Показать сообщение отдельно
Старый 11.06.2011, 10:55   #10
Наталья
Активный участник
 
Аватар для Наталья
 
Регистрация: 09.07.2007
Сообщений: 3,444
По умолчанию Re: Сильные духом

11июня – уход Архиепископа Луки (Войно-Ясенецкий)


Архиепископ Лука (в миру - Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий) русский хирург, доктор медицины и духовный писатель (10 томов проповедей), епископ Русской Православной Церкви; с мая 1946 года архиепископ Симферопольский и Крымский. Канонизирован Русской Православной Церковью в сонме новомучеников и исповедников Российских для общецерковного почитания в 2000 году.
До 1917 года медик в ряде земских больниц средней России, позднее - главный врач Ташкентской городской больницы, профессор Среднеазиатского государственного университета. Автор 55 научных трудов по хирургии и анатомии. Наиболее известна его книга «Гнойная хирургия».
Нет органа в человеческом теле, к которому не прикасался бы целебный скальпель Войно-Ясенецкого. Он был окулистом и ларингологом, гинекологом и урологом, стоматологом и нейрохирургом, ортопедом и онкологом, и в каждой отрасли медицины достиг хирургического совершенства.
Советскую власть Войно-Ясенецкий воспринял как отвечающую народным интересам; но становление её было временем трудным и тяжким. В Ташкенте начался голод, уносивший сотни жизней. Не миновала эта беда и дом Войно-Ясенецких. В возрасте 38 лет скончалась жена хирурга Анна Васильевна. Валентин Феликсович тяжело переживал утрату своей верной подруги. Заботу о детях Войно-Ясенецкого взяла на себя его операционная сестра Софья Сергеевна Велецкая, тоже недавно овдовевшая, которую он поселил в отдельной комнате своего дома.
Доктор медицины Войно-Ясенецкий с увлечением читал лекции, вел практические занятия на медицинском факультете Туркестанского университета. Все дни недели были загружены до предела, но в воскресенье он оставался один на один с самим собой, со своими невеселыми мыслями о рано потерянной любимой жене, и его тянуло в церковь, к которой он все больше и больше привязывался.
Выросший в религиозной семье киевского аптекаря, где основными нравственными критериями были человеколюбие, милосердие, подвижничество, Валентин Феликсович никак не мог понять, почему новая власть много делает для простых людей - развивает здравоохранение, заботится о просвещении, помогает бедным, и в то же время... выступает против религии, в основе которой милосердие, помощь страждущим и падшим. Для него было непостижимо, почему бывшие верные прихожане грабят, а порой и рушат храмы. А Войно-Ясенецкий все чаще посещает церковь, участвует в религиозных диспутах, сочетая это с интенсивной организационной, лечебной и преподавательской работой.
В январе 1920 года он присутствует на епархиальном съезде духовенства, куда его пригласили как деятельного прихожанина и уважаемого в городе человека. Валентин Феликсович произнес на этом съезде речь, после которой епископ Туркестанский и Ташкентский Иннокентий предложил ему стать священником. И... врач Войно-Ясенецкий согласился. В этом поступке он видел протест против преследования религии. Конечно, его коллеги не могли понять и оценить его поступка, ибо сами были далеки от религии. А его сердце громко кричало: «Не могу молчать. Мой долг - защитить проповедью оскорбленного Спасителя нашего!»
В начале февраля 1920 года Валентин Феликсович появился в больнице в рясе с крестом на груди. Не обращая внимания на изумленные взгляды сотрудников, он спокойно прошествовал по коридору, вошел в кабинет, снял рясу, надел белый халат и приступил к обычной работе. Не реагируя на протесты и возмущение некоторых сотрудников и студентов, он продолжал свою лечебную и педагогическую деятельность и одновременно регулярно служил и выступал с проповедями в церкви.
