Музыка и медицина

Музыка и медицина​

Теперь обратимся к значению музыки в лечении. Современная медицина в поисках новых, эффективных средств для лучших достижений во врачевании, особенно для уравновешивания нервного и психического состояния, все больше и больше начинает применять музыку.

Всем известен факт глубокого влияния музыки и пения на тончайшие струны человеческой души. Ни одна область искусства не может так быстро вызвать у человека оптимистическое, жизнерадостное настроение, пробудить бодрость и успокоить сердце, гармонизировать не только сознание, но и нервную систему, и вместе с тем благоприятно влиять на все функции организма.

Поэтому не случайно музыка названа "моральным феноменом", или, говоря языком исследуемой нами проблемы, – музыка самым непосредственным образом влияет на душу слушателя и пробуждает его психическую энергию. У каждого была возможность наблюдать бесчисленные случаи целительного влияния музыки на человека или слышать о них. Например, многие шли на концерт с тяжелым сердцем, в подавленном настроении, и возвращались обновленными. Сколько физически отягощенных направлялись туда очиститься неземными звуками, иногда в самом начале болезни, с температурой, и возвращались, получив облегчение или даже выздоровев. Жаль, что никто не писал об этих замечательных случаях, никто не собирал статистического материала. Концертные и оперные залы, где виртуозные исполнители вкладывают весь духовный огонь, высшее проявление психической энергии в свое исполнение, можно рассматривать как настоящие учреждения "массовой терапии".

По существу, все в природе есть латентная или кинетическая музыка, различные тончайшие звуки и гаммы, или вибрации на космической шкале, начиная с пульса организма человека, консонансов и диссонансов его души, с расцветающих цветов и радостно зеленеющих деревьев, и кончая далекой сияющей планетой, мчащейся в гармоническом ритме космической эволюции. Все проникает высшее огненное дыхание пространства, гармонично проявляющееся в прекрасной душе. Созвучать с симфонией эволюции Вселенной, вечно очищаясь и обновляясь в ней, – высшее достижение жизни. Поэтому человеку следует искать любые средства, чтобы поддерживать в себе возвышенный гармонический ритм, будут ли это возвышенные идеи, чистое чувство любви, искусство, музыка...

Так в новой медицине возвышенная гармония музыки может стать самым лучшим подспорьем для психотерапевтических методов, помочь больному человеку обновить свое естество, вернуть утраченную гармонию – упорядочить ритмы звучания своей сущности.

В Западной Европе существовали специальные учреждения, в которых делались попытки лечить с помощью музыки. В 1895 году в Лондоне была основана музыкально-терапевтическая гильдия, назначением которой была забота "о музыкальном обслуживании больных столицы". Также итальянский врач Лигити основал под Неаполем лечебницу для психических больных, где применялась музыкальная терапия. Известно, что композитор Ференц Лист на своей родине в Венгрии с большим успехом играл для нервных и психических больных, посещая больницы, и таким образом помогал исцелению меланхолии и апатии. Лечение музыкой применяли в своей практике, в большей или меньшей степени, многие известные врачи. Особенно относится это к немецким врачам, среди которых было не мало выдающихся поэтов и музыкантов. В Берлине в 30-х годах существовал даже хор и симфонический оркестр врачей. Надо отметить, что и у нас в Риге успешно действует хор при Доме медицинских работников.

Заслуживает высокой оценки, что не только врачи, но и выдающиеся ученые соприкасаются с очистительным огнем красоты, сокрытом в музыке и искусстве. Возвышенными вибрациями они осуществляют то, что неспособны были выразить в точной науке, кроме того, чувством красоты они углубляют и одухотворяют науку. Ибо настоящий ученый не может обойтись без музыки в огненном творчестве и воображении, в своих открытиях и гипотезах. Вспомним хотя бы известного физика Макса Планка, который был и выдающимся пианистом, дирижировал хором и вместе с Альбертом Эйнштейном, также одухотворенным музыкантом, скрипачом, создал скрипично-фортепианный дуэт.

Отметим здесь и опыты в области музыкальной терапии выдающегося немецкого хирурга Генриха Клозе, который в книге "Врач, природа и искусство" (1953) описал свою высококультурную деятельность в клинике Фридрихсхайн-Берлин.

Перед операцией больного заставляют делать гимнастику с ритмическим дыханием, чтобы предупредить опасный шок легких. Во время самой операции, при которой применяется местный наркоз, играют лирическую музыку, чтобы отвлечь внимание больного, снять мускульное напряжение и успокоить. После операции, в процессе выздоровления, пациенты вновь занимаются ритмической гимнастикой под аккомпанемент музыки.

