустительными случаями дающий нам средство к познанию своих страстей и искоренению оных, а ты все винишь людей.

Святитель Тихон Задонский:​

Истинный враг наш - диавол, который и людей учит, чтобы нас гнали. И потому по большей части он является причиной озлобления нашего, а не люди. Он нас через людей гонит и озлобляет, и его надо ненавидеть, а людям соболезновать, что его слушают.

Святитель Игнатий (Брянчанинов):​

Господь воспретил мщение, которое было установлено Моисеевым Законом и которым за зло воздавалось равным злом. Оружие, данное Господом против зла, - смирение.

Св. прав. Иоанн Кронштадский:​

Если ты хочешь быть смиренным, то считай себя достойным всякой злобы и злословия от других. Не раздражайся, когда тебя порицают или злословят. Говори: "Да будет, Отче Святой, Твоя воля!" Вспоминай сказанное Спасителем: "Раб не больше Господина своего: если злословили Меня, то будут злословить и вас... Если мир вас ненавидит, знайте, что Меня прежде вас возненавидел" (Ин. 13, 16; 15, 18).

Помни изречение Священного Писания: "Не будь побежден злом, но побеждай зло добром" (Рим. 12, 21). Когда тебе грубят, тебя раздражают, на тебя дышат презрением и злобой, не плати тем же, но будь тих, кроток и ласков, почтителен и любящ к тем, которые недостойно ведут себя перед тобой. Если же ты смутишься и начнешь возражать с волнением, сам говорить грубо и презрительно, значит, ты сам побежден злом… Итак, "не будь побежден злом, но побеждай зло добром" (Рим. 12, 21). Оскорбившему тебя дай понять, что он не тебя обидел, а лишь себя. Пожалей, что он так легко побеждается своими страстями и болен душевно. Чем он грубее и раздражительнее, тем большую яви к нему кротость и любовь. Так ты верно победишь его. Добро всегда сильнее зла и потому всегда победоносно. Помни еще, что все мы немощны и легко побеждаемся страстями. Потому будь кроток и снисходителен к согрешающим против тебя. Ведь и ты болен тем же, что и твой брат. Прощай долги твоим должникам, чтобы и Отец небесный простил твои долги.

Человек, злобящийся на нас, - человек больной. Надо приложить пластырь к его сердцу - любовь. Надо приласкать его, поговорить с ним ласково, и если злоба не закоренела в нем, а произошла только временная вспышка, то посмотрите, как сердце его растает от вашей любви. Христианину нужно быть мудрым для того, чтобы зло побеждать добром.

Тебе не хочется молится за презираемого тобой человека, но потому-то и молись, что не хочется; потому-то и прибегай к Врачу, что ты сам болен злобой и гордостью, как болен презираемый тобой. Молись о том, чтобы Господь научил тебя незлобию и терпению, чтобы Он укрепил тебя любить врагов, а не доброжелателей только, чтобы Он научил тебя молиться за недоброжелателей так же искренне, как за доброжелателей".

Из святоотеческого учения о Промысле следует, что все и вообще несчастья, скорби и болезни надо принимать, как лекарства, посланные нам от Бога для нашего спасения. При этом святые отцы учили относиться к искушениям с рассуждением: не только принимать их со смирением, но и посильно стараться их преодолеть, например, лечиться от болезней, защищать Отечество от напавшего врага, поддерживать ближних в перенесении скорбей, оправдываться в обвинениях, если недостаточно духовных сил, чтобы перенести их без ущерба для душевного устроения, или умолчать о прискорбном, если ближний соблазняется по этому поводу.

Так, преподобные Варсануфий и Иоанн советуют отвечать на обвинения, учитывая духовные интересы ближнего:

"Вопрос 764. Вы учите, что хорошо во всяком случае укорять себя самого. Но когда кто-либо порицает меня как виновного против него, а я не знаю за собою вины, - как поступить мне (в таком случае)? Ибо если захочу признать себя виновным, то это послужит к подтверждению его огорчения на меня, как будто я действительно согрешил против него; если же, напротив, стану оправдываться пред ним, говоря, что сие дело было иначе, то это будет самооправдание, как же понести мне (эту) укоризну? Вразуми меня, Отче Святый, как должен я поступить (в таком случае)?
Ответ. Прежде укори себя в сердце своем, и сделай брату поклон, говоря: прости меня Господа ради. И таким образом, со смирением (не для того, чтобы оправдать себя, но дабы уврачевать его и избавить от подозрения) скажи ему: Отец мой! Я не знаю за собою того, чтобы я хотел оскорбить тебя в чем-либо, или в чем-либо согрешить против тебя, а потому (прошу тебя) не думай обо мне так. Если же и после сего он не удостоверится, то скажи ему: согрешил, прости меня.

Вопрос 765. Если же я действительно согрешу против него, и он, услышав о сем, опечалится: то хорошо ли скрыть истину, чтобы устранить скорбь его, или (должно) признаться в своем согрешении и просить прощения?
Ответ. Если он достоверно узнал это, и ты знаешь, что дело это подвергнется исследованию и (поступок твой) обнаружится, то скажи ему правду, и попроси прощения, потому что ложь твоя еще более раздражит его. Если же он не знал (достоверно), и ты видишь, что дело не подвергнется исследованию, то не неприлично будет промолчать, чтобы не дать места скорби. Ибо и Пророк Самуил, когда был послан помазать Давида в Царя, хотел (вместе) принести и жертву Богу, но убоялся Саула, чтобы он не узнал главной цели его; и сказал ему Бог: возьми с собою юницу, и речеши: пожрети Господеви иду (1Цар.16:12). Итак, скрыв свое намерение, Пророк объявил ему только второе. Так и ты умолчи о прискорбном (для ближнего твоего), и дело кончится благополучно".

Св. Иоанн Тобольский говорит:​

«…все бедствия и горести человеческия положительно происходят по воле Божией ради достижения праведных целей Промысла Божия…Таким же образом Провидение Божие бодрствует и о нас, и бодрствует неопустительно, так, что и малейшия наши телесныя стеснения не оставляет незамеченными у Себя. Вследствие этого каждому из нас, при телесной невзгоде, следует разсуждать так: болезнь эта или другая невзгода, - произошла ли она от моей неосторожности, или по злобе человеческой, или от чего-либо другого, - во всяком случае, приключилась не без Божия Провидения, которое определило ее соответственно моим силам, так что ея начало, ея тяжесть (ослабление или усиление) зависит от Него. Равным образом от Провидения Божия зависит способ врачевания и исцеления оной. Оно вразумляет врача и указывает на средства, или же противодействует всему, ибо и доброе и худое, жизнь и смерть, бедность и богатство - от Господа (Сирах. 11, 14). Равным образом, должно во всех приключениях, бывающих с нами, разсуждать, что они предвидены и допущены Богом.

Весьма благоразумно и благочестиво рассуждать, что всякое зло, беда или несчастие есть для нас спасительное наказание, посылаемое на нас свыше, но не Бог есть причиной нашей вины, т.е. греха, неизбежно влекущего за собою наказание по правде Божией.

…Что разорительныя войны и прочия беды происходят не без воли Божией, дело ясное (как указали мы раньше); но отсюда не следует еще, что не должно ни вооружаться против врагов, ни прибегать к врачеванию наших болезней, считая это противодействием воле Божией. Объясним это на примере болезни: по какой бы непосредственной причине не началась она, нет никакого сомнения (как замечено уже выше), что на то была воля Божия. Однако же больному неизвестно намерение Божие о времени продолжения его болезни, а потому не воспрещается больному прибегать к различным средствам исцеления себя от болезни. И когда он уже, после употребления многих врачующих средств, не получит выздоровления, то может быть уверенным, что на то есть воля Божия, чтобы ему терпеть продолжительнейшую и тягчайшую болезнь. Так смиренно разсуждай каждый болезненный брат, что Богу угодно продержать тебя еще в болезни. Но так как ты не знаешь, имеет ли Бог намерение, чтобы ты страдал до смерти, то безгрешно можешь прибегать к средствам врачевания для получения здоровья или хотя бы для облегчения болезни…

Таким же образом должно разсуждать о врагах и войнах. Бог многократно допускал неприятелям порабощать израильский народ, с тем, чтобы народ этот не безчинствовал, не забывал о Боге своем; и израильтяне, пока не сознавали на то воли Божией, сопротивлялись своим врагам».

Святитель Феофан Затворник:​

"А Я говорю вам: не противься злому" (Мф. 5, 39), иначе - отдай себя в жертву своенравию и злобе людской. Но так и жить нельзя? Не беспокойся. Кто эту заповедь дал, Тот же есть и Промыслитель и Попечитель наш. Когда с полной верой, от всей души пожелаешь так жить, чтобы не противиться никакому злу, то Господь сам устроит для тебя образ жизни, не только сносный, но и счастливый. К тому же на деле бывает так, что противление больше раздражает противника и побуждает его изобретать новые неприятности, а уступка обезоруживает его и смиряет. От того бывает, что претерпи только первые натиски злобы - люди сжалятся и оставят тебя в покое. А противление и месть разжигают злобу, которая от одного лица переходит на семью, а потом из поколения в поколение.

11. Зло разрушает и убивает​

Так как зло – результат удаления от Бога, а Бог – это единственный источник всякого блага и самой жизни, то тот, кто выбирает зло, сам становится виновником своих несчастий, скорбей и смерти духовной и телесной.

Св. Василий Великий:​

«…Адам… …как согрешил по причине худого произволения, так умер по причине греха. Оброцы бо греха, смерть (Рим. 6, 23). В какой мере удалился от жизни, в такой приблизился к смерти; потому от Бога - жизнь, а лишение жизни - смерть. Поэтому Адам сам себе уготовал смерть чрез удаление от Бога, по написанному: яко се, удаляющии себе от Тебе, погибнут (Пс. 72, 27). Так, не Бог сотворил смерть, но мы сами навлекли ее на себя лукавым соизволением.

…Но опять не Бог причиной зол во аде, а мы сами, потому что началом и корнем греха от нас зависящее, наша свобода. Удержавшись от зла, могли бы мы не терпеть ничего бедственного. Но поелику уловлены сластолюбием в грех, то можем ли представить какое благовидное доказательство, что мы не сами для себя сделались виновниками горестей?»

Прот. Михаил Помазанский:​

"Многочисленные примеры сознания связи между страданием и грехом, как следствием и его причиной, дает нам слово Божие. "Приимите наказание, да не когда прогневается Господь" (Пс. 2, 12). "Благо мне, что я пострадал, дабы научиться уставам Твоим" (Пс. 118, 71).

Как поучает слово Божие, следствия нравственного зла распространяются от людей и на животный мир, и на всю тварь. "Ибо знаем, что вся тварь совокупно стенает и мучится доныне", — пишет апостол Павел, и объясняет: "потому что тварь покорилась суете не добровольно, но по воле покорившего ее, в надежде, что и сама тварь освобождена будет от рабства тлению в свободу славы детей Божиих" (Рим. 8, 20-21)".

Еп. Александр (Милеант) пишет о разрушении, которое производит зло душах людей:

«Как нет конца духовному совершенствованию, так и нет предела нравственному падению. Чем больше нравственно-свободное существо удаляется от высшего Блага, тем больше беднеет оно, потому что оно растрачивает данное Творцом внутреннее богатство. Зло начинается от сознательного выбора, но чем дальше человек или духовное существо идет в сторону зла, тем несвободнее он делается. Зло порабощает всякого, кто служит ему — такова его природа.

… Одновременно с этим все большее отчуждение от Бога постепенно переходит в жгучую ненависть к Нему и к Его царству Добра.

Таким образом то, что началось, с казалось бы, невинного желания личного удовольствия или жажды славы, если вовремя не остановить, вырождается в сознательное предпочтение зла и ведет к утрате всех заложенных Богом добрых качеств. Человек (или падший ангел) чем более грешит, тем более тупеет, становится импульсивнее, беспорядочнее, разнузданнее, неукротимее в ненависти. Злоба, как адский пламень, все больше пожирает его».

Святитель Николай Сербский^​

«Когда человек поворачивает свое лицо к Богу, все пути его ведут к Богу. Когда человек отворачивается от Бога, все пути ведут его к погибели. Когда человек окончательно отрекается от Бога и словом, и сердцем, он уже ничего не способен создать и сделать, что не служило бы к его полному разрушению, и телесному, и душевному.

Потому не спеши казнить безбожника: он нашел своего палача в самом себе; самого беспощадного, какой только может быть в этом мире».

12. Что значат такие слова Св. Писания, как: «Аз устроивый свет и сотворивый тму, творяй мир и зиждяй злая» (Ис. 45, 7)
И в наше, время, как и в первые века христианства, можно услышать вопрос: «Почему вы говорите, что Бог не виновник зла, когда в Библии сказано противоположное: «Аз устроивый свет и сотворивый тму, творяй мир и зиждяй злая» (Ис. 45, 7) и: несть «зло во граде, еже Господь не сотвори» (Ам. 3, 6)?»

На такие вопросы отвечали ещё в древности святые отцы.

Св. Василий Великий:​

«Но говорят: "Если Бог не виновен в зле, то почему же сказано: «Аз устроивый свет и сотворивый тму, творяй мир и зиждяй злая» (Ис. 45, 7)? И еще говорится: «снидоша злая от Господа на врата Иерусалимля» (Мих. 1, 12). И: несть «зло во граде, еже Господь не сотвори» (Ам. 3, 6). И в великой песни Моисеевой сказано: «видите, видите, яко Аз есмь, и несть Бог разве Мене: Аз убию и жити сотворю, поражу и Аз исцелю» (Втор. 32, 39)".

Но для разумеющего смысл Писания ни одно из сих мест не заключает в себе обвинения Богу, что Он виновник и творец зла. Ибо Сказавший: «Аз устроивый свет и творяй тму», объявляет чрез сие, что он Создатель твари, а не творец зла. …

«Творит же мир, зиждет злая». Особенно творит мир в тебе, когда добрым учением умиротворяет ум твой и умиряет страсти, восстающие на душу. «Зиждет злая», то есть преобразует зло и ведет к лучшему, чтобы оно, перестав быть злом, приняло в себя свойство добра. … Посему «Творяй мир» творит мир чрез созидание зла, то есть чрез образование и приведение зла в лучшее.

…Когда же слышишь: «несть зло во граде, еже Господь не сотвори», - слово «зло» понимай так, что Писание разумеет под оным бедствия, посылаемые на грешников к исправлению прегрешений. Ибо сказано: «озлобих тя, и гладом заморих, да блага тебе сотворю» (Втор. 8, 3, 16), остановив неправду прежде, нежели разлилась она до безмерности…»

Пр. Иоанн Дамаскин:
​

«Итак, божественному Писанию свойственно говорить о попущении Божием, как об Его действии и произведении. Но даже и тогда, когда оно говорит, что «Бог зиждет злая» (Исх. 45, 7) и что «нет зла во граде, еже Господь не сотвори» (Амос. 3, 7), и тогда оно не показывает этим, что Бог есть виновник зла. Ибо слово «зло» берется двояко и имеет два значения: иногда оно обозначает злое по природе, что противно добродетели и воле Божией; а иногда злое и тягостное (только лишь) для нашего чувства, т.е. скорби и напасти; они, будучи тягостными, только кажутся злыми; на самом же деле – добры, ибо для понимающих они служат виновниками обращения и спасения. О них-то Писание говорит, что они бывают от Бога.

Впрочем, должно заметить, что и такого зла причина – мы сами, ибо зло невольное рождается от зол добровольных».

 

Искупление - это освобождение человека от греха, от надлежащего (по суду Правды Божией) осуждения и от смерти как духовной, так и физической.

Догмат искупления останавливает внимание на первой, искупительной, стороне единого нераздельного дела спасения человека.

Самое слово «искупление» (άπολύτρωσις) можно понимать в смысле приобретения погибшего человека ценой крови, пролитой на Кресте непорочным Агнцем, добровольно предавшим Себя на страдания и смерть нашего ради спасения.

«Пространный катихизис» объясняет:​

«От чего именно спасти человека пришел на Землю Сын Божий? — От греха, проклятия и смерти. Что такое проклятие? — Осуждение греха праведным судом Божиим…»

Св. Феофан Затворник пишет:​

«Нужно всегда помнить, что Бог есть не только любовь, но и правда, и Он милует праведно, а не по произволу».

В раю человек жил в полном единении с Богом. Но после грехопадения Адама и Евы между Богом и человеком непроницаемой преградой стал грех. Послушавшись внушений диавола, люди сделали себя его рабами, потеряв тем самым сыновнее общение с Богом. Как свидетельствует Священное Писание, «возмездие («оброцы» (слав.) — плата) за грех — смерть» (Рим. 6, 23). Это и смерть духовная, состоящая в отчуждении от Бога, Источника жизни, ибо «сделанный грех рождает смерть» (Иак. 1, 15). Это и смерть физическая, естественно следующая за смертью духовной.

И тогда Бог сочетал Своё милосердие, Свою совершенную любовь к сотворённому Им человеку и Своё совершенное правосудие, Правду, искупив человечество Крестом Христовым:
"Единородный Сын Божий, не терпя зрети от диавола мучима рода человеча, пришел и спас нас" (Из молитвы чина освящения воды святых Богоявлений).

Святые отцы и учителя Церкви учат о Голгофских страданиях и смерти Христа Спасителя, как об искупительной, умилостивительной жертве за грехи рода человеческого, принесённой правосудию Божию – Святой Троице - за весь грешный мир, благодаря чему стало возможно возрождение и спасение человечества.

Суть Крестной жертвы Христовой – это любовь Божия к человеку, Его милосердие и Его Правда.

Св. Кирилл Иерусалимский говорит:​

«Мы были врагами из-за греха, и Бог определил смерть грешнику. Чему же из двух надлежало быть: надлежало ли по правосудию умертвить, или по человеколюбию нарушить определение? Но помысли о Премудрости Божией: Он сохранил и истину определения, и силу человеколюбия. Христос "грехи наши Сам вознес телом Своим на древо, дабы мы, избавившись от грехов, жили для правды" (1 Пет. 2, 24). Не удивляйтесь тому, что мир весь искуплен: ибо Тот, Кто умер за мир, не был простой человек, но Единородный Сын Божий...
Смерть была необходима; непременно надлежало быть смерти за всех людей, потому что нужно было уплатить общий долг, лежавший на всех людях. Для этой цели Слово, бессмертное по Своей природе, восприняло смертную плоть, чтобы ее, как Свою собственную плоть, принести в жертву за всех людей и чтобы плотию претерпеть за всех смерть.
Владыка Христос — и Архиерей, и Агнец, и собственною Своею кровию приобрел спасение наше, востребовав от нас одной веры».

Архиепископ Филарет (Гумилевский) пишет, что примирение между Богом и человеком – это сущность искупления, в котором слились воедино правосудие и любовь Божии:

«Преимущественное дело, которое надлежало совершить Спасителю, и которого никто другой не мог совершить, было дело примирения Правосудия Божия с грешным родом человеческим».

«Что подвигло Отца Небесного, — говорит архиепископ Филарет (Гумилевский), — пожертвовать Сыном Своим для людей, если не любовь к людям грешным?»

Св. Серафим (Соболев) излагая догмат искупления, указывает, что «искупительная жертва Христа …совершилась в удовлетворение Божественного правосудия».

Св. Феофан Затворник объясняет две стороны спасения человечества Господом Иисусом Христом:

«Мы пали через грехопадение прародительское и попали в неисходную пагубу. Спасение наше должно состоять в избавлении нас от сей пагубы.

Пагуба наша состоит в двух злах: во-первых, в прогневании Бога нарушением воли Его, в потере Его благоволения и в подвергнутии себя клятве законной; во-вторых, в повреждении и расстройстве своего естества грехом или в потере истинной жизни и вкушении смерти. Почему для спасения нашего потребны: во-первых, умилостивление Бога, снятие с нас клятвы законной и возвращение нам Божия благоволения; во-вторых, в оживотворении нас, умерщвленных грехом, или даровании нам новой жизни».

Затем св. Феофан объясняет сущность искупления человечества Богочеловеком Иисусом Христом:

«Но достаточную жертву за грех мог принести только Богочеловек, или Бог воплотившийся.
Будем ли внимать чувствам грешника, стоящего перед Богом с ясным сознанием Божией Правды и своей греховности, или созерцать Бога, Который желал бы помиловать этого грешника,- в том и другом случае увидим некое средостение, преграждающее путь нисхождению помилования от Бога на грешника и восхождению надежды на помилование от лица грешника к престолу милосердия Божия.
… Следовательно, для сближения грешника с Богом и Бога с грешником необходимо разрушить такое средостение, необходимо чтобы между Богом и человеком восстало некое иное посредство, которое от очей Правды Божией скрывало бы грех человека, а от очей грешника - Правду Божию…
… необходима жертва умилостивления, которая, удовлетворяя правде Божией и умиротворяя душу грешника, примиряла бы Бога с человеком и человека с Богом. … Жертва эта есть смерть, и смерть человека.
…Очевидно, что такой умилостивительной жертвой не может быть смерть моя, другого, третьего и вообще кого-либо из рода человеческого, ибо моя, и другого, и третьего, и всякого вообще из людей смерть есть кара за грех и ничего умилостивляющего не представляет.
…Если же умилостивляющей и оправдывающей жертвой не может быть смерть моя, другого, третьего и вообще кого-либо из людей, а между тем условием помилования и оправдания все же пребывает смерть человеческая, то и я, и другой, и третий, и вообще всякий человек не можем быть помилованы и оправданы иначе как через усвоение себе чьей-либо чужой смерти. А в таком случае она сама в том, другом, умирающем по-человечески, от которого заимствуется, не должна быть следствием вины или как-либо причастна ей, иначе за нее нельзя будет оправдать других. Потому опять она, будучи человеческой смертью, не должна принадлежать человеческому лицу, так как всякая принадлежащая человеку смерть есть наказание, а принадлежать другому лицу, которое было бы свято совершеннейшей святостью… чтобы таким образом, изъяв смерть человека из-под закона виновности, сообщить ей возможность быть усвояемою другим.
…Как же это могло бы устроиться? Как смерть человеческая, сама по себе незначительная, может стяжать такую всеобъемлющую силу? Не иначе как если она будет принадлежать лицу, везде и всегда сущему, принадлежать Богу, то есть если Сам Бог благоволит принять в Свою личность человеческое естество и, умерев его смертью, сообщить ей всеобъемлющее и вечное значение, ибо тогда она будет Божеской смертью. …(умрет, конечно, не по Божеству Своему, а по человечеству, нераздельно воспринятому Им в одно Богочеловеческое лицо)».

В «Пространном Катихизисе» сказано:

«Его (то есть Иисуса Христа) вольное страдание и крестная смерть за нас, будучи бесконечной цены и достоинства, как безгрешного и Богочеловека, есть и совершенное удовлетворение Правосудию Божию, осудившему нас за грех на смерть, и безмерная заслуга, приобретшая Ему право, без оскорбления правосудия, подавать нам, грешным, прощение грехов и благодать для победы над грехом и смертью».

Свмч. Серафим (Чичагов) пишет:​

"Правда Божия прежде всего требует, чтобы за заслуги людей получалось воздаяние, а за вину их — наказание. (...) Неужели же всеправедный Бог должен был нарушить этот закон в пользу человека, когда Он не нарушил его и для отпавших ангелов? Но так как Бог есть любовь по существу и само существо любви, то Он предопределил павшему человеку новый путь к спасению и совершенному возрождению чрез прекращение в нем греха.
По требованию Правды Божией человек должен был принести Правосудию Божию удовлетворение за свой грех. Но что он мог принести в жертву? Свое раскаяние, свою жизнь? Но раскаяние только смягчает наказание, а не избавляет от него, ибо не уничтожает преступления. Ведь никто не прощает преступников за одно раскаяние. Жизнь же есть дар Божий, а потому она не может быть Искупительной жертвой, тем более что со времени падения человека его жизнь сделалась жертвою смерти. Бог не сотворил смерти (Прем. 1, 13), а создал все для жизни. Таким образом, человек остался неоплатным должником пред Богом и вечным пленником смерти и диавола. Истребление в себе греховности было невозможно для человека, ибо он получил наклонность ко злу вместе с бытием, с душею и плотию. Следовательно, воссоздать человека мог только его Создатель и только Божеское всемогущество могло уничтожить естественные следствия греха, как смерть и зло. Но спасти человека без его хотения, против его воли, насильно, было недостойно как Бога, даровавшего человеку свободу, так и человека, существа свободного. Св. Ефрем говорит: «Кто хочет, чтобы его вели насильно, тот недостоин милости!» Нет спора, говорят другие святые отцы, что неистощимая Божия премудрость могла измыслить много средств для спасения человека, но Создатель избрал воплощение и смерть Своего Сына. Единородный Сын Божий, Единосущный Богу Отцу принял на Себя человеческую природу, соединил ее в Своем Лице с Божеством и, таким образом, восстановил в Себе человечество — чистое, совершенное и безгрешное, какое было в Адаме до грехопадения. Своею земною жизнию и всеми Своими делами Он оказывал совершеннейшее послушание воле Отца, с полным отречением от Своей воли, терпел все назначенные человеку Правдою Божиею скорби, страдания и самую смерть и такою же Жертвою вполне удовлетворил Божескому Правосудию за все человечество, падшее и виновное пред Богом. Чрез воплощение Божие мы стали братьями Единородного, сделались Его сонаследниками, соединились с Ним, как тело с главою. Христос заплатил гораздо больше, нежели чем было должно; Его уплата в сравнении с долгом то же, что безмерное море с малою каплею. На этой бесконечной цене Искупительной жертвы, принесенной на Кресте, и основывается право Искупителя прощать грехи кающимся, очищать и освящать их души Своею кровию. По силе крестных заслуг Христовых изливаются на верующих благодатные дары, и они даются Богом Христу и нам во Христе и чрез Христа Иисуса".

Св. Макарий, митр. Московский также пишет:​

«Чтобы спасти человека от всех этих зол, чтобы воссоединить его с Богом и соделать снова блаженным, надлежало:
- удовлетворить за грешника бесконечной правде Божией [без чего]
…и примирение, воссоединение Бога с человеком не могло бы даже начаться;
- потребить грех во всем существе человека, просветить его разум, исправить его волю, восстановить в нем образ Божий: потому что и по удовлетворении правде Божией, если бы существо человека оставалось греховным и нечистым, если бы разум его оставался во мраке и образ Божий искаженным, — общение между Богом и человеком не могло бы состояться, как между светом и тьмою (2 Кор. 6, 14)…»

Святитель Макарий подчёркивает, что в Кресте Христовом «проявилась бесконечная премудрость Божия, которая обрела способность примирить в деле искупления человека вечную правду с вечной благостью, удовлетворить той и другой и спасти погибшего.
…Вся тайна нашего искупления смертью Иисуса Христа состоит в том, что Он взамен нас уплатил Своею кровию долг и вполне удовлетворил правде Божией за наши грехи, — (долг), который мы сами уплатить были не в состоянии; иначе, — взамен нас исполнил и потерпел все, что только требовалось для отпущения наших грехов.
Такую умилостивительную жертву за грехи человека, вполне достаточную для удовлетворения бесконечной правде, мог обрести один только высочайше-премудрый и всемогущий Бог».

Мысль о том, что искупить человечество мог только Бог мы встречаем у древних святых отцов, так, преп. Макарий Великий пишет:

«Человек не имеет такой власти пред Богом, чтобы умилостивлять Его за грешника; потому что сам повинен греху …брат не может искупить брата своего; и каждый человек – сам себя, потому что искупающий собой другого должен быть гораздо превосходнее содержимого во власти».

Св. Иоанн Златоуст также рассматривает искупление как разрешение человека от проклятия, лежащего на нём за преступление против Правды Божией:

«Так как крещение Иоанново было крещением покаяния, и приводило людей в сознание грехов, то, чтобы кто не подумал, что и Иисус приходит на Иордан с таким же намерением, в предупреждение этого Иоанн называет Его Агнцем и Искупителем мира от греха. Тот, Кто мог истребить грехи всего рода человеческого, сам уже без сомнения был безгрешен. Потому Иоанн и не сказал: вот безгрешный! но, что гораздо важнее: “берет [на Себя] грех мира” - чтобы вместе с этим ты уверился, и уверившись увидел, что он приходит ко крещению с иною какою-то целью. …. Далее, Христос показывает и то, почему это прилично. Почему же это прилично? Потому, что нам надлежит исполнить весь закон, - что и означил Он словами: “всякую правду”, - так как правда есть исполнение заповедей. Так как мы, говорится, исполнили уже все другие заповеди, и остается только одно это, то должно присовокупить и это. Я пришел разрешить клятву, лежащую на вас за преступление закона; потому должен прежде сам исполнить весь закон и освободить вас от осуждения, и таким образом прекратить действие закона. Итак, Мне надлежит исполнить весь закон, потому что Я должен разрешить проклятие, написанное против вас в законе. Для того-то Я и принял плоть, и пришел в мир».

Св. Иоанн Златоуст подчеркивает, что Крестная Жертва Христа-Спасителя была не чем иным, как «уплатой долга» за грехи людей:

«Представь, что заимодавцу задолжал кто-нибудь десятью оболами, и он ввергает в темницу не только самого должника, но даже жену его, детей и слуг; но приходит другой, и не только вносит те десять оболов, но еще дарит десять тысяч талантов золота, ведет узника в царский дворец; сажает на самом почетном месте, осыпает его почестями и отличиями, тогда давший в заем десять оболов позабудет о них и думать.
Точно так случилось с нами! Христос заплатил гораздо больше, нежели чем мы были должны: Его уплата, в сравнении с долгом то же, что безмерное море в сравнении с малой каплей. Итак, не сомневайся, человек, видя такое богатство благ; не любопытствуй знать, как потушена искра смерти и греха, когда на нее пролито целое море благодатных даров».
«Бог гневался на нас, мы отвращались от Бога, человеколюбивого Владыки; Христос же, предложив Себя в посредники, примирил то и другое естество. "Как же Он предложил Себя в посредники? Он принял на Себя наказание, которое мы должны были понести от Отца, и претерпел следовавшее затем мучение и здешнее поношение. Хочешь ли знать, как Он принял на Себя то и другое? "Христос ны искупил есть от клятвы законныя, быв по нас клятва",- говорит Апостол (Гал. 3, 13). Видишь ли, как Он принял наказание, угрожавшее свыше? Посмотри, как претерпел Он и поношения, причиняемые на земле. "Поношения поносящих Ти,- говорит Псалмопевец, - нападоша на мя"(Пс. 65, 10). Видишь ли, как Он прекратил вражду, как Он не переставал делать и терпеть все, и употреблять все меры, пока не привел неприятеля и врага к Самому Богу и сделал его другом?»

Он воспевает хвалу искупительной, очистительной Жертве Христовой:

На кресте "пожрен бысть Христос", а где жертва, там уничтожение грехов, там примирение с Господом, там праздник и радость. "Пасха наша за ны пожрен бысть Христос". Где, скажи мне, "пожрен бысть"? На высоте помоста. Необычен жертвенник этой Жертвы, потому что и Жертва необычайная и небывалая. В самом деле, Один и Тот же был и Жертвой, и Священником; Жертвой был плотью, а Священник — духом. Один и тот же приносил и был приносим плотию. … Видишь, как стал Он и Жертвой, и Священником, а жертвенником был крест? Почему же, скажешь, жертва приносится не в храме, а вне града и стен? Чтобы исполнилось пророчество, что "со беззаконными вменися" (Ис. 53, 12). Почему же закалается Он на высоте помоста, а не под кровом? Чтобы очистить воздушное естество. ...но очищалась и земля, потому что на нее капала кровь из ребра. Для того не под кровлей, для того не в храме иудейском, чтобы не утаили жертвы иудеи, и ты не подумал, что она приносится за один этот народ... чтобы тебе знать, что жертва всеобща, что приношение — за всю землю..."

Разъясняя значение Крестной Жертвы Христовой, св. Афанасий Великий говорит:

«Так как надлежало, наконец, всем людям уплатить свой долг (а долг состоял в том, что все люди повинны были смерти, что преимущественно и было причиною пришествия Иисуса Христа на землю); посему Он, доказав Свою Божественность делами Своими, принес, наконец и жертву за всех людей, предав на смерть храм Своего Тела, дабы, чрез это, с одной стороны, сделать всех неповинными и свободными от древнего преступления (т.е. от первородного греха Адамова, тяготевшего на всех людях), с другой – явить Себя победителем смерти, и нетление собственного Своего Тела соделать начатком всеобщего воскресения...
Так много возражений у внешних относительно Церкви. Но если любой честный христианин захочет знать, почему Он перенес смерть на кресте и ни каким другим способом, то мы отвечаем так: ни каким другим способом не было угодно Господу предложить одну смерть за всех, именно она была прежде всего угодна Ему. Он пришел, чтобы понести проклятие, которое было на нас и как Он "мог стать проклятием" иначе чем, принять смерть проклятого?
Для того Слово и соединилось с человеком, чтобы клятва не имела более силы над человеком. Для того в 71-м псалме умоляющие Бога о человеческом роде говорят: «Боже, суд Твой Цареви даждь» (ст.1), чтобы смертное наше осуждение, которое было против нас, предано было Сыну и Он уже в Себе уничтожил это осуждение, умерши за нас. Сие разумея и Сам Он сказал в 87-м псалме: «на Мне утвердися ярость Твоя» (ст.8); потому что Сам понес на Себе гнев, который лежал и на нас, как говорит и в 138-м псалме: «Господь воздаст за Мя» (ст.8).
Потому воспринятое Им на Себя тело принося на смерть, как жертву и заклание, свободное от всякой скверны, этим приношением сходственнаго во всех подобных уничтожило немедленно смерть. Ибо Слово Божие будучи превыше всех, и Свой храм, Свое телесное орудие, принося в искупительную за всех цену, смертию Своею совершенно выполнило должное, и таким образом, посредством подобнаго тела со всеми сопребывая, нетленный Божий Сын, как и следовало всех облёк в нетление обетованием воскресения».

 

Святитель Игнатий Брянчанинов пишет: ​

Чтоб возстановить общение человека с Богом, иначе, для спасения, необходимо было искупление. Искупление рода человеческаго было совершено не Ангелом, не Архангелом, не каким-нибудь еще из высших, но ограниченных и сотворенных существ, - совершено было Самим безпредельным Богом. Казни - жребий рода человеческаго, заменены Его казнию; недостаток заслуг человеческих заменен Его безконечным достоинством. Все добрыя дела человеческия немощныя, нисходившия во ад, заменены одним могущественным добрым делом: верою в Господа нашего Иисуса Христа.

Св. Филарет (Дроздов):​

Милость должна сретаться с истиною. Словом: и основанием, и побуждением, и целию правосудия должна быть любовь. Не лучше ли всего решает этот спорный вопрос Крест Христов?.. Какая безконечно великая там любовь, а вместе какое безконечное великое правосудие!

Св. Симеон Новый Богослов:​

«Так как Адам подпал клятве, а через него и все люди, от него происходящие, приговор же об этом Божий никак не мог был уничтожен; то Христос бысть по нас клятва, чрез то, что повешен был на древе крестном, чтоб принести Себя в жертву Отцу Своему, как сказано, и уничтожить приговор Божий преизбыточествующим достоинством жертвы... Таким образом Бог, Который есть несравненно выше всего сотвореннаго, и невидимаго творения, воспринял естество человеческое, которое есть выше всего видимаго творения и принес его в жертву Богу и Отцу Своему”.
"Но для чего соделался таковым Христос? Для того чтобы соблюсти закон Божий и заповеди Его, и чтобы вступить в борьбу и победить диавола. То и другое совершилось в Нем само собой. Ибо если Христос есть Тот Самый Бог, Который дал заповеди и закон, то как можно было не соблюсти Ему того закона и тех заповедей, которые Сам дал? И если Он Бог, как и есть воистину, то как возможно было Ему быть обольщену или обмануту какой-либо хитростью диавола?
Диавол, правда, как слепой и бессмысленный, восстал против Него бранью. Но это попущено было для того, чтобы совершилось некое великое и страшное таинство, именно, чтобы пострадал Христос безгрешный, и чрез то получил прощение Адам согрешивший.
…В чем же это домостроительство? Одно Лицо Святой Троицы, именно Сын и Слово Божие, воплотившись, принес Себя плотию в жертву Божеству Отца и Самого Сына и Духа Святаго, чтобы благоволительно прощено было первое преступление Адама ради этого великого и страшного дела, то есть ради этой Христовой жертвы, и чтобы силой его совершалось другое новое рождение и воссоздание человека во святом крещении, в коем и очищаемся мы водой, срастворенной с Духом Святым".

Преп. Никита Стифат:​

Бог – Слово, священно совершив в Себе Самом наше восстановление, Сам Себя потом принёс за нас в жертву через крест и смерть…

Говорит св. Григорий Богослов:​

«Христос именуется «избавлением» (I Кор. 1, 30) как освобождающий нас, содержимых под грехом, как давший Себя за нас в искупление, в очистительную жертву за вселенную».

Преподобный Ефрем Сирин:​

Ты, Господи, сделался Жертвой за нас, чтобы Своею Кровию загладить нашу вину. Ты сделался ради нас Священником, чтобы кроплением Своей Крови очистить нас.

Протопресвитер Михаил Помазанский:​

«Христос взял на Себя грехи всего мира, принял на Себя вину всех людей. Он есть Агнец, за мир закланный.
Господь Иисус Христос совершил дело спасения во всей его полноте. Он искупил нас, дал новые силы, возродил. Не имея личного греха, Христос принял на Себя весь удел изгнанного из рая человечества,- человечества, которому было сказано: "проклята земля за тебя,"- Он Сам стал Человеком. И как Бог, Он принес новые, благодатные силы в мир.
Земное служение Господа и все дело нашего спасения, совершенного Им, есть выражение "все превосходящей любви Христовой".
"Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих" (Ин. 15, 13).
"Ибо любовь Христова (в слав. неточно: "Божия") объемлет нас, рассуждающих так: если один умер за всех, то все умерли. А Христос за всех умер, чтобы живущие уже не для себя жили, но для Умершего за них и Воскресшего" (2 Кор. 5, 14-15)».

Св. Филарет (Дроздов) так говорил о сущности искупления:​

««Бог любы есть», говорит тот же созерцатель любви. Бог есть любовь по существу и самое существо любви. Все Его свойства суть облачения любви; все действия — выражения любви. В ней обитает Его всемогущество всею полнотою своею… она есть Его правосудие, когда степени и роды ниспосылаемых или удерживаемых даров своих измеряет премудростью и благостью, ради высочайшего блага всех своих созданий. Приближтесь и рассмотрите грозное лицо правосудия Божия, и вы точно узнаете в нем кроткий взор любви Божией…
Вот, христиане, и начало, и середина, и конец креста Христова — все одна любовь Божия! Как в чувственном сем мире, куда ни прострем взор: к Востоку или Западу, к Югу или Северу, — всюду зрение упадает в неизмеримость неба: так в духовной области тайн, по всем измерениям Креста Христова, созерцание теряется в беспредельности любви Божией».

Архим. Иоанн (Крестьянкин) говорил об искуплении:​

"Грех - это великое зло. И нет в мире большего зла, чем грех! Это такое зло, за которое сам человек не был способен уплатить Правосудию Божию и примириться с Богом. Необходима была жертва Сына Божия.
Мы знаем, дорогие мои, как тяжек бывает всего один грех, совершенный нами, и мучительно наказание за него. Что же, когда грехов больше, чем песчинок на берегу моря?.. В сколь крат увеличивается эта тяжесть? А ее нужно было взять Господу на Себя... А потому неоценимо для нас с вами значение Крестных страданий Христа Спасителя нашего. Мы теперь свои, родные и близкие Богу... Мы теперь можем обращаться к Нему, молиться Ему, приносить свое личное покаяние с уверенностью, что Бог нас слышит и не отвернется от нас, какими бы тяжкими грешниками мы ни были. Мы можем! Потому что по божественной любви ко всем людям испил Господь горькую чашу величайших страданий. …
Ежегодно в Великом посту Церковь Христова собирает нас на эти богослужения и вызывает в наших сердцах священные воспоминания тех отдаленных дней, когда по любви Своей к людям Бог отдал Сына Своего Единородного на Крестные страдания и смерть за искупление грехов всего человеческого рода.
На Кресте была принесена Жертва умилостивления (Рим. 3, 25) непреложной правде Божией за каждого из нас. Пролитою на Кресте животворящею Кровию Христовой снято с человечества вечное осуждение".

2. Святые отцы о безгрешности Иисуса Христа:

Св. Иоанн Дамаскин: ​

«Исповедуя того же самого Господа нашего Иисуса Христа как совершенным Богом, так и совершенным человеком, мы утверждаем, что именно Он имеет все то, что имеет Отец, кроме нерожденности, и имеет все, что имел первый Адам, исключая одного только греха, то есть тело и душу словесную и разумную.
…Господь наш Иисус Христос, будучи безгрешным, ибо греха не сотвори (1 Петр. 2, 22) вземляй грех мира (Ин. 1, 29), ниже обретеся лесть во устех Его (Ис. 53, 9), — не подлежал смерти, ибо смерть вошла в мир чрез грех (Рим. 5, 12). Итак, Он умирает, претерпевая смерть за нас, и Самого Себя приносит в жертву за нас Отцу. Ибо мы согрешили пред Отцем, и надлежало, чтобы Он принял выкуп, предложенный за нас, и чтобы мы таким образом освободились от осуждения. Ибо отнюдь не тирану была принесена кровь Господа. Итак, смерть приступает и, поглотив тело (Господне как бы) приманку, пронзается Божеством как бы крючком уды, вкусив безгрешного и животворящего Тела, погибает и отдает назад всех, коих некогда поглотила. Ибо как привнесением света уничтожается тень, так и тление натиском жизни прогоняется, и для всех настает жизнь, а для губителя — погибель.
Мы исповедуем также, что Христос воспринял все естественные и беспорочные страсти человека. Ибо Он воспринял всего человека и все, свойственное человеку, кроме греха, потому что грех не естественен и не Творцом всеян в нас, но возникает из последующего посева дьявола в нашей свободной воле с нашего согласия и не владычествует над нами насильственно. Естественные же и беспорочные страсти суть не находящиеся в нашей власти, — те, кои привзошли в человеческую жизнь вследствие осуждения за преступление, каковы — голод, жажда, утомление, труд, слезы, тление, уклонение от смерти, боязнь, предсмертная мука, от коей — пот, капли крови, помощь от ангелов ради слабости природы и подобное, что по природе присуще всем людям.
Итак, Христос все воспринял, чтобы все освятить. Он подвергся искушению и победил, чтобы нам приготовить победу и дать природе силу побеждать противника, дабы естество, некогда побежденное, победило победившего некогда посредством тех нападений, посредством коих само было побеждено.
Лукавый приразился ко Христу совне, и не через помыслы, как и к Адаму, ибо и к тому он приразился не через помыслы, но через змия. Господь же отразил приражение и рассеял, как дым, чтобы страсти, приразившиеся к Нему и побежденные, сделались и для нас легко одолимыми, чтобы (таким образом) новый Адам исцелил ветхого.
Конечно, естественные наши страсти были во Христе и сообразно естеству, и превыше естества. Ибо сообразно с естеством они возбуждались в Нем, когда Он попускал плоти терпеть свойственное ей, а превыше естества потому, что естественное во Христе не предваряло Его хотения. В самом деле, в Нем ничего не усматривается вынужденного, но все — добровольное. Ибо по собственной воле Он алкал, по собственной воле жаждал, добровольно боялся, добровольно умер».

Преподобный Максим Исповедник:​

"Невинный и безгрешный Он заплатил за людей весь долг словно Сам был виновен, возвратив их к благодати Царствия и отдав Себя Самого в выкуп и искупление за нас".


Догмат шестисот тридесяти святых отец Четвертаго Вселенскаго Собора, Халкидонскаго

"Последующе Божественным отцем, все единогласно поучаем исповедывати единаго и того же Сына, Господа нашего Иисуса Христа, совершенна в Божестве и совершенна в человечестве истинно Бога и истинно человека, тогожде из души и тела единосущна Отцу по Божеству, и единосущна тогожде нам по человечеству по всему нам подобна, кроме греха, рожденна прежде век от Отца по Божеству, в последние же дни тогожде, ради нас и ради нашего спасения, от Марии Девы Богородицы, по человечеству единаго и тогожде Христа, Сына, Господа, единороднаго, во двух естествах неслитно, неизменно, нераздельно, неразлучно познаваемаго, (никакоже различию двух естеств потребляему соединением, паче же сохраняему свойству коегождо естества, во едино лице и во едину ипостась совокупляемаго) не на два лица рассекаемаго или разделяемаго, но единаго и тогожде Сына, и единороднаго Бога Слова, Господа Иисуса Христа, якоже древле пророцы о Нем, и якоже Сам Господь Иисус Христос научи нас, и якоже предаде нам символ отец наших".


