Показать сообщение отдельно
Старый 07.11.2012, 14:48   #6
Меритатон
Участник форума
 
Регистрация: 28.08.2012
Адрес: Калининград
Сообщений: 41
По умолчанию Re: Проза Меритатон

5.

Двенадцатичасовым рейсом в воскресенье Савелий покинул Москву, чтобы примерно через два с половиной часа оказаться в своём родном городе. Ещё чрез сорок минут он уже был в своей квартире, а ещё через полчаса заказывал через интернет билет на самолёт до Барнаула на ближайший вторник и билет на обратный рейс через десять дней после того.
Закончив с билетами, Савелий стал разбирать свою дорожную сумку. Когда та, наконец, опустела, а грязные вещи были брошены в стирку, Савелий достал из маленькой забитой хламом кладовки большой вместительный походный рюкзак. Порывшись в кладовке ещё минут десять, он откопал давно забытую, использованную прежде лишь однажды двухместную палатку и шикарный утеплённый спальный мешок. Всё это богатство Савелий перетащил в спальню. Там он стал извлекать из огромного зеркального шкафа-купе, занимавшего всю стену напротив кровати, вещи, которые могли пригодиться в походе: теплые свитера, купленный когда-то камуфляжный костюм, футболки, шорты, джинсы и многое другое.
Запихав одежду и спальник в рюкзак и, прикрепив к нему снизу палатку, Савелий отнёс его в коридор, где к его содержимому добавились кроссовки и невысокие резиновые сапоги. Потом Савелий отправился на кухню, чтобы взять кое-какие медицинские принадлежности, а также кружку-термос, подаренную одной из его бывших девушек, и другую походную посуду.
В завершении всего Савелий снова залез в кладовку и извлёк оттуда старый карабин, предназначавшийся некогда для лазанья по горам.
Перед вылетом из Москвы Савелий созванивался с Таней, она-то и рассказала ему, что именно необходимо взять с собой в поездку. Насчёт еды она сказала, что Савелий мог не беспокоиться, так как продовольственным вопросом у них занимаются специально отдельные участники похода. Он же сам должен обеспечить себя палаткой и прочими индивидуальным походным снаряжением. Кроме того, Таня сказала Савелию, на какой рейс до Барнаула ему нужно взять билет, чтобы он прибыл на место примерно в одно время с ней и Женей. Они должны будут встретить его в аэропорту, откуда уже втроём отправятся до места общей встречи.
Покончив со сборами, Савелий отправился к своему приятелю - соседу по лестничной площадке, наполовину лысому сорокатрехлетнему мужчине, чтобы предупредить его о своём отъезде. Тот несколько удивился, заметив, что Савелий и так только что приехал. На это Савелий ответил, что просто возникло срочное дело, после чего, вежливо отказавшись от предложения немного посидеть, вернулся к себе.
За остаток воскресенья и следующий понедельник с Савелием ничего примечательного не произошло, лишь в ночь перед отлётом его сон был нарушен появлением необычной гостьи.
Проснувшись перед самым рассветом, Савелий увидел в полумраке своей спальни стоящую у изножья его кровати и смотрящую вдаль сквозь зашторенное окно эфемерную, полупрозрачную девушку, словно сделанную из серебристо-синего света.
Несмотря на очевидную неуместность этого создания в его квартире, Савелий ничуть не удивился увиденному. Посмотрев с минуту на призрачную незнакомку, он просто повернулся на другой бок и, как ни в чём не бывало, опять уснул. Снова он проснулся уже со звоном будильника.
Почти сутки спустя Савелий прилетел в аэропорт Барнаула. В зале ожидания возле информационного табло он нашёл Татьяну и Евгения, они смеялись, обсуждая, по-видимому, что-то забавное. Оба, как и сам Савелий, были одеты по-походному: тёмные практичные брюки из плотной ткани, ветронепроницаемые куртки сверху, горные ботинки и солнцезащитные очки. Тяжелые, доверху набитые рюкзаки стояли рядом с путешественниками, причём рюкзак Евгения был заметно больше, чем Танин. Очевидно, молодой человек взял на себя часть багажа своей подруги.
Савелий немного нервничал, здороваясь с Таней и её грозным, как ему казалось, спутником, но в это раз всё обошлось без телепатических сюрпризов. Евгений просто пожал Савелию руку и даже улыбнулся, приветствуя ещё одного члена их команды. Таня же буквально светилась от счастья.
Пункт общего сбора, как узнал Савелий, находился в другом городе, на туристической базе. Чтобы туда добраться, Таня и Евгений наняли машину – небольшой внедорожник. Так как путь предстоял неблизкий, молодые путешественники без лишних разговоров взяли вещи и отправились на стоянку.