Не только медицинскую гимнастику, но даже массаж сопровождают исполнением музыкальных произведений, записанных на патефонных пластинках и соответствующих психическому состоянию больного и его интеллигентности. По воскресным утрам больных и оперированных развлекает песенный ансамбль хора медицинских сестер. В этой терапии Клозе особенно высоко ценит влияние красивых вдохновенных голосов.

Клозе желает, чтобы его больные во время операции или в часы выздоровления испытали то, что Шиллер когда-то назвал сверхмощной силой народной песни, перед которой любая другая сила, даже судьба, должна замолкнуть: "Исчезнет мука каждого страданья, пока волшебство песни царит".

Клозе провел опрос во многих больницах, среди тысяч больных, какие музыкальные произведения они больше всего хотели бы слушать. Большинство высказались за композиции Баха, Моцарта, Бетховена (Апассионата, Лунная соната), Вагнера, Чайковского, Дворжака. Все же Клозе не отрицал, что музыкой в терапевтических целях следует пользоваться очень осмотрительно и под постоянным наблюдением врача, выбирая подходящие музыкальные произведения, соответствующие состоянию и настроению больного.

Клозе столь высоко оценивает верховную власть музыки, что, по его мнению, каждый врач должен быть любителем музыки, ибо немузыкальный врач даже хирургическим искусством едва ли сможет овладеть в совершенстве. Он цитирует предостерегающие слова Шекспира: "Музыка – пища души. Не доверяйся человеку, который не чувствует в себе музыки".

Но все же следует признать, что воздействие музыки в значительной степени зависит от музыкальной культуры человека.

"Лечение музыкой уже применяется, но следствия не всегда ощутимы. Причина в том, что не принято развивать восприятие музыки. Следует от малых лет приучать усваивать красоту звука. Музыкальность нуждается в образовании. Правильно, что в каждом человеке склонность к звуку заложена, но без воспитания она спит. Человек должен слушать прекрасную музыку и пение. Иногда одна гармония уже навсегда пробудит чувство прекрасного. Но велико невежество, когда в семье забыты лучшие панацеи. Особенно когда мир содрогается от ненависти, необходимо спешить открыть ухо молодого поколения. Без осознания значения музыки, невозможно понять и звучание природы. <...> Может ли народ совершать свое восхождение без песни? Может ли без песни стоять Братство?" (Братство, 292).

Поэтому пусть не кажется парадоксальной мысль, что всем нужно учиться петь. Конечно, прежде всего, это задача школы – поставить голос детей, зажечь любовь к песне и музыке. Но почему песня не может стать достоянием каждого дома?

Обычно думают, что песня нужна для веселья, для времяпрепровождения. Нет, песня нужна и для уравновешивания и умиротворения. Но, конечно, только возвышенная, торжественная, сердцем одухотворенная. Чернышевский, изображая в своем романе "Что делать?" людей будущего, подчеркивает, что они, управляя самыми сложными машинами, непременно поют. Песня одухотворяет, делает труд интенсивней, придает ему большую ценность. Помню, как в дни моего детства мать, работая в саду, пела песни. Песни звучали также в окрестных садах, они сотрясали деревенский воздух, соревнуясь с соловьями. Песня приносила жизнерадостность и энергию. Сотни тысяч дайн сохранил латышский народ и пел их. Теперь свиток песен свернут в книгах, заперт в хоровых выступлениях. Но песня должна снова стать достоянием каждого человека, каждого народа, также как любовь к музыке, поэзии и искусству.

Действительно, как древнее предание, звучат в наши дни стихи Уолта Уитмена о том, как все американцы-строители некогда были охвачены ритмом работы. Где же сегодня мы это услышим?

Слышу, поет Америка, разные песни я слышу: Поют рабочие, каждый свою песню, сильную и зазывную.

Плотник – свою, измеряя брус или балку, Каменщик – свою, готовя утром рабочее место или покидая его ввечеру,

Лодочник – свою, звучащую с его лодки, матросы свою – с палубы кораблей,

Сапожник поет, сидя на кожаном табурете, шляпник – стоя перед шляпной болванкой,

Поет лесоруб, поет пахарь, направляясь чем свет на поля, или в полдень, или кончив работу,

А чудесная песня матери, или молодой жены, или девушки за шитьем или стиркой, –

Каждый поет свое, присущее только ему.