Конфликт между новым общественным строем и православной церковью разрастался. В 1923 году резко усилились гонения на церковь, и именно в это трудное время предложили В.Ф. Войно-Ясенецкому возглавить в Туркестанском крае русскую православную церковь. Выбор этот был не случайным. Валентин Феликсович был не только религиозный священнослужитель, прекрасно знающий священное писание и кристально честный человек, но и замечательный хирург-бессребреник, имеющий огромный авторитет не только у населения, но и у властей.
Войно-Ясенецкий был пострижен в монахи под именем Луки, так как, по преданию, евангелист и апостол Лука был иконописцем и врачом. Так, под именем Луки, он стал епископом Ташкентским и Туркестанским, одновременно работая главным врачом больницы. Он много оперировал, руководил кафедрой в медицинском институте и еще выкраивал время для своих научных исследований. Для религиозных дел оставались вечера и воскресенье.
Но жизнь вносила свои коррективы. Вскоре это зыбкое равновесие между медициной и религией было нарушено. Посетивший хирургическое отделение городской больницы комиссар здравоохранения обратил внимание на висевшую в операционной небольшую икону и приказал ее снять, что было немедленно сделано. Тогда на заседании научного общества врачей Войно-Ясенецкий заявил, что, сняв икону в операционной, его лишили возможности работать. Но когда надо было прооперировать жену какого-то начальника и срочно понадобился Войно-Ясенецкий, икону вернули на прежнее место.
Но работать ему пришлось недолго. Вскоре его арестовали по ложному обвинению в антисоветской деятельности и сослали в Сибирь, в Енисейск. Здесь Войно-Ясенецкий продолжает заниматься церковной деятельностью и много оперирует, упорно продолжает собирать материал для давно задуманных «Очерков гнойной хирургии». Работал над книгой Валентин Феликсович обычно ночью, когда ему никто не мешал, - другого времени не было.
Через три года В.Ф. Войно-Ясенецкий был реабилитирован и возвратился в Ташкент. Ему было запрещено выполнять обязанности епископа и преподавать в медицинском институте. Тогда Валентин Феликсович стал служить простым священником и вел прием многочисленных больных прямо у себя дома. Верный своим принципам, за лечение по-прежнему денег не брал, хотя семья жила очень бедно. Позднее ему разрешили снова работать в городской больнице.
Но 6 мая 1930 года его снова арестовали и отправили в ссылку, теперь в Архангельск. Там ему была разрешена медицинская практика без хирургии, отчего он очень страдал. «Хирургия - это та песнь, которую я не могу не петь», - писал В.Ф. домой. В ноябре 1933 года архангельская ссылка кончилась. Валентин Феликсович снова одновременно епископ Сергиевской церкви и заведующий отделением гнойной хирургии в Институте неотложной помощи. В отделении под его руководством работали многие будущие профессора и доценты хирургических клиник. В 1935 году профессор В.Ф. Войно-Ясенецкий приглашается на руководство кафедрой хирургии Института усовершенствования врачей, а в декабре этого же года Наркомздрав УзССР присуждает ему ученую степень доктора наук без защиты диссертации. Как будто все примирились с «двойной» деятельностью Валентина Феликсовича. В его рабочем кабинете целый угол занимали иконы, среди которых было много ценных.
Войно-Ясенецкий работал с колоссальной нагрузкой. Ранним утром - богослужение в церкви, днем - лекции, операции, обходы больных, вечером — вновь церковь. Ей целиком посвящалось и воскресенье, но, если его вызывали в клинику, дальнейшее ведение богослужения передавалось другому священнику. Епископ Лука мгновенно «перевоплощался» в профессора Войно-Ясенецкого...
Спокойная жизнь длилась всего три года. Наступил страшный для страны 1937 год... Он не обошел и духовенство. 13 декабря Войно-Ясенецкий был снова арестован, по стандартному тогда обвинению в шпионаже... в пользу Ватикана!
