2.3. Addenda: Сопоставление науки с Тайной Доктриной

ЧАСТЬ III

ADDENDA
СОПОСТАВЛЕНИЕ НАУКИ С ТАЙНОЙ ДОКТРИНОЙ

Скачать: Посмотреть вложение ТД часть 2.3.zip
_______


ОТДЕЛ I
АРХАИЧЕСКАЯ ИЛИ ЖЕ СОВРЕМЕННАЯ АНТРОПОЛОГИЯ?​

Каждый раз, когда вопрос о Происхождении Человека задан непредубежденному, честному и серьезному ученому, неизменно получается ответ: «Мы не знаем». Де Катрефаж, при его агностическом отношении, принадлежит к таким антропологам.
Конечно, это не значит, что все остальные ученые не являются честными или же открытыми умами, ибо разумность подобного замечания была бы под вопросом. Но принято считать, что 75 процентов европейских ученых принадлежат к эволюционистам. Неужели все эти представители современной мысли повинны в очевидном искажении фактов? Никто этого не утверждает – но имеются несколько весьма исключительных случаев. Все же, ученые, в своем антиклерикальном энтузиазме и, отчаиваясь найти какую-либо иную теорию для противопоставления Дарвинизму, исключая теории «особого творения», становятся бессознательно для себя неискренними, «настаивая» на гипотезе, гибкость которой недостаточна и потому подвергающейся сейчас сильным нападкам. Однако, отсутствие искренности при обсуждении этой темы весьма очевидно в экклесиастических кругах. Епископ Тэмпль в своем труде «Религия и Наука» выступил как ярый защитник Дарвинизма. Этот клерикальный писатель заходит так далеко, что рассматривает Материю, – после того, как она получила «свое изначальное запечатление» (толчок) – как эволюирующую все космические феномены без всякого содействия. Это воззрение отличается от воззрения Геккеля лишь предпосылкою гипотетического Божества «позади и за пределами», Божества, стоящего совершенно в стороне от взаимодействий сил. Такая метафизическая сущность не представляет собою ни теологического Бога, ни Бога Канта. Союз епископа Тэмпля с материалистической наукой, по нашему мнению, является неразумным – не говоря уже о том факте, что это влечет за собою полное отрицание библейской космогонии. При наличности такого проявления раболепства перед материализмом нашей «ученой» эпохи, мы, оккультисты, можем лишь улыбаться. Но что сказать о преданности Учителю, которому подобные неверные богословы претендуют служить – именно Христу и христианству вообще?
Впрочем, в настоящее время, мы не имеем ни малейшего желания бросать священству перчатку вызова, ибо сейчас мы имеем дело лишь с материалистической наукой. Последняя, в лице своих лучших представителей, отвечает на наш вопрос: «Мы не знаем». Тем не менее, большинство из них поступают, как если бы Всеведение было их наследственным достоянием, и они знали бы все существующее.
Ибо, именно, этот отрицательный ответ не воспрепятствовал большинству ученых обсуждать этот вопрос, при чем каждый старался, чтобы его личная, специальная теория была принята преимущественно перед остальными. Таким образом, начиная от Майэ в 1748 г. до Геккеля в 1870, теории о происхождении человеческой расы настолько же отличались друг от друга, как и сами личности их изобретателей. Буффон, Бори де Сен-Винсент, Ламарк, Е. Жоффруа Сент-Илэр, Годри, Ноден, Уоллэс, Дарвин, Оуэн, Геккель, Филиппи, Фогт, Гёксли, Агассиз и т. д., каждый из них развил более или менее научную гипотезу генезиса. Де Катрефаж распределяет эти теории на две главные группы – одна, основанная на быстрой, и другая на очень постепенной трансмутации; при этом первая поддерживает новый тип (человека), порожденный существом, совершенно отличным, последняя учит эволюции человека путем прогрессивных дифференциации.
Любопытно, что именно от наиболее ученых, среди этих авторитетов, произошли самые ненаучные из всех теорий о Происхождении Человека. Теперь это настолько очевидно, что быстро приближается время, когда современное учение о происхождении человека от обезьяноподобного млекопитающегося будет рассматриваться с меньшим уважением, нежели создание Адама из глины, и Евы из ребра Адама. Ибо:

Доводы Лукэ против обезьяньей теории, основанной на различии в изгибах костей, составляющих черепную ось у человека и антропоидов, прекрасно обследованы Шмидтом. Он признает, что:

и на миг он как бы колеблется, прежде чем продолжить:

Писатель, по-видимому, несколько обеспокоен своим собственным рассуждением. Он уверяет нас, что этот довод уничтожает всякую возможность, чтобы настоящие антропоиды являлись когда-либо предками человечества. Но разве это не опровергает также всякую возможность общего предка для человека и антропоида, – хотя, пока что и совершенно теоретического?
Даже сам «Естественный Подбор» с каждым днем становится все более и более угрожаемым. Дезертиры из стана Дарвина многочисленны, и те, кто одно время были его самыми ярыми учениками, благодаря новым открытиям, медленно, но неукоснительно готовятся повернуть новую страницу. В журнале «The Royal Microscopical Society» за Октябрь 1886 года мы можем прочесть следующее:

Делается попытка доказать вышеприведенное, как добавление и продолжение теории Дарвина. Попытка эта, в лучшем случае, очень не удачна. Скоро общественному мнению будет предложено поверить, что «Эволюция без Естественного Подбора» С. Диксона также является Дарвинизмом – но расширенным, как это, несомненно, утверждается самим автором!
Но это равносильно тому, что после рассечения человеческого тела на три куска, утверждать, что каждый кусок является тем же человеком, что и раньше, только – расширенным. Тем не менее автор заявляет:

А до этого он намекает на:

Впрочем это нисколько не препятствует просвещенному автору столь же «победоносно» и даже открыто назвать свой труд «Эволюция без Естественного Подбора» или же, другими словами, разбить в нем на атомы основную идею Дарвина.
Что же касается до самого Естественного Подбора, то крайнее заблуждение превалирует среди многих современных мыслителей, молча принимающих заключения Дарвинизма. Так например – приписывать Естественному Подбору силу зарождения видов есть лишь просто способ выражения. Естественный Подбор не является сущностью: это есть лишь удобное выражение для описания способа, посредством которого устанавливается переживание приспособленного и уничтожение неприспособленного в Борьбе организмов за существование. Каждая группа организмов стремится к размножению поверх средств к существованию; постоянная борьба за жизнь – «борьба, чтобы получить достаточно пищи и избежать быть пожранным» в добавление к окружающим условиям – требует постоянного уничтожения неприспособленного. Избранные из любой группы, будучи отобранными таким образом, размножают свои виды и передают свои органические свойства своему потомству. Таким образом, все полезные изменения увековечиваются, и совершается прогрессивное улучшение. Но Естественный Подбор – по скромному мнению автора, «Подбор, как Мощь», на самом деле, есть просто миф; особенно же, когда к нему прибегают для объяснения Происхождения Видов. Это есть просто изобразительный термин, выражающий способ, которым «полезные изменения» стереотипируются, когда они происходят. Сам по себе, «он» ничего не может произвести и лишь оперирует над сырым материалом, предоставленным «ему». Истинный вопрос, интересующий нас, заключается в следующем: какая причина – соединенная с другими второстепенными причинами – производит «изменения» в самих организмах? Многие из этих второстепенных причин просто физические, зависящие от климата и пищевого режима и пр. Правильно, но поверх второстепенных аспектов органической эволюции, нужно искать более глубокий принцип. Материалистические, «самопроизвольные изменения» и «случайные отклонения» являются самопротиворечащими терминами во Вселенной «Материи, Силы и Необходимости». Простое изменение типа, без наличности и наблюдения за этим процессом квази-разумного импульса, не в состоянии объяснить поражающие сложности и чудеса, например, человеческого тела. Несостоятельность механической теории Дарвина была изложена пространно д-ром фон Гартманном среди других, вполне отрицательно настроенных, мыслителей. Писать, как это делает Геккель, о слепых индифферентных клеточках, «организующихся в органы», значит унижать разум читателя. Эзотерическое решение о происхождении животных видов приведено в другом месте.
Эти, чисто второстепенные, причины дифференциации, сгруппированные под главенствующим началом полового подбора, естественного подбора, климата, изоляции и т. д., вводят в заблуждение западного эволюциониста и не предлагают никакого объяснения, «откуда» произошли «типы предков», послужившие отправным началом для физического развития. Истина в том, что дифференцирующие «причины», известные современной науке, вступают в действие только после того, как произошло уплотнение первичных, животных коренных типов из астрального состояния до физического. Дарвинизм встречается с Эволюцией лишь на полпути – то есть, когда астральная эволюция уступает место действию обычных физических сил, с которыми знакомят нас наши настоящие чувства. Но даже здесь дарвиновская теория, даже с недавними поползновениями на «расширения» – недостаточна, чтобы объяснить эти факты. Причина, лежащая в основании физиологического изменения видов – по отношению к которой все остальные законы являются подчиненными и второстепенными – есть подсознательный разум, проникающий материю и, в конечном итоге, являющийся отражением Божественной Мудрости и Мудрости Дхиан-Коганов⁶. К заключению, мало отличающемуся от этого, пришел и такой известный мыслитель, как Эд. фон Гартманн, когда, отчаявшись в действительной силе Естественного Подбора, лишенного помощи, он стал рассматривать Эволюцию, как разумно направляемую Несознательным – Космическим Логосом Оккультизма. Но последний действует лишь посредством Фохата или энергии Дхиан-Коганической и не совсем тем непосредственным способом, как его описывает великий пессимист.