Днем – дневные песни звучат, а вечером голоса молодых, крепких парней,

Распевающих хором свои звонкие, бодрые песни.

(Перевод И. Кашкина)​

Поскольку врач своей деятельностью помогает сохранить прекрасное и хорошее в человеческом теле и душе, то, по существу, у врача и художника общие возвышенные задачи.

Агни-Йога подчеркивает магнетическую власть музыки и пения над гармонией сознания и здоровьем человека.

Пение, которое сопровождается глубоким вдыханием и наполнением всего организма энергией, прежде всего, успокаивает и укрепляет самого певца. Оно обновляет. Особенно полезно пение согласованного хора, которое является самым мощным средством для гармонических вибраций. Представим себе участников хора, работающих над Девятой симфонией Бетховена или ораториями Баха, часами упражняющихся и находящихся под воздействием возвышенных звуков и гуманистических идей. Разве они не намагничивают свою сущность возвышенными вибрациями, не становятся чище и лучше? А какую целебную гармонию такой благозвучный хор распространяет надуши слушателей!

Вот почему при храмах, с самых древних времен и до наших дней, были хоры. Хоровые песнопения занимают значительное место в церковных ритуалах. Это же относится к специальным церковным инструментам и к колокольному звону, который вызывает торжественное, возвышенное настроение у религиозного человека. Философско-религиозные общины, братства и школы обретают духовную опору и гармоническую силу в хоровых песнях. Символическим стал известный факт, что Пифагор со своими учениками гимнами приветствовал на утренней заре солнце. Особый смысл был и в том, что в древние времена эпос и священные тексты произносились речитативом, делалось это не для лучшего механического усвоения, но для вдохновения и поднятия духа. Мы также знаем, что народ сопровождает работу пением, чтобы в ритме и созвучии избежать усталости.

Так и молитвы иногда произносили как мелодичную формулу мантрама – в речитативном звучании. В некоторых мантрамах не было даже содержания, оставалась лишь торжественная вибрация. Поэтому на Востоке так почитают священное созвучие Аум, которым молящиеся в высшем вдохновении наполняют сердце, оно рождает те же излучения, что и громкое звучание, в молитве сердце поет, оно звучит и наполняет весь организм особой энергией (Аум, 32).

В древние времена ценили не только мелодию, большое внимание обращали на качество голоса, которое сейчас мало ценится.

"Не сила, не выражение, но внутренний магнетизм – то же основание будет нужно при всяком пении", – говорит Агни-Йога. – "Полюбите красоту звучания. Человеческий голос есть уже чудо. Можно видеть, как воздействует голос даже без слов. Каждый слышал хоры на расстоянии — слова уже стерлись, но магия звука жила. Так нужно всегда напомнить, сколько чудес заключается в человеке" (Аум, 33, 34).

Но какая же пленительная сила покоряет слушателя при звучании одного голоса, в то время как другой, при всем его красивом тембре, оставляет слушателя холодным? Это одухотворенность. Певец, как живой инструмент, выражает свой характер, свою культурность, духовность. Так пианист сливается со своим инструментом, звучание рояля дышит в его этически утонченной личности.

Можем понять обаяние личности Вэна Клайберна, магнит его психической энергии, которая излучается в вереницах его божественных гамм. Между тем певец, который не растет духовно, не совершенствует своего характера, может вспыхнуть в краткое мгновение вдохновения, но понемногу будет терять духовное качество голоса, каким бы одаренным он ни был.

Агни-Йога учит понимать музыку как проявление высшей гармонии, в которое исполнители вкладывают музыкальность своего духа и энтузиазм сердца; так высшие ритмы украшенных сердцем гирлянд звуков становятся источником вдохновения и гармонии для многих.

Много говорят о красоте, но мало понимают значение гармонии. Красота – возвышающее понятие. Каждый дар красоты уже есть созидание для уравновесия Космоса. Каждый, проявляющий музыкальность, приносит дар не себе, не окружающим, не человечеству, но всему Космосу.

Агни-Йога подчеркивает громадное значение ритма для восхождения человека и выявления его психической энергии.