В неимоверно тяжелых условиях тюрьмы, подвергаясь непрерывным допросам днем и ночью, лишенный сна, с распухшими от долгого стояния ногами, 60-летний профессор объявил голодовку. Но допросы продолжались. Из-за крайнего истощения его поместили в тюремную больницу, но и там, несмотря на свое тяжелое состояние, он по долгу врача и священника старался оказывать другим заключенным посильную помощь. Так, по тюремным камерам и больницам, провел он около четырех лет, не признавая выдвинутые против него ничем не обоснованные обвинения. Тюремное заключение закончилось высылкой в Сибирь.
Репрессированного профессора с момента ареста сразу вычеркнули из официальной медицины. «Очерки гнойной хирургии» были изъяты из библиотек. Но врачи постоянно пользовались его прекрасной книгой, делали операции по его методикам, а сотни излеченных больных, их родственники и друзья благодарно вспоминали Валентина Феликсовича; оставался в памяти верующих и епископ Лука - добрый, с открытым сердцем человек, всегда готовый помочь ближнему.
В место ссылки - село Большая Мурта, расположенное в 110 км от Красноярска, Войно-Ясенецкий попал в марте 1940 года и был назначен хирургом в районную больницу. Это была уже третья ссылка... Жил он в небольшой каморке, питался впроголодь. Особенно угнетало отсутствие церкви в этом селе. Внешне суровый и строгий, но справедливый и человечный «отец Лука», как его здесь звали, вставал в 5 утра, молился перед иконой, перед операцией крестился, крестил больного и приговаривал: «Все, что от меня зависит, обещаю сделать, остальное - от Бога».
С первых дней Великой Отечественной войны Войно-Ясенецкий буквально «бомбардирует» начальство всех рангов с требованием предоставить ему возможность лечить раненых. Он отправляет Калинину телеграмму следующего содержания: «Я, епископ Лука, профессор Войно-Ясенецкий, отбываю ссылку в поселке Большая Мурта Красноярского края. Являюсь специалистом по гнойной хирургии, могу оказать помощь воинам в условиях фронта и тыла, где мне будет доверено. Прошу ссылку мою прервать и направить в госпиталь. По окончании войны готов вернуться в ссылку. Епископ Лука».
Наконец разрешение было получено. 30 сентября 1941 года ссыльный профессор Войно-Ясенецкий переводится в Красноярск для работы консультантом в многочисленных госпиталях, имевших более 10000 коек. Начальство отнеслось к Валентину Феликсовичу настороженно - все-таки ссыльный поп. В его каморке на стене - иконы, а на столе - портрет Ленина. Это необычное сочетание вполне объяснялось его взглядами. Он часто говорил, что «и у Ленина и в религии есть что-то общее в морально-эстетическом вопросе». С первых же дней работы в Красноярских госпиталях он трудился самозабвенно. Много оперировал, все свои силы и знания отдавал обучению молодых хирургов и, как всегда, тяжело переживал каждую смерть. Питался плохо, часто не успевал даже получать продовольствие по своим карточкам.
Все трудности и несправедливости последних лет, обрушившиеся на него, не убили в профессоре пытливого исследователя. В 1944г выходит его книга «Поздние резекции при инфицированных огнестрельных ранениях суставов». Эта книга становится незаменимым пособием для хирургов страны. Благодаря Войно-Ясенецкому, тысячам и тысячам раненых не только была спасена жизнь, но и возвращена радость самостоятельного передвижения. Часто в палатах выздоравливающие встречали старого профессора необычным, но выразительным приветствием - поднимая ранее искалеченные и недвижимые конечности.
В марте 1943 года в пригороде Красноярска была открыта первая маленькая церковь, и ссыльный епископ Лука был назначен красноярским епископом. Войно-Ясенецкий участвует в соборе епископов Русской православной церкви, созванном 8 сентября 1943 года, и избирается постоянным членом священного синода. Священный синод возводит его в ранг архиепископа, приравняв лечение раненых «к доблестному архиерейскому служению».