"Пятый Вселенский Собор осудил лжеучение Феодора Мопсуетского, якобы Господь Иисус Христос не был изъят от внутренних искушений и борьбы страстей. Если слово Божие говорит, что Сын Божий пришел "в подобии плоти греховной" (Рим. 8, 3), то выражает мысль, что эта плоть была истинной человеческой, но не греховной, а совершенно чистой от всякого греха прародительского, так и от произвольного. Господь в Своей земной жизни был свободен от всяких греховных пожеланий, от всякого внутреннего искушения. Ибо естество Человеческое в Нем не отдельно существует, но соединено ипостасно с Божеством".
(Прот. Михаил Помазанский. Православное догматическое богословие)

3. Следствия искупления​

Чтобы грешный человек получил возможность обновиться, эта спасающая нас искупительная жертва была жертвой очистительной, дарующей освящение.

Благодаря искуплению человечества для нас стало возможным богообщение, Святой Дух сошёл на апостолов, и снисходит на всех членов Христовой Церкви, освящая и обновляя человеческое естество, возрождая его для Царствия Небесного.

Св. Феофан Затворник пишет:​

«Вторая основа христианской жизни, неразлучная с первой, есть живой союз с телом Церкви, которой Господь - глава, живитель и движитель. Господь наш Иисус Христос, Бог и Спаситель, совершив на земле о нас Божественное смотрение, вознесся на Небеса и ниспослал от Отца Всесвятого Духа, потом с Ним, по благоволению Отца, через святых апостолов устроил на земле святую Церковь под Своим главенством. И в ней совместил все необходимое для нашего спасения и сообразной с ним жизни, так что теперь через нее уже ищущие спасения получают от Него и искупление с отпущением грехов, и освящение с новой Жизнью. В ней поданы нам все Божественные силы, и знание, и благочестие и дарованы честные и великие обетования. И если мы в силу этого постараемся украситься всякой добродетелью, то нам, без сомнения, обильно преподается вход в вечное Царство Господа нашего и Спаса Иисуса Христа (2 Пет. 1, 3-11). Святая Церковь и есть новое человечество, от нового родоначальника Христа Господа».

Святитель Григорий Богослов в слове на святую Пасху говорит, что Жертва Христова есть «очищение» не малой части вселенной, и не на малое время, но целого мира и вечное», что мы умерли со Христом, чтобы очиститься, назвал великую и священную Пасху очищением всего мира.

Св. Иоанн Дамаскин говорит: ​

"Всякое деяние и чудотворение Христово, конечно, весьма велико, Божественно и удивительно, но удивительнее всего честный крест Его. Ибо не иным чем как только крестом Господа нашего Иисуса Христа упразднена смерть, разрешен прародительский грех, ад лишен своей добычи, даровано воскресение, нам дана сила презирать настоящее и даже саму смерть, устроено возвращение к первоначальному блаженству, открыты врата рая, естество наше воссело одесную Бога, и мы сделались чадами Божиими и наследниками. Все это совершено крестом".

Прот. Михаил Помазанский пишет:​

«...дело искупления переходит непосредственно в дело освящения».

В.Н. Лосский:​

"Искупление ... определяется несколькими моментами, все более и более раскрывающими полноту Божественного присутствия. Это прежде всего устранение радикальных преград, отделяющих человека от Бога, и, главным образом, того греха, который подчиняет человечество диаволу и делает возможным владычество падших ангелов над земным космосом. Освобождение плененной твари сопровождается, далее, восстановлением ее природы, которая снова становится способной воспринимать благодать и шествовать "от славы в славу", вплоть до уподобления, в котором она воспринимает природу Божественную и делается способной преобразить весь космос".

4. Кому была принесена Крестная Жертва?​

На этот вопрос отвечают слова преп. Симеона Нового Богослова:

"В чем же это домостроительство? Одно Лицо Святой Троицы, именно Сын и Слово Божие, воплотившись, принес Себя плотию в жертву Божеству Отца и Самого Сына и Духа Святаго, чтобы благоволительно прощено было первое преступление Адама ради этого великого и страшного дела, то есть ради этой Христовой жертвы, и чтобы силой его совершалось другое новое рождение и воссоздание человека во святом крещении, в коем и очищаемся мы водой, срастворенной с Духом Святым".

Поместный собор Константинопольской Церкви 1156 года, рассматривавший этот вопрос, подтвердил древнее учение отцов и учителей Церкви, что "и в начале при Владычнем страдании, животворящая Плоть и Кровь Христова принесена не Отцу только, но и всей Святой Троице, и ныне в ежедневно совершаемых священнодействиях евхаристии приносится бескровная жертва Триипостасному Богу".

При этом Сам Христос Спаситель одновременно был Жертвой, и Архиереем, приносящим жертву по человеческому Своему естеству, и Богом, приемлющим жертву вместе с Отцом и Святым Духом в виду единосущия по Божескому естеству с Отцом и Святым Духом. Как видно из постановления собора, такой же Жертвой по связи с Голгофской Жертвой является и евхаристическая Жертва. Мыслящих иначе собор подвергает анафеме.

Св. Григориq Богослов пишет: ​

"Остается исследовать вопрос и догмат, оставляемый без внимания многими, но для меня весьма требующий исследования. Кому и для чего пролита сия излиянная за нас кровь, кровь великая и преславная Бога и Архиерея и Жертвы? Мы были во власти лукавого, проданные под грех и сластолюбием купившие себе повреждение. А если цена Искупления дается не иному кому, как содержащему во власти, спрашиваю: кому и по какой причине принесена такая цена? Если лукавому, то как сие оскорбительно! Разбойник получает цену искупления, получает не только от Бога, но Самого Бога, за свое мучительство берет такую безмерную плату, что за нее справедливо было пощадить и нас! А если Отцу, то, во-первых, каким образом? Не у Него мы были в плену. А, во-вторых, по какой причине кровь Единородного приятна Отцу, Который не принял и Исаака, приносимого отцом, но заменил жертвоприношение, вместо словесной жертвы дав овна? Или из сего видно, что приемлет Отец, не потому что требовал или имел нужду, но по домостроительству и потому что человеку нужно было освятиться человечеством Бога, чтобы Он Сам избавил нас, преодолев мучителя силой, и возвел нас к Себе чрез Сына посредствующего и все устрояющего в честь Отца, Которому оказывается Он во всем покорствующим? Таковы дела Христовы, а большее да почтено будет молчанием".
Выражение «по домостроительству», означает, что по планам Божественного промышления это необходимо было для спасения рода человеческого. При этом хотя иногда и говорится, что приемлет жертву Отец, - имеется в виду, что её приемлет Отец нераздельно с Сыном и Святым Духом, как Триединый Бог по единству и нераздельности Божественного Существа.

5. Священное Писание об искуплении:​

Он изъязвлен был за грехи наши и мучим за беззакония наши.
(Ис. 53, 5)

Не тленным серебром или золотом искуплены вы от суетной жизни, но драгоценною Кровию Христа, как непорочного и чистого Агнца, предназначенного еще прежде создания мира.
(1 Пет. 1, 18–20)

Христос пострадал за нас... Он грехи наши Сам вознес Телом Своим на древо, дабы мы, избавившись от грехов, жили для правды: ранами Его вы исцелились.
(1 Петр. 2, 21-24)

Христос, чтобы привести нас к Богу, однажды пострадал за грехи наши, праведник за неправедных, быв умерщвлен по плоти.
(1 Петр. 3,18)

Вот Агнец Божий, Который берет на Себя грех мира.
(Ин. 1, 29)

В том любовь, что не мы возлюбили Бога, но Он возлюбил нас и послал Сына Своего в умилостивление за грехи наши.
(1 Ин. 4, 10)

Я первоначально преподал вам, что и сам принял, то есть, что Христос умер за грехи наши, по Писанию.
(1 Кор. 15, 3)

Бог во Христе примирил с Собою мир.
(2 Кор. 5, 19)

Христос не с кровью козлов и тельцов, но со Своею Кровью, однажды вошел во святилище и приобрел вечное искупление.
(Евр. 9, 12)

Итак, подражайте Богу, как чада возлюбленные,
и живите в любви, как и Христос возлюбил нас и предал Себя за нас в приношение и жертву Богу, в благоухание приятное.
(Еф. 5, 1-2)

Бог Свою любовь к нам доказывает тем, что Христос умер за нас, когда мы были еще грешниками.
(Рим. 5, 8)

О безгрешности Иисусе Христа:

Ему назначали гроб со злодеями, но Он погребен у богатого, потому что не сделал греха, и не было лжи в устах Его.
(Ис. 53, 9)

Он не сделал никакого греха, и не было лести в устах Его.
(1 Пет. 2, 22)

Он явился для того, чтобы взять грехи наши, и что в Нем нет греха.
(1 Ин. 3, 5)

Кровию Своею Христос приобрел Себе Церковь:

«Внимайте себе и всему стаду, в котором Дух Святый поставил вас блюстителями, пасти Церковь Господа и Бога, которую Он приобрел Себе Кровию Своею.
(Деян. 20, 28)

В Церкви Бог и спасает верующих в Него, очищая нас от всякого греха:

Кровь Иисуса Христа… очищает нас от всякого греха.
(1 Ин. 1, 7)

 

Искушение​

Искушение - такое стечение обстоятельств, в котором есть близкая опасность впасть в грех или потерять веру. Искушения приходят от нашего падшего естества, от мира, от других людей или от диавола.

Св. Игнатий (Брянчанинов):​

Чтобы мы усвоили себе смирение, попускаются нам различные напасти: от демонов, от людей, от многообразных лишений, от извращенного и отравленного грехом нашего естества.

Искушения можно условно подразделить на два вида:​

1) внешние искушения – тяжелые, неприятные для души переживания, приходящие к человеку извне по Божию Промыслу — в наказание для исправления, для испытания в вере, для духовного совершенствования. Их причинами являются болезни, материальная нужда, обиды и несправедливости от людей и т. п. Их можно назвать словом «скорби».

2) внутренние искушения - состояние души, когда ей непосредственно темной силой или через слова людей навязываются мысли, чувства, пожелания, влекущие ко греху, к нарушению божественных заповедей.

 

1. Без искушений невозможно спастись

Преп. Антоний Великий говорит:​

Никто без искушений не может войти в царствие небесное; не будь искушений, никто бы и не спасся.

Преподобный Исаак Сирин объясняет, почему это именно так:

"Блажен человек, который познает немощь свою, потому что ведение сие делается для него основанием, корнем и началом всякой благостыни. Как скоро дознает кто и действительно ощутит немощь свою, воздвигает душу свою из расслабления, омрачающего ведение, и запасается осторожностию. Но никто не может ощутить немощь свою, если не будет попущено на него хотя малого искушения тем, что утомляет или тело, или душу.

…И в какой мере приближается он к Богу намерением своим, в такой и Бог приближается к нему дарованиями Своими… Поэтому же щедролюбный Бог удерживает от него дары благодати, чтобы служило сие для человека причиною приближаться к Богу и чтобы ради потребности своей человек неотлучно пребывал пред Источающим служащее на пользу. …И в иных обстоятельствах ...попускает впадать в искушение, чтобы это испытание, как уже сказал я, служило для него причиною приблизиться к Богу и чтобы научился он и имел опытность в искушениях….никому не исправить дела своего без смирения и не научиться без искушений, а без обучения никто не достигает смирения… Посему искушения по необходимости полезны людям".

Св. Феофан Затворник говорит:​

О значении креста вот краткое общее объяснение: Господь совершил спасение наше крестною смертию своею; на кресте растерзал Он рукописание грехов наших; крестом примирил нас Богу и Отцу; чрез крест низвел на нас дары благодатные и все благословения небесные. Но таков крест Господень в нем самом. Каждый же из нас становится причастным спасительной силы его не иначе, как чрез свой собственный крест. Свой собственный каждого крест, когда соединяется с крестом Христовым, силу и действие сего последнего переносит на нас, становится как бы каналом, чрез который из креста Христова преливается на нас всякое даяние благо и всяк дар совершен. Из этого видно, что собственные каждого кресты в деле спасения столько же необходимы, сколько необходим крест Христов. И вы не найдете ни одного спасенного, который не был бы крестоносцем. ...Можно сказать так: осмотрись около себя и в себе, усмотри крест свой, понеси его, как следует, соединенно со крестом Христовым, – и будешь спасен.

2. Все искушения происходят по судам Божиим​

Ничто из того, что происходит с нами в жизни, не случается вне промысла Божия. При этом промысл Божий посылает каждому человеку только такие искушения, наказания (от слова «наказ», урок), которые необходимы именно ему для его спасения. Не только телесные скорби христианину надо принимать как из благотворящей руки Божией, но также и зло, которое причиняют люди, или злые духи.

Святитель Игнатий (Брянчанинов):​

Бог, попуская нам искушения и предавая нас диаволу, не перестает промышлять о нас, наказывая, не перестает благодетельствовать нам.

Старец Паисий Святогорец:​

Бог попускает искушения соответственно нашему духовному состоянию.

Преп. Макарий Египетский:​

...Когда душа подпадает различным искушениям, не дивится она и не отчаивается, ибо знает, что по Божию попущению дозволяется злобе испытывать и наказывать ее...

Св. Василий Великий пишет: ​

«Бог по особенному домостроительству предает нас скорбям, по мере веры каждого посылая и меру испытаний.

…поелику мы творения благого Бога и состоим во власти Того, Кто устрояет все до нас касающееся, и важное и маловажное, то не можем ничего потерпеть без воли Божией; и если что терпим, оно не вредно, или не таково, чтобы можно было промыслить что-либо лучшее».

Св. Иоанн Тобольский говорит о том, что все несчастия и бедствия происходят по воле Божией:

«…если мы из понятия греха отбросим его причину - лживость и своеволие, то не будет ни одного из горьких или злых его последствий, которое бы не происходило по воле Божией или было бы Ему неугодно. Как горести греховныя частнаго человека, так и мирския, обыкновенно называемыя естественными, бедствия, как-то: голодовки, засухи, моровыя поветрия и тому подобныя, часто не имеющия непосредственнаго отношения ко греху частнаго лица, происходят по воле Божией. А потому все бедствия и горести человеческия положительно происходят по воле Божией ради достижения праведных целей Промысла Божия; один только грех противен Богу (подобно тому, как зло противно добру, или ложь противна истине), но попускается Богом ради ненарушения личной человеческой воли, или его свободы.

…все святые все то, что встречалось с ними в жизни, приятное или неприятное, приписывали воле, действию Божию, потому что они не обращали своего внимания на чужие грехи, но все поступки людские разсматривали, как Божий дар или Божие попущение за свои грехи. Святые разсуждали так: всеблагий Бог никогда бы не попустил ничего злого, если бы Он не знал, что оттуда Он произведет многочисленныя и великия благодеяния.

Многие обманываются, по своему крайнему невежеству думая, что только зло, проистекающее от естественных причин, (именно: наводнения, землетрясения, неурожаи, неблагоприятныя атмосферическия явления, повальныя болезни, внезапная смерть и т.п.) происходит по воле Божией; ибо по большей части такия несчастья не имеют прямого отношения ко грехам. Но злостныя деяния, происходящия от противозаконнаго умысла человеческаго, от неправды (каковы: ругательныя слова, насмешки, обманы, подлоги, хищения, обиды действием, грабежи, разбои, убийства и т.п.), приключаются, по мнению названных выше людей, независимо от воли Божией и Его Промысла, но единственно по человеческой злобе и развращенной людской воле, которая сама причиняет и наносит ближним своим всякое зло. А потому не только в минувшее, давно-прошедшее время, но и в настоящия времена нередко слышны жалобы: "Оскудение в пропитании и необходимых средствах для жизни произошло не от Бога, а от лихоимцев". Жалобы эти - жалобы людей, неведущих Бога: оне не достойны христианина.
…всякия бедствия …каким бы образом ни произошли, происходят все по воле Божией, ниспосылаются Его крепкою десницею, по Его смотрению и Промыслу. Возлюбленный! Бог направил руку на ударение тебя; Бог подвинул язык обидящаго или клеветника на поругание или оклеветание тебя; Бог дал нечестивому силу на твое низложение. Сам Бог устами пророка Исайи подтверждает это, говоря: "Я Господь, и нет иного; нет Бога кроме Меня; Я препоясал тебя, хотя ты не знал Меня... Я образую свет и творю тьму, делаю мир и произвожу бедствия; Я, Господь, делаю все это" (Ис. 45, 5, 7)».

Преп. Макарий Оптинский ​

пишет, что всякое задевающее нас слово, то есть искушение - "есть посланное от Бога обличение к познанию себя и исправлению".

Преп. Макарий Оптинский учит все искушения принимать как посланные Богом:

С М. N. У вас не сошлись характеры. Во всём этом я усматриваю действующий Промысл Божий в деле твоего спасения. Несомненно веруй, что Бог попустил так быть к испытанию твоему; когда без воли Его и влас главы нашей не погибает (Лк. 21, 18), то что сказать о большем оного. Когда будешь относить всё к Богу и принимать скорбные случаи с самоукорением, считая себя достойною оных, то удобно и легко понесёшь; а если, напротив, будешь укорять других и считать виновными своей скорби, то более на себя их навлечёшь и отяготишь свой крест… как мы познаем сокровенные в нас страсти? И как можем оные истребить? Не долготерпением к нам ближних, но от нашего к ним долготерпения. Они показывают нам лежащие в нас страсти, но каким образом? Смотрением Божиим, то есть Бог посылает их сделать нам что-нибудь неприятное и противное, чтобы от того узнали, что есть в нас страсти и попеклись бы о искоренении оных, а виновников сего считать благодетелями, по слову аввы Дорофея, «о еже укоряти себе, а не ближнего». Конечно, скоро невозможно уврачевать сии болезни, но, познав свою немощь и укоряя себя, получать будешь облегчение.

3. Попущение Божие​

Святые отцы учат, что всё происходящее в мире происходит по промыслу Божьему, но при этом промысл Божий действует как благоизволение и как попущение Божие. По благоизволению Божию происходит то, что бесспорно – добро. По попущению же – то, что не является бесспорно добром. При этом попущение бывает двух видов: попущение спасительное и вразумляющее и попущение, означающее отвержение человека Богом и ведущее к полному наказанию.

Св. Игнатий (Брянчанинов) объясняет:​

«Одно совершается по воле Божией; другое совершается по попущению Божию; все совершающееся совершается по суду и определению Божиим. По этой причине судьбы Божии часто называются в Писании судом Божиим. Суд Божий всегда праведен».

Преп. Иоанн Дамаскин пишет:​

«То, что зависит от Промысла, происходит или по благоизволению Божию, или по попущению. По благоизволению Божию происходит то, что бесспорно – добро. По попущению же – то, что не является бесспорно добром. Так, Бог часто попускает и праведнику впадать в несчастья, дабы показать другим сокрытую в нем добродетель: так было, например, с Иовом.

…Следует иметь в виду, что выбор дел находится в нашей власти, исход же их зависит от Бога. При этом исход добрых дел зависит от божественного содействия, ибо Бог, по Своему предведению, праведно содействует тем, которые по правой совести избирают доброе. Исход же дурных дел зависит от божественного попущения, от того, что Бог, опять по Своему предведению, праведно оставляет человека, предоставляя его собственным силам.

…Оставление человека Богом бывает двух видов: одно спасительное и вразумляющее, другое – означающее конечное отвержение. Спасительное и вразумляющее оставление бывает или для исправления, спасения и славы терпящего, или для возбуждения других к ревности и подражанию, или для славы Божией. Совершенное оставление бывает тогда, когда человек, несмотря на то, что Богом все сделано для его спасения, остается, по собственному произволу, бесчувственным и неисцеленным, или, лучше сказать, неисцелимым. Тогда он предается конечной гибели, как Иуда. Да сохранит нас Бог и да избавит от такого оставления.

… Следует также иметь в виду, что все горестные события, если люди принимают их с благодарностью, посылаются им для спасения их и, без сомнения, приносят им пользу.

Первое Его хотение называется предваряющей волею и благоизволением и зависит только от Него. Второе же хотение называется последующей волею и попущением и имеет свою причину в нас. При этом попущение, как мы выше сказали, бывает двух видов: попущение спасительное и вразумляющее и попущение, означающее отвержение человека Богом и ведущее к полному наказанию. Все это не находится в нашей власти.

Что касается находящегося в нашей власти, то добрых дел Бог хочет Своею предваряющею волею и благоволит им, дурных же дел Он не хочет ни Своею предваряющей, ни Своею последующей волею, но Он попускает свободной воле творить зло; ибо то, что делается по принуждению, не разумно и не является добродетелью.

Бог промышляет о всех творениях, оказывая нам благодеяния и вразумляя чрез посредство всякого творения, даже чрез посредство самих демонов, как это видно из случившегося с Иовом и свиньями».

Преп. Ефрем Сирин пишет:​

Все от Бога — и благое, и скорбное. Но одно по благоволению, а другое по домостроительству и попущению. По благоволению — когда живем добродетельно, потому что угодно Богу, чтобы живущие добродетельно украшались венцами терпения; по домостроительству — когда согрешая, бываем вразумляемы; по попущению же — когда и вразумляемые не обращаемся. Бог промыслительно наказывает нас, согрешающих, чтобы мы не были осуждены с миром, как говорит апостол: “Судимы от Господа, наказываемся, да не с миром осудимся” (1 Кор. 11, 32).

4. Зачем Бог попускает искушения​

Господь сказал: «Горе миру от соблазнов, ибо надобно придти соблазнам» (Мф. 18, 7).
Почему же Господь допускает искушения и говорит, что «надобно придти соблазнам»?

Дело в том, что искушения, скорби и болезни Бог попускает для нашего блага. Всеведущий Господь и без испытаний знает самые сокровенные уголки нашего сердца, но мы не видим их. Искушение Бог допускает для того, чтобы мы сами увидели свои недостатки и слабости, увидев их, начали с ними бороться, закалили свою волю в духовной борьбе, победили в себе грех и очистили таким образом свою душу для Царствия Небесного.

"Блажен человек, который переносит искушение, потому что, быв испытан, он получит венец жизни, который обещал Господь любящим Его" (Иак. 1, 12), - говорит Священное Писание.

Св. Феофан Затворник:​

"Господу угодно было так устроить, чтобы тварная свобода возрастала и крепла в добре через борьбу со злом".

"Зачем так устроил Господь, что на земле никого нет без горестей и тяготы? Затем, чтоб не забывал человек, что он изгнанник, и жил бы на земле не как родич на родной стороне, а как странник и пришлец на стране чужой, и искал возвращения в истинное отечество свое. Как только согрешил человек, тотчас изгнан из рая, и вне рая обложен скорбями и лишениями и всякого рода неудобствами, чтоб помнил, что он не на своем месте, а состоит под наказанием и заботился искать помилования и возвращения в свой чин".

Преп. Макарий Египетский:​

Предается <человек> врагам и искушениям для упражнения и обучения, как Иов был в искусе, потому что и злое, хотя не по доброму изволению, содействует доброму.

...Божию разуму ведомо, в какой мере каждую душу должно подвергнуть искушению, чтобы сделалась она благоискусною и благопотребною для Небесного Царства.

<Души>... не искушенные и не испытанные различными скорбями от лукавых духов, остаются пока во младенчестве... и неблагопотребны еще для Небесного Царства.

Преп. Никодим Святогорец:
​

Чтоб понятнее было тебе, как всякие вообще искушения посылаются Богом на пользу нам, прими во внимание, что скажу. Человек, по влечению растленного естества своего, горд, славолюбив, любит показность, крепко стоит за свои мысли и решения и желает всегда быть высоко ценим всеми, гораздо выше, нежели он есть на самом деле. Такое самоценение и самомнение крайне пагубно в деле духовного преуспеяния, так что одной тени его достаточно, чтоб не дать человеку достигнуть истинного совершенства. Почему человеколюбивый Отец наш Небесный, премудро промышляя о всех нас, особенно же о тех, кои искренно предали себя на служение Ему, искушениями, каким попускает найти на нас, поставляет нас в такое настроение, в коем легко можем избежать страшной опасности от этого самоценения и почти вынужденно дойти до истинного смиренного себя познания: так сделал Он со святым апостолом Петром, попустив ему трижды отвергнуться Его, чтоб он познал немощь свою и перестал надеяться на себя самого, и со святым Павлом, на которого, после того как восхитил его до третьего неба и открыл ему божественные свои неизреченные таинства, наложил некое докучливо-тягостное искушение, чтоб он, нося в себе такое указание на свое бессилие и ничтожество, преуспевал в смирении и хвалился только немощами своими и чтобы это величие откровений, каких сподобился он от Бога, не ввело его в превозношение, как сам он о себе свидетельствует… Итак, Бог, движимый состраданием к этой несчастной беззаконной склонности нашей (высоко всегда о себе думать), попускает, чтоб на нас разными путями находили искушения, нередко очень тяжелые, чтобы мы, познавая немощь свою, смирялись. В этом Господь являет вместе благость Свою и премудрость: ибо тем, что наиболее кажется вредоносным, наибольшую доставляет нам пользу, потому что смиряет, смирение же паче всего потребно и благотворно для души нашей.

…Кроме этого плода, приносимого душе сказанными искушениями чрез оскудение духовных утешений, бывают от сего и другие многие плоды. Сокрушенный такими внутренними тяготами, нуждно нудится прибегать усердно к Богу за взысканием скорой помощи от Него…

Таким образом, эта скорбь, которую он считал столь противною его целям и вредительною, бывает после сего для него жалом, возбуждающим искать Бога с большею теплотой и с большим рвением удаляться от всего того, что находит несообразным с волею Божиею. Коротко сказать: все скорби и мучения, какие претерпевает душа во время внутренних искушений и оскудении духовных утешении и сладостей, не другое что суть, как любовию Божиею устрояемое очистительное врачевство, коим очищает ее Бог, если она со смирением и терпением переносит их. И всеконечно они уготовляют таким терпеливым страдальцам венец, стяжеваемый только посредством их, и венец тем более славный, чем болезненнее бывают мучения сердца, претерпеваемые во время их.

Преподобный Антоний Великий:​

Радуйся в искушениях, которые будут попущены тебе: при посредстве их приобретается духовный плод.

Авва Дорофей:​

…если кто не подвергнется искушениям и не испытает скорби от страстей, тот и не подвизается о том, как бы от них очиститься.

Преп. Исаак Сирин:​

Искушения Бог всегда попускает любящим Его, чтобы вразумить, умудрить и научить их Своей воле.

Без попущения искушений невозможно познать истины.

Кто бежит от искушений, тот бежит от добродетели. Разумею же искушение не пожеланий, но скорбей.

Святые отцы, объясняя необходимость искушений для всех, показывают и их причины, коренящиеся в сердце человека:

Св. Тихон Задонский:​

Искушение открывает сердце наше и тайное сердца нашего делает явным. Бог же всю глубину и бездну сердца нашего испытует и видит, что в нем кроется. Поэтому попускает нам Бог искушение и тем показывает нам, что скрыто в нашем сердце. Познаем же, христиане, душевную нашу беду и зло, чтобы усердно поискать избавления.

Искушение от диавола попущением Божиим бывает с благой целью. Во-первых, чтобы так смирился искушающийся. Во-вторых, так познается вера наша. Искушение подобно огню, который обнаруживает золото, отличая его от прочих металлов. В искушении становится явным, кто золото, кто серебро, кто олово, кто сено и дрова. Золото и серебро целым остается в огне и становится еще чище; с железа спадает ржавчина, но и оно остается целым; олово скоро плавится; сено и дрова сгорают совсем. Так в искушении познается, кто истинно отстал от сатаны и злых дел его и прилепился Богу, кто истинно работает Богу и кто лицемерно, искушением познаются истинные и верные рабы Божии и лицемеры; искушение все делает явным. В-третьих, так познается любовь, кого мы больше любим,- себя и мир или Бога; кому угождаем - себе ли и миру или Богу; чью волю более почитаем - свою или Божию все это открывает искушение. В-четвертых, да познаем врагов наших и научимся против них подвизаться. Брань научает воина подвигу и делает более крепким: без брани воин ослабевает и портится. В-пятых, да познаем немощь нашу, опасность, и познав, прибегнем к Богу с молитвой. Как ребенок бежит к матери и у нее ищет защиты, видя беду свою, так верная душа к Богу простирает руки в бедствии своем. В-шестых, да посрамится искуситель, а претерпевший искушение примет венец от Подвигоположника... Не знает искуситель, что искушению последует: он искушает на зло, но искушение обращается в добро, и так посрамляется, уязвляется своей стрелой.

Св. Игнатий (Брянчанинов):​

«Мы по свойству недугующего падением естества нашего заботимся наиболее об устроении нашего земного положения, а Бог устраивает наше вечное положение, о которым мы забыли бы, если б земное наше положение не было потрясаемо скорбями, если б скорби, посылаемые по временам Промыслом Божиим, не напоминали нам, что все временное и земное преходит и что главные заботы должны быть о вечном. Писание говорит: "Господь, его же любит, наказует"».

Преподобный Исаак Сирин:​

«Как близки между собой веки (на глазах), так искушения близки к людям; и Бог предустроил сие премудро для пользы твоей, чтобы ты постоянно ударял в дверь Его, чтобы страхом скорбного всевалось памятование о Нем в уме твоем, чтобы к Нему приближался ты в молитвах, и освящалось сердце твое непрестанным памятованием о Нем. И когда будешь умолять, услышит тебя; и уразумеешь, что избавляющий тебя есть Бог, и познаешь Создавшего тебя, Промышляющего о тебе, Хранящего тебя, и Сотворившего для тебя два мира: один - как временного учителя и наставника, другой - как отеческий дом и вечное наследие».

«Блажен человек, который познает немощь свою, потому что ведение сие делается для него основанием, корнем и началом всякой благостыни. Как скоро дознает кто и действительно ощутит немощь свою, воздвигает душу свою из расслабления, омрачающего ведение, и запасается осторожностию. Но никто не может ощутить немощь свою, если не будет попущено на него хотя малого искушения тем, что утомляет или тело, или душу. Тогда, сравнив свою немощь с Божиею помощию, тотчас познает ее величие.

…И в какой мере приближается он к Богу намерением своим, в такой и Бог приближается к нему дарованиями Своими… Поэтому же щедролюбный Бог удерживает от него дары благодати … попускает впадать в искушение, чтобы это испытание, как уже сказал я, служило для него причиною приблизиться к Богу и чтобы научился он и имел опытность в искушениях….никому не исправить дела своего без смирения и не научиться без искушений, а без обучения никто не достигает смирения….Посему искушения по необходимости полезны людям. …

Итак, шествующему путем Божиим надлежит благодарить Бога за все приключающееся с ним, укорять же и осыпать упреками душу свою и знать, что попущено сие Промыслителем не иначе, как по собственному его какому-нибудь нерадению, или для того, чтобы пробудился ум его, или потому, что он возгордился. И потому да не смущается он, да не оставляет поприща и подвига и да не перестанет делать себе упреки, чтобы не постигло его сугубое зло; потому что нет неправды у Бога, источающего правду».

Преподобный Симеон Новый Богослов:​

Как одежду, измаранную грязью и всю оскверненную какой-либо нечистотой, невозможно очистить, если не мыть в воде и не стирать ее долго, так и ризу душевную, оскверненную тиною и гноем греховных страстей, иначе отмыть нельзя, как только многими слезами и перенесением искушений и скорбей.

Святитель Игнатий (Брянчанинов):​

Поврежденная природа наша постоянно нуждается, как в противоядии, в скорбях: ими погашается в ней сочувствие к греховному яду страстей, в особенности к гордости, к страсти самой ядовитой и пагубной между страстями; ими выводится служитель Божий из напыщенного, неправильного мнения о себе в смиренномудрие и духовный разум.

Преподобный Иосиф Оптинский:
​

Пишешь, что скорби и скорби, и о том только и думаешь, что скорби. А скорби ведут нас на Небо: так устроено Богом для очищения грехов и недопущения до больших проступков, и для получения вечнорадостной блаженной жизни на Небе. А ты обижаешься на Бога, что Он в Рай тебя как бы насильно тащит. А ты эти маловременные скорбишки часто-часто сравнивай с адскими огненными мучениями бесконечными, которые ты заслужила грехами.

Вы думаете, что за грехи Господь наказал вас. – Может быть, и так, а может быть, к испытанию вашей веры; а скорее всего – по той и другой причине. Впрочем, как бы то ни было, ваше дело – в постигшем вас временном наказании усматривать должно благость Божию к вам и любовь.

За грехи что-нибудь должно терпеть; если не здесь, то в будущей жизни. Только в будущей жизни скорби очень ужасны.

Преподобный Никон Оптинский:​

Скорби наши по наружности своей не похожи на наши вины, но в духовном отношении справедливо им соответствуют.

Святитель Феофан Затворник:​

Спасительная Божественная благодать для пробуждения грешника от усыпления, направляя свою силу на разорение той опоры, на которой кто утверждается и почивает своею самостию, - вот что делает: Кто связан плотоугодием, того ввергает в болезни и, ослабляя плоть, дает духу свободу и силу прийти в себя и отрезвиться. Кто прельщен своею красотою и силою, того лишает красоты и держит в постоянном изнеможении. Кто упокоевается на своей власти и силе, того подвергает рабству и унижению. Кто много полагается на богатство, у того отнимается оно. Кто высокоумничает, тот посрамляется как малосведущий. Кто опирается на прочность связей, у того они разрываются. Кто положился на вечность установившегося вокруг него порядка, у того он разоряется смертию лиц или потерею вещей нужных.

Св. прав. Иоанн Кронштадский:​

«В жизни христианской необходимы искушения, пробы для испытания нашего духовного состояния... Как для пробы каких-либо вещей, например серебра, нужны инструменты, так и для пробы или испытания души нужны люди, которые намеренно или вовсе неумышленно своими поступками в отношении к нам делали бы явным и для нас и для других — покорны ли мы Божиим повелениям, объявленным нам в Евангелии, или нет — по духу ли мы живем, или по плоти?»

Св. Игнатий (Брянчанинов):​

Без искушения приблизиться к Богу невозможно. Неискушенная добродетель...не добродетель.

… всякая скорбь обнаруживает сокровенные страсти в сердце, приводя их в движение.

Чтобы грех твой, предстоя... пред очами твоими, низлагал в тебе высокоумие и превозношение, Господь попустил искушению... набежать на тебя...

Старец Паисий Святогорец говорил о причинах и целях искушений:

«Бог попускает искушения соответственно нашему духовному состоянию. В одном случае Он попускает нам совершить некую ошибку, к примеру, проявить небольшую невнимательность в чем-то, чтобы в следующий раз мы были внимательны и избежали или, лучше сказать, предупредили большее зло, которое готовился сделать нам тангалашка. В другом случае Он позволяет диаволу искушать нас для того, чтобы нас испытать. То есть [в этом случае] мы сдаем экзамены и вместо зла диавол делает нам добро. …

— Геронда, зачем Бог попускает диаволу нас искушать?

— Затем, чтобы отобрать Своих детей. "Делай, диавол, все, что хочешь", — говорит Бог. Ведь что бы ни делал диавол — в итоге он все равно обломает себе зубы о краеугольный камень — Христа. И если мы веруем в то, что Христос есть краеугольный камень, то нам ничего не страшно.

Бог не попускает испытание, если из него не выйдет чего-то хорошего. Видя, что добро, которое произойдет, будет больше, чем зло, Бог оставляет диавола делать свое дело. Помните Ирода? Он убил четырнадцать тысяч младенцев и пополнил небесное воинство четырнадцатью тысячами мучеников-ангелов. Ты где-нибудь видела мучеников-ангелов? Диавол обломал себе зубы! Диоклетиан, жестоко мучая христиан, был сотрудником диавола. Но, сам того не желая, он сделал благо Христовой Церкви, обогатив Ее святыми. Он думал, что истребит всех христиан, но ничего не добился — только оставил нам в поклонение множество святых мощей и обогатил Церковь Христову.

Бог уже давно мог бы расправиться с диаволом, ведь Он — Бог. И сейчас, стоит Ему только захотеть, Он может скрутить диавола в бараний рог, [на веки вечные] отправить его в адскую муку. Но Бог не делает этого для нашего блага. Разве Он позволил бы диаволу терзать и мучить Свое создание? И, однако, до какого-то предела, до времени Он позволил ему это, чтобы диавол помогал нам своей злобой, чтобы он искушал нас, и мы прибегали к Богу. Бог попускает тангалашке искушать нас, только если это ведет к добру. Если это к добру не ведет, то Он ему этого не попускает. Бог все попускает для нашего блага. Мы должны в это верить. Бог позволяет диаволу делать зло, чтобы человек боролся. Ведь не терши, не мявши — не будет и калача. Если бы диавол не искушал нас, то мы могли бы возомнить о себе, будто мы — святые. И поэтому Бог попускает ему уязвлять нас своей злобой. Ведь, нанося нам удары, диавол выбивает весь сор из нашей пропыленной души, и она становится чище. Или же Бог позволяет ему набрасываться и кусать нас, чтобы мы прибегали к Нему за помощью. Бог зовет нас к Себе постоянно, но обычно мы удаляемся от Него и вновь прибегаем к Нему, только когда подвергаемся опасности. Когда человек соединится с Богом, то лукавому некуда втиснуться. Но, кроме этого, и Богу незачем позволять диаволу искушать такого человека, ведь Он попускает это для того, чтобы искушаемый был вынужден прибегнуть к Нему. Но так или иначе, лукавый делает нам добро — помогает нам освятиться. Ради этого Бог его и терпит.

… "Не будь искушений, — никто бы не спасся" [авва Евагрий], — говорит один авва. Почему он так утверждает? Потому что от искушений происходит немалая польза. Не потому, что диавол был бы когда-нибудь способен сделать добро, нет — он зол. Он хочет разбить нам голову и бросает в нас камень, но добрый Бог... ловит этот камень и вкладывает его нам в руку. А в ладошку другой руки Он насыпает нам орешков, чтобы мы покололи их этим камнем и покушали! То есть Бог попускает искушения не для того, чтобы диавол нас тиранил. Нет, Он позволяет ему искушать нас, чтобы таким образом мы сдавали экзамены на поступление в иную жизнь и при втором Христовом пришествии не имели чрезмерных претензий».

 

Святитель Иоанн Златоуст:​

Тяжесть искушений может облегчить бремя грехов...

Душа, огорчаемая искушениями, освобождается от страстей и других болезней; потом она особенно наслаждается спокойствием.

5. Как надо относиться к искушениям

Слово Божие учит переносить искушения с трезвением и молитвой, твёрдой верой уповая на помощь и милость Божию:

"Трезвитесь, бодрствуйте, потому что противник ваш диавол ходит, как рыкающий лев, ища, кого поглотить. Противостойте ему твердою верою" (1 Пет. 5, 8-9).

Святые отцы единогласно учат о том, что скорби надо переносить с терпением и благодарением, очищая покаянием ту нечистоту души, которую открывают нам посланные Богом искушения, - и тогда христианин пожнёт обильные плоды: прощение грехов, милость и помощь Божию, духовное возрождение и возрастание, очищение сердца, и в конечном итоге - спасение.

Преп. Исаак Сирин:​

Итак, шествующему путем Божиим надлежит благодарить Бога за все приключающееся с ним, укорять же и осыпать упреками душу свою и знать, что попущено сие Промыслителем не иначе, как по собственному его какому-нибудь нерадению, или для того, чтобы пробудился ум его, или потому, что он возгордился. И потому да не смущается он, да не оставляет поприща и подвига и да не перестанет делать себе упреки, чтобы не постигло его сугубое зло; потому что нет неправды у Бога, источающего правду.

Св. Иоанн Златоуст:​

От... искушения происходит спасение и... опасности служат величайшим очищением души для тех, которые переносят их с благодарностью.

Возможность переносить (искушения) зависит от помощи Божией, которую мы приобретаем собственным нашим расположением.

Преп. Сисой Великий:​

Какое бы ни случилось искушение с человеком, он должен предавать себя воле Божией и исповедовать, что искушение случилось за грехи его. Если же случится что доброе, должно говорить, что оно устроилось по промыслу Божию.

Святитель Григорий Нисский:​

При всяком приражении искушения мы имеем только одну защиту: покаяние. И кающийся всегда бывает победителем того, кто всегда нападает.

Преподобный Ефрем Сирин:​

Во время искушения выказывается достоинство верного. Но не малодушествовать нужно во время искушения, а трезвиться в молитвах и добрых делах.

Преп. Исаак Сирин:​

Всякое тесное обстоятельство и всякая скорбь, если нет при них терпения, служат к сугубому мучению, потому что терпение в человеке отражает бедствия, а малодушие есть матерь мучения. Терпение есть матерь утешения и некая сила, обыкновенно порождаемая широтою сердца. Человеку трудно найти таковую силу в скорбях своих без Божественного дарования, обретаемого неотступностию молитвы и излиянием слез.

Когда угодно Богу подвергнуть человека большим скорбям, попускает впасть ему в руки малодушия. И оно порождает в человеке одолевающую его силу уныния, в котором ощущает он подавление души, и это есть вкушение геенны; сим наводится на человека дух исступления, из которого источаются тысячи искушений: смущение, раздражение, хула, жалоба на судьбу, превратные помыслы, переселение из одной стороны в другую и тому подобное. Если же спросишь: что причиною всего этого? - то скажу: твое нерадение. Сам ты не позаботился взыскать врачевства от этого. Врачевство же от всего этого одно; при помощи только оного человек находит скорое утешение в душе своей. Какое же это врачевство? Смиренномудрие сердца. Без него никто не возможет разорить преграду сих зол; скорее же найдет, что превозмогли над ним бедствия.

Не гневайся на меня, что говорю тебе правду. Не взыскал ты смиренномудрия всею душою твоею. Но если хочешь, вступи в его область, и увидишь, что освободит оно тебя от порока твоего. По мере смиренномудрия дается тебе терпение в бедствиях твоих; а по мере терпения облегчается тяжесть скорбей твоих, и приемлешь утешение; по мере же утешения твоего увеличивается любовь твоя к Богу; и по мере любви твоей увеличивается радость твоя о Духе Святом. Щедролюбивый Отец наш - у истинных сынов Своих, когда соблаговолит сотворить облегчение их искушений - не отъемлет искушений их, но дает им терпение в искушениях. И они рукою терпения своего приемлют все сии блага к усовершению душ своих.

Св. Феофан Затворник пишет, что скорби и искушения - это необходимое средство нашего спасения, но не всегда они ведут человека ко спасению, потому что переносить их так, чтобы они стали спасительны, надо учиться:

"Можно сказать так: осмотрись около себя и в себе, усмотри крест свой, понеси его, как следует, соединенно со крестом Христовым, – и будешь спасен.

Хотя и нехотя всякий несет крест свой, и крест большею частию не простой, а сложный, но не всякий смотрит на него чрез крест Христов; не всякий обращает его в устроение спасения своего; не у всякого потому крест бывает спасительным крестом".

Старец Пасисий Святогорец:​

…часто, впадая в какое-то искушение, мы начинаем роптать: "Ну нельзя же так! Ведь я тоже человек, я больше не могу!", тогда как нам бы следовало сказать: "Я не человек, я человеческое отребье. Боже мой, помоги мне стать человеком!" Я не призываю к тому, чтобы мы сами стремились к искушениям. Но, когда искушения приходят, мы должны встречать их выдержкой и молитвой.

Во время любого духовного зимнего ненастья будем с терпением и надеждой ждать духовной весны. Самые большие искушения обычно проносятся, как ураган. И если в тот момент, когда они обрушиваются, нам удается их избежать, то бесовское полчище, пролетев [над нами], уносится дальше, а мы освобождаемся от опасности. …

Духовная жизнь очень проста и легка. Это сами мы, подвизаясь неправильно, ее усложняем. Приложив немного старания и имея при этом многое смирение и доверие Богу, человек может очень преуспеть. Ведь там, где смирение, диаволу нет места. А там, где нет диавола, нет и диавольских искушений.

— Геронда, а правильно ли говорить о каком-то своем падении: "Это искуситель меня подтолкнул?"

— Мне тоже часто приходится слышать от некоторых, что в их страданиях виноват искуситель, тогда как на самом деле мы сами виноваты в том, что неправильно относимся к тому, что с нами происходит. А кроме того, искуситель — он ведь и есть искуситель. Разве он станет удерживать нас от зла? Он делает свое дело. Не надо сваливать всю вину на него. Один послушник жил в каливе вместе со своим Старцем. Однажды, когда Старец ненадолго отлучился, послушник взял яйцо, положил его на кольцо ключа — помните те старинные амбарные ключи? — и стал поджаривать яйцо на свечке! Вдруг возвращается Старец и застает его за этим занятием. "Что это ты там делаешь?" — "Да вот, Геронда, лукавый подбил меня испечь яичко!" — стал оправдываться послушник. Вдруг в комнате раздался страшный голос: "Ну нет, такого рецепта я раньше не знал! От него научился!". Диавол иногда спит, но мы сами провоцируем его [нас искушать].