Водитель попался весёлый и очень разговорчивый. Пока они не выехали из города, он постоянно обращал внимание ребят на тот или иной архитектурный объект, совмещая одновременно роли шофёра и экскурсовода. Когда же город остался позади, дорога потребовала от водителя повышенного внимания, заставив умолкнуть, к радости его пассажиров.
Двенадцать часов утомительной дороги, за окном автомобиля мелькают, сменяя друг друга, поросшие высокой травой крутые холмы, тенистые леса, искрящиеся под солнцем озёра. За время пути лишь несколько коротких остановок на заправках и одна в придорожном кафе на обед. Финальная часть поездки пролегала в горной местности, где относительно прямая дорога сменилась серпантином, спиралью взбиравшимся ввысь по скалистому гребню. На место прибыли уже на закате.
Когда Савелий с удовольствием, ведомом лишь тем, кому приходилось по полдня проводить в скрюченном состоянии, выбрался из джипа, его глазам предстал поросший смешанным лесом горный склон. Метрах в тридцати от небольшой автостоянки располагалась, прячась среди деревьев, группа невысоких деревянных домиков туристической базы.
- Наконец-то добрались, - с чувством произнёс Савелий, помогая Евгению вытаскивать из багажника рюкзаки.
- Это только начальная точка маршрута, - ответил Евгений, надевая свой рюкзак.
- В смысле? – переспросил Савелий, - Нам, что, ещё далеко ехать?
Евгений не ответил, он отвлёкся, помогая Тане надеть её рюкзак, так как девушка наотрез отказалась, чтобы он сам его нёс. Когда, наконец, они втроём направились в сторону домиков турбазы, вместо Евгения заговорила Таня:
- В общей сложности нам добираться три дня, начиная с завтрашнего. Первый день мы едем на машинах, ну а потом ещё два дня пешком.
- Пешком по лесу, - подхватил Евгений, - сначала вдоль реки, затем горными тропами через чащу, поднимаясь всё выше. В конце доберёмся до одной миленькой долины, окружённой заснеженными горными пиками. Красота там неописуемая.
- Ночёвки в палатках, песни у костра, печёная картошка, – с весёлой иронией добавил Савелий, - а также комары. Романтика!
- Поверь, оно того стоит, - серьёзно сказала Татьяна.
- Не сомневаюсь, - ответил Савелий, открывая тяжёлую деревянную дверь центрального домика и пропуска вперёд своих спутников, - я просто шучу.
Внутри домик выглядел примерно так же, как и снаружи: деревянные, обтёсанные стены, одна из которых, та, что напротив входа за стойкой рецепции, была завешана ковром с изображением сцены лесной охоты; полы также из тёмного, местами потрескавшегося дерева, несколько кремовых кресел для гостей и низенький стеклянный столик между ними.
За полированной тёмно-серой стойкой рецепции стоял немолодой, заросший щетиной мужчина диковатого вида – вероятно, следствие длительного пребывания в лесу. Гостей он заметил не сразу, так как был поглощён чтением газеты, но стоило путникам приблизиться, как он вопросительно уставил на них свои светло-зелёные водянистые глаза:
- Здравствуйте, - поздоровался Евгений с молчаливым администратором, - мы заказывали несколько номеров для туристической группы из десяти человек. Нам нужны ключи от оставшихся комнат, так как наши друзья должны были уже прибыть. Кстати, вы не скажете, где мы могли бы их найти?
- Найдёте вы их без труда, - лениво заговорил администратор, доставая из-под стойки ключи, - кроме вашей компании на базе никого нет, - он протянул Евгению ключи. – Ваши два дальних домика. Завтрак у нас в восемь утра, в половину девятого за вами приедут машины, - мужчина снова развернул газету, показывая тем самым, что разговор закончен.
- Большое спасибо, - сказал напоследок Евгений и, кивнув своим спутникам, направился к выходу.
Наступили сумерки, на территории турбазы зажглись фонари, но окна почти всех домиков оставались тёмными, исключение составляли только административный домик и ещё две избушки на самой границе леса. К этим последним и пошли ребята по засыпанной гравием дорожке. Домики располагались по обеим её сторонам на расстоянии примерно трёх метров. Дальше тропинка шла к лесу и терялась вдали под сумрачным пологом вечернего леса.
Воздух был приятно свеж и насыщен ароматами трав, древесной смолы и хвои, стрекотали какие-то насекомые. На душе у Савелия стало спокойно и светло, он чувствовал, как дыхание природы всё больше наполняет его, снимая тревоги и усталость.