В начале 1944 года часть эвакогоспиталей была переброшена из Красноярска в Тамбов. Вместе с ними переехал в Тамбов и Войно-Ясенецкий, получивший одновременно перевод и по церковной линии, возглавив тамбовскую епархию.
Несмотря на возраст и ухудшившееся здоровье, особенно зрение, Валентин Феликсович продолжал активно работать как в медицине, так и на религиозном поприще. В 1943-45 гг. в «Журнале Московской Патриархии» он публикует несколько статей и проповедей, в которых жгучими и вдохновенными словами призывает верующих бороться с гитлеровскими захватчиками. Когда в газетах появились сообщения о том, что священнослужители Ватикана просят о помиловании главных фашистских военных преступников, приговоренных к смертной казни на Нюрнбергском процессе, он пишет статью «Возмездие свершилось», в которой в резких тонах критикует папу римского Пия XII за его обращение к международному трибуналу с просьбой о помиловании. «Страшные люди, поставившие себе целью истребить евреев, уморить голодом, задушить в «душегубках» миллионы поляков, украинцев, белорусов, а всех остальных обратить в рабство, неужели научатся правде, если будут помилованы» - вопрошает он.
1946 год был знаменательным в жизни Войно-Ясенецкого. Представленные Наркоматом здравоохранения его фундаментальные работы «Очерки гнойной хирургии» и «Поздние резекции при инфицированных ранениях суставов» были удостоены Государственной (тогда Сталинской) премии 1 степени в 200 тысяч рублей, 130 тысяч из которых он пожертвовал «на помощь сиротам, жертвам фашистских извергов».
На правительственном приёме Сталин спросил епископа Луку:
- Ну, что, хирург, ты много операций сделал, а видел ли ты когда-нибудь человеческую душу?
- Мне много раз приходилось делать операции на голове и вскрывать черепную коробку, но я никогда не видел ума. А мы знаем, что ум существует, - ответил епископ Лука.

В Тамбове к концу войны располагалось около 150 госпиталей по 500-600 коек в каждом. Поле деятельности для профессора-хирурга было достаточное. Однако здоровье его резко ухудшается, слабеет зрение. Он уже не в состоянии выполнять сложные и длительные операции.
В мае 1946 года Войно-Ясенецкий, назначенный архиепископом Симферопольским и Крымским, переезжает в сильно разрушенный войной Симферополь. Несмотря на занятость, он продолжает заниматься научной работой, старается сохранить сложившийся в последние годы жизненный режим: бесплатный прием больных дома, консультации в госпиталях, проведение богослужений, руководство епархией. Архиепископ Лука продолжает участвовать в общественной жизни и, в первую очередь, в борьбе за мир. В воззвании «Защитим мир служением добру!» он провозглашает: «Противодействовать злу войны и всякому социальному злу церковь может только служением добру, ибо зло побеждается только добром».
В 1956 году Войно-Ясенецкий полностью ослеп. Потеря зрения окончательно оторвала его от медицины и полностью отдала во власть религии. В записанных в эти годы со слов архиепископа Луки мемуарах упорно и беспрерывно проходит мысль, что все происходившее в его жизни было «предначертано свыше».
Законы жизни неумолимы. 11 июня 1961 года, в возрасте 84 лет, Валентин Феликсович закончил сложный и трудный, но всегда честный и отданный человечеству жизненный путь.
...Хоронили архиепископа Луку со всеми религиозными почестями. Огромное количество людей провожало в последний путь доктора медицины, профессора Войно-Ясенецкого - блестящего хирурга, известного врача и ученого, замечательного душевного человека, верного сына своей Родины.
А на его надгробии высечено: Архиепископ Лука Войно-Ясенецкий

18 (27). IY.77 – 19 (11).YI.61
Доктор медицины, профессор хирургии, лауреат.
__________________
«Радость по силе равна любви» (Надземное, 823).
Наталья вне форума   Ответить с цитированием