Св. Феофан Затворник:​

В горестях благо скрыто под скорбию сердца, оттого не ощущается и не видится, хотя есть не думательно, а действительно.

Когда бьёт Господь, не праведно ли подумать, что верно есть за что. Итак, посмотрите, что такое есть, за что бьют, и исправьте то.

Навыкните видеть в прискорбностях милость Божию и встречайте их спокойно в преданности в волю Божию или даже с радостию. Раскройте око ума и усмотрите венец, сходящих с неба на главу вашу, аще пребудете невозмутимою и спокойною.

Преп. Никодим Святогорец учит, что христианин, если он хочет побеждать в невидимой брани с врагом, должен бороться с тревогами и смятением сердца, должен не допускать скорби возобладать над сердцем:

"Как долг неотложный имеет всякий христианин, когда потеряет сердечный мир, делать все от него зависящее, что может способствовать к восстановлению его; так не меньше того обязательно лежит на нем не допускать, чтоб какие-либо случайности текущей жизни возмущали сей мир, разумею: болезни, раны, смерть сродников, войны, пожары, внезапные радости, страхи и скорби, воспоминания о прежних проступках и ошибках, - словом, все, чем обычно волнуется и тревожится сердце. Потому обязательно не допускать тревог и волнений в таких случаях, что, поддавшись им, человек теряет самообладание и лишается возможности ясно понимать события и верно видеть подобающий образ действования, а то и другое дает врагу доступ взволновать его еще более и направить на какой-либо шаг, трудно поправимый или совсем непоправимый.

Я не то хочу сказать: не допускай скорби, потому что это не в нашей власти, а то: не допускай скорби возобладать твоим сердцем и взволновать его, держи ее вне, за пределами сердца, и спеши так ее умягчить и укротить, чтоб она не мешала тебе и здраво рассуждать и право действовать. Это, при помощи Божией, в нашей власти, если у нас в силе нравственно-религиозные чувства и расположения.

…и общее против этого …средство. Средство это есть вера в благое Провидение, устрояющее течение нашей жизни со всеми ее случайностями, в личное каждому из нас благо, и благодушная покорность воле Божией, выражающейся в нашем положении, по коей в глубине души сзывалось бы: буди воля Божия! якоже Господеви изволися, тако и бысть, и бысть во благо нам.

Сие благо в разных лицах разно сознается и чувствуется. Иной сознает: это благость Божия на покаяние меня ведет; другой чувствует: грех ради моих послал мне это Господь, чтоб очистить меня от них, несу эпитимию Божию; третьему приходит на мысль: испытывает меня Господь, искренно ли я служу Ему. …И они все такого свойства и силы, что какое бы из них ни взошло на сердце, всякое сильно утишить поднимающуюся бурю скорби и водворить в сердце мирное благодушие.

И вот тебе общее средство к умиротворению сердца, когда прискорбности покушаются возмутить его: восставив в возможной силе веру в благое Провидение о тебе Божие и оживив в душе богопреданную покорность воле Божией, наводи на сердце сказанные выше помышления и понудь его почувствовать, что настоящею случайностию скорбною или испытывает тебя Господь, или очистительную эпитимию на тебя налагает, или подвигает на покаяние или вообще, или частно о каком-нибудь забытом деле неисправном. Как только сердце восчувствует что-либо из сего, скорбь тотчас утихнет, и даст ему возможность вслед за сим восприять в себя и другие два чувства; все же вместе они скорее водворят в тебе такой мир и благодушие, что ты не возможешь не взывать:

"Буди имя Господне благословенно во веки!" Что масло на волны моря, то сии чувства на скорбное сердце: улегаются волны и бывает тишина великая. Так умиротворяй сердце, когда оно встревожилось в какой бы то ни было степени. Но если ты долгим над собой трудом и духовными подвигами так внедришь в сердце сказанные чувства, что они будут преисполнять его неотходно, то никакая скорбь не потревожит тебя, потому что такое настроение будет для тебя действеннейшим предохранительным средством против того. Не то, чтоб чувства скорбные уж и не подступали, они будут подступать, но тотчас же и отступать, как волны морские от крепкого утеса".

Св. Игнатий (Брянчанинов):​

Сколько здесь потерпишь с благодарением, столько в будущей жизни насладишься утешением духовным. Посылаемые Господом земные скорби суть залог вечного спасения, почему их должно переносить с терпением, а терпение тогда изливается в душу человека, когда человек за свои скорби благодарит и славословит Создателя.

Находящийся в болезненном состоянии подобен закованному в тяжкие оковы извне и внутри. Но оно посылается или попускается Богом, Который наказует всякого, егоже приемлет. По этой причине болезнь сопричисляется к тем подвигам, которыми изработывается наше спасение. От всякого подвига требуется, чтоб он был правилен. Тогда подвизается человек правильно в труде болезни своей, когда благодарит за нее Бога. Святые отцы причисляют болезнь, сопровождаемую благодарением Богу и славословием Бога за Его отеческое наказание, руководствующее к вечному блаженству, к двум величайшим иноческим подвигам: к безмолвию и послушанию.

Уединясь, произносите неспешно, вслух самому себе, заключая ум в слова (так советует святой Иоанн Лествичник), следующее: «Слава Тебе, Боже мой, за посланную скорбь; достойное по делам моим приемлю; помяни мя во Царствии Твоем». …Сказав молитву однажды, несколько отдохните. Потом опять скажите и опять отдохните. Продолжайте так молиться минут пять или десять, доколе не ощутите Вашу душу успокоенною и утешенною. Вы увидите: после трех сказанных таким образом молитв начнете чувствовать, что успокоение входит в Вашу душу и уничтожает терзавшее ее смущение и недоумение. Причина этому ясна: благодать и сила Божия заключается в славословии Бога, а не в красноречии и многословии. Славословие же и благодарение суть делания, преподанные нам Самим Богом, — отнюдь не вымысел человеческий. Апостол заповедует это делание от лица Божия (1 Сол. 5, 18). …

За скорби должно благодарить и славословить Бога, моля Его, чтоб даровал покорность Ему и терпение. Очень хорошо сказал святой Исаак Сирский, увещевая покоряться Богу: «Ты не умнее Бога». Просто и верно. Жизнь христианина на земле есть цепь страданий. Должно бороться с телом своим, со страстями, с духами злобы. В этой борьбе — наша надежда. Наше спасение есть Бог наш. Возложившись на Бога, должно переносить с терпением время борьбы. Искушения как бы топчут человека, претворяя зерно в муку. Они попускаются нам по Промыслу Божию, к великой душевной пользе нашей: от них получаем сердце сокрушенно и смиренно, которое Бог не уничижит».

«Где бы я ни был, в уединении ли, или в обществе человеческом, свет и утешение изливаются в мою душу от креста Христова. Грех, обладающий всем существом моим, не престает говорить мне: "Сниди со креста". Увы! схожу с него, думая обрести правду вне креста, - и впадаю в душевное бедствие: волны смущения поглощают меня. Я, сошедши с креста, обретаюсь без Христа. Как помочь бедствию? Молюсь Христу, чтоб возвел меня опять на крест. Молясь, и сам стараюсь распяться, как наученный самым опытом, что не распятый - не Христов. На крест возводит вера; низводит с него лжеименный разум, исполненный неверия. Как сам поступаю, так советую поступать и братиям моим!..»

«Святые отцы советуют благодарить Бога за те скорби, которые нам посылаются, и исповедывать в молитве нашей, что мы достойны наказания за грехи наши. Таким образом принимаемая скорбь послужит нам непременно в очищение грехов наших и залогом к получению вечного блаженства».

«Для благодушного и мужественного перенесения скорбей должно иметь веру, т.е. веровать, что всякая скорбь приходит к нам не без попущения Божия. Если влас главы нашей не падает без воли Отца Небесного, тем более без воли Его не может случиться с нами что-либо важнейшее, нежели падение с головы волоса. Далее, рождается в скорбях благодушие, когда мы предаемся воле Божией и просим, чтоб она всегда над нами совершалась. Также в скорбях утешает благодарение, когда благодарим за все случающееся с нами. Напротив того, ропот, жалобы, расположение плотское, т.е. по стихиям мира, только умножают скорбь и соделывают ее нестерпимою. Святой Исаак сказал, что "тот больной, который при операции сопротивляется оператору, умножает только свое мучение", почему покоримся Богу не одним словом, но и мыслию, и сердцем, и делами».

Преподобный Исидор Пелусиот:​

Стой непоколебимо, и постигшие тебя искушения останутся бездейственными, а замышляемые исчезнут прежде чем испытаешь их; потому что непреклонность духа не позволит ухищрениям исполниться.

Святитель Тихон Задонский:​

«Знаешь ли, христианин, что делают мореплаватели во время всякой бури? Тогда они, не имея другой надежды на спасение, бросают якорь в глубину морскую... утвердив его в земле итак спасаются. Так нужно делать и христианам, которые по морю мира сего плывут в корабле святой Церкви, подражать корабельщикам, и когда сатана воздвигает на них бурю искушений, бед и напастей, должны всю надежду на людей оставить и прибегать к Богу, свои колеблющиеся и бедствующие сердца утверждать в любви Божией. Враг хочет отторгнуть их от любви Божией и потопить в глубине грехов и законопреступлений?- в любви Божией надо утверждать им кораблик своего сердца.

Обратившимся к Богу всегда бывает много искушений, о чем и в Писании сказано так: "Сын мой! если ты приступаешь служить Господу Богу, то приготовь душу твою к искушению: управь сердце твое и будь тверд, и не смущайся во время посещения" (Сир. 2, 1-2). И во многих местах Священного Писания свидетельствуется о том же. Надо терпеть и молитвой против них вооружаться, и так преодолевать искушения; сатана не спит, но всегда бодрствует на погибель нашу, по учению апостольскому: "Трезвитесь, бодрствуйте, потому что противник ваш диавол ходит, как рыкающий лев, ища, кого поглотить. Противостойте ему твердою верою" (1 Пет. 5, 8-9). Апостол Иаков пишет: "Блажен человек, который переносит искушение, потому что, быв испытан, он получит венец жизни, который обещал Господь любящим Его" (Иак. 1, 2). Терпи и ожидай от Бога милости и конца в будущем веке».

Святитель Димитрий Ростовский:​

"Блажен человек, который переносит искушение, потому что, быв испытан, он получит венец жизни" (Иак. 1, 12), говорит постол. Один из сорока мучеников не имел терпения, и тотчас пролился, как вода, претерпевшие же увенчались нетленными венцами. Однажды не претерпев, он все погубил, до конца же претерпевшие в малом - навеки увенчались. Нетерпеливый всегда как бы не в своем уме; если приключится ему что-либо неприятное, не по воле сердца его, тотчас на всех нападает, на всех ропщет, всех считает виновными, а не себя, себя же всячески оправдывает Но ты всегда будь пригвожден к кресту терпения, с радостью все претерпевай, хотя бы и постоянно бесы нашептывали тебе: сойди с креста терпения и страдания, насладись свободой, подобно тому, как иудеи говорили Христу: "Сойди с креста... и уверуем" Тебя (Мф. 27, 40 и 42). Ты же никогда не ослабевай и не уклоняйся от страдания; но пребудь всегда на кресте терпения и мужества. Как Моисей, когда держал руки, простертыми крестообразно, побеждал Амалика, когда же опускал их, то бывал побеждаем (Исх. 17, 11), так и ты, если пребудешь всегда в неизменном терпении и мужестве, преодолеешь врага, мысленного Амалика; если же ослабеешь и разленишься, будешь им побежден.

Авва Моисей:

Брат спросил авву Моисея, что должен делать человек при всякой случающейся с ним напасти или при нашествии всякого вражеского помышления? Старец отвечал: "Должен плакать перед благостью Божией, чтобы она помогла ему, и вскоре ощутит спокойствие, если будет молиться разумно".

Авва Дорофей пишет «о том, что должно переносить искушение с благодарностию и без смущения,

… веруя, что ничего не бывает без промысла Божия. А в чём Божий промысл, то вполне хорошо, и служит к пользе души, ибо всё, что делает с нами Бог, делает Он для нашей пользы, любя и милуя нас. И мы должны, как сказал Апостол, о всем благодарити (Еф. 5, 20; 1 Сол. 5, 18) благость Его, и никогда не печалиться и не малодушествовать о случающемся с нами, но всё, что с нами бывает, принимать без смущения со смиренномудрием и с надеждою на Бога, веруя, как я сказал, что всё, что ни делает с нами Бог, Он делает по благости Своей, любя нас, и делает хорошо, и что это не может быть иначе хорошо, как только таким образом.

…мы знаем о Боге, что Он любит и щадит Своё создание, что Он есть источник премудрости и знает, как устроить всё касающееся до нас, и что Ему нет ничего невозможного, но всё служит воле Его. Мы должны также знать, что всё, что Он ни делает, делает для нашей пользы, и должны принимать это, согласно сказанному выше, с благодарностию, как от Благодетеля и благого Владыки, хотя бы то было и скорбное. Ибо всё бывает по праведному суду, и Бог, Который столько милостив, не презирает ни малейшей нашей скорби.

…если кто перенесёт искушение с терпением и смирением, оно пройдёт без вреда для него; если же он будет малодушествовать, смущаться, обвинять каждого, то он только отягощает самого себя, навлекая на себя искушения, и не получает совершенно никакой пользы, но лишь вредит себе, тогда как искушения приносят большую пользу тому, кто переносит их без смущения. Если даже и страсть тревожит нас, то мы не должны этим смущаться; ибо смущаться в то время, когда тревожит нас страсть, есть дело неразумия и гордости, и происходит от того, что мы не знаем своего душевного устроения и избегаем труда, как сказали отцы. Потому мы и не преуспеваем, что не знаем меры нашей и не имеем терпения в начинаемых нами делах, но без труда хотим приобрести добродетель. Ибо чему удивляется страстный, когда его тревожит страсть? Зачем смущается? Ты образовал её, имеешь её в себе и смущаешься? Принял залоги её и говоришь: зачем она тревожит меня? Лучше терпи, подвизайся и моли Бога, ибо невозможно, чтобы тот, кто исполнял страсти, не имел от них скорби.

…прежде чем кто-либо станет действовать по страсти, хотя бы и восставали против него помыслы, он ещё в своем городе, он свободен и имеет себе помощника в Боге; итак, если он смирится пред Богом, понесет иго скорби и искушения с благодарностию и немного поборется, то помощь Божия освободит его.

…человек не должен малодушествовать в печали, происшедшей от случившегося с ним искушения, и не уклоняться от него, но переносить его со смирением, считая, что он должен был потерпеть это. Пусть он признает себя недостойным освободиться от тяготы, но более достойным того, чтобы искушение продолжалось и укрепилось против него. И сознаёт ли он в себе вину или в настоящее время не сознаёт, он должен веровать, что у Бога ничего не бывает без суда или неправедно…

Повествуется также, что ученика великого старца постигла плотская брань, и старец, видя труды его, сказал ему: "Хочешь ли, я помолюсь Богу, чтобы Он облегчил тебе сию брань?" Но ученик отвечал: "Хотя и тружусь, отче, но вижу в себе плод от труда; итак, лучше моли Бога, чтобы Он дал мне терпение". Таковы суть истинно хотящие спастись: вот что значит носить со смиренномудрием иго искушения… что подтверждает и старец, сказав: "Теперь я познал, что ты преуспеваешь и превосходишь меня". Ибо когда человек будет подвизаться с усилием против греха и начнёт бороться и противу страстных помышлений, возникающих в душе, то он смиряется, сокрушается, подвизается и, очищаясь мало-помалу скорбями подвигов, приходит в свое естественное состояние.

…отцы …укрепляют человека своим учением и не допускают его предаваться боязни. Один говорит: "Ты пал? Восстань, и если опять пал, опять восстань" и проч. Другой также говорит: "Крепость желающих стяжать добродетели состоит в том, чтобы не малодушествовать, если падут, и не приходить в отчаяние, но опять бороться".

…«многими скорбьми подобает нам внити во царствие Божие» (Деян. 14, 22).

Скорби привлекают к душе милость Божию… так бывает и с душою: нерадение, беспечность и покой расслабляют и рассеивают её; искушения же, напротив, скрепляют и соединяют с Богом, как говорит Пророк: «Господи, в скорби помянухом Тя» (Ис. 33, 2). Посему-то, как мы сказали, нам не должно ни смущаться, ни унывать в искушениях, но надобно терпеть и благодарить в скорбях, и всегда молиться Богу со смирением, чтобы Он сотворил милость с немощию нашею и покрыл нас от всякого искушения во славу Его.

Мы же... если услышим оскорбительное слово, то поступаем подобно собаке, в которую когда кто-нибудь бросит камнем, то она оставляет бросившего и бежит грызть камень. Так делаем и мы: оставляем Бога, попускающего напастям находить на нас к очищению грехов наших, и обращаемся на ближнего, говоря: зачем он мне это сказал? Зачем он мне это сделал? И тогда как мы могли бы получить большую пользу от подобных случаев, мы делаем противное, и вредим сами себе, не разумея, что промыслом Божиим всё устраивается на пользу каждого».

Скитский Патерик:​

Некий искушаемый брат пришел к старцу и открыл ему искушения, которые терпел. И говорит ему старец: "Да не приведут тебя в отчаяние находящие на тебя искушения. Видя душу, восходящую и приближающуюся к Богу, враги негодуют, иссушаемые завистью. Но невозможно, чтобы в искушениях не пришел на помощь Бог и святые ангелы Его. Ты только не переставай призывать Его с глубоким смирением. Итак, если тебе случится что-нибудь такое, вспомни о присутствии Бога - Помощника нашего, нашу немощь, жестокость врага, и получишь помощь Божию".

Если искушение связано с осуждением, неприязнью или враждой к кому-либо из ближних, то надо укорять в искушении себя, вспомнить о всем добром в этом ближнем и молиться за него.

Преп. Макарий Оптинский:​

Если будете помнить, что всякое слово друг от друга, трогающее и потрясающее вашу сердечную глубину, есть посланное от Бога обличение к познанию себя и исправлению, а к этому приложите смирение и любовь, то вместо залога немирства будете чувствовать благодарность друг к другу.

Мы, согрешая пред Богом, теряем мир, а покаянием оный возвращается — милосердием Божиим. Подобно лишаемся мира, приемля скорбь и враждуя на людей, а когда самоукорением угасим сей пламень, то водворяется и мир.

Благодарение Господу, сохраняющему меж вами мир и согласие… где истинное самоукорение, там (стрелы вражии) ничтоже успеют, и всегда будет оставаться на вашей стороне победа, помощию Божиею, на смиренныя призирающего.

Св. Игнатий (Брянчанинов):​

Кто видит Промысл Божий оком веры, тот при искушениях, наносимых людьми, не обратит никакого внимания на эти слепые орудия Промысла и духовным разумом своим пребудет единственно в руках Бога, взывая к Нему Единому в скорбях своих.

Святые отцы, следуя Слову Божию, учат, что обиды, причиняемые нам людьми, надо принимать как посланные от Бога спасительные лекарства, и не винить, не ненавидеть обижающих нас, но напротив, видеть в них своих благодетелей, показывающих нам наши страсти и немощи, чтобы мы могли исправиться.

Преподобный Антоний Великий:​

Будь мудр: молчанием загради уста клевещущих на тебя. Не оскорбись, если кто будет говорить худо о тебе - это действие нечистых духов, старающихся устраивать препятствия человеку к получению духовного разума.

Преп. Макарий Оптинский наставляет свою духовную дочь:

Когда будешь относить всё к Богу и принимать скорбные случаи с самоукорением, считая себя достойною оных, то удобно и легко понесёшь; а если, напротив, будешь укорять других и считать виновными своей скорби, то более на себя их навлечёшь и отяготишь свой крест… как мы познаем сокровенные в нас страсти? И как можем оные истребить? Не долготерпением к нам ближних, но от нашего к ним долготерпения. Они показывают нам лежащие в нас страсти, но каким образом? Смотрением Божиим, то есть Бог посылает их сделать нам что-нибудь неприятное и противное, чтобы от того узнали, что есть в нас страсти и попеклись бы о искоренении оных, а виновников сего считать благодетелями, по слову аввы Дорофея, «о еже укоряти себе, а не ближнего». Конечно, скоро невозможно уврачевать сии болезни, но, познав свою немощь и укоряя себя, получать будешь облегчение".

Св. Иоанн Тобольский:​

Для успокоения себя при нанесении нам обид известно одно только верное средство: когда тебя кто обидел или оскорбил, ты не обращай своего внимания на злость оскорбителя, но обратись к правосудному Богу, попустившему обидеть тебя твоему противнику, и не воздавай ему злом за сделанное тебе зло: ибо оно попущено Богом для достижения целей добрых и справедливых, хотя и неизвестных тебе до времени. Этого обычая держались все святые угодники Божии: они не разыскивали, кто и за что их оскорбил, но всегда обращали сердца свои к Богу, смиренно признавая справедливость Божия попущения; и потому они считали нанесенныя им обиды за благодеяния для себя, а своих противников - за благодетелей, говоря: вот наши истинные благодетели.

 

Преп. Макарий Оптинский:​

Мы видим и несомненно веруем, что Промысл Божий, пекущийся о всякой твари, а вместе с тем и о нас, устраивает так быть для нашей душевной пользы, отводя нас от чего-нибудь неполезного или искушая веру нашу, иных же и наказуя за грехи, и с покорностью воле Его несем тяготу, на нас налагаемую по Его правосудию. Людей же, причиняющих нам скорби, должны почитать орудием, коим Бог действует в деле нашего спасения, и молиться за них. Другим же средством вы не можете найти себе утешения, а паче когда требуете от людей, чтоб вас любили, но, смотря сквозь завесу самолюбия, не вините себя...

Не знаю, почему вы опасаетесь гонения от известной особы? Может ли кто сделать вам оскорбление, если не попустит Бог? А когда что случится, то надобно принимать это с покорностью воле Божией, смиряться и считать оскорбляющих нас орудиями Промысла Божия: за сие Господь и избавит из рук их.

Преп. Лев Оптинский:​

Где же ты оставила Промысл Божий, пекущийся о всех, а купно и о тебе, и устрояющий все на пользу, и попустительными случаями дающий нам средство к познанию своих страстей и искоренению оных, а ты все винишь людей.

Святитель Тихон Задонский:
​

Истинный враг наш - диавол, который и людей учит, чтобы нас гнали. И потому по большей части он является причиной озлобления нашего, а не люди. Он нас через людей гонит и озлобляет, и его надо ненавидеть, а людям соболезновать, что его слушают.

Св. прав. Иоанн Кронштадский:​

Если ты хочешь быть смиренным, то считай себя достойным всякой злобы и злословия от других. Не раздражайся, когда тебя порицают или злословят. Говори: "Да будет, Отче Святой, Твоя воля!" Вспоминай сказанное Спасителем: "Раб не больше Господина своего: если злословили Меня, то будут злословить и вас... Если мир вас ненавидит, знайте, что Меня прежде вас возненавидел" (Ин. 13, 16; 15, 18).

Помни изречение Священного Писания: "Не будь побежден злом, но побеждай зло добром" (Рим. 12, 21). Когда тебе грубят, тебя раздражают, на тебя дышат презрением и злобой, не плати тем же, но будь тих, кроток и ласков, почтителен и любящ к тем, которые недостойно ведут себя перед тобой. Если же ты смутишься и начнешь возражать с волнением, сам говорить грубо и презрительно, значит, ты сам побежден злом… Итак, "не будь побежден злом, но побеждай зло добром" (Рим. 12, 21). Оскорбившему тебя дай понять, что он не тебя обидел, а лишь себя. Пожалей, что он так легко побеждается своими страстями и болен душевно. Чем он грубее и раздражительнее, тем большую яви к нему кротость и любовь. Так ты верно победишь его. Добро всегда сильнее зла и потому всегда победоносно. Помни еще, что все мы немощны и легко побеждаемся страстями. Потому будь кроток и снисходителен к согрешающим против тебя. Ведь и ты болен тем же, что и твой брат. Прощай долги твоим должникам, чтобы и Отец небесный простил твои долги.

Человек, злобящийся на нас, - человек больной. Надо приложить пластырь к его сердцу - любовь. Надо приласкать его, поговорить с ним ласково, и если злоба не закоренела в нем, а произошла только временная вспышка, то посмотрите, как сердце его растает от вашей любви. Христианину нужно быть мудрым для того, чтобы зло побеждать добром.

Тебе не хочется молится за презираемого тобой человека, но потому-то и молись, что не хочется; потому-то и прибегай к Врачу, что ты сам болен злобой и гордостью, как болен презираемый тобой. Молись о том, чтобы Господь научил тебя незлобию и терпению, чтобы Он укрепил тебя любить врагов, а не доброжелателей только, чтобы Он научил тебя молиться за недоброжелателей так же искренне, как за доброжелателей".

Святитель Феофан Затворник:​

"А Я говорю вам: не противься злому" (Мф. 5, 39), иначе - отдай себя в жертву своенравию и злобе людской. Но так и жить нельзя? Не беспокойся. Кто эту заповедь дал, Тот же есть и Промыслитель и Попечитель наш. Когда с полной верой, от всей души пожелаешь так жить, чтобы не противиться никакому злу, то Господь сам устроит для тебя образ жизни, не только сносный, но и счастливый. К тому же на деле бывает так, что противление больше раздражает противника и побуждает его изобретать новые неприятности, а уступка обезоруживает его и смиряет. От того бывает, что претерпи только первые натиски злобы - люди сжалятся и оставят тебя в покое. А противление и месть разжигают злобу, которая от одного лица переходит на семью, а потом из поколения в поколение.

6. Рассуждение в отношении искушений​

Святые отцы учат относиться к искушениям с рассуждением: не только принимать их со смирением, но и посильно стараться их преодолеть, например, лечиться от болезней, защищать Отечество от напавшего врага, поддерживать ближних в перенесении скорбей, оправдываться в обвинениях, если недостаточно духовных сил, чтобы перенести их без ущерба для душевного устроения, или умолчать о прискорбном, если ближний соблазняется по этому поводу.

Так, преподобные Варсануфий и Иоанн советуют отвечать на обвинения, учитывая духовные интересы ближнего:

"Вопрос 764. Вы учите, что хорошо во всяком случае укорять себя самого. Но когда кто-либо порицает меня как виновного против него, а я не знаю за собою вины, - как поступить мне (в таком случае)? Ибо если захочу признать себя виновным, то это послужит к подтверждению его огорчения на меня, как будто я действительно согрешил против него; если же, напротив, стану оправдываться пред ним, говоря, что сие дело было иначе, то это будет самооправдание, как же понести мне (эту) укоризну? Вразуми меня, Отче Святый, как должен я поступить (в таком случае)?

Ответ. Прежде укори себя в сердце своем, и сделай брату поклон, говоря: прости меня Господа ради. И таким образом, со смирением (не для того, чтобы оправдать себя, но дабы уврачевать его и избавить от подозрения) скажи ему: Отец мой! Я не знаю за собою того, чтобы я хотел оскорбить тебя в чем-либо, или в чем-либо согрешить против тебя, а потому (прошу тебя) не думай обо мне так. Если же и после сего он не удостоверится, то скажи ему: согрешил, прости меня.

Вопрос 765. Если же я действительно согрешу против него, и он, услышав о сем, опечалится: то хорошо ли скрыть истину, чтобы устранить скорбь его, или (должно) признаться в своем согрешении и просить прощения?

Ответ. Если он достоверно узнал это, и ты знаешь, что дело это подвергнется исследованию и (поступок твой) обнаружится, то скажи ему правду, и попроси прощения, потому что ложь твоя еще более раздражит его. Если же он не знал (достоверно), и ты видишь, что дело не подвергнется исследованию, то не неприлично будет промолчать, чтобы не дать места скорби. Ибо и Пророк Самуил, когда был послан помазать Давида в Царя, хотел (вместе) принести и жертву Богу, но убоялся Саула, чтобы он не узнал главной цели его; и сказал ему Бог: возьми с собою юницу, и речеши: пожрети Господеви иду (1Цар.16:12). Итак, скрыв свое намерение, Пророк объявил ему только второе. Так и ты умолчи о прискорбном (для ближнего твоего), и дело кончится благополучно".

Св. Иоанн Тобольский говорит:​

«…все бедствия и горести человеческия положительно происходят по воле Божией ради достижения праведных целей Промысла Божия…Таким же образом Провидение Божие бодрствует и о нас, и бодрствует неопустительно, так, что и малейшия наши телесныя стеснения не оставляет незамеченными у Себя. Вследствие этого каждому из нас, при телесной невзгоде, следует разсуждать так: болезнь эта или другая невзгода, - произошла ли она от моей неосторожности, или по злобе человеческой, или от чего-либо другого, - во всяком случае, приключилась не без Божия Провидения, которое определило ее соответственно моим силам, так что ея начало, ея тяжесть (ослабление или усиление) зависит от Него. Равным образом от Провидения Божия зависит способ врачевания и исцеления оной. Оно вразумляет врача и указывает на средства, или же противодействует всему, ибо и доброе и худое, жизнь и смерть, бедность и богатство - от Господа (Сирах. 11, 14). Равным образом, должно во всех приключениях, бывающих с нами, разсуждать, что они предвидены и допущены Богом.

Весьма благоразумно и благочестиво рассуждать, что всякое зло, беда или несчастие есть для нас спасительное наказание, посылаемое на нас свыше, но не Бог есть причиной нашей вины, т.е. греха, неизбежно влекущего за собою наказание по правде Божией.

…Что разорительныя войны и прочия беды происходят не без воли Божией, дело ясное (как указали мы раньше); но отсюда не следует еще, что не должно ни вооружаться против врагов, ни прибегать к врачеванию наших болезней, считая это противодействием воле Божией. Объясним это на примере болезни: по какой бы непосредственной причине не началась она, нет никакого сомнения (как замечено уже выше), что на то была воля Божия. Однако же больному неизвестно намерение Божие о времени продолжения его болезни, а потому не воспрещается больному прибегать к различным средствам исцеления себя от болезни. И когда он уже, после употребления многих врачующих средств, не получит выздоровления, то может быть уверенным, что на то есть воля Божия, чтобы ему терпеть продолжительнейшую и тягчайшую болезнь. Так смиренно разсуждай каждый болезненный брат, что Богу угодно продержать тебя еще в болезни. Но так как ты не знаешь, имеет ли Бог намерение, чтобы ты страдал до смерти, то безгрешно можешь прибегать к средствам врачевания для получения здоровья или хотя бы для облегчения болезни…

Таким же образом должно разсуждать о врагах и войнах. Бог многократно допускал неприятелям порабощать израильский народ, с тем, чтобы народ этот не безчинствовал, не забывал о Боге своем; и израильтяне, пока не сознавали на то воли Божией, сопротивлялись своим врагам».

Рассуждение требуется нам и тогда, когда нечистый дух борет нас помыслами, которые имеют вид добрых. О том, что и добрые помыслы надо принимать с рассмотрением и рассуждением, пишут святые отцы. Они объясняют, что диавол искушает человека не только явно-грешными помыслами, но и обманчиво добрыми, однако и последние лукавы и доверие им приводит к духовному заблуждению, прелести.

Св. Феофан Затворник:​

«Помыслы, с которыми должно бороться, не всегда бывают худы, а нередко и добры с виду и очень часто безразличны. Касательно худых один закон — тотчас гнать; последние же должно разбирать, или рассуждать. Сюда относится всеми восхваляемая опытность различать помыслы, какие то есть исполнять и какие отвергать. Правила для сего предложить нельзя: всякий пусть учится сам из собственных своих опытов, ибо человек на человека не приходит, чтобы то есть чужое годилось для нас. Лучше так: заведен порядок дел — и ходи в нем, а все приходящее вновь, как бы благовидно оно ни казалось, гони вон. Если помысл ничего не представляет худого ни в себе, ни в последствии, то и тогда не вдруг склоняться на него, а терпеть до времени, чтобы не быть опрометчивым. Иные пять лет ждали и не исполняли помысла. Главнейший же закон — не доверять своему разуму и сердцу и всякий помысл поверять своему руководителю. Нарушение сего правила всегда было и есть причиною великих падений и прельщений.

Худой помысл искушает, а благовидный прельщает. Кто увлекается первым, тот считается согрешившим, падшим, а кто увлекается последним, тот — состоящим в прелести. Изобразить все прельщения в их началах и свойствах возможно ли? К свойству их относится преимущественно то, что человек с уверенностью считает себя таким, каков он не есть, например: воззванным вразумлять других, способным к необыкновенной жизни и прочее. Источники их — тончайшая мысль, что я значу нечто, и значу немалое... Ничтожный мнит о себе нечто. К этой-то тайнейшей гордыне прицепляется враг и опутывает человека. Впрочем, и всякий тонкий худой помысл, нами не замечаемый, держит нас в прелести; когда мы думаем, что водимся помыслом добрым и благочестивым. В этом отношении можно сказать, что минуты не проходит, когда бы мы не были в прелести, ходим, словно в призраках, опутаны ими то в том, то в другом виде. Это потому, что зло еще внутри, не испарилось, а добро на поверхности; оттого в глазах у нас точно туман от испарений».

Преп. Макарий Оптинский:​

У сопротивника нашего два средства, которыми он доводит людей до прогневания Бога: первое, ввергнуть в пороки; а второе, когда не успеет сего сделать, то в гордость, то есть во мнение о себе, что мы исполняем волю Божию, и с сим подходит весьма тонко, — не вдруг ослепляет гордостию, "но убеждает вменять, что они делают добродетель, и повергает в сердце их семя радостного мнения; от него же заченшися, воспитывается внутренний фарисей, который, день ото дня умножающеся и возрастающе, предает таковых совершенной гордыне и прелести, за которую попускается от Бога преданным быть во власть сатанинскую". Сие рассуждение одного богодухновенного мужа и великого старца молдавского (см. житие Паисия Величковского).

Преп. Амвросий Оптинский:​

...Не следует... в чем-либо исполнять волю врагов душевных, смущающих тебя всякими внушениями и предположениями, которым ты доверяешь на том основании, что это тебе кажется. Вся стужающая тебя мысленная брань или путаница происходит от этого доверия вражеским внушениям, которым ты приписываешь какое-то значение или вероятие или которые ты хочешь уловить, вместо того чтобы презирать их, призывая противу них помощь Божию. Главная же причина мысленной твоей брани — великое твое высокоумие, которое во всем проглядывает.

...Мысленными разбойниками окрадается тот, кто принимает злые внушения, смешивая с ними свою волю; внушения этих мысленных татей всегда беспорядочны и несообразны с делом, по слову Евангелия: «не входяй дверьми во двор, но прелазя инуде, той тать есть и разбойник... Тать не приходит, разве да украдет и убиет и погубит» (Ин. 10, 1, 10). Святой Авва Дорофей, объясняя козни диавола, пишет: он не столько неискусен в делании зла и знает, что человек не хочет согрешить, и потому не внушает ему какие-либо явные грехи и не говорит ему: иди сотвори блуд или пойди украдь, но находит в нас одно мнимо-благое пожелание или одно самооправдание и тем, под видом доброго, вредит. Так он благовидными внушениями извлек N. из обители и тебя смущает тем же образом, и вообще путает тебя пожеланиями своей воли

Старец Паисий Святогорец:​

«…выбрасывай помысл одним махом… Если духовный человек доверяет своему помыслу, это начало прелести. Его ум омрачается гордостью, и он может впасть в прелесть. …

— Геронда, а разве другие [уже] не в состоянии помочь такому человеку?

— Чтобы человеку, находящемуся в таком состоянии, пошла на пользу чья-то помощь, он и сам должен себе помочь. Должен понять, что верить своему помыслу, который внушает ему, что он лучше всех, что он свят и тому подобное, — это прелесть. От такого помысла, если сам человек его удерживает, — не отобьешься даже из пушки. Чтобы этот помысл ушел, нужно смириться.

… вот если начнешь верить своему помыслу, он точно сведет тебя с ума. Не верь своему помыслу: ни когда он говорит, что ты пропащая, ни когда величает тебя святой».

7. Внутренние искушения​

Другим видом искушения является внутреннее искушение - такое состояние души, когда ей непосредственно темной силой или через слова людей навязываются мысли, чувства, пожелания, влекущие ко греху, к нарушению божественных заповедей.

Апостол Павел пишет о том, что христиане постоянно испытывают на себе козни злых духов и противостоят им:

Облекитесь во всеоружие Божие, чтобы вам можно было стать против козней диавольских, потому что наша брань не против крови и плоти, но против начальств, против властей, против мироправителей тьмы века сего, против духов злобы поднебесной.
(Еф. 6, 12-13)

К таким искушениям относится блудная брань, малодушие, скупость, гнев, жестокое отношение к ближним и прочие побуждения к действиям страстей.

Авва Евагрий пишет о том, как демоны ищут слабые стороны человека, чтобы искушать его:

Демоны не знают наших сердец, как думают некоторые из людей. Ибо Сердцеведец один «сведый ум человеч» (Иов. 7, 20) «и создавый наедине сердца их» (Псал. 32, 15). Но то из слов, какие произносятся, то по каким-либо движениям тела, они узнают многие из движений, происходящих в сердце. Положим, что мы в разговоре обличали тех, которые нас злословили. Из этих слов демоны заключают, что мы относимся к ним нелюбовно, и берут от этого повод влагать нам злые против них помыслы, приняв которые, мы попадаем под иго демона памятозлобия, и этот непрестанно потом расплагает в нас против них помыслы мстительные. … злые демоны с любопытством наблюдают всякое наше движение и ничего не оставляют неисследованным из того, чем можно воспользоваться против нас – ни вставания, ни сидения, ни стояния, ни поступи, ни слова, ни взора, – все любопытствуют, «весь день поучаясь на нас лъстивным» (Псал. 37, 13), чтоб во время молитвы осрамить смиренный ум и блаженный его погасить свет.

О том же говорит св. Исидор Пелусиот: ​

"Диавол не знает того, что у нас в мыслях, потому что это исключительно принадлежит одной силе Божией, но по телесным движениям уловляет он думы. Увидит ли, например, что иной пытливо смотрит и насыщает глаза чуждыми красотами? Воспользовавшись его устроением, тотчас возбуждает такого человека к прелюбодеянию. Увидит ли одолеваемого чревоугодием? Тотчас живо представит ему страсти, порождаемые чревоугодием и доставляет служащее к приведению намерения своего в действие. Поощряет к разбою и неправедному приобретению".

Преп. Иоанн Кассиан Римлянин: ​

"Нет сомнения, что нечистые духи могут познавать качества наших мыслей, но извне, узнавая о них по чувственным признакам, т.е. из нашего расположения или слов и занятий, к которым видят нас более склонными. Но они вовсе не могут знать те мысли, которые еще не обнаружились из сокровенности души. Да и те мысли, кои они внушают, узнают не по природе самой души, т.е. не по внутреннему движению, скрывающемуся, так сказать, в мозгах, но по движениям и признакам внешнего человека; например, когда внушают чревобесие, если видят, что монах с любопытством устремляет глаза в окно или на солнце, или заботливо спрашивает о часе, то узнают, что у него родилось желание есть".

Преп. Никодим Святогорец пишет о внутренних искушениях:​

«Враг наш диавол радуется, когда смущается душа и сердце бывает в тревоге. Почему всячески ухищряется он возмущать души наши. Первым делом его в сих покушениях бывает возбуждение самолюбия, чтоб по причине его отступила благодать созидающая и хранящая внутренний мир. Для сего внушает мнение, будто все, что есть и кажется нам добрым в нас, стяжано собственным нашим тщанием и трудом, и, отогнав смирение и простоту, располагает придавать себе большую цену и вес и чувствовать себя чем-то важным, покрывая забвением действие благодати Божией… Сия благодать всем верующим подается… Прияв же ее, верующий не делает уже и не может делать ничего истинно доброго без ее помощи; и она всегда с ним есть по обетованию Господа, и враг ничего не может сделать с ним, пока она есть в нем и осеняет его. Ее-то отдалить и силится всячески враг, и первое, что делает для сего, есть, как сказано, внушение самоценения, или чувства, что мы не ничто, а нечто, и при том немаловажное. Затем принявшему такие внушения враг подлатает новое мнение, состоящее в уверенности, что он лучше других, ревностнее и богаче делами, Успевши всадить такое мнение, враг далее проводит его к осуждению других и презрению, за коими неотступно следует гордыня. Все сие может произойти в сердце в одно мгновение; всяко однако ж благодать тотчас сокращает свое действие, вследствие чего появляется невнимание к себе, ослабление ревности, возникновение помыслов сначала пустых, а потом страстных, далее движение самых страстей, с чем неразрывна буря в сердце. Мир внутренний потерян. Это однократное состояние, и если опомнится пострадавший сие, то приходит в себя, сокрушается, кается и молитвой восстановляет обычный ему внутренний строй. Враг прогнан, но он не отчаивается, а снова и снова приступает с теми же внушениями и с тою же целию - расстроить внутренний мир.

Ведай сие, брате мой, противопоставь покушениям врага бодренное блюдение себя… Враг покушается расстроить душевный мир, потому что знает, что когда душа в смятении, то ему подручнее направить ее на что-либо худое; а ты блюди свой мир…

Он все способы и средства, какие только может изобресть, употребляет на то, чтоб расстраивать душу: наводит излишние страхования на сердце, увеличивает разнемогание души, не дает душе сохранить должные расположения и усладиться, как следует, ни на исповеди, ни при Святом Причастии, ни в молитве, но делает то, что она все сие проходит без смиренного дерзновения и любви, страшливо и со смущением…»

Иногда христианин, который живёт духовной жизнью и деятельно ищет преуспеяния в ней, всячески избегая грехов смертных, смущается и теряет мир из-за мелких, простительных грехов. Для таких случаев преп. Никодим Святогорец предлагает «врачевство против смущение какими-либо лёгкими погрешностями и слабостями»:

«Если случится тебе впасть в какое-либо простительное погрешение делом или словом, именно: обеспокоиться какою-либо случайностию, или осудить, или услышать как осуждают другие, или поспорить о чем, или испытать движение нетерпения, суетливости и подозрения других, или понебречь о чем, то не следует крайне смущаться или скорбеть и отчаиваться, помышляя о том, что ты сделал, тем более прилагать к тому печальные о себе думы, что, верно, тебе никогда не освободиться от таких слабостей, или что сила твоего произволения работать Господу слаба, или что ты не как следует шествуешь путем Божиим, при всяком подобном случае обременяя душу свою тысячами и других страхов, от малодушия и печали.

Ибо отсюда что выходит? То, что ты стыдишься предстать пред Богом с дерзновением, как оказавшийся неверным Ему, напрасно тратишь время на рассматривание; сколько времени пробыл ты в каждом погрешении, сосложился ли с ним и возжелал его или нет, отверг ли такой и такой помысл или нет, и подобное. И чем больше мучишь себя так, тем больше увеличивается в тебе расстройство духа, туга и нехотение исповедаться.

...и после исповеди опять не находишь покоя, ибо тебе кажется, что не все сказал. И живешь ты, таким образом, жизнию горькою, неспокойною и малоплодною, напрасно тратя много времени. И все это происходит оттого, что мы забываем о своей естественной немощи и выпускаем из виду, как следует душе относиться к Богу, именно, что когда душа впадает в какое-либо простительное и несмертное погрешение, то ей следует со смиренным покаянием уповательно обращаться к Богу, а не томить себя излишнею о том печалию, тугою и горечию.

…Всякий раз, как впадешь в какое простительное погрешение, хотя бы то тысячу раз случилось на день, как только заметишь то, не мучь себя и не трать времени напрасно, но тотчас смирись и, сознав немощь свою, обратись уповательно к Богу и воззови к Нему из глубины сердца: "Господи, Боже мой! Я сделал это потому, что уж я таков, что от меня ничего другого и ожидать нельзя, кроме таких погрешений, или чего-нибудь и больше того, если благодать Твоя не поможет мне, оставя меня с одним собою. Сокрушаюсь о сделанном потому особенно, что не отвечаю исправностию жизни Твоим о мне попечениям, но все падаю и падаю. Прости мне и дай мне силу не оскорблять Тебя более и ни в чем не отступать от воли Твоей. Ибо я усердно желаю работать Тебе и благоугождать и во всем быть Тебе послушным". Сделав это, не томись думанием, простил ли тебя Бог. Господь близ и внемлет воздыханиям рабов Своих. Успокойся же в этой уверенности и, успокоившись, продолжай обычные занятия, как бы с тобой ничего не случилось.