____________________
* Сэр Эдвин Генри Лэндшир – художник-анималист.
¹ Де Катрефаж «L'Espece Humaine», стр. 111. В этом труде он приводит соответственное развитие человеческого и обезьяньего мозга. «В человекообразной обезьяне извилины temporo - sphenoidal, составляющие среднюю часть мозга, появляются и заканчиваются раньше передних извилин лобной части. В человеке же, наоборот, передние, лобные извилины появляются первыми, тогда как в средней части они образуются позднее». (Там же).
² «Deszendenzlehre und Darwinismus,». стр. 270.
³ Серия II, том. I, стр. 769 (изд. 1886). На это заметка издателя добавляет, что «F. J. B.», в журн. «Athenaeum» (номер 3069, Авг. 21, 1886, стр. 242–243), указывает, что натуралисты давно признали существование «морфологических» и «физиологических» видов. Первые получили свое начало в уме человека, последние в ряде изменений, достаточных, чтобы воздействовать как на внутренние, так и на внешние органы группы объединенных индивидов. «Физиологический подбор» морфологических видов является смешением идей; подбор видов физиологических лишь преизбыток терминов.
⁴ Ор. Cit., стр. 79.
⁵ Там же, стр. 48
⁶ «Принцип Усовершенствования» Нэгели; «устремление к Цели» фон Бэра; «божественное дыхание, как внутренний импульс в эволюционной истории Природы» Брауна; «тенденция к Усовершенствованию» проф. Оуэна и так далее, все они выражают скрытые проявления всемирного, направляющего Фохата, насыщенного Божественной и Дхиан-Коганической Мыслью.

 

Именно это разногласие среди ученых, их обоюдные и часто их само-противоречия дают автору настоящих томов смелость выявить на свет иные и более древние учения, хотя бы даже только как гипотезы для будущего научного признания. Научные заблуждения и пробелы настолько очевидны для скромного летописца этого архаического учения, что хотя и, будучи не слишком сведущей в современных науках, она решила коснуться всех их, чтобы установить параллель между двумя учениями. Для Оккультизма это является лишь вопросом самозащиты и ничего более.
До сих пор Тайная Доктрина занималась лишь чистой метафизикой. Теперь же она спустилась на Землю и оказалась в пределах физической науки и практической антропологии, или тех ветвей изучения, которые материалисты-естественники считают своей законной областью, хладнокровно утверждая, кроме того, что чем выше и совершеннее действует Душа, тем легче поддается она анализу и объяснению одних только зоологов и физиологов⁷. Эта поражающая претензия исходит от того, кто, чтобы доказать свое происхождение от питекоидной обезьяны, не усомнился включить лемуроидов среди предков человека; при чем они были возведены им в разряд млекопитающихся Prosimiae inciduate, которых он весьма неправильно награждает decidua и дискообразным последом (плацента)⁸. За это Геккель подвергся сильным нападкам со стороны де Катрефажа и критике своих собратьев материалистов и агностиков – Вирхова и дю Буа-Рэймонда, таких же крупных авторитетов, если и не больших, нежели он сам⁹.
Несмотря на такие оппозиции, дикие теории Геккеля и посейчас еще называются некоторыми лицами научными и логичными. Ввиду того, что таинственная природа Сознания, Души, Духа в человеке ныне объяснена, как простой прогресс в функциях протоплазмических молекул живой protista, а постепенная эволюция и рост человеческого ума и «общественных инстинктов» в направлении цивилизации должны быть прослежены назад, к их началу в цивилизации муравьев, пчел и прочих тварей, – то шансы возможности, оставленные для беспристрастного выслушивания доктрин Архаической Мудрости, действительно, малочисленны. Образованным невеждам говорится, и по-видимому, они верят этому, что:

– и что наше божественное сознание, наша душа, ум и устремления «проложили себе дорогу, начиная от низших стадий простой клеточки-души» студенистого Bathybius'a¹⁰. На таких людей Метафизика Оккультизма должна производить то же впечатление, что и наши грандиозные Оратории на китайца – звуки которых потрясают его нервы.
Тем не менее, разве наши Эзотерические Учения об «Ангелах», о трех первых до-животных человеческих Расах и о падении Четвертой стоят на низшей степени вымысла и самообольщения, нежели «Пластидулар» Геккеля или же неорганические, «молекулярные души протиста»? Между эволюцией духовной природы человека от вышеуказанных амёбных душ и предполагаемым развитием его физического строения из протоплазмического обитателя в океанском иле, существует пропасть, через которую нелегко перешагнуть человеку, вполне владеющему своими умственными способностями. Физическая эволюция, как учит этому современная наука, является темой для открытой полемики; духовное и моральное развитие, помещенные в тот же разряд, есть безумное представление грубого материализма.
Кроме того, как прошлый так и настоящий ежедневный опыт учит, что ни одна истина никогда не была воспринята учеными организациями, если только она не совпадала вполне с привычными, предубежденными представлениями их профессоров. «Венец инноватора есть венец из терний» – сказал Жоффруа Сент-Илэр. Как общее правило, лишь то, что отвечает популярным идеям и принятым понятиям, получает право на существование. Отсюда торжество идей Геккеля, несмотря на то, что они объявлены Вирховым и дю Буа-Рэймондом и другими, как testimonium paupertatis Естественной Науки».
Как бы ни был материализм германских эволюционистов диаметрально противоположен духовным представлениям Эзотерической Философии и как бы ни была радикально несостоятельна, принятая ими, антропологическая система по отношению к фактам Природы, – все же, псевдо-идеалистическое предубеждение, ныне окрашивающее английскую мысль, почти что еще губительнее. Чистая Материалистическая Доктрина признает прямое опровержение и воззвание к логике фактов. Идеализм настоящего времени не только замышляет, с одной стороны, воспринять основные отрицания атеизма, но заводит своих приверженцев в путаницу нереальности, кульминирующую в настоящем нигилизме. Возражать подобным писателям почти невозможно. Потому идеалисты будут еще больше восставать против ныне даваемых оккультных учений, нежели даже материалисты. Но так как толкователи Эзотерического Антропогенезиса не могут подвергнуться со стороны своих врагов худшей судьбе, нежели получить, от них обычные и освященные временем прозвища «сумасшедших» и «невежд», то настоящие теории могут быть безопасно добавлены к многочисленным, современным теориям и выждать время их полного или хотя бы даже частичного признания. Но так как само существование этих архаических теорий, вероятно, будет отрицаться, то мы должны привести наши лучшие доказательства и поддержать их до самого конца.
В нашей расе и поколении «единый храм во Вселенной» лишь в редких случаях – внутри нас самих; наше тело и ум были слишком осквернены, как «грехом», так и «наукой», чтобы в настоящее время представлять из себя нечто лучшее, нежели капище беззакония и заблуждения. И здесь наше обоюдное положение – положение Оккультизма и современной науки – должно быть раз навсегда определено.
Мы, теософы, охотно преклоняемся перед такими просвещенными людьми, как покойный проф. Бальфур, Стюарт, Крукс, де Катрефаж, Уоллес, Агассиз, Бутлеров и другие, хотя, с оккультной точки зрения, мы можем и не соглашаться со всем тем, что они утверждают. Но ничто не заставит нас согласиться оказать уважение мнению даже таких ученых, как Геккель, Карл Фогт, или Людвиг Бюхнер в Германии, или даже, как г. Гёксли и его материалистические единомышленники в Англии, – несмотря на всю колоссальную эрудицию первых поименованных. Подобные люди являются просто умственными и моральными убийцами будущих поколений, в особенности же, Геккель, грубый материализм которого часто подымается в своих рассуждениях до высот идиотических наивностей. Достаточно лишь прочесть его «Pedigree of Man, and other Essays» (в переводе Авелинга), дабы ощутить желание, говоря словами Иова, «чтобы память о нем исчезла с лица Земли» и «чтобы имя его не красовалось на улицах». Послушайте создателя мифической Созуры, высмеющего идею начала человеческой расы, «как сверхъестественный [?] феномен»,

На это Оккультизм, нисколько не смущаясь подобной научной мешаниной, возражает: На протяжении эволюции, когда физическая эволюция восторжествовала над духовной и умственной и почти что раздавила ее под своею тяжестью, великий дар Крияшакти остался наследием лишь немногих избранных людей в каждой эпохе. Дух тщетно стремился проявиться в своей полноте в чисто органических формах (как это было объяснено в первой части этого тома), и способность, бывшая естественным свойством в раннем человечестве Третьей Расы, была отнесена к разряду, рассматриваемому спиритуалистами и оккультистами, как нечто просто феноменальное, материалистами же, как научно невозможное.
В наши современные дни простое утверждение, что существует сила, которая может создавать человеческие формы – готовые Оболочки, в которые могут воплощаться сознательные Монады или же Нирманакая прошлых Манвантар – конечно, является нелепой, смешной! С другой стороны, то, что рассматривается, как вполне естественное, есть создание чудовища Франкенштейна, с добавлением морального сознания, религиозных устремлений, гения и чувства своей собственной бессмертной природы – посредством «физико-химических сил», направляемых слепой «Всемогущей Эволюцией». Что же касается до происхождения такого человека не ех nihilo, скрепленного горсточкой красной глины, но от живой божественной Сущности, посредством уплотнения Астрального Тела из окружающих материалов – такое представление, по мнению материалистов, является слишком нелепым, чтобы даже быть упомянутым. Тем не менее, оккультисты и теософы готовы на то, чтобы их утверждения и теории были сопоставлены, что касается до внутреннего значения и вероятия с утверждениями современных эволюционистов – как бы ни казались эти теории ненаучными и суеверными на первый взгляд. Потому Эзотерическое Учение совершенно противоположно дарвиновской эволюции в ее приложении к человеку и отчасти также и в отношении других видов.
Было бы интересно заглянуть в ученый мозг материалиста и уловить в нем умственное представление Эволюции. Что есть Эволюция? Если мы спросим определить полное и точное значение этого термина, то ни Гёксли, ни Геккель не будут в состоянии сделать это лучше, нежели Вебстер:

Тем не менее, бутон должен быть прослежен через растение, его породившее, до семени, а яйцо до животного или птицы, положившей его; или, во всяком случае, до крапинки протоплазмы, из которой оно вышло и выросло. И как семя, так и крапинка должны иметь в себе спящие потенциальности для размножения и постепенного развития, развертывания тысяча и одной формы или фазы эволюции, через которые они должны пройти, прежде чем цветок или же животное вполне разовьется, следовательно, будущий план – если не предначертание – должен уже существовать. Кроме того, семя должно быть прослежено до его истоков и природа его установлена. Удалось ли это дарвинистам? Или же монера будет брошена нам в лицо? Но этот атом Водных Бездн не является однородною материей; и должен быть некто или нечто, что оформило и дало ему бытие.
Здесь наука еще раз хранит молчание. Но так как, по мнению материалистов и психологов современной школы, нет еще самоосознания в крапинке, семени или зародыше, – на этот раз оккультисты согласны с их естественными врагами, – то, что же это такое, что направляет силу или силы столь безошибочно в этом процессе Эволюции? «Слепая Сила?» Тогда с таким же основанием можно назвать «слепым» мозг, который эволюировал в Геккеле его «Pedigree of Man» (Генеалогия Человека) и прочие плоды ночных занятий. Мы легко можем представить себе, что этот мозг лишен одного или двух важных центров; ибо тот, кто знает нечто об анатомии человеческого или даже любого животного тела и, все же, остается атеистом и материалистом, должен быть «безнадежно сумасшедшим», по словам лорда Герберта, который правильно видит в строении человеческого тела и в соответствии его частей нечто, столь удивительное и парадоксальное, что он считает его «величайшим чудом природы». Слепые силы и «отсутствие плана» в чем-либо существующем под Солнцем! Когда ни один разумный ученый не поколеблется сказать, что даже из того малого, что он знает и что до сих пор он открыл о силах, работающих в Космосе, он видит весьма ясно, что каждая часть, каждая крапинка и атом находятся в гармонии со своими спутниками атомами, а эти, в свою очередь, со всем целым, при чем каждый имеет свое определенное назначение на протяжении жизненного цикла. Но, по счастью, величайшие и наиболее выдающиеся мыслители и ученые настоящего времени начинают восставать против такой «Генеалогии Человека» и даже против дарвиновской теории «Естественного Подбора», хотя автор ее, по всей вероятности, никогда не предполагал подобное, далеко заходящее, заключение. Русский ученый Н. Т. Данилевский в своем замечательном труде «Дарвинизм, Критическое Исследование Теории», совершенно и безапелляционно опрокидывает подобный Дарвинизм, так же поступает и Катрефаж в своем последнем труде. Мы советуем нашим читателям обратить внимание на ученый доклад д-ра Бурже, члена Парижского Антропологического Общества, прочитанный самим автором на недавнем собрании этого Общества и озаглавленный – «Эволюционная Психология; Эволюция Духа и т. д.». В нем он совершенно примиряет оба учения – именно о физической и духовной эволюции. Он объясняет происхождение разновидности органических форм, – которые приноравливаются к окружающим их условиям с такой очевидной, разумной преднамеренностью, – существованием в проявленной Природе двух принципов, принципа обоюдной помощи и принципа взаимодействия, при чем внутренний, сознательный Принцип приспособляется к физической Природе и к врожденным потенциальностям последней. Таким образом, французский ученый вынужден вернуться к нашему старому другу Archaeus или Жизненному Принципу – не называя его – как сделал это англичанин д-р Ричардсон в своем труде о Нервной Силе. Та же идея недавно была изложена в Германии бароном Гелленбахом в его замечательном труде «Индивидуальность в Свете Биологии и Современной Философии».
Те же заключения мы находим приведенными в еще другом прекрасном томе, написанном русским, глубоким мыслителем Н. Н. Страховым, который, в своем труде «Основные Понятия о Психологии и Физиологии», говорит:

Это означает признать, как это делает и Бурже в вышеупомянутом Отчете, тождественность этого таинственного, интегрально действующего и организующего Принципа с Само-сознательным и Внутренним Субъектом, которого мы называем Ego, но большинство – Душою. Таким образом, все лучшие ученые и мыслители постепенно приближаются в своих общих заключениях к оккультистам.
Но ученые такого метафизического склада ума мало обращают на себя внимания и вряд ли будут выслушаны. Шиллер, в своей великолепной поэме, посвященной Покрову Изиды, заставляет смертного юношу, отважившегося приподнять непроницаемый покров, упасть мертвым после лицезрения обнаженной Истины, отраженной на лике суровой Богини. Не заглянули ли так же некоторые из наших дарвинистов, столь нежно объединенные естественным подбором и сродством, в лицо Саитической Матери, лишенной ее покровов? Можно почти что заподозрить их в этом, после прочтения их теорий. Их большие интеллекты должны были изнемочь, придя в слишком близкое соприкосновение с приоткрытым ликом Природы, оставив лишь серое вещество и ганглионы в их мозгах, чтобы отвечать на «слепые» физико-химические силы. Во всяком случае, строки из Шекспира превосходно приложимы к нашим современным эволюционистам, ибо они символизируют того «гордого человека», который –

Эволюционисты не имеют ничего общего с «Ангелами». И они заняты лишь человеческим предком, питекоидным Ноем, давшим рождение трем сынам – хвостатому Киноцефалу, бесхвостой Обезьяне и «арборейскому» Палеолитному человеку. В этом пункте мы не будем препятствовать им. Каждое выраженное сомнение немедленно представляется им, как попытка умалить научное исследование. Непреодолимая трудность в самом основании теории Эволюции, именно, что ни один последователь Дарвина не в состоянии дать даже хотя бы приблизительное определение периода, в которой появился первый человек, так же как и формы его, сводится к пустяшному препятствию, «действительно не имеющему значения». Все ветви знания находятся в таком же положении, говорят нам. Химик основывает свои наиболее сложные расчеты и соображения просто

И, тем не менее, отбросить научную гипотезу, как бы нелепа она ни была, значит совершить непростительный грех! Мы отваживаемся на этот риск.

____________________
⁷ «Клеточные Души и Душа Клеток» Геккеля. „Pedigree of Man", перевод Авелинга, см. стр. 136, 150.
⁸ См. infra отчет Катрефажа о Геккеле, приведенный в Отделе П. «Предки, предложенные Человечеству Наукою».
⁹ Точно выражаясь, дю Буа-Рэймонд – агностик, но не материалист. Он весьма яро протестовал против материалистической доктрины, утверждающей, что умственные феномены не более, нежели просто результат молекулярных движений. Наиболее точное физиологическое знание строения мозга не являет нам ничего «кроме материи в движении», утверждает он: «мы должны идти дальше и признать совершенно непонятную природу психического принципа, который нельзя рассматривать, как простой результат материальных причин».
¹⁰ См.«Настоящее Положение Эволюции», Геккеля, ор. cit., стр. 23, 24, 296, 297, примечания.
¹¹ Ор. Cit., стр. 34, 35, 36.
¹² «Мера за меру», действие II, сцена 2.
¹³ «Knowledge», Январь 1882.

 

ОТДЕЛ II
ПРЕДКИ, ПРЕДЛОЖЕННЫЕ ЧЕЛОВЕЧЕСТВУ НАУКОЮ​

Мир по сей день разделен и колеблется между Божественными Прародителями – будь они Адам и Ева или же Лунные Питри – и Bathybius Haeckelli, студенистым отшельником морских глубин. Объяснив Оккультную теорию, мы можем теперь сравнить ее с теорией современного материализма. Читателю предлагается избрать между этими двумя, после оценки их соответственных достоинств.
Мы можем найти некоторое утешение тому, что наши Божественные Предки отвергнуты, убедившись, что теории Геккеля не лучше приняты, нежели наши, в кругах строго точной науки. Филогенезис Геккеля высмеивается врагами его фантастической эволюции, другими и большими учеными, не менее, нежели наши Первичные Расы. Мы легко можем поверить дю Буа-Рэймонду, когда он говорит, что –

Раз это установлено, то каждому станет ясно, что наша гипотеза имеет столько же основания, как и другая. И так как мы видим, что сам Геккель признается, что ни геология в своей истории прошлого, ни история предков организмов никогда не «достигнет положения точных наук»¹⁵, то этим самым Оккультной Науке открывается широкое поле делать свои замечания и помещать свои возражения. Миру предоставляется избрать между учениями Парацельса, «отца современной химии», и учениями Геккеля, «отца мифической Созуры». Мы большего не просим.
Не претендуя на участие в споре таких ученых натуралистов, как дю Буа-Рэймонд и Геккель, о нашем кровном родстве с

мы можем поставить один или два кратких вопроса для осведомления наших читателей. Пользуясь случаем и, имея в виду теорию Естественного Подбора Дарвина и т. д., мы спросим науку – относительно происхождения человеческих и животных видов, – которая из двух, здесь описанных, теорий Эволюции, является более научной или, если предпочитают, более ненаучной.
1) Будет ли эта теория Эволюции, которая от начала совершается через половое размножение?
2) Или же Учение, показывающее постепенное развитие органов; их уплотнение и размножение каждого вида, сначала путем простого легкого деления одного на два или даже на нескольких индивидов; затем, новое развитие – первый шаг к виду, заключающему два отдельных и определенных пола – к состоянию гермафродитному; затем снова род парфеногенезиса, «девственного воспроизведения», когда клеточки яйца образуются внутри тела, исходя из него в виде атомических эманаций и достигая зрелости вне его; пока, наконец, после окончательного полового разъединения, человеческие существа не начинают размножаться через половое сочетание?
Из этих двух первая «теория» – или вернее – «факт откровения», возвещается всеми экзотерическими Библиями, исключая Пуран, и в особенности еврейской Космогонией. Вторая есть та, которая преподается Оккультной Философией, как это было объяснено.
Мы находим ответ на наш вопрос в только что опубликованном томе Самуила Лэнга – лучшего среди непосвященных толкователей современной науки¹⁶. В Главе VIII, в своем последнем труде «A Modern Zoroastrian», автор начинает с упрека, бросаемого им «всем древним религиям и философиям» за то, что они «возводят мужское и женское начало в своих богов». На первый взгляд, говорит он:

Впрочем, мы можем согласиться с ученым автором относительно вреда употребления неточных слов и ужасно антропоморфического и фаллического элемента в древних Писаниях – особенно в ортодоксальной христианской Библии, – тем не менее, в данном случае, могут быть два смягчающие обстоятельства. Во-первых, все эти «древние философии» и «современные религии» являются – как это было достаточно доказано в этих двух томах – экзотерическим покровом, наброшенным на лицо Эзотерической Истины; и – как непосредственный результат этого – все они аллегоричны, т. е., мифологичны по форме; но, все же, по существу, они несравнимо более философичны, нежели любая из так называемых новых, научных теорий. Во-вторых, начиная от Орфической теогонии до последней переработки Пятикнижия Ездрою, все древние Писания, вначале заимствовавшие все свои факты у Востока, подверглись постоянным изменениям, как от врагов, так и от друзей, пока от первоначального изложения осталось лишь только имя, мертвая оболочка, из которой дух постепенно был изъят.
Это одно уже должно было бы показать, что ни один религиозный труд, из ныне существующих, не может быть понят без помощи Архаической Мудрости, на первоначальном основании которой все они были построены.
Но вернемся к прямому ответу, ожидаемому нами от науки, на наш прямой вопрос. Ответ дан тем же самым автором, когда,следуя течению своей мысли о ненаучном обожествлении сил Природы в древних верованиях, он произносит им обвинительный приговор в следующих словах:

Действительно, настолько «мало подозреваемые», что первоначальные а-сексуальные «способы размножения», во всяком случае, должны были быть известны древним индусам – вопреки утверждению обратного С. Лэнгом. Ввиду заявления в Вишну Пуране, приведенного нами раньше, что Дакша установил половое сношение, как «способ размножения», лишь после целого ряда иных «способов», которые все там перечислены¹⁸, становится трудным отрицать этот факт. Кроме того, обратите внимание, что утверждение это встречается в экзотерическом труде. Далее С. Лэнг продолжает утверждать, что

Затем он приводит в пример монеру Геккеля, «размножающуюся посредством самоделения». Следующую стадию автор показывает нам в клеточке ядра, «которая действует таким же точный образом». Дальнейшая стадия состоит в том, что

За этим следует многоклеточный организм, который образуется посредством

Все это нам прекрасно известно так же, как и что все вышесказанное никогда не было применено весьма ученым английским популяризатором Гёксли-Геккелианских теорий к genus homo. Он применяет это лишь к крапинкам протоплазмы, растениям, пчелам, улиткам и так далее. Но если бы он хотел остаться верным теории происхождения, то он бы должен был выказать себя таким же и по отношению к онтогенезису, в котором, как нам говорят, основной биогенетический закон гласит:

Это показывает нам, что каждая живая тварь и вещь на Земле, включая человека, развилась от одной общей первичной формы. Физический человек должен был пройти через те же стадии эволюционного процесса различных способов размножения, как прошли их и прочие животные; он должен был делиться; затем гермафродит дал рождение своему потомству парфеногенерически (по беспорочному принципу); следующая стадия должна была быть яйцеродной – сначала, без всякого оплодотворяющего элемента, затем «при помощи оплодотворяющей споры»; и лишь после конечной и определенной эволюции двух полов стал человек определенным «мужчиной и женщиной», когда размножение посредством полового сочетания стало всеобщим законом. До сих пор все это научно доказано. Остается лишь одна вещь, для утверждения – именно простой и ясно описанный процесс такого до-сексуального размножения. Это приведено в Оккультных книгах; попытка дать краткое изложение этого процесса была сделана автором в первой части этого тома.
Оно должно быть так или – человек является существом особым. Оккультная Философия может назвать его таким, вследствие его определенно двойственной природы. Наука не может сделать этого, раз она отвергает, всякое вмешательство, за исключением механических законов, и не признает никакого иного принципа вне Материи. Первая – Архаическая Наука – допускает, что человеческое физическое сложение должно было пройти через все формы, от самой низшей до самой высокой его настоящей формы, или от простейшей до сложнейшей – выражаясь принятыми терминами. Но она утверждает, что в этом Цикле, Четвертом, форма эта, как уже существовавшая среди типов и образцов Природы в предшествовавших Кругах, – была совершенно готова для человека в самом начале этого Круга²². Монада должна была лишь вступить в астральное тело Прародителей, чтобы работа физического уплотнения началась вокруг туманного прообраза²³.

____________________
¹⁴ Т. Гёксли, «Место Человека о Природе», стр. 57
¹⁵ Ор. Cit., «Доказательства Эволюции», стр. 273.
¹⁶ Автор соч. «Современная Наука и Современная Мысль».
¹⁷ Ор. cit., стр. 102–103.
¹⁸ Ор. cit., II, 12. Перевод Уильсона.
¹⁹ Ор. cit., стр. 104. В этом, как было показано в Первой Части, «Современная Наука» также была предварена Архаической Наукой далеко за пределы ее суждений.
²⁰ Там же, стр. 104–106.
²¹ «Anthrop», третье издание, стр. 11.
²² Теософы припомнят, что по Оккультному Учению, так называемые, Пралайи циклов являются лишь «Обскурациями», в течение которых Природа, т. е., все видимое и невидимое на отдыхающей Планете, остается в status quo. Природа отдыхает и дремлет, при чем на ней не происходит никакой разрушительной работы, даже если и не производится активная работа. Все формы, так же как и их астральные образы, остаются, какими они были в последнюю минуту ее деятельности. «Ночь» Планеты почти не имеет сумерек, предшествующих ей. Она захвачена, подобно огромному мамонту настигшим его обвалом, и остается в дремоте и застывшей до следующей зари своего нового Дня – весьма краткого, воистину, по сравнению с Днем Брамы.
²³ Это будет осмеяно, ибо не будет понято нашими современными учеными; но каждый оккультист и теософ легко уяснит себе этот процесс. Никакая объективная форма ни на Земле, ни во Вселенной, не может существовать без своего астрального прообраза, который раньше не был бы уже оформлен в пространстве. От Фидия и до скромнейшего ремесленника керамического искусства, каждый скульптор должен, прежде всего, создать образец в своем уме, затем очертить его размеры, и только тогда может он воспроизвести его в трехмерной или объективной форме. И если человеческий ум является живым доказательством таких последовательных стадий в процессе Эволюции, то как может быть иначе, когда дело касается Разума и творческих сил Природы?

 

Что скажет на это наука? Конечно, она ответит, что, раз человек появился на Земле, как самый последний из млекопитающихся, то он, так же как и эти млекопитающиеся, не нуждается в прохождении через вышеописанные первичные стадии размножения. Когда он появился, то способ его размножения уже был установлен на Земле. В таком случае, мы можем возразить. Если до настоящего времени не было еще найдено ни малейшего признака звена между человеком и животным, то, следовательно, (раз Оккультная Доктрина должна быть отвергнута) он должен был появиться в Природе чудесным образом, подобно Минерве из головы Юпитера в ее полном вооружении; и в таком случае, Библия права вместе со всеми прочими народными «Откровениями». Потому презрение со стороны науки, столь щедро выказываемое автором «A Modern Zoroastrian» в отношении древних философий и экзотерических верований, является преждевременным и ничем не вызванным. Также и неожиданное открытие окаменелости, похожей на недостающее звено, ничего не изменит. Ибо подобный единичный образец, так же как и научные заключения, выведенные на его основании, не смогли бы утвердить его, как давно искомую реликвию, то есть, как останки неразвитого, все же, однажды, одаренного речью человека. Нечто более потребовалось бы для окончательного доказательства. Кроме того, даже Книга Бытия упоминает о человеке, своем Адаме из праха, только начиная от той точки, где Тайная Доктрина оставляет своих «Сынов Бога и Мудрости», и начинает заниматься физическим человеком Третьей Расы. Ева не «рождена», но выявлена из Адама по способу «Амёбы А», через сокращение в центре и выделение Амёбы В – посредством деления²⁴.
Также и речь человеческая не развилась из различных животных звуков. Теория Геккеля, по которой «речь возникла постепенно из нескольких простых животных звуков, ввиду того, что подобная речь еще посейчас существует среди немногих рас самого низшего типа²⁵, совершенно ошибочна, как заявляет это в числе других и профессор Макс Мюллер. Он утверждает, что никто еще не представил вполне основательного объяснения, каким образом появились «корни» языка. Человеческий мозг необходим для человеческой речи. И цифры, относящиеся к размеру соответственных мозгов человека и человекообразной обезьяны, показывают, как глубока пропасть, разделяющая их. Фогт говорит, что мозг самой большой обезьяны, гориллы, измеряется не более, нежели в 30'51 куб. дюймов, тогда как средний мозг плоскоголовых австралийских туземцев – сейчас самой низкой расы – достигает до 99'35 дюймов! Цифры являются опасными свидетелями и не могут лгать. Потому, как справедливо замечает доктор Ф. Пфафф, предпосылки которого настолько же правильны и точны, насколько его библейские заключения неразумны:

Таким образом, из предыдущего легко усмотреть, что для того, чтобы доказать теории Гёксли и Геккеля о происхождении человека, требуется не одно звено, но большое число «недостающих звеньев» – настоящая лестница прогрессирующих, эволюционных ступеней – которые должны быть сначала найдены, а затем представлены наукою мыслящему и рассуждающему человечеству, прежде чем оно откажется от веры в Богов и в бессмертную Душу в пользу культа четвероруких предков. Простые мифы ныне приветствуются, как «аксиомы истины». Даже Альфред Рёссель Уоллэс утверждает, вместе с Геккелем, что первобытный человек был обезьянообразным существом, лишенным дара речи. На это проф. Джоли Дженкинс отвечает:

Между прочим, Геккель часто оказывается в непосредственном конфликте с лингвистической «наукою». В своих нападках на Эволюционизм²⁸ проф. Макс Мюллер заклеймил теорию Дарвина, как «уязвимую от начала и до конца». На самом деле лишь частичная истина многих второстепенных «законов» Дарвинизма находится вне оспоримости, – по-видимому, де Катрефаж не принимает естественный подбор, борьбу за существование и изменение видов, как доказанные окончательно и раз навсегда, но лишь pro tempore. Но, может быть, не худо было бы углубить лингвистическую теорию против теории «обезьяньего предка».
Языки, как и все остальное в Природе, имеют свои фазы роста и т. д. Почти установлено, что большие лингвистические семейства проходят через три стадии:
1) Все слова представляют из себя корни, не подвергающиеся изменениям (основные языки).
2) Один корень определяет другой и становится простым определительным понятием (языки агглютинативные).
3) Определяющее понятие (определительное значение которого давно исчезло) образует одно целое с формативными элементами (инфлекционные).
Таким образом, проблема такова: Откуда эти корни? Проф. Макс Мюллер утверждает, что существование этих готовых материалов речи является доказательством, что человек не может быть венцом длинного органического ряда. Эта потенциальность в образовании корней есть великая трудность, которую материалисты почти неизменно стараются избежать.
Фон Гартманн объясняет это, как проявление «Бессознательного», и признает убедительность его, как доказательство против механического атеизма. Гартманн является прекрасным представителем метафизики и идеалиста настоящей эпохи.
Это утверждение никогда не подвергалось нападкам со стороны анти-пантеистических эволюционистов. Сказать со Шмидтом: «Поистине, мы должны остановиться перед началом речи!» – будет признанием догматизма и быстрого поражения²⁹.
Мы уважаем тех ученых, которые, будучи мудрецами своей эпохи, говорят: раз доисторическое прошлое совершенно за пределами наших возможностей непосредственного наблюдения, то мы слишком честны, слишком преданы истине – или тому, что мы считаем истиной – чтобы обсуждать неизвестное, предлагая наши недоказанные теории наравне с фактами, абсолютно установленными современной наукой.