"Ритм есть породитель сотрудничества. От глубокой древности люди уже понимали значение ритмических хоров, музыкальных движений; так накоплялось сознание о двигателе общих работ. Они уже знали, что ритм зажигал общие огни, помогал избегать раздражения и разъединения. Он утверждал одинаковое устремление, потому музыка перед общей работой есть знак единения. Жаль, что новая музыка так часто аритмична. Может быть, она служит началом многих духовных язв, но вопрос о гармонии необычно сложен. Аритмичность есть разъединение, но грубый ритм есть отупение. Так лишь огненное сознание подскажет утонченность ритма. <...> Обитель Агни открывается не рассудком, но гармонией ритма. <...> Невозможно иметь разбитый ритм, то отступающий, то наступающий; так происходит неимоверная и бесполезная затрата энергии. Не будет отступать, кто начал наступать огненным ритмом. Именно этот ритм спасает от горестных размышлений и ведет вперед в духе, потому не будем ограничивать значения ритма лишь внешним движением, но введем его в духовный обиход" (Мир Огненный, ч. II, 17).

"Совершенство мысли является выражением прекрасной музыкальности. Высший ритм и будет лучшей профилактикой. Он будет и чистым мостом с высшими мирами" (Надземное, 42).

Интересно отметить, что древние мастера музыки умели чутко комбинировать звук с соответствующим оттенком цвета. Это применялось не только в храмах. Дома, где жили высокодуховные личности, наполняли вибрациями гармонических звуков и гаммами красок, которые соответствовали тону излучений этих личностей, держали в комнатах много цветов. Но, конечно, это были великие духи, которые говорили: "Цвет и звук – Наша лучшая трапеза" (Листы Сада Мории, ч. II, 108).

Древний Китай знал особый хрустальный инструмент, который назывался радужной арфой, чистота его звука соответствовала чистоте цвета. Можно представить, каким бальзамом для гармонизации нервов были мелодии такой арфы.

Следует отметить, что консонансы звуков и цветов применялись некоторыми европейскими музыкантами. В работах некоторых художников чувствуется момент музыкальности (Рерих, Чюрленис), а у композиторов – живописная тональность (Скрябин).

По существу, звуковые и цветовые вибрации принадлежат к различным гаммам единой шкалы. Поэтому неудивительно, что незрячие воспринимают оттенки пламени как звуки. Для них даже пламя свечи может звучать. И, в конце концов, разве звуки, цвета, лучи света не исходят из единого пространственного источника вибраций? Поэтому не случайно современная медицина, кроме музыкальной терапии, начинает применять лечение цветом, помещая больного в палату, стены которой окрашены в цвет, соответствующий его настроению и болезни. Новейшие исследования показали, что комнаты больного должны быть окрашены теплыми, оптимистическими красками, а не белой, которая действует угнетающе на психику больного. "Также и для лечения цветом нужно открыть глаза. Часто достаточно одного касания, чтобы глаз навсегда усмотрел красоту цвета, но все же касание просвещенное нужно" (Братство, 293).

Агни-Йога утверждает, что фиолетовый цвет успокаивает болеющих раком, к тому же применение мажорного консонанса усиливает действие фиолетового луча, тогда как алый усиливает страдания (Аум, 222).

Нервные припадки можно излечить звуком, цветом, ароматом и ровной температурой, при сохранении присутствующими полного спокойствия. Конечно, комбинации звука, цвета и аромата должны соответствовать индивидуальности больного. В связи с этим Агни-Йога советует наблюдать, как различные цвета, звуки и ароматы воздействуют на повышение психической энергии.

Конечно, при лечении вибрациями цвета и света, как и музыкой, говорит Агни-Йога, у больного должны быть открыты глаз и ухо, необходимы понимание и интерес. Но где же просвещенные воспитатели, которые зажгут свет не только в глазах, но и в сердце, и научат юношество ободрять друг друга утверждениями красоты?

Так чуткий врач, кроме лечения больного звуками, цветом, светом, солнечными лучами, в будущем применит соответствующие тонкие ароматы, укрепляющие психическую энергию.

Современная медицина широко пользуется лучевой терапией. "Со временем, – говорит Агни-Йога, – найдут способ лечить лучами Светил. Если цветные земные лучи целебны, то насколько же мощнее лучи светил!" (Братство, 373).

По существу, все хорошее в человеке, начиная с его огненной энергии и возвышенных мыслей, неисчислимые богатства и красоты природы, музыкальные созвучия и гаммы оттенков цвета – все должно служить обновлению человеческого организма и гармонизации психики, а также противоядием от земного хаоса.

Рихард Рудзитис
ПСИХИЧЕСКАЯ ЭНЕРГИЯ – ПУТЕВОДНАЯ ЗВЕЗДА ЧЕЛОВЕЧЕСТВА
"Звёзды Гор", 2006, Минск.​