Так тебе не один раз поступить должно, но если нужно, сто раз и каждую минуту, и в последний раз с таким же совершенным упованием и к Богу дерзновением, как и в первый. Действуя так, ты будешь воздавать великое чествование беспредельной благости Бога…

Охранять мир свой внутренний, при впадении в указанные выше погрешения, можешь ты еще, поступая так: с внутренним действием сознания своего окаянства и смирения себя пред Богом подвигнись и на теплое воспоминание великих милостей, тебе лично явленных Богом и тем, оживив в себе любовь к Нему, расположи себя к благодарению и славословию Его, и самым делом возблагодари и восславословь Его тепло из глубины души. Поелику благодарение и славословие Бога есть самое высшее проявление живого союза нашего с Богом, то плодом падения твоего, если разумно к нему отнесешься, будет с помощию Божиею вящшее возвышение твое к Нему».

Напротив, тем, кто впадает в другую крайность и сам «прощает» себя за свои серьёзные грехи преп. Никодим советует:

«Для тех же, которые живут не строго, а как случится, не тревожась, если и смертным грехом оскорбят Бога, потребно другое слово. Не для них сказанное пред сим врачевство. Им надлежит глубоко скорбеть и горько плакать, строго всегда обсуждать свою совесть и исповедовать без жаления себя все грехи свои, и никаких не должны они по нерадению лишать себя средств, необходимых к уврачеванию и спасению их».

Н. Е. Пестов описывает некоторые мысленные искушения и даёт советы, как им противостоять:

«Одним из типичных видов мысленных искушений является пробуждение в людях маловерного беспокойства за свое существование и за обеспечение себя и своих ближних всем необходимым для тела, сожалений о каких-либо упущенных возможностях или ошибках при достижении материальных благ, зависти к чужому преуспеянию, недовольства своим материальным положением и т. п.

Пораженная искушением душа забывает заповеди и обетования Господа: «Не заботьтесь... что вам есть и что пить...» — и впадает в маловерие, суету и многопопечительность.

…Другим видом мысленных искушений является боязнь воображаемых опасностей и предвидение возможности различных несчастий. Боязливая и маловерная душа в этих случаях полна беспокойства и тревоги…

…Одним из мысленных искушений являются сожаления. «Как жаль, что так получилось», — думаем мы; «а! как было бы хорошо, если бы дело пошло по-иному...» и т. д. И здесь мы расстраиваем себя бесплодными сожалениями и грешим против надежды на Промысл Божий о нас, против веры в то, что Господь Благ и Милостив и устраивает нашу жизнь так, как полезнее для нас. Также часто ловит нас лукавый в искушении бесплодными самоукорениями: «Зачем я сделал так?», «Зачем я согласился на это?», «Зачем выбрал этот путь?», «Зачем дал такое обещание?» и т. д.

Самоукорение имеет смысл только тогда, когда мы укоряем себя в грехе. Тогда полезно помучить себя укорами, чтобы больше не повторять греха и засвидетельствовать Богу свое покаяние. В житейских же делах самоукорение является только искушением и вредно, так как рождает печаль и уныние и поэтому на руку нашему врагу.

Если же мы даже и ошиблись, то и это, надо думать, случилось не без Промысла Божия, чтобы смирить нас, показать нам нашу немощь. Чаще всего жизненные неудачи обличают нас в том, что мы в делах надеемся на себя, а не на помощь Божию и забываем перед ними внимательно помолиться, передавая их в руки Божии.

Если человек мудр и наблюдателен в жизни, то он никогда не будет искушаться в самоукорениях и надеяться на себя, свои силы, свое знание жизни и сообразительность».

Духовной борьбе с внутренними искушениями учит православная аскетика.

8. Искушения явлением бесов

Святые отцы учат, что чем выше духовная жизнь человека, тем сильнее его искушения.

Св. Игнатий (Брянчанинов) пишет, что:

«Искушения от лукавых духов обыкновенно попускаются после обучения искушениями от падшего естества, от мира и от людей.

Мученики терпели напасти от людей... чем разнообразнее и тяжелее был подвиг их... тем больше получали дерзновения к Богу. Иноки терпят напасти от злых духов. Чем больше напастей наносит им диавол, тем большую славу они получат в будущем веке от Бога, тем большего утешения они сподобятся от Святого Духа... среди самых страданий своих».

Св. Игнатий наставляет, как правильно относиться к искушениям от злых духов:

«Ничто, никакое искушение, нанесенное людьми и духами, возникшее из падшего естества, не должно смутить его (монаха). Источником непоколебимости и силы да будет вера в Бога, Которому мы предались в служение. Который - всемогущ.

Верующий живой верой в Бога, с самоотвержением предавшийся Богу, пребывает несмущенным при всех искушениях, наносимых духами злобы, видит в духах лишь слепые орудия Промысла Божия».

Рассказы из патериков учат подвижника не доверять никаким явлениям, ища убежище от искушений в смирении:

«Некоему брату явился диавол, преобразившись в Ангела света, и сказал ему: “Я, Архангел Гавриил, послан к тебе”- Старец на это отвечал: “Смотри! Не к кому ли другому ты послан? Потому что я недостоин того, чтобы посылались ко мне Ангелы”. Диавол тотчас исчез. Старцы говорили: “Если и поистине явится к тебе Ангел, не прими его легковерно, но смирись, говоря: “Я, живя в грехах, недостоин видеть Ангелов”.
(Св. Игнатий. Отечник).

Авва Ор поведал: “Знал я такого человека, к которому явились однажды злые духи в образе небесного воинства и в ангельском одеянии на огненных колесницах и со множеством оружия. Точно собрались на войну против какого-нибудь сильного властителя. И тот, кто казался царем над ними, сказал: “Человек, ты исполнил уже все. Тебе остается только поклониться мне, и я вознесу тебя, подобно Илии”. Услыхав это, инок впал в раздумье: “Что ж это значит? Ежедневно поклоняюсь я Спасителю и Царю моему. Если бы это был Он, стал ли бы требовать от меня того, что, как Ему хорошо известно, я делаю беспрестанно?” И тотчас ответил: “У меня есть Царь, Которому я неустанно служу, а ты — не царь мой!” И после этих слов враг никогда более не являлся”.
(Руфин. Жизнь пустынных отцов).

Однажды сын тьмы, коварный и многокозненный демон преобразовался в ангела света. Дерзко и нагло похитив не принадлежащий ему образ, он с обнаженным мечом в руке встал близ пещеры святого Петра Афонского и сказал ему: “Петр, искренний служитель Христов! Изыди вне, выслушай от меня некие таинства Божии и душеполезные наставления”. Святой на то сказал демону: “А ты кто, и откуда пришел и с какими полезными для меня назиданиями явился сюда?” — “Я архистратиг силы Божией, — отвечал демон. — Всемогущий послал меня возвестить тебе некие пренебесные тайны. Мужайся же, крепись и радуйся, ибо уготован тебе неувядаемый венец и божественная слава. Ныне ты должен оставить это место и идти в мир, чтобы от твоего добродетельного жития и высокого учения восприняли пользу и другие души человеческие. В намерении переселить тебя отсюда Господь иссушил и источник воды, из которого ты пил”. Для лучшего обольщения святого прехитрый изобретатель зол, злокозненный враг спасения человеческого, попущением Божиим, действительно, тогда воспрепятствовал течению воды. Но святой Петр на надутую лесть падшей гордыни отвечал самым смиренным образом: “Неужели я, смердящий и паршивый пес, стою того, чтоб пришел ко мне ангел Господень?” А лжеангел в ответ: “Не удивляйся, святе! Ты в нынешние времена своими подвигами превзошел древних святых и пророков Моисея, Илию, Даниила и Иова. Великим ты признан на Небесах за превеликое твое терпение. Илию и Моисея ты превзошел постом, Даниила — житием со смертоносными змеями, а Иова — совершенством терпения. Но выйди отсюда, своими собственными глазами удостоверься в оскудении воды и потом без всякого сомнения иди в мирские монастыри. „Там, — так глаголет тебе Господь Вседержитель, — там Я всегда буду с тобой, и многих тобой спасу”. Вот прямая о тебе воля Божия!” Но святой явившемуся самозванцу отвечал: “Знай, что, если не придет сюда Госпожа моя Богородица, Которая посылала меня в это место, и помощник в моих нуждах Святитель Николай, я не выйду отсюда”. Диавол, как только услышал имя Пренепорочной, тотчас исчез. Тогда блаженный Петр увидел и крайнее злоумышление врага, и беспредельную вражду его против рабов Божиих, а вместе с тем — при державной защите их всемогущей десницей Божией — и все его бессилие перед ними. “Христе Иисусе, Боже и Господи мой! — произнес святой Петр из глубины души после удаления от него диавола, — вот враг мой, диавол, яко лев рыкая, ходит, ища поглотить меня, грешного, но Ты, Господи, не оставь меня, во все дни жития моего, всемощной Твоей помощью”.
(Афонский патерик)

Насколько опасно и губительно доверять явлениям бесов, которые принимают вид ангелов и святых, как и «сам сатана принимает вид Ангела света» (2 Кор. 11, 14), по слову Священного Писания, - показывают истории из жизни подвижников:

 

Киево-Печерский Патерик:​

"Был в дни преподобного игумена Никона один брат по имени Никита. Этот инок, желая, чтобы его славили люди, замыслил великое дело не ради Бога и начал проситься у игумена уйти в затвор. Игумен говорил ему: "Сын мой Тебе нет пользы сидеть праздно: ты еще молод. Лучше тебе оставаться среди братий: служа им, ты не лишишься воздаяния. Ты сам видел, как бесы прельстили святого Исаакия, нашего брата". Никита же отвечал: "Никогда не прельщусь, как он. Прошу же у Господа Бога, чтобы и мне подал Он дар чудотворения". Никон в ответ ему сказал: "Выше сил прошение твое. Берегись, браг мой, чтобы, вознесшись, не упасть". Но Никита никак не хотел внять тому, что говорил ему игумен, и, как захотел, так и сделал: заложил свои двери и никогда не выходил. Прошло несколько дней. Во время своего пения, услышал Никита голос молящегося с ним и ощутил запах несказанного благоухания. И этим прельстился он, говоря себе: "Если бы это был не ангел, то не молился бы со мною, и не было бы здесь благоухания Духа Святого". И он стал прилежно молиться, говоря: "Господи! явись мне так, чтобы я мог видеть Тебя". Тогда был к нему голос: "Не явлюсь: ты еще молод, вознесшись, не упади". Затворник же со слезами говорил: "Нет, не прельщусь я. Господи! Игумен мой научил: меня не внимать обольщениям диавола. Все же, что Ты повелишь мне, я исполню". Тогда диавол принял власть над ним и сказал: "Невозможно человеку в теле видеть меня. Но вот я посылаю ангела моего: он пребудет с тобой, и ты станешь исполнять его волю". И тотчас стал перед ним бес в образе ангела. Поклонился ему инок, как ангелу, и сказал ему бес: "Ты не молись, а только читай книги, и так будешь беседовать с Богом и из книг станешь подавать полезное слово приходящим к тебе. Я же постоянно буду молить о твоем спасении Творца своего". Прельстился Никита и перестал молиться, а прилежно занимался чтением и поучал приходящих к нему; видя же беса, постоянно молящегося о нем, радовался ему, как ангелу, творящему за него молитву. С приходившими к нему Никита беседовал о пользе души и начал пророчествовать.

И пошла о нем слава великая, и все дивились, как сбывались его слова. Посылает однажды Никита к князю Изяславу сказать ему: "Нынче убит Глеб Святославич в Заволчьи. Скорее пошли сына своего Святополка на престол в Новгород". Как он сказал, так и было,- через несколько дней пришла весть о смерти Глеба. И с тех пор прослыл затворник пророком и стали слушаться его князья и бояре. Но бес не знал будущего, а что сам сделал, или чему научил злых людей - убить ли, украсть ли - то и возвещал. Когда приходили к затворнику, чтобы услышать от него советы или слово утешения,- бес, мнимый ангел, рассказывал, что случилось из-за него самого, и Никита пророчествовал. И всегда сбывалось пророчество его. Никто также не мог состязаться с Никитой в знании книг Ветхого Завета,- он его весь наизусть знал: книги Бытия, Исход, Левит, Чисел, Судей, Царств и все пророчества. Вообще все книги еврейские знал на память. Евангелия же и Апостола, преданных нам в благодати для нашего утверждения и исправления, он не хотел ни видеть, ни слышать, ни читать и другим не позволял беседовать с собою о них. И из этого все поняли, что он прельщен.


Не могли стерпеть этого преподобные отцы... И все они пришли к прельщенному, помолились Богу и отогнали беса от затворника, и после того он не видел его более. Потом вывели его из пещеры и спрашивали о Ветхом Завете, чтобы услышать от него что-нибудь. Никита же клялся, что никогда не читал книг Ветхого Завета, которые прежде знал наизусть, а теперь не помнил из них ни единого слова. После изгнания беса он был в таком состоянии, что почти разучился говорить, так что блаженные отцы едва научили его грамоте.

С тех пор предал себя Никита воздержанию, и послушанию, и чистому, смиренному житию; так что всех превзошел в добродетели, и впоследствии был поставлен епископом в Новгороде".

В житии св. Мартина Турского, написанном его учеником, Сульпицием Севером, содержится интересный пример бесовских козней в связи со странными "физическими" явлениями... Некий юноша по имени Анатолий монашествовал возле монастыря св. Мартина, но … стал жертвой бесовских наваждений. Он воображал, что беседует с Ангелами, и, чтобы убедить других в его святости, эти "Ангелы" обещали ему дать "сияющие одежды с небес" как знак того, что "сила Господня" обитает в этом юноше. Однажды около полуночи возле его скита послышался громкий топот танцующих ног и ропот как бы множества голосов, и келья Анатолия озарилась ослепительным светом. Затем наступила тишина, и заблудший появился на пороге кельи в своей "небесной" одежде. "Принесли свет, и все внимательно рассмотрели одеяние. Оно было удивительно мягко, с необыкновенным блеском и ярко-алого цвета, но невозможно было определить, что это за материя. В то же время, при самом пристальном осмотре и на ощупь оно казалось одеждой и ничем другим". На следующее утро духовный отец Анатолия взял его за руку, чтобы отвести к св. Мартину и узнать, не козни ли это дьявола. Заблудший в страхе отказывался идти, а "когда его принудили идти против его воли, одежда исчезла под руками тех, кто его вел". Автор повествования говорит в заключение, что "дьявол не в силах был продолжать свои наваждения или скрывать их природу, когда они должны были предстать перед глазами св. Мартина". "Настолько он владел силой видеть дьявола, что он узнавал его под любой личиной, в его ли собственном виде или в разных обличиях "духовного зла" - в том числе и в виде языческих богов или под видом Самого Христа, в царских одеждах, в короне, озаренного ярким красным светом".

Достопамятные сказания:

Авва Пимен говорил: “В Писании сказано: “Яже видели очи твои, глаголи”, — а я советую вам не говорить даже и о том, что осязали вы своими руками. Один брат был обманут точно таким образом. Представилось ему, будто брат его грешит с женщиной. Долго боролся он сам с собой, наконец, подошел, толкнул их ногой, думая, что это в самом деле они, и сказал: “Полно вам, долго ли еще?” Но оказалось, что то были снопы пшеницы. Потому-то я и говорю вам: не обличайте, если даже и осязаете своими руками”.

Важно помнить, что не только монахам, не только подвижникам высокой жизни Бог попускает подобные искушения. Если мирской человек живёт нетрезвенно, неосторожно, так или иначе ищет общения со злыми духами, то он может поставить себя в такие условия, что Господь попустит бесам явиться ему и искушать его, - чтобы он опомнился и образумился, увидев, с какою страшною силой он безрассудно вступает в общение.

Это случается с теми, кто увлекается эзотерическими культами, магией, в том числе и такими её видами, которые практикуют экстрасенсы, с несмиренными молитвенниками, ищущими высоких ощущений в молитве, и теми, кто потерял своих ближних и ищет общения с ними, желая их «явления» из потустороннего мира. Последнее часто бывает со вдовами. Один из таких случаев описан прот. Александром Ториком в виде художественного рассказа:

«Мы вот тут с гостем из Москвы про бесов толкуем… А ты вот расскажи-ка гостю, как ты в детстве «змея» видела, да про Анниного «мужа»…

– Про Нюрку, чтоль? Не к ночи такие рассказы-то, батюшка, как я по темну-то домой пойду? Я ить, ох и боюсь!

– А ты, Марфа, крестным знамением себя осеняй почаще, да с молитовкой-то и дойдёшь, с Иисусовой, Ангел охранит.

Хорошо, Батюшка, за святое послушаньице расскажу…

– Это ведь, аккурат, после войны, в сорок шестом было, зимой. Мне тогда двенадцатый годок, как раз пошёл. Мы с сестрой, да Маняшкой соседкиной, той всего семь было, у Ефимова двора, как обычно с горки на салазках катались. Вдруг – ох! Змей по небу огненный, вот как звезда падает, с искрами, бах – и прямо к Нюрке во двор, что через два дома от горки нашей. Мы сперва спугались, конечно, потом – любопытно ить, побежали посмотреть. Глядь за забор – а там и нет ничего. А была та Нюрка солдатской вдовой, её мужа ещё в сорок третьем убило, так убило, что и хоронить нечего – в танке сгорел, одни документы потом прислали. И вот мы того змея несколько вечеров подряд видели, как падал. А после ничего. Сказали мамке, та – бабуле. Потом они вместе к монашкам пошли, сосланные жили у нас три, старенькие уж. Посовещались они там, и – к Нюрке. – Расскажи, мол, Нюра, что за гости тебя по ночам беспокоют, всё ль в порядке у тебя? А та побелела вся, дрожит, уходите мол – дети спят, никто у меня не был, всё у меня хорошо, уходите!

– Бабушка моя, Царствие ей Небесное – сильно молящая была, говорит ей: – Нюра, милая, ты хоть в зеркальце-то глянь на себя, что с тобою за неделю стало-то! Высохла вся, почернела, круги вон аж зелёные вокруг глазонек-то! Ой, не без лукавого здесь! Берегись, Нюшенька, доченька! Ведь и жизнь и душу навеки погубит, а твои ж детки-то кому останутся? Поделись, милая, что с тобой происходит?

Та – по прежнему – у меня всё хорошо, уходите, я сама разберусь!

Однако, видно задумалась, ладону-то от монашек и «живые помочи» взять не отказалась.

А, через день, порану, мы с сестрой ещё на печке только проснулись, вбегает к нам эта самая Нюрка и, бух – бабушке в ноги – Авдотья Силантьевна! Спасительница моя! Век за тебя молиться буду! – и в слёзы.

Мать с бабушкой её с полу подняли, чайком отпоили, та и рассказала:

В ту ночь, когда мы с сестрой в первый раз «огненного змея» видели, сразу после полуночи Нюрке в окно постучали. Нюрка от этого стука чуть в обморок не упала – стук-то был заветный, тот самый, которым убиенный муж Нюркин, воин Николай, ещё в жениховстве её на прогулки вызывал.

А, надо сказать, любила Нюрка своего Николая беззаветно, безумно, после «похоронки» три дня в забытьи была, а потом полгода «белугой ревела». И то сказать, Коля её мужик был справный, видный из себя, работящий, вина в рот не брал… И погиб он героически – в горящий танк за раненым командиром вернулся, да так и задохнулись оба, не успели выбраться и сгорели.

Глянула Нюрка в окно, а там – её ненаглядный отплаканный Коленька – живой стоит, палец к губам прикладывает и на дверь показывает – открой, мол…

Открыла, зашёл он, бледный весь, глаза горят, вздрагивает. Нюрка – не жива не мертва. А он ей – видишь, мол, жив я, в плену был, бежал, потом по чужим погребам прятался, чтоб в НКВД как предателя не расстреляли, вот теперь тайком сюда добрался. В лесу, мол, неподалёку убежище соорудил, пришёл вот… Нюрка, опомнилась, кинулась обнимать, целовать, кормить, спать с собой уложила… А, под утро он ушёл в «убежище» своё. Наказал молчать обо всём. А то, мол, схватит меня НКВД и расстреляет.

Нюрка потому и отнекивалась от нас, что проговориться боялсь, как-бы Колю любимого под расстрел не подвести.

На другую ночь опять пришёл. Поел, попил, потом стал Нюрку уговаривать: – Давай, мол, уйдём отсюда, всё бросим и уедем туда, где нас не знает никто. Я, мол, себе другие документы сделаю, ну и заживём опять счастливо.

Нюрка:– А, как же дети-то, вон малые оба в кроватёнке в углу сопят, как их-то с собой в зиму потащишь?

А, он: – оставим их пока здесь, люди добрые присмотрят, а, как устроимся на новом месте, так и заберём к себе, как-нибудь. Пойдём, мол прямо сейчас…

А, Нюрке-то страшно – как детей-то бросить, дом, корову хорошую – отелилась недавно, да и вообще… И, ещё, неуютность какая-то в присутствии мужа «воскресшего» ощущается, как-то холодит, что-ли… Ну, не может она сразу решиться, пока.

Он под утро опять ушёл, про молчание напомнил.

И вот так пять дней – каждую ночь. И с каждым разом всё настойчивее уговаривает, ну, и по мужески, утешает… Нюрка уже вроде и согласиться была готова, а, тут – мы, с монашкиным ладоном. Что-то, видно, и так сердце её чувствовало.

Словом, после посещения её мамкой с бабушкой, святыньки она в изголовье детской кроватки припрятала, да перекрестила детей на сон грядущих.

Пришёл он опять, весь какой-то дёрганный в этот раз, нервный – бежим мол, давай, прямо сейчас – «Чека» на хвост села, убежище в лесу нашла, до утра схватить могут. А, она: – Ты, хоть, детей-то поцелуй на прощанье, подойди, попрощайся с кровинушками.

А, его от того угла, где кроватка детская, аж воротит, кривится весь… Отговорился как-то, скомкано, и ушёл, сказал – новое убежище искать. А, Нюрка по его уходе всю ночь не ложилась – думала. Под утро из сундука бабкин «Молитвослов», в первый раз с мужниной смерти, достала, начала утрешние молитвы читать. А, к ночи, «живыми помочами» обвязалась, по всем стенам угольком крестов наставила, над притолокой да окнами ладоном посыпала, Богоявленской водой весь дом окропила, и с «Молитвословом» за стол – покаянный канун читать села.

В полночь дверь распахнулась, «Николай» на пороге стоит, глаза горят как угли: – Ну, что, дура! Догадалась наконец!

Как хлопнет дверью, аж дом задрожал, и исчез…

А, Нюрка до рассвета с колен не вставала, всё молилась, а, как рассвело – к нам прибежала.

Вот, батюшка милый, и всё, наверное…

– Ну, брат Алексий, как тебе историйка?

– Прямо не верится, отец Флавиан, неужели вот прямо так и было? Неужели бес настолько материализоваться может, что и от человека не отличить? Вон, он же и ел, вроде, и пил, и с Нюрой этой, если я правильно понял близкие отношения имел? Неужели так бывает?

– Ох, Лёшенька, то ли ещё бывает! Так эти твари материализуются, что и едят и пьют, и с женщинами в близость вступают, и избивают. Серафиму вон, Саровскому чудотворцу, такое бревно в келью зашвырнули, что несколько человек еле вытащили. А скольких святых избивали – почитай «Жития»! Естественно творят они это не по своей воле, а когда Бог промыслительно попустит. Сами-то они и в свинью, без разрешения Господня, войти не могут».

9. Духовный совет в искушениях.

Кроме молитвы, смирения, самоукорения и покаяния есть ещё действенныее оружия в духовной борьбе – это исповедь, или откровенная беседа, откровение помыслов. Все греховные мысли, чувства, желания, открытые духовно опытному другу или на исповеди духовнику, ослабевают и не так легко повторяются. Само сознание того, что грехопадение снова надо будет исповедовать, часто удерживает человека от греха.

Преп. Никодим Святогорец пишет:

…испытывающие какую-либо тревогу сердечную, или какое-либо недоумение, или раздвоение в совести своей, должны обращаться к духовному отцу своему или к другому кому, опытному в деле духовной жизни, сопровождая сие уповательною молитвой, да откроет Господь чрез них истину и подаст успокоительное разрешение недоумении и смущении, и затем совершенно успокаиваться на их слове.

Н.Е. Пестов пишет о мысленных искушениях от злых духов:

«Для освобождения от такого состояния надо прежде всего заметить его ненормальность — распознать близость злого духа, открыть, через какое слабое место он проник в нашу душу.

Легче всего это сделать, если мы имеем постоянное общение со старцами и нашим духовным отцом. Но если последние почему-либо недоступны, то следует всеми своими наиболее значительными душевными переживаниями, сомнениями, смущением, больными и нерешенными вопросами делиться с опытными в духовной жизни людьми. Уже один рассказ о своем состоянии, обнаружение души перед другим часто является достаточным, чтобы искушение прошло; духи тьмы боятся света, боятся своего обнаружения и уходят, когда их козни обнаруживаются перед другими».

О том, что искушение умаляется и проходит при исповедании этой брани духовнику, свидетельствуют и рассказы из патериков:

Некий брат имел брань любодеяния. Он пошел к некоему старцу и сказал ему о своих помыслах. Старец сделал ему наставление и, утешив, отпустил с миром. Брат, почувствовав пользу, возвратился в свою келию. Но брань опять пришла к нему. Он снова сходил к старцу и таким образом поступал несколько раз. Старец не оскорблял его, но говорил ему на пользу, наставлял его не только не поддаваться расслаблению, но, напротив, приходить к нему каждый раз, когда враг начнет искушать, для обличения врага. “Таким образом, — сказал старец, — враг, будучи обличаем, отступит от тебя; ничто так не противно духу любодеяния, как открытие его дела, и ничто не приносит ему такой радости, как сокрытие греховных помыслов.”
(Св. Игнатий. Отечник)

Соловецкий старец Наум рассказывал: “Раз привели ко мне женщину, желавшую поговорить со мной. Недолгой была моя беседа с посетительницей, но страстный помысел напал на меня и не давал мне покоя ни днем ни ночью, и при этом не день или два, а целых три месяца мучился я в борьбе с лютой страстью. Чего только я ни делал! Не помогали и купания снеговые. Однажды после вечернего правила я вышел за ограду полежать в снегу. На беду заперли за мной ворота. Что делать? Я побежал вокруг ограды ко вторым, к третьим монастырским вратам, — везде заперто. Побежал в кожевню, но там никто не жил. Я был в одном подряснике, и холод пронизывал меня до костей. Я едва дождался утра и чуть жив добрался до келии. Но страсть не утихала. Когда настал Филиппов пост, я пошел к духовнику, со слезами исповедал ему свое горе и принял епитимию; тогда только, благодатью Божией, обрел я желаемый покой.”
(Соловецкий патерик)

Брат был борим любодеянием. Встав ночью, он пошел к старцу, исповедал ему свои помышления. Старец утешил его. Успокоенный этим утешением, брат возвратился в свою келию. И опять дух любодеяния начал искушать его. Он снова пришел к старцу. Это повторялось часто. Старец не огорчал его, но говорил полезное его душе: “Не уступай диаволу и не расслабляйся душой. Напротив, каждый раз, как нападает на тебя демон, приходи ко мне; обличаемый он отступит. Ничто так не огорчает и не ослабляет демона любодеяния, как исповедание искусительных помышлений и мечтаний; напротив того, ничто так не увеселяет его, как утаивание этих помышлений.” Брат приходил к старцу одиннадцать раз, обличая свои помышления. Наконец, он сказал старцу: “Окажи любовь, авва, еще скажи мне слово назидания.” Старец сказал: “Поверь мне, сын мой, если б Бог попустил помышлениям, которые досаждают меня, перейти к тебе, то ты не понес бы их, но непременно ниспровергся.” Когда старец сказал это, искушение блудной страстью отступило от брата ради смирения старца.
(Св. Игнатий. Отечник)

Однако, прибегать к этому средству против брани надо с рассуждением. Не каждый, даже и глубоко верующий человек может без вреда для своего душевного устроения принять откровения о грехопадениях ближнего: он может соблазниться, осудить, или, по духовной неопытности, дать неправильный совет. Поэтому выбирать духовного наперсника надо с величайшей осмотрительностью. То же самое можно сказать и об обращении за советом к духовнику. Духовник должен быть духовно зрелым, умудрённым опытом борьбы с различными искушениями, должен быть «старцем» не только годами, но и духовной мудростью.

О том, насколько опасно довериться неопытному духовному руководителю, повествуют рассказы из Древнего патерика:

"Авва Кассиан говорил,- вот что сказал нам авва Моисей: хорошо не утаивать своих помыслов, но открывать их старцам духовным и рассудительным, а не таким, которые состарились от одного только времени. Ибо многие, смотря на старческий возраст, и открывая свои помышления, - вместо уврачевания, по неопытности выслушивающего, впадали в отчаяние. (Лат. 4). Так был один брат из числа самых ревностных. Будучи сильно возмущаем демоном любодеяния, пришел к одному старцу, и открыл ему свои мысли. Сей выслушал,- но, будучи неопытен, в негодовании назвал брата гнусным и недостойным образа монашеского, так как имеет такие мысли. Услышав это, брат пришел в отчаяние, оставил свою келью и пошел в мир. По устроению же Божию, встретился с ним авва Аполлос. Видя его возмущенным и сильно опечаленным, авва спросил его, что за причина твоей печали, сын мой? Сначала он, от сильного уныния, ничего не отвечал. Потом, будучи много упрашиваем старцем, открыл ему дело, говоря: меня возмущают помыслы любодеяния, я ходил к такому-то старцу, открыл ему их, и по слову его, мне не осталось надежды на спасение; итак я, отчаявшись, отхожу теперь в мир. Выслушав это, отец Аполлос, как мудрый врач, долго ободрял и вразумлял его, говоря: не представляй сие странным, сын мой, и не отчаивайся! И я в таком возрасте и седине возмущаюсь сильно подобными помыслами. Итак не теряй духа при этом разжении, которое врачуется не столько старанием человеческим, сколько Божиею милостью,- только сделай ныне для меня милость, возвратись в свою келью. Брат так и сделал. Ушедши от него, авва Аполлос пошел в келью того старца, который отверг брата, и став близ кельи его, молился Богу со слезами, говоря: Господи, приводящий искушения на пользу, обрати борьбу брата на старца сего, дабы через опыт научился он в старости своей тому, чему не мог научиться в продолжение многих лет - дабы он мог сострадать борющимся. Когда авва кончил молитву,- видит эфиопа, стоящего близ кельи, и пущающего стрелы на старца. Будучи уязвлен ими, старец тотчас как бы от упоения начал колебаться туда и сюда, и не могши терпеть, вышел из кельи, и пошел в мир тем самым путем, коим шел юный брат. Авва Аполлос, зная о приключившемся, встретился с ним и подошедши говорит: куда идешь, и что за причина одержащего тебя смущения? Устыдившись, что все с ним случившееся известно святому, он от стыда ничего не сказал. Тогда авва Аполлос сказал ему: возвратись в келью свою,- впредь знай свою немощь, и считай себя доселе или неузнанным от дьявола, или даже презренным, когда ты не удостоен борьбы с ним, посылаемой на ревностных иноков. Что я говорю - борьбы? Ты нападения не мог перенести даже один день. Это произошло оттого, что ты, приняв к себе юношу, имевшего брань с общим врагом,- вместо того, чтобы укрепить его в борьбе,- вверг его в отчаяние, не размыслив о той мудрой заповеди, которая говорит: избави ведомыя на смерть и искупи убиваемых, не щади (Притч. 24, 11), ни о притче Спасителя нашего Бога, говорящей: трости сокрушенны не переломить, и лена внемшася не угасить: дондеже изведет в победу суд (Мф. 12, 20). Ибо никто не может переносить козней врага, ни даже угасить разжения, если благодать Божия не охранит человеческой немощи. Итак, чтобы совершилось на нас это спасительное смотрение, будем общими молитвами просить Бога,- чтобы Он отвел обращенный на тебя удар: Той бо болети творит, и паки возставляет... и руце Его исцелят... Смиряет и высит, мертвит и живит, низводит во ад и возводит (Иов. 5, 18; 1 Цар. 2, 7. 6).Сказав это и помолившись, Аполлос тотчас избавил старца от належащей брани, дав ему при этом совет просить Бога, чтобы он даровал ему язык научения, еже разумети, егда подобает рещи слово во отверзение уст своих (Исайи 50, 4; Еф. 6, 19)".

"Рассказывал старец: “Некто, впав в тяжкий грех и раскаиваясь в нем, пошел открыть его одному старцу. Но он не открыл ему дела, а спросил; “Если к кому-либо придет такой-то помысл, может ли он спастись?” Старец, будучи неопытен в рассуждении, сказал ему в ответ: “Погубил ты душу свою.” Выслушав это, брат сказал ему в ответ: “Погубил себя, тогда уйду в мир.” На пути ему подумалось зайти к авве Силуану и открыть ему свои помыслы. А тот был велик в рассуждении. Но, придя к нему, брат и ему не открыл дела, но опять употребил то же прикровение, как и тому старцу, Отец отверз свои уста и начал говорить ему от Писания, что помышляющие вовсе не подлежат осуждению. Услышав это, брат возымел в душе своей силу и упование, открыл ему и само дело. Выслушав, отец, как добрый врач, уврачевал его душу словами Священного Писания, что есть покаяние обращающимся к Богу с сознанием.” Это рассказано для того, чтобы мы знали, как опасно говорить с людьми, неопытными в рассуждении, о помыслах или о делах”.

Брат сказал авве Пимену: “Если я увижу брата, о котором слышал, что он находится в падении, то неохотно принимаю его в келию, а брата, имеющего доброе имя, принимаю с радостью.” Старец отвечал ему: “Если ты желаешь добра доброму брату, то для падшего сделай вдвое, потому что он немоществует.” В некотором общежитии жил отшельник, по имени Тимофей. Настоятель общежития, узнав, что один из братии подвергся искушению, спросил совета у Тимофея, что делать с падшим братом. Отшельник посоветовал выгнать его из обители. Когда выгнали брата, его брань (страстное возмущение, действовавшее в нем) перешла к Тимофею, и он пришел в опасное положение. Тимофей понял причину явления брани и начал с плачем взывать к Богу: “Согрешил я: прости мне!” И был к нему глас: “Тимофей! Знай, что Я попустил тебе искушение именно за то, что ты презрел брата во время его искушения.”
(Св. Игнатий. Отечник)

10. Бывает ли искушение выше сил?​

Бог попускает каждому человеку именно такое искушение, которое он может понести с пользой для себя. Искушений, превышающих наши силы, сердцеведец Господь не посылает.

Авва Дорофей:​

Мы потому только согрешаем в искушениях, что мы нетерпеливы и не хотим перенести малой скорби или потерпеть что-нибудь против нашей воли, тогда как Бог ничего не попускает на нас выше силы нашей, как сказал Апостол: верен же Бог, иже не оставит вас искуситися паче, еже можете (1 Кор. 10:13). Но мы не имеем терпения, не хотим перенести и немногого, не стараемся принять что-либо со смирением, и потому отягощаемся, и чем более стараемся избежать напастей, тем более мучимся от них, изнемогаем и не можем от них освободиться.

Св. Игнатий (Брянчанинов):

Бог, в точности зная состояние всех, и то, сколько каждый имеет сил, столько каждому допускает и искуситься.

Старец Паисий Святогорец:​

Бог попускает искушения соответственно нашему духовному состоянию.

В искушениях благодать Божия поддерживает подвижника, возлагающего на Него свою надежду и упование, так, что сила переживаний не превышает сил человека.

Преп. Макарий Египетский:​

Бог, в точности зная состояние всех, сколько есть сил у каждого, в такой мере попускает и подвергаться искушению...

Бог никогда не попускает надеющейся на Него душе до того изнемогать в искушениях, чтобы дойти до отчаяния...

...Божию разуму ведомо, в какой мере каждую душу должно подвергнуть искушению, чтобы сделалась она благоискусною и благопотребною для Небесного Царства.

...Лукавый огорчает душу не в такой мере, сколько у него есть желания, но сколько попускается ему Богом.

Преп. Никон Оптинский:​

Ведь скорбью надо считать не то, что по внешности переживает человек, а то, насколько попускается ему Богом быть удрученным от этого переживания, причиняющего ему и сердцу его скорбь и страдание.

Преп. Исаак Сирин:​

«Промыслитель соразмеряет искушения с силами и потребностями приемлющих оные. В нас срастворяются и утешение и поражение, свет и тьма, брани и помощь, короче сказать, теснота и пространство. И это служит знаком, что человек при помощи Божией преуспевает».

Только лишь в одном случае Бог попускает искушения, которые превышают силы человека – если сам этот человек недугует страстью гордости. Это происходит потому, что гордый не видит своих грехов и страстей, и единственное, что может привести его в правильное и спасительное устроение смиренного воззрения на себя – это падение в грех. Таким людям Бог и попускает пасть, - чтобы они хотя бы через это опомнились и спаслись.

Пр. Иоанн Лествичник​

Где совершилось грехопадение, там прежде водворялась гордость; ибо провозвестник первого есть второе.

Блудных могут исправлять люди, лукавых ангелы, а гордых - Сам Бог.

Кто пленен гордостию, тому нужна помощь Самого Бога; ибо суетно для такого спасение человеческое.

Наказание гордому - его падение, досадитель - бес; а признаком оставления его от Бога есть умоисступление. В первых двух случаях люди нередко людьми же были исцеляемы; но последнее от людей неисцельно.

Пр. Исаак Сирин:​

Прежде сокрушения — гордыня, говорит Премудрый (Притч. 16, 18), и прежде дарования — смирение. По мере гордыни, видимой в душе, — и мера сокрушения, каким вразумляет душу Бог. Гордыню же разумею не ту, когда помысл ее появляется в уме или когда человек на время побеждается ею, но гордыню, постоянно пребывающую в человеке. За горделивым помыслом последует сокрушение, а когда человек возлюбил гордыню, не знает уже сокрушения.
(Слово 34)

Искушения, бывающие по Божию попущению на людей бесстыдных, которые в мыслях своих превозносятся пред благостию Божиею и оскорбляют гордостию своею Божию благость, суть следующие явные демонские искушения, превышающие пределы душевных сил: отъятие силы мудрости, какую имеют люди, покоя не дающее ощущение в себе блудной мысли, попускаемой на них для смирения их превозношения, скорая раздражительность, желание поставить все по своей воле, препираться на словах, делать выговоры, пренебрегающее всем сердце, совершенное заблуждение ума, хулы на имя Божие, юродивые, достойные смеха, лучше же сказать, слез, мысли, будто бы пренебрегают ими люди, в ничто обращается честь их, и тайно и явно, разными способами наносится им стыд и поругание от бесов, наконец, желание быть в общении и обращении с миром, непрестанно говорить и безрассудно пустословить, всегда отыскивать себе новости и даже лжепророчества, обещать многое сверх сил своих. И это суть искушения духовные.

К числу искушений телесных принадлежат: болезненные, многосложные, продолжительные, неудобоизлечимые припадки, всегдашние встречи с людьми худыми и безбожными. Или человек впадает в руки оскорбителей, сердце его вдруг, и всегда без причины, приводится в движение страхом Божиим; часто терпит он страшные, сокрушительные для тела падения с камней, с высоких мест и с чего-либо подобного, наконец, чувствует оскудение в том, что помогает сердцу Божественною силою и упованием веры; короче сказать, и их самих и близких им постигает все невозможное и превышающее силы. Все же это, нами изложенное, принадлежит к числу искушений гордости.

Начало же оных появляется в человеке, когда начинает кто в собственных глазах своих казаться себе мудрым. И он проходит все сии бедствия по мере усвоения им себе таковых помыслов гордости.
(Слово 79)

Преподобный Макарий Оптинский:​

«Ты знаешь, где падение, — хоть и в помыслах, — там предварила гордость. Эту-то гидру с семью ее главами побеждай помощию Божиею.

Преп. Макарий Оптинский пишет о том, что одержимый гордостию не может видеть своих грехов:

Когда за собой ничего не замечает, то не водится ли духом гордости? а смиренные видят грехи свои, яко песок морской.

Сердечно радуюсь о изменении вашего устроения, то есть охранении от смеха, празднословия и кощунства; но должно заметить, чтобы при оном не закрались в сердце высокомнение, тщеславие, самомнение и лютейшая гордость, которые ослепляют человека и не допускают «зрети своя согрешения» и «иметь сердце сокрушенно и смиренно».

...Вы, желая угодить Богу, хотите скоро взойти на высоту добродетелей и мните это возможным от вас, что, мню, доказывает в вас духовную гордость... Эта причина доставляет удобный приступ врагу к сильному на вас нападению, попущением Божиим.

Из описанных тобою происшествий и последствий от оных видно твое возвышенное Я! Ты не могла себе поверить, что не была мирна на N. N.! — т. е. что не могла согрешить сим. Так самонадеяние тобою овладело, или хотело овладеть. Неужели ты тверже Петра? но и тот пострадал отвержение. Как же гордость ослепляет, что и не дает видеть и познать свои немощи. Мы читаем, что нужно во всяком случае смирение и слово прости; но надобно в делах показать оное, а ты пребыла два дня в самооправдании и не сказала «прости». Св. Лествичник пишет: «правильное или неправильное обличение отвергши, своего спасения отвергся»... Впрочем, от этого нечего робеть, ты находишься в сражении, пала и восстала, падениями же наказуемся к смирению. Ибо знай, что где последовало падение, там предварила гордость. Я тебе напоминал, что нельзя всегда быть на Фаворе, нужна и Голгофа; а то не полезно иметь одни духовные наслаждения, без огорчений; это путь опасный! Упоминаешь о пустоте и безплодности жизни, — эта мысль не пустая, но также от гордости происшедшая. Скажи мне, чего ты хочешь в себе видеть? Каких-нибудь благодатных дарований? утешений духовных? слез? радости? восхищения ума? Но ты не успела прийти в обитель, и лезешь на небо, а таковых повелевают отцы свергнуть долу. Видишь, как мы горды, все хочется видеть, что мы Я, а не ничто. Этого мало, что будет пустота, но еще и много падений постраждем, пока не смиримся. Как мало еще твое понятие в духовном разуме; ты делай, а не ищи дарований; паче же смотри свои грехи, как песок морской, и болезнуй о них... наше ли дело искать в себе плодов не вовремя; это знак гордости; а даже в пустоте и в душевной горести должно нисходить во глубину смирения, а не говорить: «где ж искать спасения?» То-то и горе, что мы все хотим видеть в себе святыню, а не смирение; на словах же будто смиряемся. Не начало, но конец венчает дело. Иди тише, скорее дойдешь.

Пишешь о Л., что, говевши, готовилась у тебя в келлии и что страх ее не проходит; она же не понимает, в чем состоит ее гордость? Это такая страсть, что гордые не видят себя сим пороком одержимыми, как и тот старец, из которого велено было исторгнуть душу, понеже и единого часа не упокоил Бога в себе; о сем есть у Петра Дамаскина в 24 Слове; а ее гордость доказывается плодами страха и проч., как в 79 Слове св. Исаака Сирина сказано, и у св. Лествичника: «гордых приусрящут случаи страшные». Но Бог силен даровать ей познание своей болезни и потом исцеление».

Поучительный пример падения возгордившегося подвижника - житие преподобного отца нашего Иакова Постника. Оно учит не только тому, что падение подстерегает каждого, кто утратит смирение и трезвение, но тому, и что каждый павший может снова подняться.

11. Не должно искать искушений​

"Бодрствуйте и молитесь,- сказал Господь,- чтобы не впасть в искушение" (Мф. 26, 41).

Господь Иисус Христос наставил христиан не искать искушений, но, напротив, молиться Богу: «не введи нас во искушение». Это значит, что в молитве Господней мы просим во первых о том, чтобы Бог не допустил нас до искушения; во вторых о том, чтобы Он, если нужно нам быть очищенными и испытанными посредством искушения, не предал нас искушению совершенно и не допустил нас до падения.

Не искать искушений, поддаваясь самонадеянности и рискуя пасть в грех, но по возможности избегать их, учат и святые отцы:

Преп. Исаак Сирин:​

«…искушения по необходимости полезны людям. Но говорю сие не в том смысле, будто бы человеку следует добровольно расслаблять себя…»

Св. Тихон Задонский:​

Не будем безрассудно вдаваться в напасть, но лучше уклонимся от нее. Если Господь, Который Своей всесильной властью все мог сделать, но до времени уклонялся от искушений, тем более нам, немощным, надо так делать. Не искать искушений, но пришедшее искушение терпеть, не унывать в нем и не ослабевать - это свойство мужественного и великодушного сердца.