Это является мудрым и честным речением в устах материалиста. Но когда такой ученый, как Геккель, после того, как он сказал, что «исторические события прошлого времени», «имевшие место многие миллионы лет назад³¹..... навсегда исчезли для непосредственного наблюдения» и, что ни геология, ни филогения³² не могут и «не подымутся до положения истинной «точной» науки», настаивает затем на развитии всех организмов – «от низшего позвоночного до высшего, от амфиоксуса до человека», – мы настаиваем на более веском доказательстве, нежели то, которое он может нам дать. Лишь простые «эмпирические источники знания», столь превозносимые автором «Антропогенезиса» – когда он вынужден удовлетвориться такой квалификацией для своих собственных воззрений, – не достаточно компетентны для разрешения проблем, лежащих за пределами их области; так же как не подобает точной науке полагаться на них³³. Если они «эмпиричны» – сам Геккель заявляет это неоднократно – то, с точки зрения точного исследования, когда они простираются в отдаленное прошлое, они не лучше и не достовернее наших Оккультных Учений Востока, и как те, так и другие, должны быть помещены на одном и том же уровне. Также и его филогенетические и палингенетические теории рассматриваются истинными учеными не с большей благосклонностью, нежели наши циклические повторения эволюции великих и малых рас, и первоначальный порядок Эволюции. Ибо обязанность точной, истинной науки, хотя бы и материалистической, состоит в том, чтобы тщательно избегать всего, что напоминает догадку, предположение, которое не может быть проверено; короче говоря, все suppressio veri и все suggestio falsi. Дело каждого ученого, преданного точной науке, наблюдать в избранном им отделе за феноменами Природы; отмечать, каталогировать, сравнивать и классифицировать факты до малейших подробностей, которые доступны наблюдению чувств при помощи тончайших механических приспособлений, предоставленных нам современными открытиями, но не опираясь на метафизические полеты фантазии. Его законное право заключается лишь в исправлении, с помощью физических инструментов, недостатков или иллюзий его личного грубого зрения, слуха и других чувств. Он не имеет права преступать границу метафизики или психологии. Его долг проверять и исправлять все факты, попадающее под его непосредственное наблюдение; пользоваться опытами и ошибками Прошлого, пытаясь проследить действие какого-либо определенного сцепления причины и следствия, которое – лишь в силу его постоянной и неизменной повторности – может быть названо Законом. Вот что ожидается от ученого, если он хочет стать учителем людей и остаться верным своей первоначальной программе естественных и физических наук. Всякое уклонение от этого царственного пути становится спекуляцией.
Вместо того, чтобы придерживаться этого, как поступает в наше время, так называемый, человек науки? Он устремляется в область чистой метафизики, в то же время, высмеивая ее. Он услаждается опрометчивыми заключениями и называет их «дедуктивным законом, исходящим от индуктивного закона» – теории, основанной и извлеченной из глубин его собственного сознания – при чем сознания, совращенного и наполненного односторонним материализмом. Он пытается объяснить «начало» вещей, которые заключены еще лишь в его собственных концепциях. Он нападает на многовековые, духовные верования и религиозные традиции и обличает все решительно, как суеверие, исключая своих собственных излюбленных коньков. Он предпосылает теории о мироздании, космогонию, развившуюся посредством слепых сил одной лишь Природы, гораздо более чудоподобную и невозможную, чем даже та, которая основана на предположении fiat Lux ex nihilo, – и пытается удивить мир своей дикой теорией; и так как известно, что теория эта исходит из мозга ученого, то она принимается на слепую веру, как весьма звучная и как результат науки.
Неужели же Оккультизм должен страшиться подобных оппонентов? Конечно нет. Ибо с подобными теориями истинная наука обходится не лучше, нежели эмпирическая наука поступает с нашими. Геккель, задетый в своем тщеславии замечаниями дю Буа-Рэймонда, не устает публично сетовать на нападки последнего на его фантастическую теорию происхождения. Расточая похвалы по поводу «чрезвычайно богатого запаса эмпирических доказательств», он называет тех, «признанных физиологов», которые восстают против каждой его теории, извлеченной из этого упомянутого «запаса» – невежественными людьми, и заявляет:

Мы открываем Словарь Вебстера и читаем определение, данное там слову «эмпирический»:

Это может быть приложимо к оккультистам, спиритуалистам, мистикам и т. д. Дальше:

Никогда ни один оккультист или «маг» не был награжден худшими эпитетами. Тем не менее, оккультист остается на своей метафизической почве и не стремится включить свое знание, плоды своего личного наблюдения и опыта, в разряд точных наук современной учености. Он держится в пределах своей законной сферы, где он является мастером. Но что же следует думать о крайнем материалисте, обязанность которого ясно лежит перед ним, но употребляющем такое выражение, как:

____________________
²⁴ См. «A Modern Zoroastrian», стр. 103.
²⁵ «Теория Дарвина» в «Pedigree of Man», стр. 22.
²⁶ «The Age and Origin of Man».
²⁷ «Man before Metals» стр. 320. «Международные Научные Серии».
²⁸ «Philosophy of Language» Дарвина, 1873.
²⁹ Сравни его «Descendenzlehre und Darwinismus», стр. 283.
³⁰ «A Modern Zoroastrian», стр. 136.
³¹ Таким образом оказывается, что в своем устремлении, доказать наше благородное происхождение от катаррхинского «бабуна», школа Геккеля отодвинула эпоху доисторического человека на миллионы лет назад. (См. «Pedigree of Man», стр. 273). Оккультисты выражают свою благодарность науке за такое подтверждение наших учений.
³² Это неудачный комплимент по отношению к геологии, которая является такой же точной наукой, как и астрономия – исключая, может быть, ее слишком рискованных хронологических вычислений. Прежде всего, она наука «описательная», в противовес науке «отвлеченной».
³³ Такие новые слова, как «перигенезис пластид» и «пластидуальные души» (!), и другие, менее красивые, изобретенные Геккелем, могут быть весьма научными и правильными, поскольку они выражают весьма ясно представления, созданные его собственной яркой фантазией. Но как факты они, однако, остаются для его коллег, не обладающих таким воображением, мучительно кэногенетическими – применяя его собственную терминологию, т. е., для истинной науки они являются ошибочными теориями, поскольку они черпаются из «эмпирических источников». Потому, когда он пытается доказать, что «происхождение человека от других млекопитающихся, преимущественно, от катаррхинских обезьян, есть дедуктивный закон, неизбежно вытекающий из индуктивного закона теории происхождения», («Антропогенезис», стр. 392, приведено в «Pedigree of Man», стр. 295.), – то его не менее просвещенные противники (дю Буа-Рэймонд, например) имеют право усмотреть в этих словах простую игру слов: «testimonium paupertatis естественной науки» – как сам он жалуется, говоря, в свою очередь, о «поразительном невежестве» дю Буа-Рэймонда. (См. «Pedigree of Man», примечания на стр. 295, 296).
³⁴ «Pedigree of Man», стр. 273.
³⁵ «Anthropogeny», стр. 392. Выдержки приведены в «Pedigree of Man», стр. 295.

 

«Теория» есть просто гипотеза, суждение, но не закон. Говорить противное, будет одной из многих вольностей, допускаемых в настоящее время учеными. Они провозглашают нелепость и затем прикрывают ее щитом науки. Дедукция из теоретического суждения есть не более, чем суждение на основании суждения. Сэр Уилльям Гамильтон уже доказал, что слово теория в настоящее время употребляется

Но современная наука замалчивает это утверждение и высмеивает эту идею. Философы, материалисты и идеалисты в Европе и Америке могут согласиться с эволюционистами, что касается до происхождения человека, но теория эта никогда не сделается общей истиной для серьезного метафизика; и последний бросает вызов материалистам в том, что им не удастся доказать их произвольных предположений. Очень легко доказать, что обезьянья тема³⁶ Фогта и Дарвина, на которую последователи Гёксли иГеккеля, за последнее время, сочинили такие необыкновенные вариации, гораздо менее научна – находясь в противоречии с основными законами самой этой темы, – нежели наша тема может быть представлена когда-либо такой. Пусть читатель обратится дашь к превосходному труду «L'Espece Humaine» французского натуралиста де Катрефажа, и наше утверждение будет тотчас же проверено.
Кроме того, ни один человек, если только он не крайний материалист, не будет колебаться в выборе между Эзотерическим учением, касающимся Происхождения Человека, и теориями Дарвина. Вот описание «Ранних Прародителей человека», данное Дарвином:

Дарвин связывает человека с типом хвостатых катаррхинов (catarrhines):

Далее ученый натуралист-француз доказывает, как нарушается этот основной закон. Он говорит:

Но прочтите знаменитую генеалогию Геккеля в его «The Pedigree of Man», называемую им «Серия Предков Человека». Во «Втором Отделе» (восемнадцатая стадия) он описывает:

Теперь вернемся к «L'Espece Humaine»⁴¹ Катрефажа и рассмотрим приводимые им доказательства, основанные на самых последних открытиях, чтобы установить, что prosimiae Геккеля не имеют ни отпадающей перепонки (decidua), ни разлитой плаценты. Они не могут быть даже предками человекообразных обезьян, уже не говоря о человеке, следуя основному закону самого Дарвина, как это доказывает натуралист-француз. Но это нисколько не смущает приверженцев «Анималистической Теории», ибо самопротиворечие и парадоксальность является именно сущностью современного Дарвинизма. Гёксли является таким примером; доказав об ископаемом человеке и «недостающем звене», что:

и что «отрицание существования этого пробела было бы настолько же заслуживающим порицания, как и нелепым», великий ученый опровергает свои собственные слова, поддерживая, со всею вескостью своего научного авторитета, эту самую «нелепую» из всех теорий – теорию происхождения человека от обезьяны!
Катрефаж говорит:

Действительно, Геккель основывает свое происхождение человека на семнадцатой и восемнадцатой стадии, на сумчатых и prosimiae – (genus Haeckelii?). Применяя последний термин к лемуридам – следовательно, делая из них животных, имеющих плаценту, он совершает зоологическую ошибку. Ибо, после того, как он сам разделил животных по их анатомическим различиям на две группы, – indeciduata. которые не имеют deciduata (или особой перепонки, соединяющей плаценты), и на deciduata, которые имеют ее, – он включает prosimiae в последнюю группу. В ином месте мы доказали, что говорят об этом другие ученые. Как говорит де Катрефаж:

И, тем не менее измышления Геккеля принимаются некоторыми за точную науку!
Вышеуказанная ошибка, если только, на самом деле, она является такой, даже не упоминается в «Pedigree of Man» Геккеля, переведенном Авелингом. Если можно выдвинуть как извинение, что, в то время, когда составлялись знаменитые «генеалогии», «эмбриогенезис prosimiae не был известен», то теперь он известен. Посмотрим, будет ли эта важная ошибка исправлена в следующем издании перевода Авелинга, или же семнадцатая и восемнадцатая стадии останутся такими, как они сейчас, чтобы вводить в заблуждение невежду, предпосылая это как одно из истинных промежуточных звеньев. Но, как замечает француз натуралист:

Это приводит к следующему. Даруйте человеку бессмертный Дух и Душу; одарите все оживленное и не оживленное творение монадическим принципом, постепенно развивающимся из латентного и пассивного в активную и положительную полярность, – и Геккель, что бы ни говорили его поклонники, не будет знать, на что ему опереться.
Но имеются важные расхождения даже между Дарвином и Геккелем. Тогда как первый производит нас от хвостатого катаррхина, Геккель относит нашего гипотетического предка к бесхвостой обезьяне, хотя, в то же время, он помещает его в гипотетическую «стадию», непосредственно предшествующую ей – тепоcerca с хвостом (девятнадцатая стадия).
Тем не менее, у нас имеется одно понятие, общее со школой Дарвина, а именно, закон постепенной и чрезвычайно медленной эволюции, охватывающей многие миллионы лет. По-видимому, главное разногласие заключается в природе примитивного «предка». Нам скажут, что Дхиан-Коган, или «прародитель» Ману, является гипотетическим существом, неизвестном на физическом плане. Мы ответим, что в это верил весь Древний Мир, и сейчас девять десятых настоящего человечества верят в это; тогда как питекоидный человек или обезьянообразный человек есть чисто гипотетическая сущность, тварь, созданная Геккелем, неизвестная и не находимая на этой Земле, но, кроме того, его генеалогия – как она удумана им – противоречит научным фактам и всем известным данным современных открытий в зоологии. Это просто нелепо, даже как вымысел. Как доказывает это де Катрефаж в нескольких словах, Геккель «допускает существование абсолютно теоретического питекоидного человека», – что во стократ труднее принять, как предка, нежели любого Дэва. И это не единственный пример, когда он следует тому же методу, чтобы завершить свою генеалогическую таблицу. В действительности, он сам весьма наивно признается в своих измышлениях. Разве не признается он в не-существовании своей созуры (четырнадцатая стадия), – сущности, совершенно незнакомой науке – сознаваясь за своею подписью, что

Если так, то с таким же научным правом мы можем утверждать, что доказательство существования наших трех эфирных Рас и трехглазых людей в Третьей и Четвертой Коренных Расах – «также вытекает из необходимости промежуточного типа» между животными и Богами. Какие же причины для возражения могли бы представить геккелианцы в этом особом случае?
Конечно, на это имеется готовый ответ. Потому, что мы не допускаем наличности Монадической Сущности. Проявление Логоса, как индивидуального сознания в животном и человеческом создании, не принято точной наукой, также, конечно, это не охватывает всего вопроса. Но неудачи науки и ее произвольные предположения, в общем, гораздо значительнее по существу, нежели любая «экстравагантная» Эзотерическая доктрина⁴³. Даже мыслители школы фон Гартманна оказались подверженными общей эпидемии. Они признают Дарвиновскую Антропологию (более или менее), хотя они также предпосылают индивидуальное Ego как проявление Бессознательного (Западное представление Логоса или Первичной Божественной Мысли). Они говорят, что эволюция физического человека происходит от животного, но ум, в его различных фазах, представляет вещь совершенно независящую от материальных фактов, хотя организм и нужен ему, как Упадхи, для его проявлений.

____________________
³⁶ Умственная преграда между человеком и обезьяной, охарактеризованная Геккелем, как «огромный пробел, расстояние почти неизмеримое» (II), действительно, весьма убедительна сама по себе. Конечно, она представляет постоянную загадку для материалиста, опирающегося на тонкую тростинку «естественного подбора». Физиологическая разница между человеком и обезьянами, на самом деле, – несмотря на любопытную общность некоторых признаков – также поразительна. Так д-р Швейнфурт, один из наиболее осторожных и опытных естественников, говорит: «В наше время ни одно из животных в мире не привлекало к себе большего внимания со стороны ученых исследователей природы, нежели огромные четвероручные (антропоиды), отмеченные столь странным сходством с человеческой формой, что они оправдали эпитет антропоморфических.... Но пока что все исследования привели человеческий рассудок лишь к признанию своей несостоятельности, и нигде большая осторожность не может быть посоветована и нигде преждевременное суждение не может быть более порицаемо, нежели в попытке продолжить мост через таинственную прожить, отделяющую человека от зверя». («Heart of Africa», 1, 520, изд. 1873).")
³⁷ «Descent of Man», стр. 160, изд. 1888. Нелепый пример противоречий среди эволюционистов приводится Шмидтом («Descendenzlehre und Darwinismus», стр. 272). Он говорит: «Родство Человека с антропоидами... не оспаривается из-за звериной силы зубов самца орангутанга или же гориллы». Напротив того, Дарвин награждает свое баснословное существо зубами, служащими ему оружием!
³⁸ По мнению даже одинаково-мыслящего профессора Шмидта, Дарвин начертал, «конечно, не лестный и, может быть, во многих отношениях не точный портрет наших предполагаемых предков на заре нарождающегося человечества». («Descendenzlehre und Darwinismus», стр. 264).
³⁹ «L'Espece Humaine», стр. 106–108.
⁴⁰ Op. cit., стр. 77.
⁴¹ Стр. 109; 110.
⁴² Ор. cit., стр. 110.
⁴³ Конечно, Эзотерическая система Эволюции Четвертого Круга гораздо сложнее, нежели категорическое утверждение в приведенном параграфе и выдержке. В действительности, она противоположна существующему распространенному западному представлению, как в отношении эмбриологии, так и в последовательности видов во времени.

 

ПЛАСТИДУАЛЬНЫЕ ДУШИ И СОЗНАТЕЛЬНЫЕ КЛЕТОЧКИ НЕРВОВ​

Но невозможно предвидеть конца таким чудесам со стороны Геккеля и его Школы, которых оккультисты и теософы имеют полное право рассматривать, как материалистических бродяг, преступивших границы метафизической области. Не удовлетворившись отцовством Bathybius'a Haeckelii, они изобрели теперь «пластидуальные души» и «души-атомов»⁴⁴ на основе чисто слепых механических сил материи. Нам сообщают, что:

«Изумительный», воистину, – ибо эта дикая фантазия основана на сознании «нервных клеточек». Действительно, как он говорит нам:

Песнь Герберта Спенсера о сознании – пропета и, отныне, она может быть безопасно сложена в кладовых устаревших теорий. К чему, однако, приводят Геккеля его «сложные функции» его научных «нервных клеточек»? Еще раз прямо к Оккультным и Мистическим Учениям Каббалы о происхождении Душ, как сознательных и несознательных Атомов; к Монаде Пифагора и Монадам Лейбница и к «Богам, Монадам и Атомам» нашего Эзотерического Учения⁴⁸; к мертвой букве Оккультных Учений, оставленных для каббалистов-любителей и профессоров церемониальной Магии. Ибо вот что говорит он, объясняя недавно изобретенную им терминологию:

Эту теорию он развивает в своей удивительной лекции о «Перигенезисе Пластидул или о Волнообразных движениях Живых Частиц». Это есть улучшенная теория Дарвина о «Пангенезисе» и дальнейшее приближение, осторожное движение по направлению к «Магии». Первая, как это объясняет автор «A Modern Zoroastrian»,⁵⁰ есть предположение, что:

Со своей стороны, Оккультизм утверждает, что – (a) жизне-атомы нашего Жизненного Принципа (Прана), когда человек умирает, никогда не погибают окончательно; и что те атомы которые больше всего насыщены Жизненным Принципом, независимым, вечным, сознательным фактором, частично передаются от отца к сыну через наследственность и еще раз частично привлечены вместе и становятся оживляющим принципом нового тела при каждом новом воплощении Монады. Ибо (b), как Индивидуальная Душа всегда одна и та же, так и атомы низших принципов (тела, его астрала или жизненного двойника, и т. д.) привлекаются по сродству и кармическому закону всегда к той же самой индивидуальности на протяжении целого ряда различных тел⁵¹.
Чтобы быть справедливыми, не говоря уже о логичности, наши современные геккелианцы должны бы вынести резолюцию, что отныне «Перигенезис Пластидул» и прочие подобные лекции должны быть переплетены в одну книгу, вместе с лекциями по «Эзотерическому Буддизму» и о «Семи Принципах Человека». Таким образом, общественное мнение получило бы, во всяком случае, возможность сравнить оба учения, и затем судить, которое из них является наименее или наиболее нелепым, даже с точки зрения материалистической и точной науки.
Так оккультисты, которые относят каждый атом во Вселенной, будь он агрегатом или одиноким, к Одному Единству, к Универсальной Жизни; кто не признают, что в Природе могло бы существовать что-либо неорганическое, кто не знают такой вещи, как мертвая Материя – оккультисты последовательны в своей доктрине о Духе и Душе, когда они говорят о памяти, существующей в каждом атоме, о воле и ощущении. Но что может предполагать материалист под этой квалификацией? Закон биогенезиса, в смысле, даваемом ему последователями Геккеля, есть результат неведения учеными Оккультной Физики. Мы знаем и говорим о «жизне-атомах» и о «спящих атомах», потому что мы рассматриваем эти обе формы энергии – кинетическую и потенциальную – как производные от одной и той же силы или от Единой Жизни, и рассматриваем последнюю, как источник и двигатель всего сущего. Но что это такое, что наградило энергией и, в особенности же, памятью «пластидуальные души» Геккеля? «Волнообразное движение живых частиц» становится понятным на основании теории о Единой Духовной Жизни, всемирного Жизненного Принципа, независимого от нашей Материи и проявляющегося, как атомическая энергия лишь на нашем плане сознания. Это есть то, что, будучи индивидуализировано в человеческом цикле, передается от отца к сыну.
Итак, Геккель, изменив дарвиновскую теорию, предпосылает «более правдоподобно», как думает это автор «A Modern Zoroastrian»:

Если бы Геккель, или какой-либо иной ученый, знал больше, нежели любой из них знает о природе атома, то он не стал бы искать возможности улучшить это таким образом. Ибо он лишь утверждает то же самое, но в более метафизических выражениях, чем Дарвин. Жизненный Принцип или Жизненная Энергия, которая вездесуща, вечна, нерушима, есть Сила и Принцип, как нуменон, но когда она проявлена в Атомах, она есть феномен. Это одно и то же и – не может рассматриваться, как отдельные понятия, разве только в материализме⁵³.
Далее Геккель возвещает о Душах-Атомах нечто, что на первый взгляд кажется таким же оккультным, как и Монады Лейбница:

Он ни слова не говорит относительно того факта, что это есть теория Лейбница, при чем чрезвычайно оккультная. Также он не понимает термина «душа», как мы понимаем его; ибо для Геккеля душа, вместе с сознанием, есть просто лишь продукт серого вещества мозга, вещь, которая как и душа-клеточка,

Он отвергает заключения Канта, Герберта Спенсера, дю Буа-Рэймонда и Тиндалля. Последний высказывает мнение всех великих ученых, так же как и мнение величайших мыслителей, настоящих и прошлых эпох, говоря, что:

Но сложная функция нервных клеточек великого немецкого эмпирика или, иными словами, его сознание, не позволяет ему приобщиться к заключениям величайших мыслителей нашей планеты. Он более велик, нежели они. Он утверждает это и возражает всем:

И он приводит из Введения Дарвина к «Происхождению Человека» следующие слова, которые он скромно прилагает к своим ученым противникам и к самому себе.

Мир может чувствовать себя удовлетворенным. Недалек тот день, когда «трижды великий» Геккель докажет, к своему собственному удовлетворению, что сознание сэра Исаака Ньютона было, физиологически выражаясь, лишь отраженным действием (или минус сознание), причиненным перигенезисом пластидул нашего общего предка и старого друга, монеры Геккеля. Хотя упомянутый Bathybius был обнаружен и выявлен, как обманщик, симулирующий органическую субстанцию, которую он не представляет и, хотя среди детей человеческих, одна лишь жена Лота – и то лишь после ее неприятного превращения – могла сослаться на щепотку соли, как на своего предка; но все это нисколько не смутит его. Он будет продолжать утверждать так же хладнокровно, как он делал это всегда, что лишь особый вид и движение призрака, давно исчезнувших атомов нашего отца Bathybius'a, которые – будучи переданы на протяжении эонов времени в ткань клеточек серого вещества мозга каждого великого человека – заставили Софокла и Эсхила, так же как и Шекспира, писать их трагедии, а Ньютона его «Principia», и Гумбольта его «Космос», и так далее. Они также подсказали Геккелю изобрести греко-латинские слова, длиною в три дюйма, претендующие на большой смысл, на самом же деле, ничего не означающие.
Конечно, мы вполне сознаем, что истинный, честный эволюционист согласен с нами; и что он первый скажет, что геологические рекорды не только не совершенны, но что имеются огромные пробелы в разрядах, до сих пор найденных окаменелостей, которые никогда не смогут быть заполнены. Кроме того, он скажет нам, что «ни один эволюционист не предполагает, что человек произошел от какой-либо существующей, или же давно исчезнувшей человекообразной обезьяны», но что человек и человекообразные обезьяны произошли, вероятно, эоны тому назад от какого-либо общего коренного типа. Тем не менее, как это указывает де Катрефаж, он также выдвинет, как доказательство, подтверждающее его заявление, все изобилие недостающих свидетельств, говоря, что:

Это именно то, что мы сами утверждаем. Именно, возможно, что будущее готовит нам открытие гигантского скелета атланта в тридцать футов ростом, так же как и окаменелость, принадлежащую питекоиду, «недостающему звену»; только первый случай более правдоподобен.

____________________
⁴⁴ По мнению Геккеля имеются также «клеточки-души» и «атомы-клеточки»; «неорганическая молекулярная душа», не имеющая памяти, и «пластидуальная душа», обладающая памятью. Что говорят по этому поводу наши Эзотерические Учения? Божественная и человеческая душа, состоящая из семи принципов в человеке, должна, конечно, побледнеть и отступить перед таким поражающим откровением!
⁴⁵ «Pedigree of Man», стр. 296.
⁴⁶ Это ценное признание. И по смыслу, придаваемому этому слову во втором издании Вебстера, оно делает еще более нелепой и эмпирической попытку проследить происхождение сознания в человеке, так же как и его физического тела от Bathybius'a Геккеля.
⁴⁷ Там же.
⁴⁸ Те, кто придерживаются противоположного воззрения и рассматривают существование человеческой души – «как сверхъестественный духовный феномен, обусловленный силами, совершенно отличными от обыкновенных физических сил», высмеивают, думает он, «в силу этого каждое чисто научное объяснение». По-видимому, они не имеют права утверждать, что «психология, частично или же в целом, есть наука духовная, но не физическая». Новое открытие, сделанное Геккелем – преподававшееся, между прочим, на протяжении веков во всех восточных школах, что животные имеют душу, волю и ощущения, следовательно, функции души, приводит его к тому, чтобы сделать из психологии науку зоологов. Архаическое учение, что «душа» (животная и человеческая душа или Кама и Манас) «имеет историю своего развития» – утверждается Геккелем, как его собственное открытие и нововведение на «не проложенной тропе.» [?!] Он, Геккель, выработает сравнительную эволюцию души в человеке и других животных! Сравнительная морфология органов души и сравнительная психология функций души, при чем обе, основанные на эволюции, становятся, таким образом, психологической [на самом деле, материалистической] проблемой ученого. («Клеточки-Души и Души-клеточки», стр. 135, 136, 137. «Pedigree of Man»).
⁴⁹ «Pedigree of Man», примечание 20, стр. 296.
⁵⁰ Стр. 119.
⁵¹ См. «Трансмиграцию Жизне-Атомов» в «Пяти Годах Теософии», стр. 533–539. Совокупная агрегация этих атомов образует, таким образом, Anima Mundi нашей Солнечной Системы, Душу нашей маленькой Вселенной, каждый атом которой, конечно, есть Душа, Монада, маленький мир, одаренный сознанием, следовательно памятью... (Том I, Часть III, «Боги, Монады, Атомы»).
⁵² Ор. cit., стр. 119.
⁵³ В «Трансмиграции Жизне-Атомов» («Пять Лет Теософии», стр. 535) мы говорим о Дживе или Жизненном Принципе, чтобы лучше объяснить положение, которое слишком часто не понимается. «Он, вездесущ.... хотя [на этом плане проявления часто]...... в спящем состоянии (как например, в камне)... Определение, по которому утверждается, что, когда эта нерушимая сила разъединилась с одной группой атомов [следовало бы сказать молекул], она немедленно притягивается другими, не означает, что она совершенно покинула первую группу, [ибо иначе сами атомы исчезли бы], но что она лишь перенесла свою vis viva, или жизненную мощь – энергию движения в другую группу. Но из того, что она проявляется в следующей группе, в виде, так называемой, кинетической энергии, не следует, что первая группа совершенно лишена ее, ибо она все еще находится в ней, как потенциальная энергия или латентная жизнь». Но что может подразумевать Геккель под своими «не тождественными атомами, но их особым движением и их способом агрегации», если только это не та же самая кинетическая энергия, которую мы только что объяснили? Прежде чем развить подобные теории, он, должно быть, прочел Парацельса и изучил «Пять Лет Теософии», но не усвоил как следует эти учения.
⁵⁴ Ор. cit., примечание 21, стр. 296.
⁵⁵ Там же, примечание 19.
⁵⁶ Там же, примечание 23.

 

ОТДЕЛ III
ОКАМЕНЕЛЫЕ ОСТАНКИ ЧЕЛОВЕКА И АНТРОПОИДНОЙ ОБЕЗЬЯНЫ
_____
А
ГЕОЛОГИЧЕСКИЕ ФАКТЫ, ОТНОСЯЩИЕСЯ К ВОПРОСУ СВЯЗИ МЕЖДУ НИМИ​

Данные, выведенные на основании научных исследований, что касается до «первичного человека» и обезьяны, ничем не подкрепляют теорий, производящих первого от последней. «Где же тогда должны мы искать первичного человека?» – все еще вопрошает Гёксли после того, как он тщетно искал его в самой глубине Четвертичного слоя.

