§ 242

242. Урусвати знает, что сеятель ветра пожнет бурю. Но когда эта буря разразится и кто ею смятен будет, о том люди не думают. Они твердят о Карме и ограничивают ее своими мерами, но Карма действует прогрессивно. Указанная буря захватит многих, и такое следствие обрушится на сеятеля ветра.

Когда же долетит ярое следствие бури? Правильно говорят, что понятие времени относительно. Так, не земными часами измеряется накопление бури. Одно остается несомненным, что сеятель и пожнет.

Можно наблюдать за прогрессом Кармы на многих исторических деяниях. Мы советуем читать жизнеописания и летописи. Там можно наблюдать, как росла Карма и как она обрушивалась, чтобы восстановить нарушенное равновесие. Люди иногда готовы считать Карму наказанием, но великий закон не может быть так ограничен. Закон действует во имя равновесия. Размер нарушения равновесия не может быть определен земными мерами. Только с высших планов можно усмотреть, как разрастается содеянное.

Мы говорим о капле яда, но одно малое слово может действовать как сильный яд. Можно пожалеть, что люди не вдумываются в слова, ими произносимые. Процесс эволюции долго совершается, но качество мышления и слова человеческого не повышается. Вспомним о высоком мышлении индийских и греческих философов. Может ли двадцатый век гордиться такою же утонченностью мышления?

Мыслитель говорил: «Наверно, ранее нас кто-то размышлял лучше. Не будем надеяться, что мы преуспели. Пусть наши недостатки послужат рычагом к совершенствованию».

 

«Урусвати знает, что сеятель ветра пожнет бурю». Но сколько же на нашем земном поле таких сеятелей, которые постоянно пожинают плоды своих «горьких посевов», и до сих пор этого не осознают! Превращая ветер своего неразумия в бурю, люди не понимают, что выросшая из ветра буря, как и обычная буря земная, «захватит многих, и такое следствие обрушится на сеятеля ветра. Но когда эта буря разразится и кто ею смятен будет, о том люди не думают. Они твердят о Карме и ограничивают ее своими мерами земного понимания и представлениями только мира физического, но Карма действует прогрессивно» на всех Планах Бытия. И на планах незримых мощь бури проявляется гораздо мощнее.

Когда же долетит ярое следствие бури до мира земного Знают лишь Владыки Кармы. А мы не знаем ни дня, ни часа. Да и «понятие времени относительно». Ибо «не земными часами измеряется накопление бури. Одно остается несомненным, что сеятель и пожнет». Ведь главный принцип Закона Кармы – что сеет человек, то сам и пожинает. Сколько бы ролей-личностей ни менял человек, главное его амплуа во всех жизненных представлениях – сеятель-жнец.

«Можно наблюдать за прогрессом Кармы на многих исторических деяниях. Мы советуем читать жизнеописания и летописи. Там можно наблюдать, как росла Карма и как она обрушивалась, чтобы восстановить нарушенное равновесие». Ибо только равновесие может удержать от разрушения наш космический домик, как, впрочем, и всё Мироздание. «Закон всегда действует во имя равновесия». Но «Размер нарушения равновесия не может быть определен земными мерами. Только с высших планов можно усмотреть, как разрастается содеянное», как, кого и где оно затрагивает. И картина эта, как правило, имеет грандиозные размеры.

«Люди иногда готовы считать Карму наказанием, но великий закон не может быть так ограничен». Ведь действует он в биполярном мире. Значит, работает на обоих полюсах. Не зря у Закона Кармы есть несколько названий. И одно из них – Закон Воздания и Возмездия.

«Мы говорим о капле яда, но одно малое слово может действовать как сильный яд». Это подтверждает и крылатая фраза из пьесы «Горе от ума» Александра Грибоедова, ставшая уже пословицей – «Ах! Злые языки страшнее пистолета». О силе слова в Живой Этике много раз упоминается. Ведь слово – это тоже энергия, которая, как и любая энергия, может действовать как во зло, так и во благо. «Можно пожалеть, что люди не вдумываются в слова, ими произносимые».
У поэта Вадима Шефнера есть прекрасное стихотворение на эту тему, которое так и называется "Слова".

Много слов на земле. Есть дневные слова —
В них весеннего неба сквозит синева.

Есть ночные слова, о которых мы днём
Вспоминаем с улыбкой и сладким стыдом.

Есть слова — словно раны, слова — словно суд, —
С ними в плен не сдаются и в плен не берут.

Словом можно убить, словом можно спасти,
Словом можно полки за собой повести.

Словом можно продать, и предать, и купить,
Слово можно в разящий свинец перелить.

Но слова всем словам в языке нашем есть:
Слава, Родина, Верность, Свобода и Честь.

Повторять их не смею на каждом шагу, —
Как знамена в чехле, их в душе берегу.

Кто их часто твердит — я не верю тому,
Позабудет о них он в огне и дыму.

Он не вспомнит о них на горящем мосту,
Их забудет иной на высоком посту.

Тот, кто хочет нажиться на гордых словах,
Оскорбляет героев бесчисленных прах,

Тех, что в тёмных лесах и в траншеях сырых,
Не твердя этих слов, умирали за них.

Пусть разменной монетой не служат они, —
Золотым эталоном их в сердце храни!

И не делай их слугами в мелком быту —
Береги изначальную их чистоту.

Когда радость — как буря, иль горе — как ночь,
Только эти слова тебе могут помочь!

1956 г.

Много лет пролетело, как мудрый поэт
на скрижалях пространства оставил сей след.
Но по-прежнему в мире звучит много слов,
что и ранят, и бьют, и звучат словно суд.
«Процесс эволюции долго совершается, но качество мышления и слова человеческого не повышается».

«Вспомним о высоком мышлении индийских и греческих философов. Может ли двадцатый век гордиться такою же утонченностью мышления?» К сожалению, и веку двадцать первому, четверть которого человечество уже прошагало, тоже в этом отношении гордиться нечем.
«Мыслитель говорил: "Наверно, ранее нас кто-то размышлял лучше. Не будем надеяться, что мы преуспели"». И всё же к такому преуспеянию нам надо стремиться "Пусть наши недостатки послужат рычагом к совершенствованию", которое безгранично.