Св. Василий Великий:​

Не должно самому кидаться в искушения прежде времени, до Божия на то попущения, а напротив, надо молиться, чтобы не впасть в них.

Св. Иоанн Златоуст:​

Не вызывайся на искушения, когда дела благочестия идут по твоему желанию,- зачем самому навлекать на себя излишние опасности, не приносящие никакой пользы?

12. Искушения за добрые дела​

Слово Божие предупреждает нас:

Сын мой! если ты приступаешь служить Господу Богу, то приготовь душу твою к искушению: управь сердце твое и будь тверд, и не смущайся во время посещения
(Сир. 2, 1-2).

Что за похвала, если вы терпите, когда вас бьют за проступки? Но если, делая добро и страдая, терпите, это угодно Богу. Ибо вы к тому призваны, потому что и Христос пострадал за нас, оставив нам пример, дабы мы шли по следам Его (1 Пет. 2, 20, 21).

Преподобный авва Дорофей: ​

Кто совершит дело, угодное Богу, того непременно постигнет искушение; ибо всякому доброму делу или предшествует, или последует искушение, да и то, что делается ради Бога, не может быть твердым, если не будет испытано искушением.

Святитель Феофан Затворник:​

По Крещении Господа, когда на Него сошел Дух в виде голубином, Он низводится "в пустыню, для искушения" (Мф. 4, 1). Таков и общий всем путь. Святой Исаак Сирин замечает в одном месте, что коль скоро вкусишь благодатное утешение или получишь от Господа какой дар,- жди искушения. Искушения прикрывают светлость благодати от собственных глаз человека, которые обычно съедают все доброе самомнением и самовозношением. Искушения эти бывают и внешние - скорби, унижения; и внутренние - страстные помышления, которые нарочно спускаются, как звери с цепей. Сколько поэтому нужно внимать себе, и строго разбирать бывающие с нами и в нас, чтобы видеть, почему оно так есть и к чему нас обязывает.

Преподобный Исаак Сирин: ​

Не тот любитель добродетели, кто с борением делает добро, но тот, кто с радостию приемлет последующие за тем бедствия.

Преподобный Варсонофий Великий:​

Если кто, сделав доброе дело, видит, что помысл его не встречает скорби, то не должен быть беспечным, как будто и пройдёт без скорби; ибо всякое благое дело принадлежит к пути Божию, и неложен Сказавший: тесны врата и узок путь, ведущие в жизнь (Мф. 7, 14). Если же и не случится скорби среди доброго делания, но после оного невозможно бывает не поскорбеть человеку. Когда кто с усердием делает доброе, то не ощущает скорби; когда делает его без усердия, тогда ощущает её. Иногда (человек) и не знает даже того, что скорбь многообразно постигает нас. И если внимательно поищем, непременно найдём её, или прикрытую тщеславием (ибо и нём заключается причина скорбей), или каким-либо лицом, препятствующим нам, или тем, что впоследствии снова нуждаемся в употреблённом нами на благотворение ближнему, то есть видя, что у нас в руках ничего не осталось, приходим к раскаянию.

Н.Е.Пестов:​

«Есть и еще случай, когда мы искушаемся и когда надо быть очень внимательным к себе. Это совершение нами какого-либо доброго дела. Диавол в этих случаях более, чем обычно, злобится на нас и старается на нет свести результаты нашего дела, испортив его каким-нибудь проступком невоздержания.

Так, оказав милость ближнему, мы можем пожалеть в душе об отданных ему материальных благах, опечалиться от этого и расстроиться. В других случаях мы захотим потщеславиться сделанным и расскажем о нем кому-либо, чем уничтожаем себе награду от Господа (Мф. 6, 1). В третьем случае мы доброе дело испортим одновременным осуждением ближнего и т. д.»

Игумения Арсения (Усть-Медведицкого монастыря):

«Ко всякому (доброму) чувству враг примешивает свою отраву. Так, к сокрушению о греховности он примешивает отчаяние и безнадежие, и унывает душа и расслабляется; к отречению (от мира) — жестокосердие, холодность, бесчувствие; к любви — сладострастие; к утешению милостями, даруемыми Господом, — тщеславие и проч.

Человек не может отделить этот яд от благого чувства, но при молитве именем Господа Иисуса Христа, произносимой верою от сокрушенного сердца, этот яд отделяется от света Христова, разгоняется тьма из сердца и видна становится сопротивная сила.

От силы Христовой исчезает действие вражие, и в душе остается естественное состояние, не всегда сильное, но всегда чистое от плотской скверны, и безмятежное, и способное подклониться под действующую руку Божию».

Иннокентий (Борисов), архиепископ Херсонский:

Не делать добра потому только, что от того может произойти нечто неблагоприятное, значит отказываться всегда делать добро.

13. Искушения бывают у тех, кто подвизается ради спасения ​

Слово Божие наставляет, что те, кто подвизаются ради Бога, неизбежно будут нести бремя искушений ради своего спасения, и назывет искушения «посещением Божиим»:

Сын мой! если ты приступаешь служить Господу Богу, то приготовь душу твою к искушению: управь сердце твое и будь тверд, и не смущайся во время посещения
(Сир. 2, 1-2).

Святитель Иоанн Златоуст:​

Много пользы от искушений и никто из тех, о ком много печет Бог, не бывает без печали...

«...когда бываем боримы, то это значит, что мы противоборствуем», пишет преп. Иоанн Лествичник -

- и напротив, если у христианина отсутствовали искушения, это всегда заставляло его внимательно вглядеться в то, как он живёт, искать, что неверно в его духовной жизни.

Святой Марк Подвижник говорит: ​

"Что за надобность дьяволу бороться с теми, которые всегда лежат на земле и никогда не встают".

Преподобный Марк Подвижник прямо пишет, что если у кого-то нет скорбей, то это тревожный знак:

«Если кто явно согрешая и не каясь, не подвергается никаким скорбям до самого исхода, то знай, что суд над ним будет без милости… Желающий избавиться от будущих горестей должен охотно переносить настоящее. Ибо таким образом, мысленно изменяя одно в другое, он через малые скорби избежит великих мучений.

Когда вследствие обиды раздражается твоя утроба и сердце, не печалься, что промыслительно пришло в движение скрывавшееся внутри тебя зло. Но с радостью низлагай возникшие помыслы, зная, что вместе с тем, как они истребляются при своем появлении, истребляется вместе с ними и зло, лежащее под ними и приводящее их в движение. Если же помыслам позволяют коснеть и часто появляться, то и зло обычно усиливается».

Св. Игнатий Брянчанинов:
​

«Тому человеку, которого Бог избирает в служение Себе, посылаются различные скорби».

«Несущие бремя скорбей должны нести его со смирением, с покорностию Богу, ведая, что оно возложено на них Богом. Если они грешны, то скорби служат воздаянием во времени за грехи их. Если они невинны, то посланная или попущенная скорбь, как постигшая их по мановению Божию, с всеблагою Божественною целию, приготовляет им особенные блаженство и славу в вечности. Ропот на посланную скорбь, ропот на Бога, пославшего скорбь, уничтожает Божественную цель скорби: лишает спасения, подвергает вечной муке. Господь кого любит, кого приемлет, того бьет и наказует, а потом избавляет от скорби. Без искушения приблизиться к Богу невозможно.

Неискушенная добродетель, сказали святые отцы, не добродетель! Если видите кого-нибудь величаемого от людей православных добродетельным, а он живет без всяких искушений, преуспевает в мирском отношении, знайте: его добродетель, его православие не приняты Богом. В них зрит Бог нечистоту, ненавистную Ему! На нечистоту человеческую он взирает снисходительно, врачует ее различными средствами; в ком увидит нечистоту бесовскую, от того отвращается. Любя Вас и сына Вашего, приближая Вас к Себе, Он попустил Вам скорбь».

«Кого Господь возлюбит и кого восхощет избрать для блаженной вечности, тому посылает непрестанные скорби, в особенности когда душа избираемая заражена миролюбием. Действие, производимое скорбями, подобно действию, производимому ядом. Как тело, принявшее яд, умирает от естественной ему жизни, так и душа, вкушающая скорби, умирает для мира, для плотской жизни, родившейся из падения и составляющей истинную смерть. Посему кто отказывается от скорбей, тот отказывается от спасения: ибо Сам Господь сказал, что "не идущие за Ним с крестом своим не достойны Его", что "желающий спасти душу свою в веке сем погубит ее для вечности". Слова Христовы непреложны и всячески сбудутся, почему и должно распинаться, по слову Его, или, яснее, на кресте словес Его, хотя плоть и вопиет против распятия».

Св. Феофан Затворник:​

Выбросьте вы из головы, будто можно путем утешной жизни стать тем, чем подобает нам быть во Христе. Утехи если бывают у истинных христиан, то совершенно случайно; отличительнейший же характер жизни их суть страдания и болезнования, внутренние и внешние, произвольные и невольные. Многими скорбьми подобает внити в царствие, и в то, которое внутрь является. ...Можно сказать так: утешность есть свидетельство непрямого пути, а скорбность – свидетельство пути правого.

14. Искушения продолжаются до смерти человека​

Искушения посылаются нам Богом в течении всей нашей жизни, как средство руководства нас Богом, усиливаются по мере совершенствования христианина, становятся самыми сильными в предсмертный час, и заканчиваются лишь вместе с жизнью.

Преп. Макарий Египетский:​

Когда... душа войдет в оный град Святых, тогда только возможет пребыть без скорбей и искушений…

...И духовные терпят искушения, потому что в них остается еще произвол, и нападают на них враги, пока в этом они веке.

Старец Паисий Святогорец:​

Нам надо хорошенько понять, что мы воюем с самим диаволом и будем воевать с ним, пока не уйдем из этой жизни. Пока человек жив, у него много работы, дабы сделать свою душу лучше. Пока он жив, у него есть право на сдачу духовных экзаменов. Если же человек умрет и получит двойку, то из списка экзаменуемых он отчисляется. Пересдачи уже не бывает.

Св. Феофан Затворник:

«Господу угодно было так устроить, чтобы тварная свобода возрастала и крепла в добре через борьбу со злом; зло допущено и в сопредельности со свободой внутри, и в соприкосновении с человеком извне. Оно не определяет, а искушает. Чувствующему искушение необходимо не падать, а вступать в борьбу. Побеждающий освобождается от одного искушения и подвигается вперед и вверх, чтобы там вступить в новое искушение. Так до самого конца жизни. О, когда бы постичь нам это значение искушающего нас зла, чтобы по этому постижению устроить и жизнь свою! Борцы увенчиваются, наконец, переходя в другую жизнь, где нет ни печали, ни болезней извне, и где они изнутри, как ангелы Божии, становятся чистыми, без приражения искусительных движений и мыслей. Так заготовляется торжество света и добра, которое, во всей славе своей, откроется в последний день мира».

«…Окончательная как бы перечистка всего нашего состава, очищение его как в огне, совершается Самим Господом. Именно: совне — скорбьми, извнутрь — слезами. Нельзя сказать, чтоб они являлись лишь в конце, а прежде их не бывало. Нет, они начинаются с первого раза, с самого начала, и сопровождают человека в виде различных неприятностей и сокрушения сердечного, и чем более возрастает человек, тем они более усиливаются. Но так Господь вводит их в нас, попуская и как бы благословляя во благо нам обыкновенное течение дел внешних и внутренних. К концу же Он намеренно устрояет их, дает слезы, наводит скорби — или вместе, или одно за другим, и то одно прежде, то другое, и даже одно у одного, а другое у другого. Скорби — огонь, слезы — вода. Это — крещение водою и огнем. У святого Исаака Сирианина это изображается взытием на крест, или окончательным распятием внешнего человека. Эта минута, как говорят, искусительнейшая, подобная той, какая была у Авраама, приносившего сына в жертву: в уме — мрак, в сердце — безотрадное томление, свыше — чаяние гнева, снизу —готовый ад; человек зрит себя гибнущим, висящим над бездною. Отсюда одни выходят с торжеством, другие падают и возвращаются вспять, чтоб опять взбираться на эту гору. Прошедшие эту ступень, как восшедшие на небо, уже не земны, а небесны, вземлются Духом Божественным и носятся им, подобно колесам в видении Иезекииля. Бог в них есть действуяй. Состояние их непостижимо для мысли.

…Так это в конце. До того же времени наряду с другими способами, как сильнейшее средство очищения, должны быть ощущаемы постоянными скорбности и неприятности, Богом устрояемые и дух сокрушения, Им же подаваемый. По силе оно равняется руководителю и при недостатке его, может довольно его заменять, да и заменяет у человека верующего и смиренного. Ибо в таком случае Сам Бог есть Руководитель, а Он, без сомнения, премудрее человека. У святого Исаака Сирианина подробно изображается, с какою постепенностью Господь вводит очищаемого все более и более в скорби чистительные и как разогревает в нем дух сокрушения. С нашей стороны требуется только вера в благое промышление и готовое, радостное, благодарное приятие от Него всего посылаемого. Недостаток сего отнимает чистительную силу у скорбных случаев, не пропускает ее до сердца и глубин наших. Это — в отношении к скорбям. В отношении же к сокрушению — внимательное познавание своих грехов, своего расстройства, чрез наблюдение за собою и за тем, что бывает в нас, и потом частое исповедание, с искренним раскаянием и болезнованием. Без внешних скорбей трудно устоять человеку против гордости и самомнения, а без слез сокрушения как избавиться от внутреннего эгоизма фарисейской самоправедности..."

15. Искушение можно победить лишь с помощью Божией​

Св. Феофан Затворник пишет:

Искушений вокруг много. Подбегите под кров Матери Божией и Святых Божиих! От искушений никому не избежать; но можно избежать падений! Самому нельзя, — а с Богом и помощию небесною. Она готова, окружает всякого, только надо не разделять себя от ней, не отгонять ее. Отгоняется она страстными помыслами, чувствами и желаниями. В сердце смотрит Господь, и каково оно к Нему, таков и Он к нему!

 

Исповедь​

Исповедь – покаянное перечисление своих согрешений. Первая часть таинства покаяния.

Таинство покаяния состоит из двух основных действий: 1) исповедание перед пастырем Церкви своих грехов человеком приходящим к таинству и 2) молитвенного прощения и разрешения их, произносимого священнослужителем.

Все православные христиане старше 7 лет должны приступать к таинству покаяния пред каждым причащением. Дети до 7 лет причащаются без исповеди.

 

1. Как готовиться к исповеди?​

Готовиться к исповеди – значит сделать испытание своей совести, покаянным взглядом пересмотреть всю свою жизнь, вспомнить все, чем согрешили против Бога и против ближнего, проверив себя по Заповедям Божьим.

Перед этим надо помолиться, чтобы Господь открыл человеку глаза на все совершенные им грехи. Надо, конечно же, иметь решимость и не бояться увидеть и осознать всю свою скверну, отбросить ложный стыд и страх и принести слезное покаяние.

При желании все осознанные грехи можно записать, чтобы во время совершения таинства покаяния ничего не забыть.

Но принести на исповедь надо не просто список грехов, а покаянное чувство и сокрушенное сердце, желание изменить свою жизнь.

Твердое намерение исправить свою жизнь является необходимым условием для получения прощения грехов. Раскаяние же только на словах, без внутреннего желания исправить свою жизнь ведет к еще большему осуждению.

Святитель Василий Великий рассуждает об этом же следующим образом:

"Не тот исповедует грех свой, кто сказал: согрешил я, и потом остается во грехе; но тот, кто, по слову псалма, "обрел грех свой и возненавидел". Какую пользу принесет больному попечение врача, когда страждущий болезнью крепко держится того, что разрушительно для жизни? Так никакой пользы от прощения неправд делающему еще неправду, и от извинения в распутстве - продолжающему жить распутно".

Поэтому важнейшей составляющей подготовки к исповеди должна стать сосредоточенная, углубленная молитва, способствующая осознанию своих грехов и отвращению к ним.

Перед исповедью нужно попросить прощения у всех, перед кем считаешь себя виновным.

2. Как исповедаться? ​

Исповедь совершается в храме утром, перед началом Божественной литургии, или, иногда, во время её, также исповедь совершается и накануне вечером, во время вечернего богослужения. Желательно заранее узнать о времени совершения исповеди, а если Вы готовитесь к первой в своей жизни исповеди, то лучше всего договориться о времени со священником, потому что для такой исповеди требуется больше времени, чем то, которым обычно располагают священники и исповедающиеся во время богослужения.

На исповедь приходят те, кто соответствующим образом подготовился (говел) и желает причаститься Святых Христовых Таин; но можно исповедоваться не причащаясь. Священник вначале читает общие молитвы, а затем исповедует отдельно каждого из пришедших. Нужно помнить, что в Таинстве Покаяния мы каемся в своих грехах Самому невидимо присутствующему при совершении этого Таинства Богу; священник же является лишь свидетелем нашего покаяния.

Грехи, исповеданные и отпущенные священником ранее, повторять на исповеди не следует, поскольку после покаяния они становятся "якоже не бывшие". Но если с момента предыдущей исповеди они были повторены, то каяться необходимо снова. Исповедаться необходимо и в тех грехах, которые были забыты ранее, но потом вспомнились.

Каясь, не следует называть соучастников или тех, кто вольно или невольно спровоцировал грех. Человек в любом случае сам отвечает за свои беззакония, совершенные им по слабости или нерадению. Попытки переложить вину на других приводят лишь к тому, что исповедник усугубляет свой грех самооправданием и осуждением ближнего. Ни в коем случае не следует пускаться в долгие рассказы об обстоятельствах, приведших к тому, что исповедник "вынужден" был совершить грех. Иначе исповедь, вместо чистосердечного признания в собственной греховности, обратится в фарисейское самооправдание.

Надо учиться исповедоваться так, чтобы покаяние в своих грехах не подменять житейскими разговорами, в которых основное место занимают восхваление себя и своих благородных поступков, осуждение близких и жалобы на трудности жизни. С самооправданием связано преуменьшение грехов, особенно со ссылкой на их повсеместность, мол, "все же так живут". Но очевидно, что массовость греха нисколько не оправдывает грешника.

Нельзя из ложного стыда или застенчивости скрывать на исповеди какие-то постыдные грехи, иначе это утаивание сделает отпущение остальных грехов неполноценным. Следовательно, причастие Тела и Крови Христовых после такой исповеди будет в "суд и осуждение".

«Бояться срама на исповеди — тоже от гордости; обличив себя перед Богом при свидетеле (священнике), получают успокоение и прощение».

(Преп. Макарий Оптинский).

3. Исповедание плотских грехов​

Очень важно прибегать к исповеди при борьбе с духом блуда.

Святые отцы учат, что исповедовать плотские грехи подробно и в деталях (равно как и блудные помыслы) не следует. Во-первых, такое внимание к деталям может возобновить в душе самого исповедующегося воспоминание пережитых падений и искушений, во-вторых, будет небезвредно и для принимающего исповедь священника, если только он не бесстрастен. Однако говорить о грехе всегда надо так, чтобы было ясно, в чем заключается его суть, чтобы грех не умалялся и не преувеличивался. В некоторых случаях ради преодоления стыда действительно бывает необходимо записать грехи на листе бумаги и дать прочитать священнику. Подобные примеры можно найти и в некоторых житиях святых, в частности, в житии святителя Василия Великого, к которому пришла женщина, чьи грехи были столь постыдны (или же она сама столь чувствительна), что ей никак не удавалось произнести их вслух, почему она и доверила их бумаге.

Митр. Антоний (Храповицкий) пишет о блудных грехах:

«Грехи, происходящие от блудной страсти, называют грехами против целомудрия. Эти грехи запрещает седьмая заповедь Закона Божия, поэтому их часто называют также "грехами против седьмой заповеди". Таковые суть: супружеские измены (прелюбодеяния), блуд (сожительство вне брака), кровосмешение (плотская связь между близкими родственниками), грехи противоестественные, плотские тайные грехи. О степени их тяжести можно судить по тому, что в требниках ни на один грех нет столько вопросов и епитимий, как на грех нецеломудрия.

Чтобы избавиться от этих грехов, пастыри Церкви настоятельно советуют, прежде всего, непременно прибегать к исповеди. Многие стыдятся исповедовать эти грехи, но, пока христианин (или христианка) не исповедует своего падения, он будет вновь и вновь возвращаться к нему и постепенно впадет в полное отчаяние, или, наоборот, бесстыдство и безбожие».

Преп. Макарий Оптинский также пишет о важности исповеди в противостоянии духу блуда и учит правильно исповедаться при такой брани:

«Касательно же того, что вы затрудняетесь сказать духовнику о некоторых предметах, скажу вам: мысленные приражения страстных плотских помыслов не изъясняйте подробно, а просто говорите: "побеждаюсь плотскими помыслами"; довольно и сего. Бог видит сердце ваше, скорбящее о сем. Если же стыд не допускает и сего сказать, то прибегните к смирению и помните, что здешний малый стыд пред одним человеком освобождает от будущего вечного стыда».

Необходимо отметить, что исповедание грехов любодеяния только тогда приносит благо, когда боримый обращается к опытному, рассудительному духовнику. В противном случае он может получить вместо пользы великий вред. Об этом говорят святые отцы и Предание Церкви:

Авва Кассиан говорил, - вот что сказал нам авва Моисей: хорошо не утаивать своих помыслов, но открывать их старцам духовным и рассудительным, а не таким, которые состарились от одного только времени. Ибо многие, смотря на старческий возраст, и открывая свои помышления, - вместо уврачевания, по неопытности выслушивающего, впадали в отчаяние.

Так был один брат из числа самых ревностных. Будучи сильно возмущаем демоном любодеяния, пришел к одному старцу, и открыл ему свои мысли. Сей выслушал, - но, будучи неопытен, в негодовании назвал брата гнусным и недостойным образа монашеского, так как имеет такие мысли. Услышав это, брат пришел в отчаяние, оставил свою келью и пошел в мир. По устроению же Божию, встретился с ним авва Аполлос. Видя его возмущенным и сильно опечаленным, авва спросил его, что за причина твоей печали, сын мой? Сначала он, от сильного уныния, ничего не отвечал. Потом, будучи много упрашиваем старцем, открыл ему дело, говоря: меня возмущают помыслы любодеяния, я ходил к такому-то старцу, открыл ему их, и по слову его, мне не осталось надежды на спасение; итак я, отчаявшись, отхожу теперь в мир. Выслушав это, отец Аполлос, как мудрый врач, долго ободрял и вразумлял его, говоря: не представляй сие странным, сын мой, и не отчаивайся! И я в таком возрасте и седине возмущаюсь сильно подобными помыслами. Итак не теряй духа при этом разжении, которое врачуется не столько старанием человеческим, сколько Божиею милостью, - только сделай ныне для меня милость, возвратись в свою келью. Брат так и сделал. Ушедши от него, авва Аполлос пошел в келью того старца, который отверг брата, и став близ кельи его, молился Богу со слезами, говоря: Господи, приводящий искушения на пользу, обрати борьбу брата на старца сего, дабы через опыт научился он в старости своей тому, чему не мог научиться в продолжение многих лет - дабы он мог сострадать борющимся. Когда авва кончил молитву, - видит эфиопа, стоящего близ кельи, и пущающего стрелы на старца. Будучи уязвлен ими, старец тотчас как бы от упоения начал колебаться туда и сюда, и не могши терпеть, вышел из кельи, и пошел в мир тем самым путем, коим шел юный брат. Авва Аполлос, зная о приключившемся, встретился с ним и подошедши говорит: куда идешь, и что за причина одержащего тебя смущения? Устыдившись, что все с ним случившееся известно святому, он от стыда ничего не сказал. Тогда авва Аполлос сказал ему: возвратись в келью свою, - впредь знай свою немощь, и считай себя доселе или неузнанным от дьявола, или даже презренным, когда ты не удостоен борьбы с ним, посылаемой на ревностных иноков. Что я говорю - борьбы? Ты нападения не мог перенести даже один день. Это произошло оттого, что ты, приняв к себе юношу, имевшего брань с общим врагом, - вместо того, чтобы укрепить его в борьбе, - вверг его в отчаяние, не размыслив о той мудрой заповеди, которая говорит: «избави ведомыя на смерть и искупи убиваемых, не щади» (Притч. 24, 11), ни о притче Спасителя нашего Бога, говорящей: «трости сокрушенны не переломить, и лена внемшася не угасить: дондеже изведет в победу суд» (Мф. 12, 20). Ибо никто не может переносить козней врага, ни даже угасить разжения, если благодать Божия не охранит человеческой немощи. Итак, чтобы совершилось на нас это спасительное смотрение, будем общими молитвами просить Бога, - чтобы Он отвел обращенный на тебя удар: «Той бо болети творит, и паки возставляет... и руце Его исцелят... Смиряет и высит, мертвит и живит, низводит во ад и возводит» (Иов. 5, 18; 1 Цар. 2, 7. 6).Сказав это и помолившись, Аполлос тотчас избавил старца от належащей брани, дав ему при этом совет просить Бога, чтобы он даровал ему «язык научения, еже разумети, егда подобает рещи слово во отверзение уст своих» (Исайи 50, 4; Еф. 6, 19)".

(Древний патерик)

4. Что происходит по окончании исповеди​

По окончании исповеди кающийся наклоняет голову, священник накрывает ее епитрахилью (часть облачения священнослужителя) и читает разрешительную молитву. При видимом изъявлении прощения священником, кающийся невидимо разрешается Самим Христом (об этом нам напоминает Евангелие и крест, лежащие на аналое), снова становится невинным и освященным, как после крещения.

Прощение, в действительности, есть примирение человека с Богом, восстановление естественной связи, соединяя тварь со своим Творцом, которая нарушается при совершении греха.

После этого нужно благоговейно перекреститься, поцеловать лежащие на аналое крест и Евангелие и взять благословение у священника (сложив руки перед собой ладонями вверх, поклониться ему и, после того как священник перекрестит вас, поцеловать ему руку).

5. Какой должна быть исповедь?​

От исповеди следует отличать доверительную беседу со священником, где можно обсудить некоторые подробности своей жизни и получить ответы на вопросы. Конечно, какие-то вопросы можно решить и во время исповеди, но если вопросов много или их обсуждение требует длительного времени, то лучше попросить священника назначить вам время для беседы отдельно.

Иеромонах Иов (Гумеров) пишет о покаянии:​

"Покаяние, без сомнения, является основой духовной жизни. Об этом свидетельствует Евангелие. Предтеча и Креститель Господень Иоанн начал свою проповедь словами: «Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное» (Мф. 3, 2). Точно с таким же призывом выходит на общественное служение Господь наш Иисус Христос (см.: Мф. 4, 17). Без покаяния невозможно приблизиться к Богу и победить свои греховные наклонности. Господь дал нам великий дар – исповедь, в которой мы разрешаемся от наших грехов, ибо священник наделен от Бога властью «вязать и решить» грехи человеческие.

Нередко можно слышать такое утверждение: «Как у вас, верующих, все легко: согрешил, потом покаялся – и Бог все простил». В Пафнутьевом Боровском монастыре был в советское время музей, и вот после осмотра посетителями монастыря и музея экскурсовод ставил пластинку с песней «Жило двенадцать разбойников» в исполнении Ф.И. Шаляпина. Федор Иванович своим бархатным басом выводил:

«Бросил своих он товарищей,

Бросил набеги творить,

Сам Кудеяр в монастырь пошел,

Богу и людям служить».
​

После прослушивания записи экскурсовод говорил примерно следующее: «Вот чему учит Церковь: греши, воруй, разбойничай – все равно потом можешь покаяться». Такая вот неожиданная трактовка известной песни. Так ли это? Действительно, есть люди, которые воспринимают таинство исповеди именно так. Как некую духовную моечную, душевую. Можно жить в грязи и не бояться: все равно потом все отмоется в душе. «Грязь не сало: потер – и отстало». Думаю, такая «исповедь» пользы не принесет. Человек будет подходить к таинству не во спасение, а в суд и осуждение. И формально «поисповедавшись», разрешения грехов от Бога он не получит. Не все так просто. Грех, страсть наносит душе большой вред, и даже принеся покаяние, человек несет последствия своего греха. Так у больного, переболевшего оспой, остаются на теле шрамы. Недостаточно просто исповедовать грех, нужно приложить усилия к тому, чтобы победить наклонность ко греху в своей душе. Так врач удаляет раковую опухоль и назначает курс химиотерапии, чтобы победить болезнь, не допустить рецидива. Конечно, не просто сразу оставить страсть. Но кающийся не должен лицемерить: «Покаюсь, и дальше буду грешить». Человек должен приложить все силы, чтобы встать на путь исправления, более не возвращаться ко греху. Просить у Бога помощи для борьбы со страстями: «Помоги мне, Господи, яко немощен есмь». Христианин должен сжигать за собой мосты, которые ведут обратно к греховной жизни. Покаяние по-гречески метаноия, что переводится как «изменение».

Для чего мы каемся, если Господь и так знает все наши грехи? Да, знает, но ждет от нас признания их. Приведу пример. Ребенок залез в буфет и съел все конфеты. Отец прекрасно понимает, кто это сделал, но ждет, когда сын сам придет и попросит прощения. И, конечно, в этот момент также ждет, что сын обещает постараться больше так никогда не делать.

Исповедь, конечно, должна быть частной, а не общей. Я имею в виду практику, когда священник читает список грехов, а потом просто накрывает исповедника епитрахилью. Слава Богу, храмов, где так делают, осталось очень мало. «Общая исповедь» стала почти повсеместным явлением в советское время, когда осталось очень мало действующих храмов и по воскресным и праздничным дням, а также постами они были переполнены молящимися. Исповедовать всех желающих тогда было просто нереально. Проводить исповедь после вечерней службы тоже почти нигде не разрешалось. Один старый священник, прослуживший в храме более 50 лет, рассказал мне, что Великим постом батюшкам приходилось ходить по рядам исповедующихся, чтобы только успеть накрыть каждого епитрахилью. Конечно, такая «исповедь» – явление ненормальное, и пользы, очищения душе она не приносит.

Конечно, иногда бывает очень непросто, стыдно открывать свои греховные раны, но именно так мы избавляемся от наших греховных навыков – преодолевая стыд, вырывая их, как сорняк, из своей души. Без исповеди, без очищения от грехов и страстей невозможно с ними бороться. Сначала нужно их увидеть, вырвать, а потом сделать все, чтобы они не выросли вновь в нашей душе.

Невидение своих грехов – признак духовной болезни. Почему подвижники видели грехи свои бесчисленные, как песок морской? Все просто: они приближались к источнику света – к Богу и начинали замечать такие тайные места своей души, которые мы просто не замечаем. Они наблюдали свою душу в ее истинном состоянии. Довольно известный пример: допустим, в комнате грязно и не убрано, но сейчас ночь, и все скрыто полумраком. Кажется, что все более-менее нормально. Но вот забрезжил в окошко рассвет, в комнату проник первый лучик солнца, осветил ее половину. И мы начинаем замечать беспорядок. Дальше – больше, и когда солнце освещает уже всю комнату, грязь и разбросанные вещи видны повсюду. Чем ближе к Богу, тем виднее грехи.

Исповедь – это не отчет о духовной жизни (что в ней хорошо, а что плохо) или беседа со священником. Это есть обличение себя, без всякого самооправдания и саможаления. Только тогда мы получим удовлетворение и облегчение и отойдем от аналоя легко, как на крыльях. Господь и так знает все обстоятельства, которые нас привели ко греху. И совершенно недопустимо рассказывать на исповеди, какие люди нас подтолкнули ко греху. Они ответят за себя сами, мы же должны отвечать только за себя. Муж, брат или сват послужили нашему падению – не имеет сейчас никакого значения; нам необходимо понять, в чем виноваты именно мы сами. Святой праведный Иоанн Кронштадтский говорит: «Кто привык каяться здесь и давать ответ за свою жизнь, тому легко будет давать ответ на страшном суде Божием».

Святые отцы называют исповедь вторым крещением – крещением слезами. Как и в крещении, нам дается дар – прощение грехов, и нам нужно ценить этот дар. Не нужно откладывать исповедь на потом. Исповедоваться надо чаще и подробно. Неизвестно, сколько нам Господь дал времени на покаяние. Каждую исповедь нужно воспринимать как последнюю, ибо никто не знает, в какой день и час Бог призовет нас к Себе.

Не нужно стыдиться исповедовать грехи, нужно стыдиться совершать их. Многие думают, что священник, особенно знакомый, осудит их, хотят на исповеди показаться лучше, чем они есть, самооправдаться. Уверяю вас, что любого батюшку, который более-менее часто исповедует, уже ничем нельзя удивить, и вы вряд ли скажете ему что-то новое и необычное. Для духовника, наоборот, великое утешение, когда он видит перед собой искренне кающегося, пусть даже в тяжких грехах. Значит, он не зря стоит у аналоя, принимая покаяние приходящих на исповедь.

В исповеди кающемуся дается не только прощение грехов, но и подается благодать и помощь Божия на борьбу с грехом. Поэтому исправление своей жизни мы начинаем с исповеди.

Исповедь должна быть частой и по возможности у одного и того же священника. ...Когда человек исповедуется у одного священника, он даже косвенно стремится исправиться – из чувства стыда перед духовником. Редкая исповедь (несколько раз в год) часто приводит к окаменению сердечному. Люди перестают замечать за собой грехи, забывают уже содеянное. Совесть уже легко примиряется с так называемыми мелкими, бытовыми грехами... И наоборот, частая исповедь заставляет душу, совесть беспокоиться, будит ее от дремоты. С грехами нельзя мириться, уживаться.

Люди, которые исповедуются редко или формально, иногда вообще перестают видеть свои грехи. Любому священнику это хорошо знакомо. Приходит человек на исповедь и говорит: «Не грешен ничем» или «Грешен всем» (что вообще-то тоже самое). Это происходит, конечно, от духовной лени, нежелания вести хоть какую-то работу над своей душой".

 

Канон
(молитва)​

Канон (греч. правило) - жанр церковной гимнографии: сложное многострофное произведение, посвященное прославлению какого либо праздника или святого. Входит в состав богослужений утрени, повечерия, полунощницы и некоторых других.

Канон делится на песни, каждая песнь состоит из ирмоса и 4-6 тропарей (в песнях некоторых канонов тропарей больше, напр., в Великом каноне св. Андрея Критского до 30). Темой каждой песни являются библейские песни (которые в древности читались перед песнями канона, а в настоящее время читаются только на богослужениях утрени Великого поста). Число песен канона может быть 3, 4, 8 и 9. Время Четыредесятницы, время Триоди, предпразднественные дни Рождества Христова, Богоявления, один день перед Преображением и некоторые дни Цветной Триоди знают и теперь употребление сокращенных канонов в две, три и четыре песни; при этом 8-я и 9-я поются всегда, а третья или четвертая припеваются к ним в зависимости от дня седмицы. Девятипесенный всего один - Великий канон св. Андрея Критского. Восьмипесенные - это девятипесенные каноны, в которых пропущена вторая песнь.

Ирмос - важнейшая часть канона, его зачало, в нем прославляются священные события или лица. Ирмос является связующим смысловым звеном между содержанием библейской песни и основной темой канона, выраженной в тропарях. Между 8 и 9 песнями канона утрени поется песнь Богородицы "Величит душа Моя Господа..." (Лк. 1; 46-55) и припев, прославляющий Богородицу "Честнейшую Херувим...." В некоторые из двунадесятых праздников вместо песни Богородицы поются особые праздничные песнопения. В воскресения и праздники на утрене после песен поются катавасии.
Библейские песни, о которых было сказано выше кратко, представляют собою обоснование канонов.

Для 1-й песни канонов послужила образцом песнь пророка и Боговидца Моисея. После чудного перехода израильтян через Чермное море и спасения их от преследования египтян Моисей вместе со всеми сынами израилевыми воспел песнь Господу: "Поим Господеви, славно бо прославися". Христиане прославляют Господа подобною же песнию, так что ряд первых песней заключается словами: "Славно бо прославися".

2-я песнь составлена по образцу другой песни пророка Моисея (Втор. 32, 1-43), которую он воспел по повелению Божию, чтобы обличить неблагодарный свой народ и пробудить в нем раскаяние: "Вонми небо и возглаголю..." Эта песнь не соответствует духовной радости, с которой мы вспоминаем праздничные события, а потому в праздничных канонах она опускается и поется только в период Великого поста.

Вслед за 1-й песнью в праздничных канонах поется 3-я песнь, составленная под влиянием благодарственной песни святой Анны (1 Цар. 2, 1-11), матери пророка Самуила: "Сердце мое в Господе вознесеся рог мой в Бозе моем... несть свят, яко Господь, и несть праведен, яко Бог наш". Православные христиане в празднуемом событии славят и благодарят Господа, ибо нас озарил свет Христовой веры, без которой мы были бесплодны к добрым делам, подобно тому, как бесплодна была святая Анна.

4-я песнь восходит к пророческой песни-молитве пророка Аввакума, жившего задолго до Рождества Христова. Духовно созерцая грядущего Господа Иисуса Христа, пророк говорил: "Господи, услышах слух Твой, и убояхся, Бог от юга приидет и святый от горы приосененныя чащи; покры небеса добродетель Его, и хваления Его исполнь земля" (Авв. 3, 1-19).

5-я песнь составлена под влиянием молитвы пророка Исаии, провидевшего пришествие Спасителя: «От нощи утреннюет дух мой к Тебе, Боже, зане свет повеления Твоя на земли...» (Ис. 26). Подобно ему, мы молим Господа о ниспослании нам благ, которые открылись на земле с пришествием Господа и которые мы созерцаем в празднуемом событии. В 5-й песни почти каждого канона с утренним славословием Господа мы соединяем прошение о ниспослании нам мира.

6-я песнь составлена по примеру молитвы пророка Ионы, которую он воспел в благодарность Богу за избавление от смерти, угрожавшей ему во чреве кита: "Возопив в скорби моей ко Господу Богу моему и услыша мя: из чрева адова вопль мой услышал еси глас мой" (Ион. 2). В 6-й песни канона мы выражаем благодарность Господу за то, что Он не презрел нас, погрязших во грехах, но пришел, спас и сподобил славословить Его величие.

Благодарственная песнь трех отроков, спасенных в раскаленной печи (Дан. 3, 57-72), является образцом 7-й и 8-й песней канона: "Благословен еси, Господи Боже отец наших, хвально и прославлено имя Твое во веки" (Дан. 3, 26-56)... «благословите, вся дела Господня, Господа; пойте и превозносите Его во веки" (Дан. 3, 57-72). В 1-й песни отроки вспоминают чудесные события из жизни своих отцов и славят Бога. Во 2-й-призывают всю тварь славить Господа. Святая Церковь, вспоминая чудесное спасение отроков, славит Всемогущего и Всесильного Бога.

9-я песнь величает Святую Деву Марию. Прославление Богоматери святой Елисаветою: "Величит душа моя Господа, и возрадовася дух мой..." и молитва Захарии, пораженного немотой за неверие в то, что родится у него сын, Иоанн Предтеча, и вновь обретшего дар речи: "Благословен Господь Бог Израилев" (Лк. 1, 46-55; 68-80) легли в основу этой песни.

Каждое праздничное событие имеет два канона и более; каждый из них назван особо: воскресный, Богородичный, Животворящему Кресту и т. п. Соответственно тропари канонов предваряются особыми стихами - припевами, отделяющими одну песнь (стихиру) от другой. Кроме того, пение канона прерывается малыми ектениями (после 3-й, 6-й и 9-й песней произносится малая ектения). Через каждые три песни после возгласа священника читаются особые стихиры, называемые после 3-й песни - ипакой и седальны; после 6-й - кондаки и икосы, после 9-й - светильны (утренний) и ексапостиларии.

Как жанр канон появился в середине VII в. Первые каноны были написаны св. Андреем Критским. За св. Андреем Критским на этом поприще подвизаются: свв. Иоанн Дамаскин, Косьма Маиумский, Стефан Савваит, Феодор Студит, Иосиф Песнописец и ряд других менее известных и даровитых авторов.

 

Крещение​

Крещение – первое христианское таинство.

Таинство крещения - священное действие, в котором верующий во Христа, через троекратное погружение тела в воду, с призыванием имени Пресвятой Троицы - Отца и Сына и Святого Духа, омывается от первородного греха, а также и от всех грехов, совершенных им самим до крещения, возрождается благодатью Святого Духа в новую духовную жизнь (духовно рождается) и делается членом Церкви, т. е. благодатного Царства Христова.

Для принятия крещения необходимы вера в Бога и покаяние, желание человека очистить себя от греха, исцелить свою душу.

Так как крещение есть духовное рождение, а родится человек однажды, то и таинство крещения над человеком совершается однажды. "Один Господь, одна вера, одно крещение" (Ефес. 4, 4).

 

1. Установление таинства крещения​

Таинство крещения установил Сам Господь наш Иисус Христос. Он освятил крещение Своим собственным примером, крестившись у св. Иоанна Крестителя. Потом, по воскресении Своем, Иисус Христос дал апостолам повеление: "Идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа" (Мф. 28, 19) - и к этому прибавил: «Кто будет веровать и креститься, спасен будет; а кто не будет веровать, осужден будет» (Мк. 16, 16).

2. Значение таинства​

Крещение - само по себе начало и источник божественных даров, очищающий и уничтожающий собой все греховные скверны и сообщающий новую жизнь. В нём омываются все грехи, первородный и личные; им открывается путь для новой жизни, возможность получения Божиих даров.

Таинственная благодатная сторона крещения указана уже в приведенных местах Священного Писания: крещение есть "новое рождение", оно совершается для спасения людей (Мк. 16, 16). Кроме того, раскрывая благодатное значение крещения, апостолы в своих посланиях указывают, что мы в нем "омываемся, очищаемся, оправдываемся", что в крещении умираем для греха, чтобы ходить в обновленной жизни, "спогребаемся Христу" - и воскресаем в Нем.

Уже при самом принятии Святого Крещения в крестившемся совершаются неизгладимые перемены: он освобождается от власти первородного греха, и сатана изгоняется из его сердца. Хотя возможность искушать его диаволом остается, но он становится как бы внешним человеку. Некрещеный человек в силу первородного греха не может не грешить, а крещеный, хотя и может грешить, но властен и не грешить.

Что касается стороны субъективной, относящейся к душевному настроению самого крещаемого, то ее указывает апостол Петр, называя крещение "обещанием Богу доброй совести" (1 Петр. 3, 21).

Через крещение происходит присоединение к Церкви, и человек становится достойным принимать дары благодати и чрез другие Таинства.

Св. Феофан Затворник пишет о значении таинства крещения:

«Аще кто во Христе, нова тварь, - учит Апостол (2 Кор.5, 17). Сею новою тварию христианин становится в крещении. Из купели человек выходит совсем не таким, каким туда входит. Как свет тьме, как жизнь смерти, так крещеный противоположен некрещеному. Зачатый в беззакониях и рожденный во грехах, человек до крещения носит в себе весь яд греха, со всею тяготою его последствий. Он состоит в немилости Божией, есть естеством чадо гнева; поврежден, расстроен сам в себе, в соотношении частей и сил и в их направлении преимущественно на размножение греха; подчинен влиянию сатаны, который действует в нем властно, по причине греха, живущего в нем. Вследствие всего этого он, по смерти, неминуемо есть оброчник ада, где должен мучиться вместе с своим князем и его клевретами и слугами.
Крещение избавляет нас от всех сих зол. Оно снимает клятву силою Креста Христова и возвращает благословение: крещеные суть чада Божии, как именоваться и быть дал им область Сам Господь. «Аще же чада, то и наследницы, — наследницы убо Богу, сонаследницы же Христу...» (Рим.8, 17). Царство Небесное принадлежит крещаемому уже по самому крещению. Он изъемлется из-под владычества сатаны, который теперь теряет власть над ним и силу самовольно действовать в нем. Вступлением в Церковь, — дом прибежища — сатане заграждаются входы к новокрещеному. Он здесь как в безопасной ограде.

Все это — духовно-внешние преимущества и дарования. Что происходит внутри? — Исцеление греховной болезни и повреждения. Сила благодати проникает внутрь и восстановляет здесь Божественный порядок во всей его красоте, врачует расстройство как в составе и отношении сил и частей, так и в главном направлении от себя к Богу — на богоугождение и умножение добрых дел. Почему крещение и есть возрождение или новое рождение, поставляющее человека в обновленное состояние. Апостол Павел всех крещеных сравнивает с воскресшим Спасителем, давая разуметь, что и у них такое же светлое в обновлении существо, каким явилось человечество в Господе Иисусе, чрез воскресение Его в славе (см.: Рим.6, 4). Что и направление деятельности в крещеном изменяется — это видно из слов того же Апостола, который говорит в другом месте, что они уже не ктому себе живут, но умершему за них и воскресшему (2 Кор.5, 15). … Мы спогребаемся Ему крещением в смерть (Рим.6, 4), и: ветхий наш человек с Ним распинается... яко ктому не работати нам греху (Рим.6, 6). Так вся деятельность человека силою крещения обращается от себя и греха к Богу и правде.