- Ну что, мальчики, - нарушила Таня молчание, - мне направо, вам налево. Ужин мы пропустили, так что придется ограничиться чаем перед сном. Утром увидимся.
Проводив Таню взглядом, пока она шла к домику и поднималась на крыльцо, как только девушка скрылась за деревянной дверью, Савелий и Евгений пошли к своей избушке.
Гостевой домик был несколько больше административного, внутри он был разделен на прихожую, узенький коридор и ещё три секции, две из которых отводились под спальни, по три железных кровати в каждой, а третья под санузел с двумя душевыми, унитазами и раковинами. В целом обстановка больше соответствовала детскому летнему лагерю, нежели гостинице.
Стоило Савелию и Евгению переступить порог избушки, как они тут же столкнулись с одним из её обитателей – невысоким молодым человеком с добродушным круглым лицом, который сразу принялся их радостно приветствовать.
Звали молодого человека Юрий и он оказался давним знакомым Евгения, а также, по совместительству, их соседом по комнате. Буквально через минуту на шум в коридоре сбежались остальные обитатели домика, заполнив собой всё пространство маленькой прихожей.
Трое появившихся в коридоре молодых людей (также друзей Евгения) вместе с Юрием показались Савелию очень похожими между собой. И дело тут было вовсе не во внешности, напротив, каждый из присутствовавших заметно отличался от остальных.
Так, Николай, очень высокий сероглазый брюнет с жёсткими чертами лица и суровым взглядом, был полной противоположностью на вид мягкому и сердечному Михаилу, хотя также довольно высокому, но с более плавными и спокойными чертами лица в обрамлении растрепанных светлых волос, с которого внимательно смотрели карие глаза.
Последний из четвёрки, Сергей, пожалуй, был самым заметным персонажем – короткий ёжик жёстких черных волос, смуглая кожа, жилистая мускулатурой и изящное телосложение придавали ему сходство с молодым чёрным леопардом. Образ довершали горящие, светлые до желтизны карие глаза.
Сходство молодых людей, бросившееся в глаза Савелию, было в выражении их лиц, а в том, какое они производили впечатление на смотрящего. Казалось, они излучали сияние, которое придавало их чертам особый, одухотворённый вид. И это было не только во внешности, но во всём.
Очень быстро, как только отзвучали приветственные восклицания, в маленьком бревенчатом домике наступила тишина. Но то была не просто тишина, что есть отсутствие звуков, означавшая для Савелия лишь усиление внутреннего звона, но тишина истинная, абсолютная. И как только медные колокольчики затихли в его голове, Савелий увидел, как одно за другим ярче засветились лица и особенно глаза окружающих его людей. Поддавшись внутреннему стремлению, Савелий отпустил своё сознание, позволив ему раскрыться.
Когда это произошло, он услышал, увидел, почувствовал мысленные волны, целенаправленно излучаемые и воспринимаемые собравшимися, как если бы они все и он сам стали одновременно радиостанциями и приёмниками, раскинувшими сеть вещания на этом маленьком пятачке цивилизации посреди горных лесов.
Мысли предавали информацию гораздо быстрей, точней и полней, чем все слова в мире. То, на что потребовались бы тысячи слов, произносимых в течение нескольких часов, можно было передать всего одним мгновенным мыслеобразом. Не было никакого непонимания, никаких искажений – адресат понимал всё именно так, как это понимал сам отправитель сообщения. Это был прямой контакт.
Находясь в чудесной атмосфере истинного общения, Савелий даже не заметил, как они с Евгением попали в их комнату, разложили вещи. За все эти простые действия отвечала одна часть мозга, а за телепатию другая. Однако она всё равно требовала концентрации, и Савелий почувствовал это, когда случайно отвлёкшись, утратил связь и выпал из сети. Сначала он разволновался и не знал, что делать, но увидев ободряющую улыбку севшего напротив него на свою кровать Юрия, смог успокоиться и вернуться в строй.
- Это всегда требует усилий на первых порах, но со временем ты научишься не выпадать из эфира, - услышал Савелий мысленное обращение Юрия к нему. – Но учти, связь бывает столь чёткой и легко поддерживаемой лишь на близких расстояниях, чем дальше ты от тех, с кем хочешь связаться, тем больше помех. К тому же, большое значение при дальних сеансах имеет состояние атмосферы.
- А на какое максимальное расстояние можно послать сообщение? – мысленно спросил Савелий.
- Не ограниченно, - ответил Юрий, - хоть в другую галактику, причём моментально. Но чем больше расстояние, тем выше должна быть концентрация, чтобы сигнал дошёл.