Замечательно слово Апостола: Яко ктому не работати нам греху... и другое: Грех вами да не обладает (Рим.6,14). Это дает нам разуметь, что то, что в расстроенной падшей природе составляет силу, влекущую ко греху, не истребляется вконец в крещении, а только поставляется в такое состояние, в коем не имеет над нами власти, не обладает нами, и мы не работаем ему. Оно в нас же находится, живет и действует, только не как господин. Главенство с сих пор принадлежит уже благодати Божией и духу, сознательно себя ей предающему. Святой Диадох, объясняя силу крещения, говорит, что до крещения грех живет в сердце, а благодать извне действует; после же сего благодать вселяется в сердце, а грех влечет извне. Он изгоняется из сердца, как враг из укрепления, и поселяется вне, в частях тела, откуда и действует раздробленно набегами. Почему и есть непрестанный искуситель, соблазнитель, но уже не властелин: беспокоит и тревожит, но не повелевает».

Св. Иоанн Златоуст:​

«Почему же нужна вода? Скажу, наконец, и об этом и открою вам сокровенное таинство. Есть несколько сокровенных причин для этого, но из многих я скажу вам пока одну. Какая же это причина? Та, что в воде символически изображается гроб и смерть, воскресение и жизнь, и все это происходит совместно. Когда мы погружаем свои головы в воду, как бы в гроб, вместе с тем погребается ветхий человек и, погрузившись долу, весь совершенно скрывается. Потом, когда мы восклоняемся, - выходит человек новый. Как легко для нас погрузиться и подняться, так для Бога легко погребсти ветхого человека и явить нового. Но это совершается трижды, чтобы ты знал, что все это совершается силою Отца и Сына и Святого Духа. А что сказанное мною не гадание, послушай только, что говорит Павел: "мы погреблись с Ним крещением в смерть" (Рим. 6, 4); также: "ветхий наш человек распят с Ним" (ст.6); или: "мы соединены с Ним подобием смерти Его" (ст. 5)».

3. Способ совершения таинства​

Сравнение крещения с баней водной или гробом указывают, что это таинство должно совершаться посредством погружения. Само греческое слово babtizo значит "погружаю". О крещении евнуха Филиппом читаем в кн. Деяний: "сошли оба в воду, Филипп и евнух, и крестил его. Когда же они вышли из воды, Дух Святой сошел на евнуха" (гл. 8, 38). Погружение в воду бывает троекратное с произнесением слов: крещается раб Божий во имя Отца и Сына и Святого Духа, согласно заповеди, данной Самим Христом (Мф. 28, 19).

В древней Церкви признавалась и другая форма крещения - через окропление, или обливание, но как исключительная, она допускалась при крещении больных, умирающих или при крещении оглашенных, заключенных в темницы во время гонений, когда было невозможно крестить через погружение. Так, в Мамертинской темнице (в Риме) апостол Петр крестил заключенных обливанием, для чего по его молитве там чудесным образом появился источник воды, который течет до сего дня.

Константинопольский Собор на вопрос Феогноста, как поступать, если пожелает креститься какой-либо татарин, а сосуда большого для погружения его не будет, отвечал: в таком случае можно крестить его и чрез троекратное обливание.

Обливательный образ крещения допускался, как вынужденный обстоятельствами, и в практике древней русской церкви, допускается и теперь.

Совершает Таинство Крещения епископ или священник. Однако, если случится, что некрещеный человек или младенец опасно болен, а священника поблизости нет, то всякий христианин или христианка могут совершить крещение в воде с произнесением слов:
«Крещается раб (раба) Божий (имя) во имя Отца - Аминь, и Сына - Аминь, и Святаго Духа – Аминь».

При произнесении имени каждого лица Святой Троицы надо погружать крещаемого в воду или возлить воду на его тело. В этом случае Крещение будет неполным, оно дополняется священником в Таинстве Миропомазания.

4. Необходимость крещения​

Господь Иисус Христос в Своей беседе с Никодимом указал на безусловную необходимость таинства крещения для спасения. Когда Никодим выразил недоумение, "как может человек родиться, будучи стар", то Спаситель ответил, что новое рождение будет совершаться водой и Духом: «Истинно, истинно говорю тебе, если кто не родится от воды и Духа не может войти в Царствие Божие: Рожденное от плоти есть плоть, а рожденное от Духа есть дух» (Ин. 3, 5-6).

Св. Иоанн Златоуст, объясняя эти слова Спасителя, говорит:

«Вот что этим Он дает разуметь: ты считаешь это невозможным; а Я говорю, что это очень возможно, даже и необходимо, и иначе спастись невозможно. …рождение от Духа, удобно отверзает нам небесные врата. Слышите вы все, чуждые просвещения: ужаснитесь, возрыдайте! Страшна эта угроза, страшно определение! Невозможно, говорит Христос, тому, кто не родится водою и духом, войти в царствие небесное, потому что он еще носит одежду смерти, одежду проклятия, одежду тления, - еще не получил знамения Господнего, он еще не свой, а чужой; не имеет условленного в царстве знака. "Если кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царствие Божие".

Св. Кирилл Иерусалимский пишет: ​

"Тот, кто хотя бы был добр по делам, но не получил запечатления водою, не войдет в царство небесное. Слово дерзновенно, но не мое; ибо так определил Иисус!"

Об этом свидетельствует апостол Павел:​

Он [Бог] спас нас не по делам праведности, которые бы мы сотворили, а по Своей милости, банею возрождения [так называли апостолы и святые отцы Крещение] и обновления Святым Духом, Которого излил на нас обильно через Иисуса Христа, Спасителя нашего, чтобы, оправдавшись Его благодатью, мы по упованию сделались наследниками вечной жизни (Тит. 3, 5-7).

Преп. Симеон Новый Богослов:​

«Мы исповедуем, что невозможно спастись никому, кто не крестится водою и Духом».

Св. Василий Великий: ​

"Почему мы христиане? Всякий скажет: по вере. А каким образом спасаемся? Таким, что возрождаемся, именно благодатью, подаваемой в Крещении. Ибо чем спастись?"

Святитель Григорий Богослов рассказывает, что, когда во время путешествия из Адександрии в Афины корабль, на котором он плыл, попал в сильную бурю и всем угрожала гибель, он больше всего скорбел о том, что не успел принять святого крещения.

Он пишет:
"Когда же боялись смерти обыкновенной; для меня еще ужаснее была смерть внутренняя. Негостеприимно убийственные воды лишали меня вод очистительных, которые соединили бы меня с Богом. Об этом проливал я слезы; в этом состояло мое несчастье; об этом я, несчастный, простирая руки, возносил вопли, которые заглушали сильный шум волн, терзал свою одежду и, ниц распростершись, лежал подавленный горестью. Все плывшие на корабле, забыв о собственном бедствии и, в общем несчастии став благочестивыми, со мной соединяли молитвенные вопли. Столько были они сострадательны к моим мучениям!"

Спутники св. Григория Богослова, которым угрожала близкая гибель, понимали, что над ним нависла куда более страшная опасность, - опасность, которая несравненно хуже телесной смерти, - разлучение с Богом, или, по его словам: «немалая опасность, если умрешь, родившись для одного тления, и не облекшись в нетление", - и скорбели о нём больше, чем о самих себе.

5. Крещение младенцев​

Из сказанного ясно, что крещение необходимо и для младенцев. Младенцы, так же как и взрослые, причастны первородному греху и имеют нужду в крещении для очищении от него и для единения со Христом.

Сам Господь сказал: "Пустите детей приходить ко Мне, и не возбраняйте им, ибо таковых есть Царствие Божие" (Лк. 18, 16).

В апостольских писаниях неоднократно упоминается о крещении целых семейств (дом Лидии, дом темничного стража, дом Стефанов, и нигде не упоминается об исключении отсюда младенцев. Отцы Церкви, в своих поучениях верующим, настаивают на крещении детей. Св. Григорий Богослов, обращаясь к матерям христианкам, говорит: "У тебя есть младенец? Не давай времени усилиться повреждению; пусть будет освящен в младенчестве и от юности посвящен Духу". "Оградиться им [младенцам] Крещением без сомнения гораздо полезнее, по причине внезапно встречающихся с ними, и никакими способами не предотвращаемых, опасностей".

У св. Иустина Философа имеется ясное свидетельство о крещении младенцев. Он пишет об этом как о естественном и распространенном явлении: "Младенцы удостаиваются благ, даруемых через Крещение, по вере тех, которые приносят их к Крещению".

Аналогичные суждения о необходимости крещения младенцев имеются у св. Иринея Лионского. Он пишет, что Христос "пришел спасти через Себя всех, — всех, говорю, которые возрождаются через Него для Бога: младенцев, и детей, и отроков, и юношей, и старцев". Для св. Иринея как и для всех святых отцов возрождение для Бога — это принятие таинства крещения. Оно потому необходимо всем, в том числе и младенцам, что посредством него верующие омываются от первородного греха: "Человек, по плотскому рождению от Адама сделавшись преступным, нуждался в бане возрождения".

На поместном Карфагенском Соборе 252 г., проходившем под председательством св. Киприана Карфагенского было дано важное догматическое разъяснение, обосновывающее необходимость Крещения младенцев:

«Что касается младенцев, ... то все мы [участники Собора 252 г.] за лучшее признали не отказывать ни одному рожденному в милосердии и благодати Божией. ...И самая благодать, сообщаемая крещаемым, не изливается в большей или меньшей мере, смотря по возрасту принимающих.... Если и тяжким грешникам, которые прежде много грешили Богу, когда после этого уверуют, даруется отпущение грехов, и никому не возбраняется благодать Крещения; то тем более не должно возбранять ее младенцу, который, недавно родившись, ни в чем не согрешил, кроме того, что происшедши от плоти Адама, принял заразу древней смерти через самое рождение. Для него тем удобнее приступать к принятию отпущения грехов, поскольку ему отпущаются не свои, а чужие грехи".

Отцы Карфагенского Собора (418 г.) в 110 (124) правиле также засвидетельствовали, что крещение младенцам необходимо:

"Кто отвергает нужду крещения малых и новорожденных от матерней утробы детей, или говорит, что хотя они и крещаются во отпущение грехов, но от прародительского Адамова греха не заимствуют ничего, что надлежало бы омыти банею пакибытия (из чего следовало бы, что образ Крещения во отпущение грехов употребляется над ними не в истинном, но в ложном значении), тот да будет анафема… Ибо …и младенцы, никаких грехов сами собою содевати еще не могущие, крещаются истинно во отпущение грехов, да чрез пакирождение очистится в них то, что они заняли от ветхого рождения".

Правила Карфагенского Собора имеют непререкаемый церковный авторитет, поскольку они были подтверждены позднейшими постановлениями VI-го (2 правило) и VII-го (1 правило) Вселенских Соборов, как общезначимые для всей полноты Православной Церкви.

Православная Церковь крестит младенцев по вере их родителей и восприемников. Когда он подрастет, они обязаны научить его вере и позаботиться о том, чтобы их крестник стал истинным христианином. Это священный долг восприемников и они тяжко грешат, если пренебрегают этим долгом.

Наставление об этом читаем, например, в сочинении св. Дионисия Ареопагита «О церковной иерархии»:

«Божественным нашим наставникам угодно было допускать к крещению и младенцев, под тем священным условием, чтобы родители дитяти поручали его кому-нибудь из верующих, который бы их хорошо наставил в божественных предметах, и потом заботился о дитяти, как отец, указанный свыше, и как страж его вечного спасения. Этого-то человека, когда он дает обещание руководить отрока к благочестивой жизни, заставляет иерарх произносить отречения и священное исповедание. …Он… как бы так говорит: я даю обещание преподать этому младенцу Божественные наставления, когда он, пришедши в возраст, в состоянии будет понимать священное, чтобы он отвергся противника, и принял и исполнял Божественные повеления. ...Думаю, что нет ничего странного в том, что младенец допускается ко Крещению, имея такого вождя и руководителя, который преподаст ему наставление в божественных предметах и сохранит его безопасным от противных сил».

А то, что благодатные дарования даются по вере других, нам дано указание в Евангелии, при исцелении расслабленного: "Иисус видя веру их (принесших больного), говорит расслабленному: чадо, прощаются тебе грехи твои" (Мк. 2, 5).

При крещении детей, хотя они еще не имеют сознательной веры, в них тоже всевается семя благодатной жизни, приводящее впоследствии к полному перерождению крещенного, при условии надлежащего христианского воспитания.

 

Св. Феофан Затворник пишет о действии благодати в крещеных детях:​

«Благодать нисходит на младенческую душу и производит в ней все одна, так как бы при сем участвовала и свобода, на том единственно основании, что в будущем сей, не сознающий себя и не действующий лично, младенец, когда придет в сознание, сам охотно посвятит себя Богу, желательно восприимет благодать, нашедши в себе ее действия, рад будет, что она есть, возблагодарит, что так сделано для него, и исповедует, что, если бы в минуту крещения даны были ему смысл и свобода, он не иначе поступил бы, как поступлено, и не захотел бы иного. Ради такого будущего свободного посвящения себя Богу и сочетания свободы с благодатию, Божественная благодать вся подается младенцу и без него все в нем производит, что производить ей свойственно, по одному уверению, что требуемое желание и предание себя Богу будет несомненно, — уверению, какое дают восприемники, поручаясь Богу пред Церковью, что сей младенец, пришедши в сознание, явит именно такое употребление свободы, какое требуется для благодати, приемля на себя обязанность самым делом довесть до того младенца восприемлемого.

Таким образом, чрез крещение в младенце полагается семя жизни о Христе и есть в нем; но она еще как бы не его, — действует как образующая его сила. Жизнь духовная, зарожденная благодатию крещения в младенце, станет собственною человеку, явится в полном своем виде, сообразною не только с благодатию, но и с свойством разумной твари с того времени, когда он, возникши к сознанию, свободным произволением посвятит себя Богу и желательным, радостным и благодарным восприятием усвоит себе обретенную в себе благодатную силу. И до сего времени в нем действует жизнь истинно христианская, но как бы без его ведома, действует в нем, а есть еще как бы не его; с минуты же сознания и избрания она становится его собственною, не благодатною только, но и свободною. … младенец зреет и образуется в христианина в Святой Церкви среди христиан, как прежде телесно образовался в утробе матери».

6. Семя новой жизни​

Христианину важно помнить, что данный в таинстве крещения талант, залог новой жизни, приумножается путем личных усилий, подвигом всей жизни.

Св. Григорий Палама пишет:​

«Хотя чрез божественное крещение Господь нас и возродил и чрез благодать Святаго Духа запечатлел в день Искупления, однако оставил еще иметь смертное и страстное тело, и хотя Он изгнал начальника зла из душ человеческих, однако допускает ему нападать изовне, чтобы человек, обновленный, согласно Новому Завету, т.е. Евангелию Христову, живя в доброделании и покаянии, и презирая удовольствия жизни, перенося же страдания и закаляясь в нападениях врага, - уготовал себя в сем веке к вмещению нетления и оных будущих благ, которые будут соответствовать будущему веку».

Преп. Иоанн Дамаскин:​

«Оставление грехов через крещение дается, таким образом, всем равно, но благодать Духа — по мере веры и предварительного очищения. Итак, теперь через крещение мы получаем начаток Духа Святаго, и возрождение делается для нас началом другой жизни, печатью, охраною и просвещением».

Св. Феофан Затворник объясняет, что "грех как грехолюбие" упраздняется в нас крещением, но склонность ко греху остаётся, и с ней христианин борется в аскетическом подвиге всю последующую жизнь, очищая сердце от страстей:

"Но как же это: ветхий человек уже распят, то есть лукавое расположение уже умерщвлено, а между тем предлежит еще упразднять тело греховное, или разные виды порока? На это скажем: грех, как и добродетель, является в трех видах: грех, как дело, и обнимает всю совокупность грешных дел; грех, как склонность, и обнимает все виды грешных наклонностей, страстей, пороков; грех, как грехолюбие вообще, означает коренную падкость человека на грех вообще. Грех в последнем значении есть собственно ветхий человек. Он умирает и распинается в крещении; потому что в нем мы воспринимаем смертельную ненависть ко греху и любовь к правде и добру; а это и есть смерть грехолюбия, то есть распятие ветхого человека. Но тогда как воспринято такое доброе расположение, настроение, решение, частные виды грешности и лукавства — страсти остаются еще, и их надо побеждать и доводить до бездействия или упразднять, особыми против них направленными трудами и подвигами. Труды и подвиги, не позволяя им действовать, истощают их, измождают, замаривают; они и делаются недейственными. Поднимать эти подвиги против страстей нет нравственной возможности, пока в сердце качествует грехолюбие, или ветхий человек. Почему Апостол и сказал, — что для того, чтоб упразднилось тело греховное, или истреблены были пороки и страсти, распят прежде ветхий человек, — восприняты возненавидение греха и возлюбление добра. Это изменение на добро, благодатию Божиею укрепленное в крещении, является мощным к побеждению страстей и упразднению их".

Св. Игнатий (Брянчанинов): ​

“В падшем естестве нашем не уничтожено святым крещением свойство рождать из себя смешанные зло с добром”.

"…благодатное состояние обновления и пакибытия, доставляемое святым крещением, нуждается в поддержании жительством по евангельским заповедям. «Аще заповеди Моя соблюдете», сказал Господь, «пребудете в любви Моей. Будете во мне и Аз в вас. Яко же розга не может плода сотворити о себе, аще не будет на лозе: такой вы, аще во Мне не пребудете. Аще кто во Мне не пребудет, извержется вон, яко же розга, и изсышет, и собирают ю, и во огнь влагают, и сгарает» [Ин. 15, 10, 4, 6]. Не поддерживающий приобретений, дарованных святым крещением, жизнью по заповедям, утрачивает приобретенное. “Неизреченная и страшная слава, - говорит святой Иоанн Златоуст, - доставляемая крещением, пребывает в нас один или два дня; потом мы ее погашаем, наводя на нее бурю житейских попечений и закрывая лучи густыми облаками” [Каллиста и Игнатия Ксанфопулов, гл. 5. Доброт. ч. 2]. Ожив в пакибытие крещением, мы снова умерщвляем себя жизнью по плоти, жизнью для греха, для земных наслаждений и приобретений. Святой апостол Павел сказал: «Должны есмы не плоти, еже по плоти жити. Сущии же во плоти Богу угодити не могут. Мудрование бо плотское смерть есть» [Рим. 8, 12, 8, 7, 6]. Благодать крещения остается без действия, как светлое солнце, закрытое тучами, как драгоценный талант, закопанный в землю. Грех начинает действовать в нас со всей силой или и еще сильнее нежели до принятия крещения, сообразно тому, в какой степени мы предаемся греховности. Но данное нам сокровище духовное не отнимается от нас окончательно до самой смерти, и мы можем раскрыть его снова во всей силе и славе покаянием [Каллиста и Игнатия, гл. 6]. Раскаяние в греховной жизни, печаль о грехах произвольных и невольных, борьба с греховными навыками, усилие победить их и печаль о насильном побеждении ими, принуждение себя к исполнению всех евангельских заповедей - вот наша доля. Нам предлежит испросить прощение у Бога, примириться с Ним, верностью к Нему загладить неверность, дружество со грехом заменить ненавистью ко греху. Примирившимся свойственна святая любовь".

Преп. Ефрем Сирин:​

“Крещение есть только предначатие воскресения из ада”.

Преп. Симеон Новый Богослов объясняет:

“Уверовавший в Сына Божия… кается… в прежних своих грехах и очищается от них в таинстве крещения. Тогда Бог Слово входит в крещеного, как в утробу Приснодевы, и пребывает в нем как семя”.

Теперь от последующей жизни крещенного зависит или возрастить это семя в древо вечной жизни, исполняя заповеди Божии, или погубить его в земле своего сердца.

Духовный рост невозможен без борьбы; помощь в этой внутренней борьбе человек получает во всей благодатной жизни Церкви. Духовная жизнь в Церкви после крещения совершается через церковные таинства: покаяния, причащения и другие, – без этого истинная христианская жизнь невозможна, и христианину грозит отторжение от церковного тела.

Так, 80-е правило Шестого Вселенскаго Собора (Трулльскаго) гласит:

«Аще кто, епископ, или пресвитер, или диакон, или кто либо из сопричисленных к клиру, или мирянин, не имея никакой настоятельной нужды, или препятствия, которым бы надолго устранен был от своея церкви, но пребывая во граде, в три воскресные дни в продолжении трех седмиц, не приидет в церковное собрание: то клирик да будет извержен из клира, а мирянин да будет удален от общения».

Епископ Никодим (Милош) поясняет это правило:

"Произвольным удалением от Церкви, они сами себя отлучают от нее, и церковное отлучение, определяемое для них правилами отцов, служит только справедливым объявлением таких людей чуждыми церкви, от которой они уже заранее сами себя отчуждили, а вместе с тем лишает их и всех тех благ, каких они сами не желали себе в общении церкви".

7. Кто может быть восприемником​

Крестные отцы и крестные матери принимающих крещение должны быть православными, знающими основы православной веры, молитвы «Отче наш» и «Символ Веры».

Не могут быть восприемниками:

- родители для своих детей (в соответствии с 53 правилом VI Вселенского Собора),
- малолетние,
- некрещённые, неверующие, иноверные и т.п.

Между ребенком и восприемником возникает особое отношение – отношение духовного родства. Духовное родство основывается на понятии о новом рождении крещеного младенца и на отношениях, в какие он вступает с своим духовным отцом, с восприемником, который посредствует при его новом рождении.

Церковь считает духовное родство столь же реальным, сколь и родство природное. Поэтому во взаимоотношениях духовных родственников существуют такие же особенности, как и в отношении родственников природных. В настоящее время Русская Православная Церковь в вопросе о браках духовных родственников придерживается только 53-го правила VI Вселенского собора: невозможны браки между восприемниками и их крестниками, восприемниками и физическими родителями крестника и восприемников между собой. При этом мужу и жене разрешается быть восприемниками разных детей в одной и той же семье. Брат и сестра, отец и дочь, мать и сын могут быть крестными одного и того же ребенка.

Правило 53
Шестого Вселенскаго Собора, Трулльскаго (иначе Пято-Шестого Собора):

Понеже сродство по духу есть важнее союза по телу, а мы уведали, что в некиих местах, некоторые восприемлющие детей от святаго и спасительнаго крещения, после сего вступают в брачное сожительство с матерями их, вдовствующими: то определяем, дабы от настоящаго времени ничто таковое не было творимо. Аще же которые, по настоящем правиле, усмотрены будут творящими сие: таковые, во первых, да отступят от сего незаконнаго супружества, потом да будут подвергнуты епитимии любодействующих.

Епископ Никодим (Милош) поясняет:​

«…мысль о родстве духовном, которое, по словам этого правила, важнее, чем родство по крови. Мысль эта выражена была в церкви с древнейших времен. На основании этой мысли возникло и брачное препятствие между восприемником и его духовной дочерью и препятствие постольку большее, поскольку духовное родство, как мы уже видели, важнее родства по крови… Трулльский Собор этим правилом предписывает, под угрозой наказания, чтобы восприемник не смел вступать в брак и с вдовой матерью крещеного ребенка; этим положено каноническое основание духовному родству, как препятствию к браку. Воспрещается, таким образом, канонически брак в духовном родстве между восприемником и его дочерью (первая степень), равно брак между восприемником и вдовой матерью крещеных детей (вторая степень)».

 

Литургия​

Литургия - самое важное богослужение, во время которого совершается Святейшее Таинство Причащения.

В переводе с греческого слово «литургия» значит "общее дело" или "общее служение". Божественная литургия называется также Евхаристией – благодарением. Совершая ее, мы благодарим Бога за спасение рода человеческого от греха, проклятия и смерти Жертвой, принесенной на Кресте Его Сыном, Господом нашим Иисусом Христом. Литургия называется и "обедней", так как ее положено совершать в полуденное (предобеденное) время. В апостольское время Литургия называлась еще "преломлением хлеба" (Деян. 2, 46).

Божественная литургия совершается в храме, на престоле, на освященном архиереем плате, который называется антиминсом. Совершитель Таинства есть Сам Господь.

«Священниковы только уста, произносящие освятительную молитву, и рука, благословляющая дары... Действующая же сила от Господа исходит», - писал св. Феофан Затворник.

Молитвы и священнодействия благодарения низводят благодать Святого Духа на приготовленные хлеб и вино и делают их Святым Причастием - Телом и Кровью Христовой.

Царство Божие наступает в храме, и вечность упраздняет время. Схождение Духа Святого не только прелагает хлеб в Тело, а вино в Кровь Христа, но соединяет Небо и землю, возводит христиан на Небо. Присутствующие в храме за литургией становятся участниками Тайной Вечери Господней.

Божественная литургия состоит из трех частей:

1) проскомидии

2) литургии оглашенных

3) литургии верных.​

Слово "проскомидия" означает "принесение". Первая часть литургии так называется в соответствии с обычаем древних христиан приносить в церковь хлеб и вино для совершения Таинства. По той же причине этот хлеб называется просфора, что значит приношение. Проскомидия совершается священником на жертвеннике при закрытом алтаре вполголоса. Завершается она, когда на клиросе читаются 3-й и 6-й (а иногда и 9-й) часы по Часослову.

Вторая часть литургии называется литургией оглашенных, потому что к слушанию ее, кроме крещеных и допускаемых к причащению, допускаются и оглашенные, то есть готовящиеся ко крещению, а также и кающиеся, не допускаемые к причащению. Она оканчивается повелением оглашенным выйти из церкви.

Третья часть литургии, за которой совершается таинство причащения, называется литургией верных, потому что на ней могут присутствовать только верные, т. е. крещеные.

Ее можно подразделить на следующие части: 1) перенесение честных Даров с жертвенника на престол; 2) приготовление верующих к освящению Даров; 3) освящение (пресуществление) Даров; 4) приготовление верующих к причащению; 5) причащение и 6) благодарение за причащение и отпуст.

Таинство Святого Причащения установил Сам Господь наш Иисус Христос во время последней Тайной Вечери, накануне крестных Его страданий (Мф. 26, 26-29; Мк. 14, 22-25; Лк. 22, 19-21; 1 Кор. 11, 23-26). Господь повелел творить это Таинство в Его воспоминание (Лк. 22, 19).

Апостолы совершали Святое Причащение по заповеди и примеру Иисуса Христа, соединяя его с чтением Священного Писания, пением псалмов и молитв. Составителем первого чина литургии христианской Церкви считается святой апостол Иаков, брат Господень.

В четвертом веке св. Василий Великий записал и предложил к общему употреблению составленный им чин Литургии, а св. Иоанн Златоуст несколько сократил этот чин. В основу этого чина была положена древнейшая Литургия св. апостола Иакова, первого епископа Иерусалимского.

Литургия святителя Иоанна Златоуста совершается в Православной Церкви в течение всего года, кроме Великого поста, когда она совершается по субботам, в Благовещение Пресвятой Богородицы и в Неделю ваий.

Десять раз в году совершается литургия святителя Василия Великого.

По средам и пятницам Великого поста совершается литургия Преждеосвященных Даров святителя Григория Двоеслова, имеющая особый чин.

 

1. Что такое любодеяние​

Святитель Игнатий Брянчанинов перечисляет грехи, порождаемые страстью любодеяния:

«Блудное разжжение, блудные ощущения и пожелания тела, блудные ощущение и пожелание души и сердца (скоктание), принятие нечистых помыслов, беседа с ними, услаждение ими, соизволение им, медление в них. Блудные мечтания и пленения. Осквернение истицанием. Нехранение чувств, в особенности осязания, в чем дерзость, погубляющая все добродетели. Сквернословие и чтение сладострастных книг. Грехи блудные естественные: блуд и прелюбодеяние. Грехи блудные противоестественные: малакия, мужеложство, скотоложство и им подобные».

Святые отцы называют также в духовном смысле любодеянием любое отступление от Бога, от воли Божией, ересь, идолопоклонство, неверие, вообще все грехи, нечистоту всякого рода. Священное Писание говорит:

«Яко се удаляющии себе от Тебе погибнут; потребил еси всякаго любодеющаго от Тебе».
(Пс. 72, 27)

Евфимий Зигабен приводит святоотеческие толкования этих слов пророка Давида:

««Потребил ecu всякаго любодеющаго от Тебе». Любодейством от Бога называет Давид отступничество и идолопоклонство или служение демону, по словам Феодорита, как говорит Бог и у Иеремии: видел ли ты, что сделал Мне дом Израилев? Пошли на всякую гору и под всякое лесное дерево и там любодействовали (Иep. 3, 6); также: и любодействовал с деревом и камнем (там же 9); вместо: служили идолам. Почему и церковь называется Божиею невестою, поелику соединена с Богом верою и хранением заповедей Божиих *).

*) Слова Божеств. Кирилла: Мысленное любодейство есть непотребство и нечистота всякого рода. Итак, прекратим все виды такового любодейства, дабы не подвергнуться погибели должной и воздаваемой грехолюбивым. И поелику грехи удаляют нас от близости Божией, то примем сию ужасную преграду, и тогда ничего не будет возбраняющего стать вблизи. Ибо Я, говорит, Бог близкий, а не Бог - далекий (Иep. 23, 23)».

Преп. Макарий Великий говорит о любодеянии души:

«Ибо есть блуд, совершаемый телесно, и есть блуд души, вступающий в общение с сатаною. Одна и та же душа бывает сообщницею и сестрою или демонов, или Бога и ангелов, и прелюбодействуя с дьяволом, делается уже неблагопотребною для небесного Жениха».

Древний патерик приводит слова старцев:

Вопрос: Каким помыслом приходит блуд к человеку?

Ответ: Не одним, не двумя, не пятью и не десятью только путями. Ибо все помыслы, которые от диавола, имеют сокровенный в себе блуд.

Блуд - незаконное, безбрачное сожительство, вид любодеяния. Также бывает и мысленный блуд, когда грех совершается в помыслах.

Прелюбодеяние – сожительство, физическая близость людей, связанных браком с другими, супружеская измена.

Малакия – рукоблудие.

Мужеложство – извращенные половые отношения мужчины с мужчиной, любодеяние лиц одного пола.

2. Священное Писание о любодеянии


«Вы слышали, что сказано древним: не прелюбодействуй. А Я говорю вам, что всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем».
(Мф. 5, 27-28).

«Брак у всех да будет честен и ложе непорочно; блудников же и прелюбодеев судит Бог».
(Евр. 13, 4).

«…из сердца исходят злые помыслы, убийства, прелюбодеяния, любодеяния, кражи, лжесвидетельства, хуления — это оскверняет человека»
(Мф. 15, 19-20)

Ибо извнутрь, из сердца человеческого, исходят злые помыслы, прелюбодеяния, любодеяния, убийства, кражи, лихоимство, злоба, коварство, непотребство, завистливое око, богохульство, гордость, безумство, — все это зло извнутрь исходит и оскверняет человека.
(Мк. 7, 21-23)

«Или не знаете, что неправедные Царства Божия не наследуют? Не обманывайтесь: ни блудники, ни идолослужители, ни прелюбодеи, ни малакии, ни мужеложники,
ни воры, ни лихоимцы, ни пьяницы, ни злоречивые, ни хищники — Царства Божия не наследуют».
(1 Кор. 6, 9-10)

«А блуд и всякая нечистота и любостяжание не должны даже именоваться у вас, как прилично святым.
Также сквернословие и пустословие и смехотворство не приличны вам, а, напротив, благодарение;
ибо знайте, что никакой блудник, или нечистый, или любостяжатель, который есть идолослужитель, не имеет наследия в Царстве Христа и Бога».
(Эф. 5, 3-5).

«Святый да освящается еще; нечистый пусть еще сквернится. Блаженны те, которые соблюдают заповеди Божии, чтобы войти в город (небесный Иерусалим) вратами. А вне псы и любодеи и всякий любящий и делающий неправду»
(Откр. 22, 11, 14, 15).

«Скверных и прелюбодеев участь в озере, горящем огнем и серою. Это смерть вторая».
(Откр. 21, 8).

«Разве не знаете, что тела ваши суть члены Христовы? Итак отниму ли члены у Христа, чтобы сделать их членами блудницы? Да не будет! Или не знаете, что совокупляющийся с блудницею становится одно тело с нею? ибо сказано: два будут одна плоть».
(1 Кор. 6, 15-16).

«Бегайте блуда; всякий грех, какой делает человек, есть вне тела, а блудник грешит против собственного тела.
Не знаете ли, что тела ваши суть храм живущего в вас Святаго Духа, Которого имеете вы от Бога, и вы не свои?
Ибо вы куплены дорогою ценою. Посему прославляйте Бога и в телах ваших и в душах ваших, которые суть Божии».
(1 Кор. 6, 18-20)

«Разве не знаете, что вы храм Божий, и Дух Божий живет в вас?
Если кто разорит храм Божий, того покарает Бог: ибо храм Божий свят; а этот храм — вы».
(1 Кор. 3, 16-17).

«Ибо воля Божия есть освящение ваше, чтобы вы воздерживались от блуда;
чтобы каждый из вас умел соблюдать свой сосуд в святости и чести,
а не в страсти похотения, как и язычники, не знающие Бога;
чтобы вы ни в чем не поступали с братом своим противозаконно и корыстолюбиво: потому что Господь - мститель за все это, как и прежде мы говорили вам и свидетельствовали.
Ибо призвал нас Бог не к нечистоте, но к святости».
(1 Фес. 4, 3-7)

«Я писал вам в послании - не сообщаться с блудниками; впрочем не вообще с блудниками мира сего, или лихоимцами, или хищниками, или идолослужителями, ибо иначе надлежало бы вам выйти из мира сего. Но писал я вам не сообщаться с тем, кто, называясь братом, остается блудником с таким даже и не есть вместе».
(1 Кор. 5, 9-11).

«Как днем будем вести себя благочинно, не предаваясь ни пированиям и пьянству, ни сладострастию и распутству, ни ссорам и зависти; но облекитесь в Господа нашего Иисуса Христа, и попечение о плоти не превращайте в похоть».
(Рим. 13,13-14).

«Не должно быть блудницы из дочерей Израилевых и не должно быть блудника из сынов Израилевых».
(Втор. 23, 17).

«Мед источают уста чужой жены, и мягче елея речь ее; но последствия от нее горьки, как полынь, остры, как меч обоюдоострый».
(Притч. 5, 3-4).

Иером. Иов (Гумеров):

«Святое Писание называет сексуальные отношения вне брака блудом и относит их к наиболее тяжелым грехам.

В Новом Завете блуд назван среди тех смертных грехов, которые лишают человека вечной жизни: «Не обманывайтесь: ни блудники, ни идолослужители, ни прелюбодеи, ни малакии, ни мужеложники, ни воры, ни лихоимцы, ни пьяницы, ни злоречивые, ни хищники – Царства Божия не наследуют» (1 Кор. 6, 9–10).

Девство должны сохранить до брака как невеста, так и жених. Священное Писание определяет блуд (плотские отношения вне брака) как непотребство, равно запрещенное как женщинам, так и мужчинам. Блудники и блудницы не допускались среди народа Божия: «Не должно быть блудницы из дочерей Израилевых и не должно быть блудника из сынов Израилевых» (Втор. 23, 17). Блудника в библейские времена сравнивали с псом: «Не вноси платы блудницы и цены пса в дом Господа Бога твоего ни по какому обету, ибо то и другое есть мерзость пред Господом Богом твоим» (Втор. 23, 18)».

Св. Иоанн Златоуст в толковании на слова:

«Разве не знаете, что тела ваши суть члены Христовы? Итак отниму ли члены у Христа, чтобы сделать [их] членами блудницы? Да не будет!» (1 Кор. 6, 15), - говорит:

«Страх наказания, конечно, мог достаточно удерживать их от нарушения целомудрия: но (апостол) хочет достигнуть этого не одним страхом, и потому с угрозами употребляет и вразумления. Прежде, говоря об этом грехе, он определил за него наказание, показал вред, происходящий для всех от общения с кровосмесником… Кто назначает только наказания за грех, а не показывает, что он весьма тяжел, тот чрез наказания не сделает ничего важного; также и тот, кто делает только увещания, а не устрашает наказаниями, не много тронет (людей) нечувствительных. Потому Павел делает то и другое… Таким же образом он говорит и против кровосмесника. Устранив его прежде сказанным, отлучив, предав сатане и напомнив о будущем дне, он теперь вразумляет: «разве не знаете, что тела ваши суть члены Христовы?» – беседуя с ними, как бы с благородными детьми. Выше он сказал: «тело для Господа» (ст.13): теперь точнее объясняет это, как делает и в другом месте, когда говорит: «и вы – тело Христово, а порознь – члены» (1 Кор. 12, 27). Такое сравнение он употребляет во многих местах, хотя не в одном и том же значении, но иногда для выражения любви, а иногда для усиления страха: здесь же употребляет его для внушения страха и ужаса: «вземь ли убо уды Христовы, сотворю уды блудничии. Да не будет». Ничего не может быть страшнее этих слов. Не сказал: «итак отниму ли члены у Христа», соединю их с блудницею, но что? «Чтобы сделать членами блудницы». Такое выражение гораздо разительнее. Далее показывает, как с блудником действительно это бывает: «или не знаете», говорит, «что совокупляющийся с блудницею становится одно тело [с нею]?» (1 Кор. 6, 16)? Откуда это известно? «Будут», говорит, «два одна плоть». «А соединяющийся с Господом есть один дух» (1 Кор. 6, 17). Прилепившись друг к другу, два уже не могут быть двумя, но оба делаются одним. И, смотри, как он опять с помощью самых имен ведет обличение, употребляя слова: блудница и Христос. «Бегайте блуда». Не сказал: воздерживайтесь от прелюбодеяния, но: бегайте, т.е. тщательно старайтесь удаляться от этого порока. «Всякий грех, какой делает человек, есть вне тела, а блудник грешит против собственного тела» (ст.18). …Но, скажешь, разве убийца, корыстолюбец и грабитель нс оскверняют своей руки? Это всякому известно: но так как нельзя было сказать, что нет никого хуже блудника, то он иначе изображает важность этого греха, объясняя, что от блуда все тело становится нечистым; оно оскверняется так, как бы упадало в грязный сосуд, наполненный нечистотой. …Тяжек и тот и другой грех, и корыстолюбие и прелюбодеяние, и (тот и другой) ввергают в геенну; но, делая все предусмотрительно, Павел показывает важность прелюбодеяния всем, чем только мог. «Не знаете ли, что тела ваши суть храм живущего в вас Святаго Духа?» (ст.19).

Не просто он сказал: Духа, но: живущего в вас, чтобы утешить слушателей, и в пояснение этих слов присовокупил: «Которого имеете вы от Бога»; указал Виновника, чтобы и возвысить их и устрашить величием дара и милостью Подателя. «И вы не свои». Это не только служит к обличению, но и побуждает к добродетели. Как, говорит, можешь ты делать, что хочешь? Ты не властен над собою. Говоря это, он не отвергает свободной воли. «как словами: Все мне позволительно, но не все полезно», он не отнимает у нас свободы, так и здесь, выражаясь: «вы не свои», он не нарушает свободной воли, но отклоняет от порока и показывает попечение о нас Владыки. Потому и присовокупляет: «ибо вы куплены [дорогою] ценою» (ст.20). Но если я сам не свой, то как ты требуешь от меня исполнения обязанностей? Как, продолжая речь, говоришь еще: «посему прославляйте Бога» в теле вашем и в духе вашем, «которые суть Божии»?

Что же значит: «вы не свои»? И что он хочет внушить чрез это? Утвердить нас, чтобы мы не грешили и не следовали неуместным похотям души. У нас бывает много неуместных пожеланий, но мы должны воздерживаться, и можем; а если бы мы не могли, то и увещание было бы излишне. … «Посему прославляйте», являйте Бога в теле вашем и в духе. Внушает не только телом не совершать прелюбодеяния, но и в духе души не помышлять ничего порочного и не удалять благодати. «Которые суть Божии» (ст.20). После слова: вашем, присовокупляет: «которые суть Божии», постоянно напоминая нам, что все у нас Владычне – и тело, и душа, и дух. …Божиими же назвал он их не только потому, что Бог сотворил их, но и потому, что когда они сделались чуждыми Ему, Он вторично приобрел их ценою крови Сына. Смотри, как он относит все ко Христу, как возводит нас на небо. Вы, говорит, члены Христа, вы – храм Духа; не будьте же членами блудницы; вы бесчестите не свое тело, потому что это тело – не ваше, а Христово».

3. Церковные каноны о любодеянии​

Мирянин за блуд отлучается от причащения на 7 или на 9 лет по правилам св. Василия Великого или св. Григория Нисского. Согласно правилам святителя Василия Великого:

«58. Прелюбодействовавший пятьнадесять лет да не приобщается Святых Тайн. Распределение же на сии пятьнадесять лет для него следующее: четыре лета да будет он плачущим, пять слушающим Писания, четыре припадающим, два да стоит с верными без приобщения.

59. Блудник седмь лет да не причастится Святых Тайн: два лета да плачет, два да слушает, два да припадает, и едино лето токмо да стоит с верными, в осмое допущен будет до святаго причастия».

(Св. Василий Великий. Первое каноническое послание святаго отца нашего Василия, архиепископа кесарии Каппадокийския, к Амфилохию епископу Иконийскому).

Согласно правилу св. Григория Нисского:

«...поскольку к немощнейшим Отцы являли некое снисхождение, то положено в сем грехе общее различие таковое: блудом называется исполнение похоти, соделанное с кем-либо без обиды другому, а прелюбодеянием — навет и обида чужому союзу. К этому относят скотоложство и мужеложство, потому что и сии грехи суть прелюбодеяние против естества. …При таковом разделении видов, и сего греха общее врачевание состоит в том, да соделается человек, чрез покаяние, чистым от страстного неистовства к таковому плотоугодию. Поскольку же у осквернившихся блудодеянием не сопряжена с сим грехом обида, того ради сугубое время покаяния определено тем, кои осквернили себя прелюбодеянием или иными студодеяниями… Да будет же некое различие образа покаяния во грехах сладострастия. Возбудивший сам себя к исповеданию грехов, как уже начавший врачевание своего недуга тем самым, что решился по собственному побуждению быть обличителем своих тайн, и как показавший знамение своего изменения к лучшему, да будет под епитимиею более снисходительною, а уловленный во зле или по некоему подозрению или обвинению невольно обличенный подвергается продолжительнейшему исправлению, дабы со строгостью быв очищен, таким образом принят был к общению Святых Тайн. Правило о сем таково: осквернившиеся блудодеянием на три года да будут совсем удалены от церковной молитвы, три года да участвуют в одном лишь слушании Писаний, в иные три года да молятся с припадающими в покаянии, — и потом да причащаются Святых Тайн. Для проходящих же покаяние ревностнее, и житием своим показующих возвращение ко благому, позволительно устрояющему полезное в церковном домостроительстве сократить время слушания и скорее приводить оных к обращению; подобно сократить время и сего, и скорее допустить до приобщения, сообразно с тем, как он собственным испытанием дознает состояние врачуемого. Ибо как воспрещено повергать бисер пред свиньями, так безместно было бы и лишать драгоценного бисера того, который чрез удаление от греха и очищение уже сделался человеком. Беззаконие же, содеваемое прелюбодеянием или другими видами нечистоты, как выше речено, по всему тем же судом да будет врачуемо, как и грех блудный, но с усугублением времени. При сем также да будет наблюдаемо расположение врачуемого, подобно как и одержимого нечистотою блуда, дабы или ранее, или позднее подавалось им причастие блага».

(Каноническое Послание Григория Нисского к Литоию Мелитинскому. Правило 4.)​

Таким образом, Церковь устанавливает, что мера епитимии зависит от состояния кающегося, и срок епитимии может быть сокращен. На практике при применении канонов Церковь учитывает конкретную духовно-историческую обстановку, состояние общества и каждого конкретного человека. Kлирики, впавшие в блуд, извергаются из сана.

Иеромонах Иов (Гумеров) поясняет, почему в наше время духовниками сокращаются сроки епитимии за блудные грехи:

«Для впавших в блуд церковные канонические правила, например святителей Василия Великого, Григория Нисского, также очень строги: им запрещается причащаться, пока они не покаются и не понесут епитимью. О сроках епитимьи умолчу. Такого современный человек просто не выдержит».

Св. Игнатий (Брянчанинов) поясняет, почему павшим в грехи любодеяния необходимо для уврачевания долгое время епитимии:

Грех блуда имеет то свойство, что соединяет два тела, хотя и не законно, в одно тело. По этой причине, хотя он прощается немедленно после раскаяния в нем и исповеди, при непременном условии, чтобы покаявшийся оставил его, но очищение и отрезвление тела и души от блудного греха требует продолжительного времени, чтобы связь и единение, установившиеся между телами... и заразившие душу, обветшали и уничтожились.

 

4. В чём опасность грехов любодеяния?​

Грех любодеяния отлучает от Бога в этой жизни и в будущей. Как уже было показано, Священное Писание говорит, что любодеяние лишает Царствия Небесного:

«Знайте, что никакой блудник, или нечистый, или любостяжатель, который есть идолослужитель, не имеет наследия в царствии Христа и Бога».
(Еф. 5, 5).

«…не обманывайтесь: ни блудники, ни прелюбодея, ни малакии, ни мужеложники царства Божия не наследуют».
(1 Кор. 6, 9, 10).

«Дела плоти известны, они суть: прелюбодеяние, блуд, нечистота, непотребство, безчинство и тому подобное. Предваряю вас, как и прежде предварял, что поступающие так царства Божия не наследуют».
(Гал. 5,19,21).

«Святый да освящается еще; нечистый пусть еще сквернится. Блаженны те, которые соблюдают заповеди Божии, чтобы войти в город (небесный Иерусалим) вратами. А вне псы и любодея и всякий любящий и делающий неправду»
(Откр. 22, 11, 14, 15).

"Скверных и прелюбодеев участь в озере, горящем огнем и серою. Это смерть вторая".

(Откр. 21, 8).

Св. Игнатий Брянчанинов говорит:

В Новом Завете этот грех получил новую тяжесть, потому что тела человеческие получили новое достоинство. Они соделались членами тела Христова, и нарушитель чистоты наносит уже безчестие Христу, расторгает единение с Ним, «уды Христовы» предворяет в «уды блудничи» (1 Кор. 6, 15 ). Любодей казнится смертию душевною. От впавшаго в грех блуда отступает Святый Дух; согрешивший признается впадшим в смертный грех, в грех, отъемлющий спасение, в грех - залог неминуемой погибели и вечнаго томления во аде, если этот грех не уврачуется благовременно покаянием.

Древний патерик:

16. Вопрос: Отчего блудная похоть так сильно воюет в человеке?

Ответ: Потому что диавол знает, что блуд делает нас чуждыми Духа Святого, как говорит Бог: «Не имать Дух Мой пребывати в человецех сих, зане суть плоть» (Быт. 6, 3).

Прот. Глеб Каледа пишет, что оттого, что любодеяние отлучает от Бога, ни за кого так не тяжело молиться, как за впавших в блуд и прелюбодеяние:

«Отречение от Христа и блуд с прелюбодеянием ставят стену между человеком и Богом, через которую трудно возносить молитву близким и любящим, и даже священникам. Как отречение от Сына Человеческого приводит к отпадению от Церкви, так и блуд, если он не растворяется глубочайшим смирением и покаянием, приводит к потере веры. Мы это знаем и на примере мирян, и на примере священников, некоторые из которых, соблудив, лишались сана (по 25-му Правилу святых апостолов и 3-му Правилу Василия Великого) и становились штатными воинствующими безбожниками. Их узнавали по бегающим блудливым глазам.

Только смирение и глубочайшее покаяние могут вернуть отрекшихся от Христа и блудников к Богу, подобно отрекшемуся от Христа ап. Петру, который «выйдя вон, плакал горько» (Мф. 26, 75)».

Авва Матой рассказывал: пришел ко мне брат и говорил, что злословие хуже блуда. Я отвечал ему: жестоко слово твое. Брат говорит мне: а для тебя как кажется это дело? Я сказал ему: хотя злословие худо, но оно скоро врачуется. Часто злословящий раскаивается и говорит: худо говорил я. Но прелюбодеяние по естеству своему есть уже смерть.
(Достопамятные сказания)

Иером. Иов (Гумеров):

"…Почему же Церковь с такой строгостью смотрит на грех блуда и в чем опасность этого греха?

…Для начала вспомним, что такое грех. «Грех есть беззаконие» (1 Ин. 3, 4). То есть нарушение законов духовной жизни. А нарушение как физических, так и духовных законов ведет к беде, к саморазрушению. На грехе, на ошибке ничего хорошего построить нельзя. Если при основании дома допущен серьезный инженерный просчет, дом долго не простоит; такой дом был построен как-то в нашем дачном поселке и через год развалился.

Плотские, интимные отношения между мужчиной и женщиной сами по себе грехом не являются и даже благословляются Богом, но только когда они совершаются в законном браке. Все, что вне брака, является блудом и нарушает Божественное установление, а значит, блудящии идут против Господа. Блуд – грех, беззаконие, нарушение заповеди: «блудники… Царства Божия не наследуют» (1 Кор. 6, 9–10). Если, конечно, не покаются и не перестанут возвращаться к греху.

Люди, ведущие половую жизнь без брака, извращают Божественный замысел о благодатном жизненном союзе. Господь благословляет этот союз: «Что Бог сочетал, того человек да не разлучает» (Мф. 19, 6).

…плотское, интимное общение между мужчиной и женщиной никогда Церковью не возбранялось, даже, наоборот, благословлялось, но только в одном случае – если это брачный союз. И, кстати, не только венчанный, но и просто заключенный по гражданским законам. Ведь и в первые века христианства существовала проблема, когда один из супругов принимал христианство, а другой (или другая) пока еще нет. Апостол Павел не разрешал таким супругам разводиться, признавая, что это тоже брак, пусть пока без благословения церковного.

Тот же апостол пишет о супружеских телесных отношениях: «Муж оказывай жене должное благорасположение; подобно и жена мужу. Жена не властна над своим телом, но муж; равно и муж не властен над своим телом, но жена. Не уклоняйтесь друг от друга, разве по согласию, на время, для упражнения в посте и молитве, а потом опять будьте вместе, чтобы не искушал вас сатана невоздержанием вашим» (1 Кор. 7, 3–5).

Господь благословил брачный союз, благословил плотское общение в нем, служащее деторождению. Муж и жена отныне уже не двое, а «одна плоть» (Быт. 2, 24). …

Телесные отношения – это очень сильное переживание, и они служат еще большей привязанности супругов. «К мужу влечение твое» (Быт. 3, 16), – сказано про жену, и это взаимное влечение супругов также помогает скреплению их союза.

Но то, что благословляется в браке, является грехом, нарушением заповеди, если совершается вне брака. Супружеский союз соединяет мужчину и женщину в «одну плоть» (Еф. 5, 31) для взаимной любви, рождения и воспитания детей. Но Библия говорить нам и о том, что в блуде люди тоже соединяются в «одну плоть», но только уже в грехе и беззаконии – для греховного наслаждения и безответственности: «Разве не знаете, что тела ваши суть члены Христовы? Итак, отниму ли члены у Христа, чтобы сделать их членами блудницы? Да не будет! Или не знаете, что совокупляющийся с блудницей становится одно тело с ней?» (1 Кор. 6, 15-16).

И действительно, каждая беззаконная плотская связь наносит глубокую рану душе и телу человека, и когда он захочет вступить в брак, ему будет очень тяжело носить в себе этот груз и память о прошлых грехах.

Блуд соединяет людей, но для того, чтобы осквернить их тела и души".

Иеромонах Иов (Гумеров) пишет о том, как разрушительны для души и тела последствия блудного грехопадения:

«В святоотеческих творениях есть еще одна особенность: в них подробно говорится о том, насколько блуд является опасным для нравственного здоровья. Он, как сильный яд, отравляет духовный организм, оскверняет весь его состав: «Всякое рабство греху бесславно, ибо бесчестит благородство души; но блудодей есть самый бесславный раб греха, ибо, осужденный им выгребать свои нечистоты, он собирает кучи скверн и исправляет нечистую работу. Не гнусно ли ходить около нечистот, тереться около предметов постыдных, иметь тело, не отличающееся от рубища? Ибо какое различие между рубищем и блудодеем? Он отторгается от тела Церкви, разрушается ежедневным гниением – греховными удовольствиями, отбрасывается, как ненужное рубище, лежит на попрание всем демонам. На нем диавол отпечатлевает свою гнилость. Внешнее положение блудника не менее дурно, как и внутреннее состояние. От него бегут в домах, отвращаются в собраниях; он оскорбление для сближающихся с ним, предмет презрения для враждебных ему, позор для родственников; его проклинают служители, он печаль родителям, посмешище для домашних, предмет для смеха и разговора соседям; его отвергают при попытках жениться; после брака он подозрительный супруг. Видя блудодеяние матерью такого множества зол, <апостол> Павел заповедует победительное бегство: бегайте блудодеяния (см.: 1 Кор. 6, 18)» (Святитель Григорий Нисский).

Человек, разрешая себе половые связи до брака, нарушает свою духовную природу и очень ослабляет волю, открывает ворота греху: он уже дал слабину, и ему очень трудно противостоять соблазнам. Не научившись воздержанию до брака, он и в браке не будет воздержан, не переродится чудесным образом. Если для парня «переспать» с девушкой так же легко, как сводить ее в кино, то он столь же легко даст себе разрешение на нескромные взгляды по сторонам, будучи женатым, а потом уже и на измену в браке. Нарушая свое девство до брака, человек очень многое теряет, он уже никогда не сможет ощущать тех радостных переживаний, новизны, чистоты отношений, которые даются целомудренным людям. Сексуальные связи не проходят бесследно, и люди, имевшие нескольких партнеров до брака, понесут это все в семью, что, конечно, очень повредит и их любимым, и им самим. Предыдущие связи, сексуальный опыт могут быть чрезвычайно яркими впечатлениями, и они будут очень сильно мешать установлению хороших, гармоничных отношений в семье – как поется в одном популярном шлягере: «И когда я ее обнимаю, все равно про тебя вспоминаю». И вполне возможно, парень «с опытом», обнимая и целуя жену, будет в этот момент думать совсем о другой. … Сексуальная энергия – это огромная сила, энергия пола, и человек просто обязан научиться держать ее под контролем, иначе рискует превратиться в сексуально озабоченное, больное и физически, и психически существо.

…грех разрушает духовную и физическую природу, он является нарушением духовных законов. Они существуют объективно, независимо от нашей воли, как и законы физики. Можно не верить, что существует гравитация (земное притяжение), но, шагнув из окна пятого этажа, разобьешься или сильно покалечишься. Нарушая духовные законы, мы повреждаем строй нашей души, наносим ей рану и потом расплачиваемся за это. Если люди не хранят чистоту до брака, если до свадьбы будущие супруги состояли в незаконном сожительстве, если изменяли своим женам или мужьям, бесследно это не проходит. В браке и просто в жизни они будут за это платить скорбями, семейными неурядицами и проблемами. Знаю немало примеров, когда в парах, где супруги начинали половую жизнь до брака, очень скоро начинались супружеские измены и семейные конфликты.

Грех блуда по своей природе равнозначен преступлению Адама, которое повредило человеческую природу. «Очевидно, что праотцы, оказав преслушание Богу и склонившись в послушание диаволу, сами себя сделали чуждыми Бога, сами себя сделали рабами диавола. Обещанная им смерть за преступление заповеди тотчас объяла их: Дух Святой, обитавший в них, отступил от них. Они были предоставлены собственному естеству, зараженному греховным ядом. Этот яд сообщил человеческому естеству диавол из своего растленного естества, преисполненного греха и смерти» (Святитель Игнатий (Брянчанинов). Слово о человеке)».

Святитель Игнатий Брянчанинов пишет о разрушительном действии любодеяния:

"…помышления злая», к которым причисляются помышления блудныя, «исходят от сердца, оскверняют человека» (Мф. 15, 19-20), «отлучают от Бога» (Прем. Сол. 1, 3), отъемлют чистоту - средство Богозрения. Услаждение блудными помыслами и ощущениями есть блуд сердца и осквернение человека, соделывающия его неспособным к общению с Богом, а блуд тела есть изменение всего человеческаго существа от смешения с другим телом (1 Кор. 6, 16), есть совершенное отчуждение от Бога, есть смерть, есть погибель".

Преп. Иоанн Лествичник:​

Господь, как нетленный и бестелесный, радуется о чистоте и нетлении нашего тела; бесы же, по утверждению некоторых, ни о чем другом столько не веселятся, как о злосмрадии блуда, и никакой страсти не любят так, как оскверняющую тело.

Если «всяк бо грех, егоже аще сотворит человек, кроме тела есть, а блудяй во свое тело согрешает» (1 Кор. 6, 18), то это, без сомнения, потому, что истечением оскверняется самое существо нашей плоти, а в другом грехе невозможно этому быть. Спрашиваю здесь, почему о согрешающих всяким другим грехом мы обыкновенно говорим только: «Он согрешил», а когда слышим, что кто-нибудь сделал блуд, то с прискорбием говорим: «Такой-то пал?»

Один мудрый муж предложил мне страшный вопрос: «Какой грех, - сказал он, - после человекоубийства и отречения от Христа, есть тягчайший из всех?» И когда я ответил: «Впасть в ересь», тогда он возразил: «Как же Соборная Церковь принимает еретиков и удостоивает их причащения Святых Таин, когда они искренно анафематствуют свою ересь; а соблудившего, хотя он и исповедал сей грех и перестал делать его, принимая, отлучают на целые годы от Пречистых Таин, как повелевают Апостольские правила?» Я поражен был недоумением, а недоумение это осталось недоумением и без разрешения.

Священник Максим Первозванский:​

«Смертный грех неизбежно травмирует душу и оставляет шрамы. Такому человеку даже после принесенного Богу покаяния и помилования трудно бывает строить духовную жизнь. Он мучительно чувствует внутреннюю немощь. По словам святителя Иоанна Златоуста: «В Новом Завете [грех блуда] получил новую тяжесть, потому что человеческие тела получили новое достоинство. Они сделались членами тела Христова и нарушитель чистоты наносит уже бесчестие Христу, расторгает единение с Ним. Любодей казнится смертью душевной, от него отступает Святой Дух».

Если человек нарушает заповедь, что-то внутри него обязательно ломается. Это называется таким знакомым словом грех. Грехи бывают разными по степени тяжести, есть среди них смертные – когда человек получает очень тяжелое ранение в душу. Эти раны порой болят сильнее физических и очень долго не проходят, хотя внешне их зачастую не видно.

С точки зрения Церкви, последствия внебрачного сожительства, то есть блуда остаются на годы. Теряется радость жизни, смысл жизни, наступает тяжелое душевное «похмелье».

Св. Игнатий (Брянчанинов) пишет, что, если человек не раскаялся в грехе любодеяния, то ничто не спасёт его от ада, никакие добрые дела:

«Но бедственно пребывать в смертном грехе, бедственно — когда смертный грех обратится в навык! Никакие добрые дела не могут искупить из ада душу, не очистившуюся до разлучения своего с телом от смертного греха.

В царствование греческого императора Льва жил в Константинополе человек очень славный и богатый, подававший обильную милостыню нищим. К несчастию, он предавался греху прелюбодеяния, и пребыл в нем до старости, потому что от времени укрепился в нем обычай злой. Непрестанно подавая милостыню, он не отступал от прелюбодеяния — и внезапно умер.

Много рассуждал о его вечной участи патриарх Геннадий с другими епископами. Одни говорили, что он спасен, по сказанному в Писании: «избавление мужа души свое ему богатство» (Притч. 13, 8). Другие утверждали против этого, что рабу Божию должно быть непорочну и нескверну, потому что также сказано в Писании: «аще и весь закон исполнит человек [иже бо весь закон соблюдет], согрешит же во единем, бысть всем повинен» (Иак. 2, 10,11), «не помянется вся правда его» (Ср.: Иез. 33, 13); и Бог сказал: «в чем тебя застану, в том и буду судить» (Ср.: Иез. 33, 20).

Патриарх повелел всем монастырям и всем затворникам просить у Бога, чтоб открыл о судьбе почившего, и Бог открыл о ней некоторому затворнику. Он пригласил патриарха к себе и поведал ему пред всеми: «В прошедшую ночь я был на молитве и увидел некоторое место, имеющее по правую руку рай, исполненный неизреченных благ, по левую же — огненное озеро, которого пламень восходил до облаков. Между блаженным раем и страшным пламенем стоял умерший связанным и стонал ужасно; он часто обращал взоры к раю и предавался горьким рыданиям. И видел я светоносного Ангела, приступившего к нему, и сказавшего «Человек! что ты стонешь напрасно? Вот, ради милостыни твоей, ты избавлен муки; а за то, что не оставил скверного любодеяния, ты лишен блаженного рая». Патриарх и бывшие с ним, услышав это, объяты были страхом и сказали: «Истину провещал апостол Павел: «бегайте блудодеяния: всяк (бо) грех, егоже сотворит человек, кроме тела есть: а блудяй в свое тело согрешает»« (1 Кор. 6, 18).

Где те, которые говорят: если и впадем в любодеяние, то спасемся милостынею? Милостивый, если он милостив истинно, то должен прежде помиловать самого себя и приобрести чистоту тела, без которой никто не узрит Бога. Не приносит никакой пользы сребро, раздаваемое рукою нечистою и душою нераскаянною [Пролог, 12 августа]».

5. Причины блудной брани​

Одна из основных причин падения в блуд – мысленное склонение ко греху, услаждение блудными, нечистыми помыслами, нетрезвенная жизнь.

Игумен Никон (Воробьёв) пишет об этом:

«Твёрдо знай, что если человек от глубины души не захочет сделать греха, весь ад не повредит ему. Потому, что с ним будет всегда помощь Божия; а если сам человек склоняется на грех, будет мыслями сначала беседовать, а не отвергать злых помыслов, как ядовитую гадину, то враг найдёт вход в сердце, и Господь попустит быть греху.

Вот, поэтому и надо бодрствовать и не пригревать в мыслях или в сердце какой-нибудь гадины, чтобы она не ужалила. Только бодрствованием, удерживанием своих внешних чувств (зрения, слуха, осязания) и непрестанным, по возможности, призыванием имени Божия можно побороть все вражие вылазки, не допустить себя до большого греха. …

Нет другого пути и средств для очищения себя: бодрствуйте и молитесь, да сподобитесь избежать всех бедствий от своей греховной природы и от врагов и их орудий».

Святые отцы учат, что в грех любодеяния падает тот, кто перед этим уже подпал под власть другой, главенствующей, страсти: чревоугодия, сластолюбия, славолюбия, тщеславия, осуждения, гнева, высокоумия.

Преп. Амвросий Оптинский​

:

"Святой Марк Подвижник говорит в своем законе духовном: «корень похоти — любление похвалы и славы человеческой». Усиливается же похоть, как говорят другие святые отцы, когда человек любит покой телесный (в пище, питии и сне) и особенно когда не хранит своих очей от предметов соблазняющих".

Преподобный Исайя Отшельник говорил, что блудная брань усиливается от следующих пяти поводов: от празднословия, тщеславия, многаго сна, от украшения себя одеждами и от пресыщения.

Преп. Иоанн Кассиан Римлянин:

«…где находится яд гнева, там произойдет и воспламенение похоти».

Преп. Иоанн Лествичник:

«Насыщение есть мать блуда, а утеснение чрева – виновник чистоты.

Матерь блуда есть объядение…

Кто служит своем чреву и между тем хочет победить духа блуда, тот подобен угашающему пожар маслом.

По пресыщении нашем сей нечистый дух отходит и посылает на нас духа блудного, он возвещает ему, в каком состоянии мы остались, и говорит: «Иди, возмути такого-то, чрево его пресыщено и потому ты немного будешь трудиться». Сей, пришедши, улыбается и, связав нам руки и ноги сном, уже все, что хочет, делает с нами, оскверняет душу мерзкими мечтаниями и тело истечениями.

«Мы слышали от неистового объядения, что блудная брань в теле есть его исчадие, и это неудивительно. …Посему соблюдающие первую заповедь (о воздержании) не впадают во второе преступление (нарушение целомудрия)…»

Кто ласкает льва, тот часто укрощает его, а кто угождает телу, тот усиливает его свирепость.

Бодрый инок – враг блуда, сонливый же – друг ему.

Мучительный дух сонливости … Особенно он воздвигает брань против новоначальных, чтобы они разленились при самом начале подвига или чтобы приготовить вход бесу блуда.

«Если свяжу ее постом, то, осудив ближнего, снова предаюсь ей; если, перестав осуждать других, побеждаю ее, то, вознесшись сердцем, опять бываю ею низлагаем».

«С новоначальными телесные падения случаются обыкновенно от наслаждения снедями, со средними они бывают от высокоумия и от той же причины, как и с новоначальными, но с приближающимися к совершенству они случаются только от осуждения ближних».

Игумен Никон (Воробьёв):

«… за высокоумие, гордость или постоянное злое осуждение ближних попускается падение человеку».

Преп. Варсануфий и Иоанн:

…Что же касается до сильного отягощения твоего блудными помыслами, — это случается оттого, что думаешь о ближнем злое и осуждаешь его; бывает и от свободного общения с теми, с которыми я говорил тебе не общаться.

Св. Игнатий (Брянчанинов) объясняет, почему Бог попускает блудную брань на грешащих осуждением и презрением ближних:

«…иные постятся, живут уединенно и нестяжательно, умоляют Бога об обуздании похотений естества своего; но при этом позволяют себе злоречить, укорять, осуждать ближних, насмехаться над ними, - и помощь Божия отступает от них; они предоставляются самим себе, и не находят сил противостать греховным побуждениям падшей природы. В некотором общежитии жил затворник по имени Тимофей. Один из братий общежития подвергся искушению. Настоятель, узнав об этом, спросил Тимофея, как поступить ему с падшим братом? Затворник посоветовал выгнать соблазнившагося. Когда его выгнали, - искушение падшаго брата перешло к Тимофею, и привело его в опасность. Тимофей начал вопиять со слезами к Богу о помощи и помиловании. И был к нему глас: "Тимофей! знай, что я послал тебе искушение именно за то, что ты презрел брата своего во время искушения его" (Достопамятныя сказания об авве Пимене, гл.70). С членами Христовыми - христианами - должно обходиться очень осторожно и благоразумно: должно сострадать им в недугах их, и отсекать только те, которые, не подавая надежды к выздоровлению, лишь заражают недугом своим других».

Евагрий Понтийский:​

Из бесов, противостоящих [духовному] деланию, первыми выступают те, которым вверены аппетиты чревоугодия, а также те, которые побуждают нас [к исканию] славы человеческой. Все другие [бесы] следуют за этими, воспринимая от предшественников [души] уязвленных ими. Ибо нельзя попасть в руки духа блуда тому, кто перед этим не впал [в страсть] чревоугодия… И сказать кратко: нельзя человеку попасть [в руки какому-либо] бесу, если он прежде не был уязвлен предстоятелями [бесов].

…Когда ум отшельников достигает некоторого бесстрастия, то сразу же он приобретает коня тщеславия и скачет [на нем] по городам, упиваясь неумеренной похвалой [тщетной] славы. Тогда, по Домостроительству [Божиему], его встречает дух блуда и запирает в один из хлевов. Так он научает ум не оставлять свой одр до полного выздоровления и не уподобляться тем беспутным больным, которые, еще нося остатки недуга в себе, пускаются в путешествия, позволяют себе несвоевременно посещать бани, а поэтому опять впадают в прежние болезни.

Преп. Исаак Сирин:​

Когда тело твое будет укрощено воздержанием, бдением и внимательностию безмолвия (т. е. внимательным (старательным) безмолвием), но почувствуешь, что тело твое, без естественного движения, находится в остроте блудной страсти, тогда знай, что искушен ты помыслом гордыни. Посему примешай пепла в пищу свою, прилепи к земле чрево свое и исследуй, о чем ты помышлял, уразумей изменение естества своего и противоестественные дела свои, и тогда, может быть, помилует тебя Бог, пошлет тебе свет, чтобы научиться тебе смирению и не возрастало в тебе зло твое. Посему не перестанем подвизаться и прилагать старание, пока не увидим в себе покаяния, не обретем смирения и не упокоится сердце наше в Боге.

… Если же увлекаемся иногда чувственным (от чего и раздражительность принимает обыкновенно противоестественное стремление) и предаемся или ядению, или питию, в превосходящем меру количестве, или сближению с женщинами и смотрению на них, или беседам о них, чем воспламеняется и быстро распространяется в теле огонь похотения, то естественную кротость свою изменяем при этом в свирепость… Бывает же иногда движение в членах и по Божию попущению за наше самомнение… О сей же брани, которая бывает вследствие попущения по причине нашего самомнения, знаем, что, когда долгое время бываем внимательными к себе и трудимся, даже почитаем себя преуспевшими несколько, попускается терпеть нам сию брань, чтобы научиться смирению. Прочие же брани, без этой причины бывающие нам не по силам, происходят от нашей лености. Ибо естество, когда по чревоугодию принимает в себя некое добавление к чувственному, не соглашается уже хранить тот порядок, какой установлен при его создании.

Преп. Иоанн Кассиан Римлянин наставляет, от какого порока происходит ночное обольщение:

Качество помыслов, охраняемых в течение дня небрежно, обнаруживается во время ночного покоя; и потому, когда случается какое-нибудь такое обольщение, то вину этого надо искать не во сне, а в нерадении предшествующего времени. Это есть обнаружение скрывающейся внутри болезни, не порожденной изначально ночным временем, а скрытую во внутренних изгибах души вывело на поверхность кожи во время сна, обличая тайную горячку страсти, которую мы произвели в течение дня, питаясь вредными помыслами. Так как и болезни телесные не тогда начинаются, когда обнаруживаются въяве, а произошли они от нерадения в прежнее время, когда от неразумного употребления пищи, противной здоровью, произведены вредные, смертоносные соки.

Иеромонах Иов (Гумеров):​

«Всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем» (Мф. 5, 28). Вот где начало страсти. Человек впускает ее в сердце, услаждается ею, а там уже недалеко и до телесного греха.

Да, грех исходит из сердца, но в сердце он тоже как-то попадает. Попадает из нескольких источников. Блудная страсть, как говорят святые отцы, напрямую связана … со страстью чревоугодия, телесного пресыщения и излишнего винопития. «Воздержание порождает целомудрие, чревоугодие же есть матерь блудной похотливости». Вспомним еще: «Не упивайтесь вином, от которого бывает распутство» (Еф. 5, 18). Любообъедение – страсть плотская, и обуздать ее можно, приучая плоть к воздержанию и умеренности. Жирная, сытная, острая пища, обильное винопитие – все это очень горячит кровь, вызывает игру гормонов, возбуждает. Это общеизвестный факт.

Другой фактор, влияющий на буйство плоти, – это нехранение зрения и других чувств. … Можно ли уберечься от всей этой скверны, которая буквально преследует нас на каждом шагу? Сложно, но можно. Господь не дает испытания не по силам. И тот человек, который хочет хранить свою душу и тело в чистоте, сможет это сделать даже в Содоме, подобно праведному Лоту».

6. Принятие нечистых помыслов – это уже грех любодеяния


Принятие нечистых помыслов, медление в них, обдумывание любодеяния и совершение его в мыслях – это не только одна из причин впадения телом в блудный грех, это само по себе также тяжёлый грех, по слову св. Игнатия (Брянчанинова) – это «блуд сердца и осквернение человека, соделывающия его неспособным к общению с Богом».

Господь Иисус Христос говорит:

«А Я говорю вам, что всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем».
(Мф. 5, 28)

Авва Геронтий Петрский говорил: многие, искушаемые плотскими вожделениями, не совокупляясь телесно блудодействовали мыслью, и сохраняя тело девственным, блудодействовали в душе. Посему, возлюбленные, хорошо исполнять слова Писания: "всяцем хранением блюди каждый твое сердце" (Притч. 4, 23).
(Древний патерик)

Преп. Макарий Египетский учит:​

«А если видимо соблюдаешь тело свое от растления и блуда, внутренне же ты любодействовал и творил блуд в помыслах своих, то прелюбодей ты пред Богом, и не принесет тебе пользы девственное тело твое. Как если юноша, хитростью обольстив девицу, растлит ее, то мерзкою она делается жениху своему за любодейство, так и бесплотная душа, вступающая в общение с живущим внутри змием, лукавым духом, блудодействует пред Богом. И написано, «всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем» (Мф. 5, 28). Ибо есть блуд, совершаемый телесно, и есть блуд души, вступающий в общение с сатаною. Одна и та же душа бывает сообщницею и сестрою или демонов, или Бога и Ангелов, и прелюбодействуя с дьяволом, делается уже неблагопотребною для небесного Жениха.

Как тело, совокупляясь с другим телом, заражается нечистотою: так и душа, сочетаваясь со злыми и скверными помыслами, и соглашаясь с ними заодно, растлевается. Если кто растлит душу и ум, соглашаясь со злом: тот повинен казни. Должно хранить как тело от видимаго греха, так и душу от непотребных помыслов: ибо она - невеста Христова».

Преп. Нил Сорский:​

Целомудрие и чистота не ко внешнему только житию относятся, но обителью целомудрия должен быть потаенный сердца человек, соблюдающий себя от скверных помыслов: сие-то пред Богом многоценно и вселюбезно, а кто часто предается блудным мыслям и сквернит себя ими, тот любодействует в сердце своем, - сказали отцы, - и если не соблюдает себя, то от мыслей и к самому делу приходит. А сколь велико бедствие - это самое дело - видно из того, что ни один грех не называется таким именем, каким сей грех называется у отцов: они именуют его падением; ибо впадший в него становится бездерзновенен и сильно влечется к отчаянию.

Преп. Иоанн Кассиан Римлянин:​

… нерастленность плоти состоит не только в воздержании от женщины, но и в непорочности сердца, которая всегда охраняет нерастленную святыню тела страхом Божиим или любовью целомудрия.

Преп. Нил Синайский:​

Разумей, что отдельные виды блуда бывают совокуплены вместе — блуд телесный и блуд духовный. Когда блудный помысел срастворяется с духом твоим, тогда душа твоя сочетавается с обольстительным в ней отпечатлением.

Преп. Варсануфий и Иоанн:​

253. Тот же брат, будучи борим тою же блудною страстью, просил того же великого старца помолиться о нём и сказать ему, как распознать, своею ли похотью искушается человек или врагом.

Ответ. …Если позволить мысли обращаться в сем, то умножится брань до падения, хотя и не телом, но духом, в согласии с помыслами, и оказывается, что такой человек сам зажигает огонь в своем веществе. …

Преп. Иоанн Лествичник в главе Лествицы, посвящённой целомудрию, учит о степенях мысленной брани с грехом:

«Нечистые и постыдные помышления обыкновенно рождаются в сердце от беса блуда, сего сердцеобольстителя, но их исцеляет воздержание и вменение их ни во что.

…По определению рассудительных отцов, иное есть прилог, - иное – сочетание, иное – сосложение; иное – пленение, иное – борьба и иное так называемая страсть в душе. Блаженные сии определяют, что прилог есть простое слово или образ какого-нибудь предмета, вновь являющийся уму и вносимый в сердце; а сочетание есть собеседование с явившимся образом по страсти или бесстрастно; сосложение же есть согласие души с представившимся помыслом, соединенное с услаждением; пленение есть насильственное и невольное увлечение сердца или продолжительное мысленное совокупление с предметом, разоряющее наше доброе устроение; борьбою называют равенство сил борющего и боримого в брани, где последний произвольно или побеждает, или бывает побеждаем; страстию называют уже самый порок, от долгого времени вгнездившийся в душе и через навык сделавшийся как бы природным ее свойством, так что душа уже произвольно и сама собою к нему стремится. Из всех сих первое безгрешно, второе же не совсем без греха, а третие судится по устроению подвизающегося; борьба бывает причиною венцов или мучений; пленение же иначе судится во время молитвы, иначе в другое время, иначе в отношении предметов безразличных, то есть ни худых, ни добрых, и иначе в худых помышлениях. Страсть же, без сомнения, подлежит во всех или соразмерному покаянию, или будущей муке; но кто первое (то есть прилог в мысли) помышляет бесстрастно [4], тот одним разом отсекает все последнее.

Просвещеннейшие и рассудительнейшие из отцов приметили еще иной помысл, который утонченнее всех вышепоказанных. Его называют набегом мысли, и он проходит в душе столь быстро, что без времени, без слова и образа мгновенно представляет подвизающемуся страсть. В плотской брани между духами злобы ни одного нет быстрее и неприметнее сего. Он одним тонким воспоминанием, без сочетания, без продолжения времени, неизъяснимым, а в некоторых даже неведомым образом вдруг является своим присутствием в душе. Кто плачем успел постигнуть такую тонкость помысла, тот может нас научить, каким образом одним оком, и простым взглядом, и осязанием руки, и слышанием песни без всякой мысли и помысла душа может любодействовать страстно».

Таким образом, святые отцы учат, что прилог не является грехом, так как мысль пришла к нам без участия нашей воли. Но сочетание, сложение и дальнейшее – уже грешно, так как мы уже размышляем с участием нашей воли.

Св. Игнатий Брянчанинов показывает различие между духовным и телесным блудным грехом, утверждая при этом, что оба они лишают грешника богообщения:

«Особенно тяжелое впечатление производит на нас услаждение плотскими вожделениями. Отцы называют их осквернителями духовного храма Божия.

Некоторые утверждают, что впадение в блудный грех телом и впадение в него умом и сердцем есть преступление одинаковой тяжести и значения. Такое мнение свое они основывают на словах Спасителя: «Всяк, иже воззрит на жену, ко еже вожделети ея, уже любодействова с нею в сердце своем» (Мф. 5, 28). Несправедливое мнение! Это сказано в дополнение ветхозаветной заповеди; это сказано тем, которые признавали грехом один телесный блуд, не понимая, что «помышления злая», к которым причисляются помышления блудныя, «исходят от сердца, оскверняют человека» (Матф. 15, 19-20), «отлучают от Бога» (Прем. Сол. 1,3), отъемлют чистоту - средство Богозрения. Услаждение блудными помыслами и ощущениями есть блуд сердца и осквернение человека, соделывающия его неспособным к общению с Богом, а блуд тела есть изменение всего человеческаго существа от смешения с другим телом (1Кор. 6,16), есть совершенное отчуждение от Бога, есть смерть, есть погибель. Чтобы выдти из перваго состояния, должно изтрезвиться; чтоб выдти из втораго, должно воскреснуть, должно снова родиться покаянием».

 

Преподобный Ефрем Сирин:​

«Если кто разорит храм Божий, того покарает Бог» (1 Кор. 3, 17),- говорит Священное Писание... Усиленно сопротивляйся демону блуда; не соглашайся увлечься помыслом, потому что от искры разгораются угли и от дурной мысли умножаются дурные пожелания. Старайся истреблять и воспоминания о них».

"...никто да не надеется достигнуть покоя (в сем деле), предавая себя в послушание внушениям врага, ибо тогда мучитель сей будет держать их в плену чрез помыслы и услаждения похотные, хотя без дел срамных. В таком положении, поелику они не познали жены, враг внушает им мысль приписывать себе девство, тогда как все тело исполнено у них скверны похотной. Так враг делает, что величаются они, как свободные от греха, тогда как он насыщает их «гроздом желчи и гроздом горести»" (Втор. 32, 32).

О гибельности нечистых помыслов свидетельствуют Предание Церкви и святые отцы:

«В некотором женском монастыре жила при игумении ее племянница, прекрасная собою, по наружности, и неукоризненного поведения. Все сестры любовались и назидались ее ангеловидностию и необыкновенною скромностию. Она скончалась. Ее похоронили торжественно, в твердой уверенности, что чистая душа ее воспарила в райские обители.

Огорченная разлукою с нею, игумения предавалась непрестанной молитве, усиливая эту молитву постом и бдением, и просила Господа, чтоб Он открыл ей, какой небесной славы удостоилась ее племянница в лике блаженствующих девственниц? Однажды, когда игуменья, в келейной тишине преполовляющейся ночи, стояла на молитве, — внезапно расступилась земля под ее ногами и клокочущая огненная лава потекла пред взорами молившейся. Вне себя от испуга, она взглянула в открывшуюся пред нею пропасть — и видит среди адского пламени свою племянницу.

— Боже мой! — отчаянно воскликнула она. — Тебя ли вижу я?

— Да, — со страшным стоном произнесла погибшая.

— За что ж это? — с горестью и участием спросила старица. — Я надеялась видеть тебя в райской славе, в ликах ангельских, среди непорочных агниц Христовых, а ты… За что это?

— Горе мне окаянной! — простонала мучившаяся. — Я сама виною вечной моей смерти в этом пламени, непрестанно пожирающем, но не уничтожающем меня. Ты хотела видеть меня — и Бог открыл тебе тайну моего положения.

— За что ж это? — снова сквозь слезы спросила игумения.

— За то, — отвечала мучившаяся, — что я в виду вашем казалась девственницею, непорочным ангелом, а на самом деле была не то. Я не осквернила себя плотским грехом, но мои мысли, мои тайные желания и преступные мечты свели меня в геенну. При непорочности моего девического тела, я не умела сохранить в непорочности мою душу, мои мысли и движения сердечные, и за это я предана муке. По неосторожности моей я питала в себе чувство сердечной привязанности к одному юноше, услаждалась в моих мыслях и мечтах представлением его прекрасного вида и соединением с ним, и, понимая, что это грех, совестилась открыться в нем духовнику при исповеди. Следствием порочного услаждения нечистыми мыслями и мечтаниями было то, что по кончине моей святые Ангелы возгнушались мною и оставили меня в руках демонов. И вот теперь я горю в геенском пламени, вечно буду гореть и никогда, никогда не сгорю, нет конца мучению для отверженных небом!

Сказав это, несчастная застонала — застонала, заскрежетала зубами и, подхваченная пылающею лавою, скрылась со всем видением от взоров игумении.
(Святогорца письмо 16)

Св. Игнатий (Брянчанинов):
​

Бежим, бежим убийцы нашего — греха! Бежим греха не только смертного, но и простительного, чтоб он не обратился от небрежения нашего в страсть, низводящую в ад наравне с смертным грехом. Есть грехи простительные. Так, если случится кому увлечься чревообъядением, блудным воззрением и помышлением, произнести гнилое слово, солгать, украсть что-либо маловажное, потщеславиться, погордиться, прогневаться, на короткое время огорчиться или воспамятозлобствовать на ближнего, во всех таких увлечениях, по немощи человеческой, когда за ними следует сознание и раскаяние, мы удобно получаем прощение от милосердого Бога. Простительный грех не разлучает христианина с Божественною благодатию и не умерщвляет души его, как делает то смертный грех; но и простительные грехи пагубны, когда не раскаяваемся в них, а только умножаем бремя их. По сравнению, сделанному святыми Отцами, одинаково может потопить человека и навязанный на шею тяжелый камень и навязанный мешок с песком: так одинаково влекут в адскую пропасть и смертный грех и накопленное множество малых, простительных грехов.

Преп. Иоанн Кассиан Римлянин наставляет хранить сердце от нечистых помыслов и чувств:

«Итак, сначала со всей осмотрительностью должны быть очищены тайники нашего сердца. Ибо то, чего ветхозаветные желают достигнуть чистотой тела, — мы должны иметь в тайниках совести, пребывая в которой, Господь — советник и подвигоположник — всегда смотрит на подвиг нашего течения и борьбы, чтобы мы неосторожным помышлением не допустили возникнуть и внутри тому, что боимся сделать открыто; и что стыдимся обнаружить перед людьми, тем не должны оскверняться и тайным согласием. Хоть оно и могло бы укрыться от знания людей, но не сможет утаиться от знания ангелов и самого всемогущего Бога, от которого не укроются никакие тайны.

Чистота плоти не может быть приобретена без чистоты сердца.

И потому Творец и Создатель человеческого рода — Бог, лучше всех зная природу и исправление Своего творения, там приложил старание целительства, где находится начальная причина болезни. Спаситель говорит: «всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с ней в сердце своем» (Мф. 5, 28)».

7. Обманы блудного беса​

Святые отцы учат нас быть внимательными к нашим чувствам и мыслям, чтобы не впасть в грех, поддавшись на обманы и подлоги нечистых духов. Блудные бесы часто представляют добрым и полезным то, что на самом деле ведёт к возрастанию блудной страсти. О том, к каким уловкам они прибегают, пишут святые подвижники, познавшие это на собственном опыте.

Преп. Иоанн Лествичник:​

Будучи в искушении, я ощутил, что сей волк хочет обольстить меня, производя в душе моей бессловесную радость, слезы и утешение, и по младенчеству своему я думал, что я получил плод благодати, а не тщету и прелесть.

Склонные к сладострастию часто бывают сострадательны и милостивы, скоры на слезы и ласковы, но пекущиеся о чистоте не бывают таковы.

Будем испытывать, исследовать и наблюдать, какая сладость происходит в нас при псалмопении от беса блуда и какая – от словес Духа и заключающейся в них благодати и силы.

Не забывайся, юноша! Я видел, что некоторые от души молились о своих возлюбленных, будучи движимы духом блуда, и думали, что они исполняют долг памяти и закон любви.

Никто в продолжение дня не представляй себе в уме случающихся во сне мечтаний, ибо и то есть в намерении бесов, чтобы сновидениями осквернять нас бодрствующих.

Услышим и о другом коварстве наших врагов. Как снеди, вредные для тела, по некотором времени или день спустя производят в нас болезнь, так весьма часто действуют и причины, оскверняющие душу. Видел я наслаждающихся и не вдруг боримых; видел, что некоторые едят и пребывают с женщинами и в то время не имеют никакого худого помышления; но когда они обольстились самонадеянностью и возмечтали, что имеют мир и утверждение, то внезапно подверглись погибели в своей келлии. А какая это погибель, телесная и душевная, которой человек может подвергаться один, знает тот, кто находился в сем искушении, а кто не был искушен, тому и знать не надобно.

Все вы, желающие обучиться чистоте, услышьте еще об одной хитрости и коварстве обольстителя душ и будьте осторожны. Некто собственным опытом изведал сей обман его и сказывал мне, что бес плотского сладострастия весьма часто вовсе скрывает себя, наводит на инока крайнее благоговение и производит в нем источники слез, когда он сидит и беседует с женщинами, и подстрекает его учить их памятованию о смерти, о последнем суде и хранению целомудрия, чтобы сии окаянные, прельстившись его словами и притворным благоговением, прибегнули к этому волку как к пастырю; но окаяннейший оный, от близкого знакомства получив дерзновение, наконец подвергается падению.

Все бесы покушаются сначала помрачить наш ум, а потом уже внушают то, что хотят; ибо если ум не смежит очей своих, то сокровище наше не будет похищено; но блудный бес гораздо больше всех употребляет это средство».

Преп. Нил Синайский предупреждает о коварных приёмах блудного беса, искушающего подвижника:

«Если страсть похотная при обращении с женщинами будет покойна, не верь обещаемому ею бесстрастию, ибо и пес окруженный толпою, машет хвостом, но, когда выйдет из нее, тотчас оказывает свойственную ему лютость.

Когда воспоминание о женщине станет бесстрастно, тогда заключай, что вступил ты в пределы целомудрия. Когда же представляемый тобою образ ея за душу тебя берет, тогда знай, что ты еще чужд этой добродетели. Но и в первом случае не останавливайся на таковых помыслах и долго не беседуй мысленно с женским образом, потому что страсть сия любит возвращаться назад, и опасность от нее близка.

Не приучай помысла входить в собеседование с сластями похоти, потому что в сонме страстных мыслей и движений разгорается огнь (Пс. 105,18). Они, разгоряча тебя, заставят думать, что трудно удержать огнь естества, что не в силах ты далее делать насилие естеству и что, хотя сегодня согрешишь по нужде, но завтра покаешься по заповеди, ибо закон (христианский) человеколюбив, легко прощает грех кающимся. При этом представят тебе в пример, как некоторые после воздержания пали и снова покаялись, придавая вероятность обольстительному совету своему, чтоб, сокрушив твердость сопротивоборства этою надеждою легкого снова обращения чрез покаяние, храм целомудрия сделать домом блуда.

Смотри, человек воздержания, под предлогом покаяния не обольщайся неизвестными надеждами, ибо многие, пав, немедленно похищены смертию, а другие не в силах были встать (от падения), привычкою к сластям похотным связанные, как законом. Почему знаешь ты, человек, будешь ли жив и покаешься ли, что назначаешь себе годы жизни?»

Св. Игнатий (Брянчанинов) пишет своей духовной дочери, боровшейся с блудным искушением, что она, думая, что мысленно общается с человеком, на самом деле общалась с блудным бесом:

««Противьтесь диаволу, и бежит от вас, - сказал св. Апостол Иаков, - противьтесь не соглашаясь со влагаемыми ими помышлениями, и исповедуйте их». Всякое лицо, чье бы оно ни было, когда является воображению, возбуждая нечистыя мысли и помышления, есть лице диавольское, т.е. самаго диавола, который во время греховнаго искушения предстоит душе и обманывает ее принятою личиною, способною возбудить страсть, по настроению души. Сочетавшийся с греховными помышлениями и мечтаниями, сочетавается с самим сатаною и подчиняется ему в сей век и в будущий: почему необходимо бороться с помыслами».