- А кто-нибудь делал это, связывался с другими планетами?
- Не я, - Юрий улыбнулся, отстранённо глядя в пространство, - и никто из моих близких друзей, даже насчёт Лены я не уверен.
- Лена? А она, что, авторитет?
- В некотором смысле. Авторитет всегда тот, кто знает больше, кто опытнее… Из нашей компании Лена самая опытная, как мне кажется. Но я ведь, знаешь, сам лишь третий год как очнулся.
- Как это произошло? – спросил Савелий, уже догадываясь об ответе, в голове мелькнула мысль, что тут снова без Лены не обошлось.
- Нет, - Юрий продолжал отвлечённо смотреть куда-то за окно, - это произошло ещё до встречи с ней. Просто однажды я проснулся утром и понял, что живу, как хомячок в клетке: ем, сплю, бегаю в колесе, но без всякого смысла. В голове возникла мысль: «А зачем, собственно, я живу? Какой смысл в моей жизни, какая в ней ценность? К чему борьба и страдания, которыми жизнь наполнена, если впереди всё равно лишь смерть?». Затем я стал постоянно об этом думать, и ко мне пришла догадка, интуитивное понимание, что всё это неспроста, что не должно и не может всё быть столь бесцельно и бессмысленно. В общем-то, именно желание найти смысл жизни, как это ни банально выглядит, и стало тем толчком, который привёл меня к пробуждению… С Леной я познакомился, когда уже довольно освоился с новым мировосприятием. Эта встреча произошла в одной картинной галерее в Санкт-Петербурге и стала для меня настоящим подарком судьбы. Ведь когда становишься способным видеть насквозь мир и живущих в нём людей, всё чаще тебя начинает посещать желание, чтобы кто-то другой мог разделить с тобой это видение.
Услышав последнюю фразу, Савелий понимающе улыбнулся: он легко мог себе представить, что почувствовал Юрий, впервые встретив себе подобного. А потом задал другой интересующий его вопрос:
- Ты сказал, Лена – самая опытная. А насколько?
- О, наша Елена совершенно особенная! Ей повезло намного больше, чем всем здесь собравшимся, ведь она уже родилась такой, вернее, в подходящей семье. Она всегда была в атмосфере знания, и воспитывали её соответствующим образом. Лена, если так можно выразиться, потомственная колдунья. Во всяком случае, таковой её считают в её родном городке. Естественно, подобное нелестное название – лишь плод суеверий малограмотного населения, но в общих чертах оно отражает реальность.
- Значит, ясновидение и прочее предаются по наследству?
- Конечно! И дело тут не столько в генах, хотя и без них не обходится, сколько в воспитании. Практически любой ребёнок при надлежащем подходе к его воспитанию может стать, а точнее, остаться, ясновидящим.
- В таком случае, Лене действительно повезло. Ей не пришлось годами жить во мраке и самой разыскивать путь в свету.
- Да. И теперь она помогает тем, кому повезло меньше.
Мыслеобмен прервал вернувшейся из душевой Евгений, возвестивший вслух, что бойлер работает плохо, так что Савелию придётся мыться бодряще прохладной водой.
Время было уже довольно позднее, поэтому Савелий быстро допил свой успевший остыть чай и направился в ванную, попутно заметив про себя, что число «подключённых» к их локальному ментаполю заметно уменьшилось – Сергей и Михаил уже спали, а грозный Николай, по-видимому, покинул домик, решив уединиться под сенью ночного леса.
Примерно через полчаса, приняв, как и обещал Евгений, весьма освежающий душ в маленькой, выложенной пожелтевшей от времени некогда белой плиткой, ванной, Савелий уже лежал в своей поскрипывавшей при малейшем движении постели и пытался уснуть.
В его сознании проносились картины минувшего дня и мыслеобразы, переданные ему его нынешними соседями, успевшими за время их непродолжительного по обычным меркам общения стать ему друзьями. Так много новых впечатлений, новых знаний, внезапно открывшихся перед ним возможностей… Савелий был окрылён радужными перспективами его дальнейшей жизни, которые предоставляло ему знакомство с этими удивительными людьми, с их таинственным и прекрасным миром, ставшим теперь и его миром тоже.
- То ли ещё будет, - прозвучал внезапно в уме Савелия столь знакомый женский голос.
- Елена! – одновременно подумал и прошептал он. – Ты здесь!
- Конечно, - ответила Лена, - совсем рядом. Завтра увидимся. Спокойной ночи.
- Спокойной ночи, - подумал Савелий и сразу уснул.
Меритатон вне форума   Ответить с цитированием