Этому же учит преп. Нил Синайский:​

Демон принимает на себя лице женское, чтобы обольстить душу к смешению с ним. Облик образа (жены) принимает на себя бесплотный демон, чтобы похотливым помыслом ввести душу в блуд. Не увлекайся же неимеющим существенности призраком, чтоб не сделать чего-либо подобного и плотию. Обольщены бывают духом блуда все такие, не отражающие крестом внутреннего прелюбодеяния.

Евагрий Понтийский также пишет, что образы, представляемые нами во время блудной брани, создаются бесами:

«…следует хранить свой ум во время искушений, ибо когда появляется бес, ум сразу же воспринимает этот внешний вид своего собственного тела и [посредством него] вступает внутри [души] в брань с братом или совершает совокупление с женщиной. Такого [человека] Христос в Евангелиях назвал прелюбодеем, который прелюбодействует в сердце [своем] с женой ближнего (Мф. 5, 28). Без подобного внешнего образа ум никогда не может прелюбодействовать, будучи нетелесным, и без подобных умопредставлений он не способен приблизиться к какой-либо чувственной вещи; эти же умопредставления [уже] суть прегрешения. …Поэтому отшельнику следует внимать самому себе, «да не будет слово тайно в сердце твоем беззакония» (Втор. 15, 9), ибо во время искушений, когда появляется бес, ум [часто] воспринимает внешний вид собственного тела. Рассмотрение этого и побудило нас рассуждать о нечистом помысле. Ведь бесовский помысел есть несовершенный образ воспринимаемого чувствами человека, возникающий в мысли; с этим образом ум, приводимый в движение страстью, втайне говорит или совершает что-либо беззаконное, обращаясь к преемственной чреде призраков, образуемых им [самим]».

Преп. Ефрем Сирин предупреждает:
​

Кто не противится похоти, но дает очам своим свободно блуждать, тот, конечно, склонился уже умом пред страстями и, если бы не стыд человеческий, неоднократно растлил бы и тело. Посему, если не будет он трезвиться и постоянно иметь страх Божий пред очами своими, то не замедлит растлить и тело свое, ибо за сим демоном, который учит глаза рассеянности, следует другой демон, который вещественно соделывает грех во плоти. Если второй увидит, что первый успел развлечь душу и сделать ее рассеянною, тотчас начинает советовать, чтобы совершен был и плотской грех. Побежденному оком своим начинает он советовать нечто подобное сему: «Вот в намерении ты согрешил и прелюбодействовал сердцем, заповедь уже нарушил, и грех преступления заповеди вменен уже тебе. Поэтому удовлетвори теперь похоти, ибо и сделать и вожделевать одно и то же. Насладись по крайней мере своим вожделением». Но ты не верь его вымыслам, по слову апостольскому: «Не неразумеваем умышлений его» (2 Кор. 2, 11), ибо сим хочет он уловить душу твою. Этому демону, советующему совершить беззаконный грех, надобно сказать: «Хотя пал я оком и прелюбодействовал сердцем, однако ж прелюбодейное сердце свое сокрушаю покаянными воздыханиями и падшее око омываю слезами, ибо «сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит» (Пс. 50,19).

Преп. Никодим Святогорец наставляет избегать хитрости блудного духа мыслями о Боге:

Размышление же твое, в то время как множатся в тебе срамные помыслы плотской сласти, да не будет направлено прямо против них, хоть иные и советуют это; не берись изображать мысленно пред собой нечистоту и срамоту грехов плотской похоти, ни угрызения совести, которые последуют затем, ни растления естества твоего и потерю чистоты девства твоего, ни помрачения чести твоей и другое подобное. Не берись, говорю, размышлять об этом, потому что такое размышление не всегда бывает верным средством к преодолению искушения плоти, а, напротив, может послужить к усилению брани, иной же раз и к падению. Ибо, хотя ум при сем будет вести мысленную речь свою в укор и противление сей страсти, но как мысль, несмотря на то, все же будет держаться на предметах ее, к которым так неравнодушно сердце, то не дивно, что тогда, как ум расточает такие строгие суждения о таких делах, сердце соуслаждаться будет ими и соглашаться на них, что и есть внутреннее падение. Нет, надобно рассуждать о таких предметах, которые бы заслонили собой эти срамные вещи и совсем отвлекли от них внимание, содержанием же своим отрезвительно действовали на сердце. Такого рода предметы суть жизнь и страдание воплотившегося ради нас Господа Иисуса, неминуемый час смерти нашей, трепетный день Страшного суда и разные виды адских мучений.

8. Блудная брань. Как бороться с духом блуда​

Преподобный Иоанн Кассиан Римлянин (авва Херемон) учит, что сопротивление духу блуда должно быть двояким, требуется подвиг души и тела:

"Нам предстоит подвиг против духа блуда, эта брань более продолжительна, чем другие, постоянна и жестока. В ней весьма немногие одерживают совершенную победу. Начиная беспокоить с юного возраста, она не прекращается до тех пор, пока не будут побеждены прочие страсти. Поскольку нападение бывает двоякое, на тело и на душу, то и сопротивляться надо двояким оружием, иначе нельзя одержать победу, только если и тело, и душа будут бороться вместе. Одного телесного поста недостаточно для приобретения или сохранения чистоты целомудрия, если не будут предшествовать сокрушение духа и постоянная молитва против этого нечистого духа. Потом необходимы продолжительное размышление о Священном Писании с духовным разумением, труд и рукоделие, обуздывающие непостоянные блуждания сердца. А прежде всего в основание должно быть положено истинное смирение, без которого нельзя победить никакого порока".

Преп. Никодим Святогорец учит бороться с блудным искушением, искореняя именно те причины, которые его породили у конкретного человека:

«Во время же самого искушения вот что делай: дознай поскорее причину, от которой породилась брань, и тотчас отстрани ее. Причина этому бывает или внутренняя, или внешняя. Внешнею причиной тому бывают: вольность очей, сладкие для слуха речи, такие же по содержанию и напеву песни, щегольские, из нежных материй одежды, благоуханные для обоняния духи, вольные обращения и беседы, соприкосновения и пожатия рук, танцы и многое подобное. Врачевством против всего этого служат: скромное и смиренное одеяние, нежелание ни видеть, ни слышать, ни обонять, ни говорить, ни касаться ничего такого, что производит это срамное движение, особенно же избегание сообращения с лицами другого пола, как говорено выше. Причиной внутреннею служит, с одной стороны, жизнь в довольстве и покое плоти, когда все желания телесные находят полное удовлетворение, с другой - срамные помыслы, которые приходят или сами собой при воспоминании виденного, слышанного и испытанного, или от возбуждения их духами злобы».

1). Трезвение​

Одной из причин блудной брани, как мы видели, является нетрезвенная, невнимательная жизнь.

Поэтому нужно христианину постоянным трезвением бдеть над собой, чтобы не дать духу блуда исподволь, через чувства и помыслы, соблазнить его на грех.

Архимандрит Рафаил (Карелин):​

«Борьба с блудной страстью – это, прежде всего, трезвение ума и сердца, то есть своевременное обнаружение и немедленное отсечение нечистого помысла (образа), что возможно лишь в свете постоянной молитвы; обращение гнева против нечистых помыслов (образов); постоянный труд, исповедь и открытие помыслов своему духовному отцу, наставнику; борьба с чревоугодием, скромность в одежде и поведении, неосуждение, молчание и разумное уединение во время особенно сильных нападений блудного духа и, главное, нелицемерное, глубокое смирение. Святые отцы говорят: «Целомудрие – совокупность всех добродетелей».

Преп. Иоанн Кассиан Римлянин пишет «о главном средстве против духа блуда»:

«Исправление этого порока особенно зависит от совершенствования сердца, из которого, по слову Господа, исходит гной этой болезни: «из сердца исходят помыслы злые, убийства, прелюбодеяния, любодеяния, кражи, лжесвидетельства» и пр. (Мф. 15, 19). Следовательно, сначала надо очищать сердце, в котором находится источник жизни и смерти, как говорит Соломон: «больше всего хранимого храни сердце твое, потому что из него источники жизни» (Притч. 4, 23). Ибо плоть подчиняется его изъявлению и власти… Итак, по словам Господа, нам надлежит очистить прежде внутренность чаши и блюда, чтобы чиста была и внешность их (Мф. 23, 26)»

Преп. Ефрем Сирин восхваляет добродетель трезвения, крепкой стеной ограждающую борющегося с духом блуда:

"Смотри, не будь уловлен кратковременною сластию, чтоб не лишиться вечной жизни. Призван ты быть купцом; вполне трезвись, чтоб не потерять тебе жемчужины, чтоб враг не похитил твоего сокровища и не потопил корабля твоего с грузом, и чтоб не возвратиться тебе домой ни с чем. Враг, зная, какую славу приобретает себе у Бога хранящий себя чистым от скверн плоти, сильно борет его помыслами, желая опутать ими человека, чтоб, увлекшись ими, не улучил он будущей славы. И если найдет душу, отвергающую непотребные помыслы, то не часто нападает на нее, но и не вовсе отступает от нее. Скорее же идет туда, где, как только толкнет, тотчас отворяют ему, и оскверняет тело и душу самыми нечистыми пожеланиями у несопротивляющегося ему; наконец, будто добрый советник, внушает ему такую мысль: «Лучше тебе идти в мир и взять сожительницу, нежели таким образом сокрушать плоть свою». Но ничто подобное не приближается к трезвенному. Посему будь внимателен к себе, чтоб ничто подобное не постигло тебя.

Кто, посадив у себя смоковничное дерево, оставляет без присмотра плод его? Тем паче должно наблюдать за чистотою и целомудрием. Или, кто, укушенный аспидом, не остерегается приблизиться к норе его? Если же по угрызении вложит он руку в нору его и в другой раз будет угрызен, кто тогда виноват в смерти, ядовитое ли животное, или не поберегший себя человек? А ты разумей сказанное.

Убежищем от сладострастия служит, во-первых, часто и трезвенно молиться, а во-вторых, предоставлять владычество уму и чистой мысли, не произносить бесчинных слов, несообразных с благоговейным устроением духа, в той уверенности, что Господь есть непогрешительный Судия. Внимательность ума и ожидание суда уничтожат внутреннее щекотание и иссушат усиливающуюся похоть, и в таковой душе произойдет тишина (улягутся похотливые движения)".

Преп. Варсануфий и Иоанн:
​

«253. Тот же брат, будучи борим тою же блудною страстью, просил того же великого старца помолиться о нём и сказать ему, как распознать, своею ли похотью искушается человек или врагом.

Ответ. …Если позволить мысли обращаться в сем, то умножится брань до падения, хотя и не телом, но духом, в согласии с помыслами, и оказывается, что такой человек сам зажигает огонь в своем веществе. Трезвенный же и благоразумный человек, желающий спастись, когда видит, от чего терпит вред, тщательно хранит себя от злых воспоминаний и не увлекается страстными мыслями, удаляется от встречи и беседы с теми, к которым чувствует влечение, и от всякого повода ко греху, чтобы самому не возжечь в себе огня. Вот брань, происходящая от своей похоти или произвола человека.

А та, которая бывает от диавола, происходит так: сердце желающего спастись боится, чтобы не принять в себя семени вражеского. И в этом случае человек трезвенно хранит себя от злых воспоминаний, чтобы не увлечься страстными помыслами, и от встречи, беседы и всякого повода к свиданию. Если есть нужда к нему (лицу увлекающему) по делу, то лучше оставить дело, чтобы не погибла душа. …Очищай себя, как вино очищает раны, и не позволяй накопляться в тебе зловонию и нечистоте. Приобрети плач, чтобы он удалил от тебя свободу в обращении, которая губит дýши усвоивших ее.

...признак, по которому можешь узнать такое увлечение, пусть будет тебе следующий: если кто-либо беседует с другим, а ум его рассеивается туда и сюда, то случается, что, когда он говорит об одном, мысль его переносится к другому — вот это и есть увлечение. Также, если кто-нибудь делает что-либо и перенесется мыслью к другому, то по забвению своему или портит дело, или сделает нечто сверх надлежащего, и это есть также увлечение. Таким же образом увлекает нас и блудный помысл. Случается, что кто-либо беседует с другим, и если враг успеет отвлечь ум от богоугодного трезвения, то вследствие рассеяния является в уме и блудное вожделение. И это есть также увлечение, потому что оно случилось не по размышлению или воспоминанию, но человек увлекся им по забвению. И такой подобен путнику, который по причине случившейся с ним скóрби уклонится от прямого пути и очутится на другом. Но, придя в себя, человек должен воззвать себя, по вышесказанному, и прибегнуть к милости Божией. Господь Благоутробен, и примет его, как блудного сына; мы знаем, с каким милосердием принял Он сего последнего. Когда же и без рассеяния оная брань возникнет в помысле, то дóлжно трезвиться, не услаждаться такими помыслами, не медлить в них, но скорее прибегнуть к Владыке Богу».

«Приобрети твёрдость, и она удалит от тебя свободу в обращении с ближними, причину всех зол в человеке».

«...свободное обращение есть матерь всех страстей».

Святой Марк Подвижник говорит о важности мысленной брани против духа блуда:

«Согрешивши, вини не тело, а мысль; ибо, если бы не текла мысль, не последовало бы за нею и тело».

Преп. Никодим Святогорец:

«Не ими веры врагу твоему во веки (Сир. 12, 10), - говорит премудрый Сирах. И ты никогда не верь телу своему: ибо, как медь сама по себе рождает от себя ржавчину, так и растленное естество тела рождает из себя злые движения похотные. Якоже бо медь ржавеет, тако и злоба его (там же). Не верь же, еще повторяю тебе, не верь в этом отношении самому себе, хотя, положим, ты не чувствуешь и столько уже времени не чувствовал сего жала плоти твоей. Потому что эта треокаянная злоба, чего не делала многие годы, иногда делает в один час и в одно мгновение, и всегда молча делает обычно свои приготовления к нападению. И знай, что чем больше прикидывается она другом и не подает ни малейшего повода к подозрению, тем больший потом наносит вред и нередко поражает насмерть.

….Бегай ничегонеделания и лености; и стой бодренно, во все глаза смотря за помыслами и мудро устрояя и ведя дела свои, требуемые твоим положением.

… Внимай себе и бодрствуй над собой. Если стяжал ты какой дар Божий или находишься в добром состоянии духовном, не воспринимай в самомнении суетного и мечтательного о себе помышления, будто ты нечто, и что враги твои не посмеют напасть на тебя, и ты столько ненавидишь их и презираешь, что сразу отразишь, если они осмелятся приблизиться к тебе. Как только так подумаешь, падешь легко, как осенний лист с дерева.

Вот что следует тебе соблюдать прежде искушения плотскою страстию».

 

Игумен Никон (Воробьёв):​

«Твёрдо знай, что если человек от глубины души не захочет сделать греха, весь ад не повредит ему. Потому, что с ним будет всегда помощь Божия; а если сам человек склоняется на грех, будет мыслями сначала беседовать, а не отвергать злых помыслов, как ядовитую гадину, то враг найдёт вход в сердце, и Господь попустит быть греху.

Вот, поэтому и надо бодрствовать и не пригревать в мыслях или в сердце какой-нибудь гадины, чтобы она не ужалила. Только бодрствованием, удерживанием своих внешних чувств (зрения, слуха, осязания) и непрестанным, по возможности, призыванием имени Божия можно побороть все вражие вылазки, не допустить себя до большого греха. …

Нет другого пути и средств для очищения себя: бодрствуйте и молитесь, да сподобитесь избежать всех бедствий от своей греховной природы и от врагов и их орудий».

2) Следует удаляться от причин и поводов ко греху. Хранение чувств​

Хранение чувств – это важное оружие в борьбе против страстей, в том числе и страсти любодеяния. Оно ограждает христианина от искушений врага.

Преп. Ефрем Сирин учит подвижника хранить чувства: зрение, слух, обоняние, осязание, вкус - и помыслы:

"Не будь нерадив, но мужественно противостой врагу и загради прокоп, которым обыкновенно входит враг разорять тебя, чтобы, не нашедши удобного входа, ушел он ни с чем. А заградить проход значит обезопасить чувства, которыми входит в душу и доброе и лукавое, то есть, зрение, слух, обоняние, осязание, вкус, и помыслам не дозволять уноситься, куда не должно. Имей в уме исполинов, растливших землю владычеством своим, и то, как Господь в одно мгновение с лица земли стер их потопом и сила их не принесла им пользы. Посуди о земле Содомской и Гоморрской, как истреблена она за грехи обитателей, и не принесли им пользы роскошь и гордыня. Позаботимся же о своем спасении, чтоб и нас не постигла внезапно кончина и чтоб не пойти нам отсюда в великом осуждении.

Не позволяй глазам своим блуждать туда и сюда и не всматривайся в чужую красоту, чтоб с помощию глаз твоих не низложил тебя противник твой.

Блуждающее око причиняет много скорбей тому, кто следует за ним. Если не воздержишься от скитания очей, то не проложишь прямых стезей целомудрия.

Демон блуда приводится в бездействие не только воздержностию от снедей, но и воздержанием очей, «еже не видети суеты» (Пс. 118, 37). В оке, рассеянно вращаемом, есть уже блуд, о котором засвидетельствовал Господь: «Всяк, иже воззрит на жену, ко еже вожделети ея, уже любодействова с нею в сердце своем» (Мф. 5, 28). Такое прелюбодеяние искореняет в себе, кто око обращает долу, а душу ко Господу, а кто возобладал над чревом, тот возобладал и над взором. Страшный у нас предатель — рассеянное око.

Брань, возбужденная рассеянным оком, и в присутствие и в отсутствие предмета разжигает душу похотию, даже и во сне представляет предмет сердцу, потому что бесы живописуют искусительную вещь в мысли и занимают ум, возобновляя образ искусительного предмета, виденного прежде очами человека. Сего-то ради молится пророк: «Отврати очи мои, еже не видети суеты».

При распалении плоти не касайся тела, чтоб не произвести сильнейшего распадения.

Не ходи в келию к упивающимся, чтоб не погубить тебе внезапно богатства целомудрия.

Не склоняй слуха своего к речам срамным, чтоб не осквернился ум твой. «Якоже бо дым очима» (Притч. 21, 20), так и срамное слово вредно душе.

Удерживайся, брат, от шуток, чтоб не сделали они тебя бесстыдным; бесстыдство же есть матерь непотребства.

Если разговариваешь с цветущею красотою, то блюди око, чтоб не возмутило ума твоего вожделение, и тогда начнешь длить речи, полные страстного движения, и окажется, что краями только уст беседуешь о целомудрии, душою же предаешься похотению и всецело им занят. Потому лучше, когда случится тебе иметь такую встречу, скорее прервав речь, браться тебе за молчание, ибо Писание говорит: «Прельсти же его многою беседою» (Притч. 7, 21). Частые такого рода беседы причиняют немаловажный вред душе".

Преп. Варсануфий и Иоанн:
​

Не расслабляй себя беседами, ибо они не допускают тебя преуспевать о Боге. Усильно обуздывай органы чувств твоих: зрения, слуха, обоняния, вкуса и осязания - и преуспеешь благодатию Христовою.

Преп. Никодим Святогорец учит избегать всех случаев, которые могут возбудить страсть или восстановить её, уже перед тем побеждённую:

«Прежде искушения внимание твое должно быть обращено на причины, которые обыкновенно служат поводом к порождению искушения или возбуждению страсти. Здесь закон: всевозможно избегай всех случаев, могущих возмутить покой плоти твоей, особенно встречи с лицами другого пола. И если иной раз будет належать нужда беседовать с каким-нибудь таким лицом, беседуй недолго, соблюдая не только скромность, но и некую строгость в лице своем, и слова твои пусть будут при всей приветливости больше сдержанны, нежели благосклонны.

Должно также всякому бояться наипаче тех лиц другого пола, с которыми почитает благословным обычное в житейском быту взаимообращение: или потому, что они родственны; или потому, что благочестивы и добродетельны; или еще потому, что от них получено благодеяние и есть потребность почаще изъявлять им за то признательность. Бояться сего надобно потому, что к такому, без страха и внимания к себе, взаимообращению всегда почти примешивается губительная сласть чувственная, которая потом мало-помалу нечувствительно проникает душу до самых глубин и так омрачает ум, что подвергшиеся сей заразе начинают ни во что вменять всякие опасные причины греха, как-то: страстные взгляды, сладкие речи с той и другой стороны, привлекательные движения и положения тела, пожатия рук, отчего наконец впадают и в самый грех, и в другие диавольские сети, из которых иной раз и совсем высвободиться не могут.

Бегай же, брате мой, этого огня, потому что ты порох, и никогда не дерзай в самонадеянности думать, что, ты порох смоченный и весь наполнен водою доброй и крепкой воли. Нет, нет! Но думай паче, что ты сухой-пресухой порох и тотчас вспыхиваешь, как только почувствуешь тот огонь. Отнюдь не полагайся на твердость твоей решимости и твою готовность скорее умереть, нежели оскорбить Бога грехом. Ибо хоть и можно допустить, что ты посему смоченный порох, но от частого сообращения и сидения с глазу на глаз, огонь плотской мало-помалу иссушит оросительную воду доброго твоего произволения, и ты сам не заметишь, как окажешься пламенеющим плотскою любовию, и до такой степени, что перестанешь стыдиться людей и Бога бояться и ни во что станешь вменять честь, жизнь и все мучения ада, стремясь к соделанию греха. Бегая убо, бегай всевозможно…

…От такого сообращения с лицами, могущими послужить для тебя в соблазн, если искренно желаешь не попасть в плен греха и не уплатить оброка его, который есть смерть душевная. Премудрым называет премудрый Соломон того, кто боится и избегает причин греха, а того, кто, много дерзая о себе, самонадеянно не избегает их, называет неразумным, говоря: «Премудр убоявся уклонится от зла, безумный же на себе надеявся смешивается со беззаконным (делом)» (Притч. 14, 16). Не на это ли указывал и апостол, когда заповедовал Коринфянам: «Бегайте блудодеяния» (1 Кор. 6, 18)?

…Когда наконец утишатся срамные помыслы и искушение пройдет, вот что должно тебе делать: как бы ни казалось тебе, что ты свободен уже от плотской брани, и как бы уверенным в том не имел ты себя, всячески, однако ж, пекись далеко держать ум свой и внимание свое от тех вещей и лиц, которые были причиной восстания на тебя такого искушения, и отнюдь не поблажай позыву повидаться с ними под тем предлогом, что они родственницы или что благочестивы и благодетели твои; вразумляй себя напоминанием, что и это есть греховное обольщение растленного естества нашего и сеть вселукавого врага нашего диавола, который тут преобразуется в ангела света, чтоб ввергнуть во тьму, как говорит святой Павел (см.: 2 Кор. 11, 14)».

Преп. Исаак Сирин:​

«И в этой борьбе почитай для себя крепким и непреодолимым оружием - удаляться от лицезрения женщин, потому что противник не может произвести в нас того, что в состоянии сделать природа своею силою. Ибо не думай, что природа забывает о том, что естественно всеяно в нее Богом для чадородия и для испытания пребывающих в сем подвиге. Но удаление от предметов вожделения умерщвляет в членах похоть, производит забвение о ней и истребляет ее.

Инаковы помыслы о предметах, которые отдаленны, приходят только в мысли и производят собою легкое и едва ощутительное движение. Инаковы же помыслы, которые видением предмета погружают ум в самозабвение, возбуждают страсти близостию (предмета), питают похоть в человеке, как елей питает горение светильника, воспламеняют страсть уже омертвевшую и угасшую, и пучину тела возмущают движением корабля мысли».

Иером. Иов (Гумеров):
​

«Первое, что нужно сделать, – сократить количество источников соблазна до минимума. Второе: не фиксировать свое внимание на раздражающих объектах, не прилепляться к ним. Не пожирать глазами соблазнительные картины, а научиться скользить по ним взором, как бы не замечая их.

И третье: не только не проявлять особого внимания к соблазнам, но и изменить свое отношение к ним, воспринимать как нечто нейтральное. Приведу пример в объяснение моей мысли. Хотя я и имею довольно серьезный водительский стаж, но все же страдаю невнимательностью, рассеянностью на дороге. В пути могу засмотреться на что-нибудь интересное, необычное, и это меня не раз подводило. И я выработал правило, дал себе зарок: за рулем следить только за дорожной обстановкой, знаками, показаниями приборов, а на всем остальном, отвлекающем, не фиксировать взор, как бы скользить взглядом по предметам, не останавливаясь долго на них. В обычной, не автомобильной, жизни такой прием тоже помогает хранить зрение. Когда встречаешь что-то неполезное, вызывающе соблазняющее, нельзя не видеть этого (хотя полезно и отвести взор), но можно не рассматривать, не останавливаться взглядом. Конечно, для этого нужен определенный навык. Но зато потом уже чисто автоматически начинаешь отсеивать то, на что не нужно смотреть.

Еще один важный способ хранения себя от соблазнов – изменение отношения к вещам соблазняющим. Вещи сами по себе нейтральны; хорошими или плохими их делает наше отношение к ним. Например, на женщину можно смотреть как на предмет вожделения, а можно (даже если она не очень скромно одета) как на нечто нейтральное. Об этом пишет святитель Феофан Затворник: «Как же быть, если, живя в обществе, нельзя не смотреть на жен? Но ведь не просто смотрящий на жену прелюбодействует, а смотрящий с вожделением. Смотреть – смотри, а сердце на привязи держи. Смотри очами детей, которые смотрят на женщин чисто, без дурных мыслей».

На существо противоположного пола можно смотреть как на сестру или на мать (на брата или отца), но не как на нечто разжигающее в нас похоть. Ведь очень часто мы сами готовы открыть душу страсти. Но если она закрыта на замок, соблазнительному образу, картинке сложно будет проникнуть внутрь. Если человек имеет жену, для него может существовать только одна женщина – супруга. Только ее он может любить как женщину, все остальные не имеют пола. Он должен видеть в других женщинах только человеческое, а не женское. Враг очень силен, и от нескромного взгляда, легкого флирта до прелюбодеяния – один шаг. Хранить в чистоте нужно не только зрение, но и ум. Нечистые, блудные мысли, как грязь, пачкают, оскверняют душу и сердце. Недаром демона блуда преподобный Ефрем Сирин назвал «бесом нечистоты». …

Все, что было сказано выше, относится к помыслам, чувствам, желаниям – с этого начинается страсть блуда. Второе, о чем нужно помнить, – это наше поведение. «Горе тому человеку, через которого соблазн приходит» (Мф. 18, 7). Нескромная одежда, двусмысленные шутки, легкость в обращении с противоположным полом – все это может навредить не только нам, но и другим людям. И тогда «горе нам». Что бы мы ни делали, нужно всегда задумываться: не движет ли нами бессознательно какая-либо страсть, и как наше поведение отзовется в сердце другого человека».

3) Не надо вступать в собеседование с духом блуда


Святые отцы наставляют не вступать в мысленное собеседование с духом блуда, не противоречить ему, а просто не принимать возникающих прилогов, отражая их движением гнева. Медление в нечистых помыслах небезопасно, вовлекать в него - это одна из губительных уловок нечистых духов.

Древний патерик повествует:​

Один брат, будучи возмущаем блудной похотью, пришел к великому старцу и просил его: окажи любовь, помолись о мне, ибо возмущает меня похоть блудная. - Старец молился о нем Богу. - Брат в другой раз приходит к нему и говорит то же слово. - Равным образом и старец не переставал молить за него Бога, говоря: Господи, открой мне состояние брата моего, и откуда на него действие дьявола? Ибо я молился Тебе, но доселе не получил он спокойствия. Тогда открыл ему Господь о брате. Он увидел его сидящим, - и дух любодеяния близ него, и глумится с ним; пред ним стоял и Ангел, посланный к нему на помощь, и гневался на брата, что он не предал себя Богу, но, услаждаясь помыслами, весь свой ум предал действию дьявола. - Таким образом узнал старец вину брата и говорит ему: ты сам виновен, увлекаясь своими помыслами, - и научил его, как противостоять помыслам. - И брат, исцелившись его наставлением и молитвою, обрел спокойствие.

Старцы говорили: помысл блудный есть как-бы бумага из папируса. Если он возникнет в нас, и мы, не предаваясь ему, будем отрывать его от себя, - он легко сокрушается. Если же, при возникновении его в нас, мы, предавшись, будем услаждаться им, то, превратившись, он делается железным и сокрушается с трудом. - Итак, нужно знать о сем помысле, что предающимся ему нет надежды на спасение, а непредающимся предстоит венец.

Св. Игнатий (Брянчанинов):​

«Святые Отцы повелевают «блюсти главу змия» (Быт. 3, 15), то есть, усматривать самое начало греховнаго помысла, и отвергать его. Это относится ко всем греховным помыслам, но наиболее к блудному, которому содействует падшее естество, который, по этой причине, имеет на нас особенное влияние. Преподобный Кассиан Римлянин заповедует новоначальному иноку пришедший ему греховный помысл немедленно исповедовать старцу (Преподобный Кассиан. Книга4). Этот способ - превосходен; он для новоначальнаго - наилучший; но и для преуспевшаго бывает в иных случаях крайне нужен и всегда полезен, как решительно разрывающий дружество с грехом, к которому влечется болезнующее естество. Блажен, кто может употреблять в дело этот способ! блажен новоначальный, обретший старца, которому он может открывать свои помыслы! Тем инокам, которые не имеют возможности непрерывно относиться к старцу, отцы повелевают явившийся греховный помысл немедленно отвергать, никак не вступая с ним в беседу или прение, от которых немедленно последует увлечение грехом, и устремляться к молитве».

"Не одобряются в этой войне многие и тонкие размышления, которые силится ум, уповающий на себя, на свою силу, на число и высоту своих познаний, противопоставить напирающим толпам иноплеменников. «Сынове Ефремли наляцающе и стреляюще луки, возвещает пророк, возвратишася в день брани» (Пс. 77, 9). Не устоять размышлению человеческому против густых полчищ иноплеменников! Собьют они его, переспорят, произведут в уме возмущение, в мыслях смешение — тогда на стороне их победа!"

Преп. Варсануфий и Иоанн:​

Блюсти сердце — значит иметь ум трезвенный и чистый от помысла, наводящего брань. …Не противоречь же, потому что враги сего желают и, видя противоречие, не перестанут нападать, но помолись за них ко Господу, повергая пред Ним немощь свою, и Он может не только отогнать, но и совершенно упразднить их. Касательно же блудного беса весьма хорошо заградить ему вход; если же увлечешься и он войдет через помыслы, то подвизайся против него, повергая немощь свою пред Богом и молясь Ему, и Он изгонит его.

Преп. Иоанн Лествичник:​

Не думай низложить беса блуда возражениями и доказательствами, ибо он имеет многие убедительные оправдания, как воюющий против нас с помощью нашего естества.

Преп. Нил Синайский:​

Не беседуй долго с представившимся тебе лицом, чтоб оно не зажгло в тебе пламени сластолюбия и не запалило гумна души твоей.

Когда воспоминание о женщине станет бесстрастно, тогда заключай, что вступил ты в пределы целомудрия. Когда же представляемый тобою образ ея за душу тебя берет, тогда знай, что ты еще чужд этой добродетели. Но и в первом случае не останавливайся на таковых помыслах и долго не беседуй мысленно с женским образом, потому что страсть сия любит возвращаться назад, и опасность от нее близка.

Преп. Ефрем Сирин:​

Некто из святых сказал: «Блуд подобен псу, если будешь ласкать его, не отойдет от тебя, а если погонишь, убежит». Будь внимателен к себе и не пренебрегай житием своим. Смотри, чтоб за малое удовольствие не погубить тебе плода трудов своих, ради нечистоты не отдать мзды своего делания, ради нечистоты не погубить награды за безмолвие, награды за бдение, за воздержание и за прочие добродетели; не уподобляйся человеку, который полученную им плату кладет в дырявый кошелек. Огради себя страхом Господним.

Преп. Нил Сорский:​

«Нужно же нам знать и то диавольское ухищрение, сказали отцы, которым он влагает в ум наш мысли и воспоминания о женских и юных доброзрачных лицах, чтобы тотчас же отсекать их, хотя бы лица те были благочестивые какие и по-видимому не могли возбуждать страсти; ибо если замедлишь, то злой прелестник удобно превратит и облечет эти мысли в скверные и мерзкие похоти.

Бывает иногда, что и сами мы на блудные помыслы огорчаваемся и, размышляя о них, зазираем себя в том, что желаем такой гнусности, которая свойственна одним только безсловесным, даже обуреваемся тем, что, будучи противоестественно, и скоту чуждо... Но в таких чувствованиях, особенно новоначальным, нужно хранить себя, чтобы долго думая о том, под предлогом борьбы, не оказаться исполнителем страсти. Поэтому безопаснее для нас отсекать прилоги - начало помысла. Вступать же с ними в брань свойственно сильным, которые привыкли благоугодно разграничивать эти помыслы».

Преп. Никодим Святогорец учит не собеседовать с духом блуда:

"Смотри же, отнюдь не обращай ока ума своего на эту плотскую нечистоту, так как и одно представление о ней небезопасно; и не останавливайся на беседу с сими искушениями или о сем искушении, чтоб определить, произошло ли у тебя согласие на него или нет. Такое исследование, хотя на вид кажется хорошим, на деле же поистине есть кознь диавола, покушающегося сим способом или отяготить тебя, или ввергнуть в малодушие и отчаяние, или удержать тебя сколько можно долее в сих помыслах и чрез них ввесть в грех делом или по роду их, или в другой какой.

Размышление же твое, в то время как множатся в тебе срамные помыслы плотской сласти, да не будет направлено прямо против них, хоть иные и советуют это; не берись изображать мысленно пред собой нечистоту и срамоту грехов плотской похоти, ни угрызения совести, которые последуют затем, ни растления естества твоего и потерю чистоты девства твоего, ни помрачения чести твоей и другое подобное. Не берись, говорю, размышлять об этом, потому что такое размышление не всегда бывает верным средством к преодолению искушения плоти, а, напротив, может послужить к усилению брани, иной же раз и к падению. Ибо, хотя ум при сем будет вести мысленную речь свою в укор и противление сей страсти, но как мысль, несмотря на то, все же будет держаться на предметах ее, к которым так неравнодушно сердце, то не дивно, что тогда, как ум расточает такие строгие суждения о таких делах, сердце соуслаждаться будет ими и соглашаться на них, что и есть внутреннее падение. Нет, надобно рассуждать о таких предметах, которые бы заслонили собой эти срамные вещи и совсем отвлекли от них внимание, содержанием же своим отрезвительно действовали на сердце. Такого рода предметы суть жизнь и страдание воплотившегося ради нас Господа Иисуса, неминуемый час смерти нашей, трепетный день Страшного суда и разные виды адских мучений.

Если, как нередко случается, срамные помыслы эти будут и при этом продолжать нападать на тебя с особенною силой и неудержимостью, не бойся, не переставай размышлять о показанных пред сим предметах и не обращайся к тому приему борьбы, чтоб прямо против них восставать, раскрывая неодобрительные стороны их самих, как сказано было выше. Не делай так; но продолжай сколько можно внимательнее размышлять о показанных пред сим устрашительных и отрезвительных предметах, нимало не беспокоясь о помыслах тех срамных, как бы они не были твои собственные. Ведай, что нет лучшего способа к прогнанию их, как презрение к ним и ни во что их вменение".

Преподобный Исидор Пелусиот:​

Уму, как царю-самодержцу, надлежит ко вратам чувств высылать страшные и отовсюду защищенные оружием помыслы, которые встречали бы врагов и преграждали им путь, а не прежде позволяли бы им войти, а потом вступали с ними в сомнительную борьбу, успех которой часто склоняется на другую сторону и доставляет победу противникам. Потому-то когда другие законодатели наказывают только за самое дело, спасительное слово угрожает наказанием и за нескромный взгляд, чтобы брань сделалась... удобной и легкой.

Преп. Иоанн Кассиан Римлянин наставляет, что «возникающие плотские помыслы тотчас надо изгонять из сердца»:

Итак, первым предохранением этой чистоты да будет то, что, когда придет нам на ум мысль о женщине… мы должны поспешить скорее выгнать ее из наших сердец… Потому мы всегда должны помнить эту заповедь: «больше всего хранимого храни сердце твое» (Притч. 4, 23); и по первоначальному велению Божию заботливо должны блюсти зловредную голову змея (Быт. 3), т.е. ростки худых помыслов, с которыми дьявол пытается вползти в нашу душу; чтобы, если голова его по нашему упущению проникнет до сердца, не вползло и остальное его тело, т.е. согласие на сластолюбие. Если он войдет, та ядовитым жалом, без сомнения, умертвит плененный дух. Также мы должны истреблять восстающих грешников нашей земли (т.е. плотские чувства) рано утром при их пробуждении (Пс. 100, 8) и разбивать о камень вавилонских детей (Пс. 136), пока они еще малы. А если они не будут убиты, пока молоды, то, выросши при потворстве, они на нашу погибель восстанут с большей силою или, по крайней мере, с большим трудом и стенанием будут побеждены.

4) Следует изгонять нечистые помыслы движением гнева​

Нам дана Богом такая естественная сила души, как гнев, чтобы противостоять искушениям. Святые отцы учат изгонять прилоги врага движением гнева против них.

Св. Феофан Затворник пишет о том, как использовать дарованную нам Богом естественную силу души - гнев - против страстных помыслов:

«Положите себе законом действовать и в отношении к страстям: в каком бы маленьком виде они не появлялись, спешите выгонять их, и так безжалостно, чтобы и следа их не оставалось.

Как выгонять? Неприязненным к ним движением гнева, или рассерчанием на них. Как только заметите страстное, поскорее постарайтесь возбудить в себе серчание на него. Сие серчание есть решительное отвержение страстного. Страстное не может иначе держаться, как сочувствием к нему; а серчанием истребляется всякое сочувствие - страстное и отходит или отпадает при первом его появлении. И вот только где позволителен и благопотребен гнев. У всех святых отцов нахожу, что гнев на то и дан, чтобы им вооружаться на страстные и грешные движения сердца и прогонять их им. Сюда же относят они слова пророка Давида: «гневайтеся, и не согрешайте» (Пс. 4, 5), повторенные потом и святым апостолом Павлом (Еф. 4, 26). Гневайтесь на страсть - и не будете согрешать, потому что, когда гневом прогнана страсть, всякий повод ко греху сим пресекается.

Вооружитесь же так на страсти. Гнев на страсти у Вас должен быть вкоренен с той минуты, как Вы положили всеусердно работать Господу, творя благоугодное пред Ним. Тут у Вас заключен союз с Богом на вечные веки. Сущность же союза такова: твои друзья - мои друзья, твои враги - мои враги. А страсти что суть Богу? Враги.… Так вот, по порядку гневу на страсти следует воспламеняться в Вас, как только они покажутся. Но по причине нашего повреждения не всегда бывает так. Почему гнев на страсти требует особого свободного, намеренно на них направленного неприязненного действия, усилия, напряжения.

Чтобы успеть в этом, надлежит вслед за тем, как замечено в себе страстное, поспешить сознать и признать в нем врага себе и Богу. Почему поспешить нужно? Потому что с первого раза появление страстного всегда вызывает к нему сочувствие. … Так вот и надобно сочувствие это отбить и гнев возбудить.

…Он трясется от злобной радости, когда кто попадается в сети греха и остается в них. Сообрази все сие и возбуди в себе неприязнь к этому человеконеновистнику и делам его.

Когда таким образом будешь втеснять в сердце одно за другим сокрушающие и умягчающие чувства - то ужас и страх, то печаль и жалость, то отвращение и ненависть, - оно будет мало-помалу согреваться и приходить в движение».

Евагрий Понтийский:​

Ненависть к демонам много содействует нам ко спасению и много пригодна в делании добродетелей, и однако же воспитывать ее у себя, как некое доброе порождение, мы не в силах, потому что ее рассеивают в нас духи сластолюбия и душу опять воззывают к содружеству и свыкновению с ними. Но Врач душ сие содружество, лучше же неудобоисцелимую гангрену, врачует оставлением, попуская нам ночью и днем терпеть от них что-либо страшное. Вследствие этого душа опять восходит к первообразной (нормальной) ненависти к ним, научаемая говорить к Господу словами Давида: «совершенною ненавистию возненавидех я: со враги быша ми» (Псал. 138, 22). Ибо тот совершенною ненавистью ненавидит врагов, кто ни делом, ни мыслью не согрешает, – что есть знак наивеличайшего и первого (какое было в Адаме) бесстрастия.

Преподобный Макарий Египетский:​

Мудрые, когда восстают страсти, не слушают их, а изъявляют гнев на злые пожелания и делаются врагами самими себе.

Преподобный Исидор Пелусиот:​

Страсть если найдет вас обессиленными и ослабевшими, то легко поборет; а если найдет трезвенными и разгневанными на нее, то немедленно оставит вас.

Евагрий Понтийский:

Этот лукавый изобретает и тысячи других [козней], которые нет необходимости делать известными и передавать в письменном виде. Весьма действенным в отношении таковых помыслов является кипение яростного начала [души], когда оно направлено против беса, - этой ярости он боится больше всего, если она возмущается против его помыслов и уничтожает умопредставления, [внушенные] им. Это и означают слова: «Гневайтеся, и не согрешайте» (Пс. 4, 5), которые являются полезным лекарством для души, применяемым при искушениях.

5) От чувственных, соблазнительных впечатлений и мыслей надо переходить к нравственно-назидательным


Св. Феофан Затворник наставляет для противодействия нечистым прилогам взращивать в душе противоположные, благие помыслы и ими защищать сердце:

Началась брань — храни преимущественно сердце: не давай доходить возникающим движениям до чувства, встречай их у самого входа в душу и старайся поразить здесь. А для сего спеши восставить в душе убеждения, противоположные тем, на коих держится смущающий помысел. Такие противоубеждения суть в мысленной брани не только щит, но и стрелы — защищают сердце твое и поражают врага в самое сердце. С тех пор в том и будет состоять брань, что возникший грех будет постоянно ограждаться мыслями и представлениями, защищающими его, а борющийся будет со своей стороны уничтожать сии оплоты мыслями и представлениями противоположными.

Преп. Никодим Святогорец учит духовной брани против блудных искушений:

«Когда почувствуешь, что увлекаешься чьею-либо красотою, приведи на мысль, что под сею привлекательностию кроется преисподний змий, готовый убить тебя или хоть поранить, и скажи ему: «А, проклятый змий! Это ты воровски стоишь здесь, ища поглотить меня! Напрасный труд, ибо Господь мне Помощник». Потом, обратись к Богу, скажи: «Благословен Ты, Боже мой, обнаруживший предо мною скрытого врага моего и не давший меня в ловитву зубом его» (см.: Пс. 123, 6). А затем укройся, как в некое спасительное убежище, в раны Распявшегося за нас, посвящая себя им, при мысли, сколько Господь наш претерпел в святейшей плоти Своей, чтоб тебя избавить от греха и вселить в тебя омерзение к плотским страстям.

Напомню тебе еще об одном, как об орудии к отражению обольщений красоты плотской, именно: когда подпадешь этому, спеши добре погрузить ум свой в помышление о том, что будет по смерти это, так увлекающее тебя, существо? Смрадный гной, преисполненный червей».

«Размышление же твое, в то время как множатся в тебе срамные помыслы плотской сласти, да не будет направлено прямо против них, хоть иные и советуют это; не берись изображать мысленно пред собой нечистоту и срамоту грехов плотской похоти, ни угрызения совести, которые последуют затем, ни растления естества твоего и потерю чистоты девства твоего, ни помрачения чести твоей и другое подобное. Не берись, говорю, размышлять об этом, потому что такое размышление не всегда бывает верным средством к преодолению искушения плоти, а, напротив, может послужить к усилению брани, иной же раз и к падению. Ибо, хотя ум при сем будет вести мысленную речь свою в укор и противление сей страсти, но как мысль, несмотря на то, все же будет держаться на предметах ее, к которым так неравнодушно сердце, то не дивно, что тогда, как ум расточает такие строгие суждения о таких делах, сердце соуслаждаться будет ими и соглашаться на них, что и есть внутреннее падение. Нет, надобно рассуждать о таких предметах, которые бы заслонили собой эти срамные вещи и совсем отвлекли от них внимание, содержанием же своим отрезвительно действовали на сердце. Такого рода предметы суть жизнь и страдание воплотившегося ради нас Господа Иисуса, неминуемый час смерти нашей, трепетный день Страшного суда и разные виды адских мучений».