Несомненно и, таким образом, оно оправдает антропологию оккультистов. А пока что Бойд Даукинс, в своем рвении оправдать «Происхождение Человека» Дарвина, полагает, что он открыл ни более и ни менее, нежели «недостающее звено» – в теории. Скорее благодаря теологам, нежели геологам, человек почти до 1860 года рассматривался как реликвия, древность которой не превышает 6000 лет ортодоксального Адамического периода. Карма, однако, судила, чтобы именно, французский аббат – Буржуа – нанес этой удобной теории даже худший удар, нежели тот, который был нанесен ей открытиями Бушэ де Перт'а. Каждому известно, что аббат открыл и вынес на свет основательное доказательство того, что человек существовал уже во время Миоценского периода, ибо кремни, носящие несомненные признаки обработки человеком, были выкопаны из слоя Миоценского периода. Приводим слова автора «Современная Наука и Современная Мысль».

Или – потомком человека Эоценского периода, что является вариантом, противопоставленным этой теории. А пока что дриопитекус, одаренный столь прекрасными умственными способностями, должен быть еще открыт. С другой стороны, раз существование человека Неолита и Палеолита стало абсолютной достоверностью, и тот же самый автор справедливо замечает:

то почему бы не испробовать другую теорию? Как гипотезу отнесем человека к концу Мезозойских времен – допустив argumenti causa, что тогда существовали (гораздо более поздние) обезьяны высшего типа! Это дало бы совершенно достаточно времени человеку и современным обезьянам уклониться от мифической «более антропоидной обезьяны», и даже последняя могла бы выродиться в тех, которых мы видим подражающими человеку, употребляя «сучья деревьев в виде дубинки и разбивая кокосовые орехи молотами из камней»⁶⁰. Некоторые дикие горные племена в Индии строили свои жилища на деревьях точно так же, как гориллы строят свои берлоги. Вопрос, который из двух, зверь или человек, стал подражателем другого, едва ли подлежит обсуждению, даже допуская теорию Бойда Даукинса. Впрочем, фантастичность этой теории вообще признана. Но имеется возражение, что тогда как в Плиоценском и Миоценском периоде существовали настоящие человекообразные обезьяны и бабуны, и человек, несомненно, был в те времена современником первых – хотя, как мы видим, правоверная антропология все еще не решается, даже при наличии фактов, поместить его в эру дриопитекуса, который позднее

тем не менее, в Эоценский период не было найдено других окаменелостей, относящихся к раскопанным приматам или к останкам питекоидных видов, исключая нескольких вымерших видов лемуроидов. Также мы находим намеки на то, что дриопитекус мог быть «недостающим звеном», хотя мозг этой твари подтверждает эту теорию так же мало, как и мозг современной гориллы. (См. также заключения Годри).
Теперь мы хотели бы спросить – кто из ученых готов доказать, что человек не существовал в начале Третичного периода? Что именно могло помешать его присутствию? Едва тридцать лет тому назад с негодованием отрицалась возможность его существования раньше, нежели шесть или семь тысяч назад. Ныне отказывают допустить его в Эоценский период. В следующем столетии, вероятно, будет выдвинут вопрос – не был ли человек современником «летающего дракона», птеродактиля, плезиозавра и игуанодона, и т. д. Но прислушаемся к отголоску науки:

Тогда как большинство ученых, непримиримых в своем убеждении в происхождении человека от «вымершего антропоидного млекопитающегося», не хотят допустить даже простую основательность какой-либо иной теории, нежели теории об общем предке для человека и дриопитекуса, приятно увидеть в труде настоящего научного значения, такое поле для соглашения. Действительно, поле это настолько широко, насколько оно может быть при этих обстоятельствах, то есть, не подвергаясь немедленной опасности быть сбитым с ног волною прилива научной лести. Будучи убежденным, что трудность объяснить –

тот же автор говорит:

Особое творение имело место для человека и «особое творение» для антропоидной обезьяны, его порождения, только по другим линиям, вне линий, когда-либо предложенных наукою. Альберт Годри и другие приводят несколько веских причин, почему человек не может рассматриваться, как венец обезьяньего семейства. Когда убеждаешься, что «первичный дикарь» (?) не только существовал в Миоценский период, но, как доказывает это Мортийе, кремневые реликвии, оставленные им в эту отдаленную эпоху, носят следы разбития камня на куски посредством огня; когда мы узнаем, что дриопитекус является единственным среди антропоидов, следы которого встречаются в тех слоях, то каков будет естественный вывод из этого? Именно, что дарвинисты зашли в тупик. Гиббон, наиболее схожий с человеком, все еще находится на том же низком уровне развития, на котором он стоял, когда он сосуществовал с человеком в конце Ледникового периода. Он не изменился сколько-нибудь заметно со времени Плиоценского периода. Итак, мало разницы между дриопитекусом и существующими антропоидами – гиббонами, гориллами и прочими. Следовательно, если теория Дарвина является всевмещающей, то чем должны мы «объяснить» эволюцию этой обезьяны в человека, в течение первой половины Миоценского периода? Время это слишком кратко для такого теоретического превращения. Чрезвычайная медлительность, с которой производятся изменения в видах, делает такое явление немыслимым – особенно же, базируясь на гипотезе «естественного подбора». Огромная умственная пропасть, так же как и пропасть в сложении между дикарем, ознакомленным с огнем и способом его зажигания, и зверем-антропоидом, слишком велика, чтобы даже предположить подобную возможность в течение такого краткого периода. Пусть эволюционисты отнесут назад этот процесс в предшествующий Эоценский период, если они предпочитают это; пусть они даже проследят происхождение человека и дриопитекуса от общего предка; но, тем не менее, они окажутся перед неприятным соображением, что в слоях Эоценского периода антропоидные окаменелости настолько же явно отсутствуют, как и баснословный питекантропус Геккеля. Можно ли найти выход из этого тупика через апелляцию к «неизвестному» и через ссылку, вместе с Дарвином, на «несовершенство геологических рекордов?» Пусть будет так; но тогда то же право апелляции должно быть одинаково предоставлено и оккультистам, вместо того, чтобы оставаться монополией недоумевающего материализма. Мы утверждаем, что физический человек существовал раньше, чем образовался первый пласт меловых гряд. В начале Третичной эпохи процветала наиболее блестящая цивилизация, которую когда-либо знавал мир; в период, когда человек обезьяна, по представлению Геккеля, блуждал в первобытных лесах, а спорный предок Грант Аллэна качался и прыгал с ветки на ветку в сообществе своих волосатых самок, выродившихся Лилит Адама Третьей Расы. Тем не менее, антропоидные обезьяны не существовали в более блестящие дни цивилизации Четвертой Расы; но Карма есть таинственный закон и не уважает никого. Чудовища, порожденные в грехе и позоре гигантами Атлантиды, «жалкие копии» своих породителей, исполненных животных страстей, следовательно, по Гёксли, и современного человека, ныне сбивают с толку и погружают в заблуждение глубокомысленных антропологов европейской науки.
Где жили первые люди? Некоторые дарвинисты утверждают, что в Западной Африке, некоторые относят их к Южной Азии, другие верят в независимое происхождение человеческого семейства в Азии и Америке от обезьяньих предков. Однако, Геккель весело взваливает на себя это бремя. Исходя от своего prosimia, «общего предка всех прочих катаррхинов, включая человека» – «звено», которое, теперь, однако, отброшено, вследствие недавних анатомических открытий, – он пытается найти местожительство для первичного питекантропуса алалуса.

Из вышеприведенных предположений, единственное, достойное некоторого внимания, есть то, которое относится к Лемурии, которая была колыбелью человечества – физических существ обоих полов, материализовавшихся на протяжении долгих эонов из эфирообразных гермафродитов. Но, если будет доказано, что остров Пасхи является, действительно, реликвией Лемурии, мы должны будем поверить, что, согласно Геккелю, «немые обезьянообразные люди», едва лишь продвинувшиеся в своем развитии от грубого млекопитающегося чудовища, соорудили гигантские статуи-портреты, две из которых находятся сейчас в Британском Музее. Критики ошибаются, называя доктрины Геккеля «отвратительными, революционными и антиморальными» – хотя материализм есть законный плод мифа об обезьяньем предке – они просто слишком нелепы, чтобы нуждаться в опровержении.

____________________
⁵⁷ «Man's Place in Nature», стр. 159.
⁵⁸ Ор. cit., стр. 157.
⁵⁹ Там же, стр. 161.
⁶⁰ Неужели это способ, которым должен был бы действовать примитивный человек? Мы не знаем ни людей, ни даже дикарей в наш век, которые бы подражали обезьянам, жившим с ними бок о бок в лесах Америки и на островах. Но мы знаем, что огромные обезьяны, будучи приручены, живут в домах и подражают человеку вплоть до ношения шляп и одежд. Автор имел однажды шимпанзе, который, не будучи никем научен, открыл газету и делал вид, что читает ее. Именно потомство, дети, могут подражать своим родителям, но никак не обратно.
⁶¹ Там же, стр. 151.
⁶² Спрашивается, изменится ли хотя бы одна йота научной истины и факта, заключающихся в вышеприведенной фразе, если бы она читалась: «обезьяна есть просто пример двуногого типа, приспособленного для хождения обычно на четвереньках и обладающего меньшим мозгом». Говоря эзотерически, такова истина, но не обратно.
⁶³ «Современная Наука и Современная Мысль», стр. 151, 152.
⁶⁴ Тут мы не можем следовать за Лэнгом. Когда признанные дарвинисты, подобные Гёксли, указывают на «великую пропасть, существующую между низшей обезьяной и высшим человеком с точки зрения интеллектуальных сил», «на огромную пропасть.... между ними», на неизмеримое и, в действительности, бесконечное уклонение человеческой расы от обезьян «Man's Place in Nature», стр. 102 и примечание); когда даже физическая основа ума – мозг – настолько превышает размерами мозг самых высокоразвитых из существующих обезьян; когда такие люди, как Уоллэс, вынуждены призывать вмешательство экстра-земных разумов, чтобы объяснить, как могла такая тварь, как питекантропус-алалус, или же немой дикарь, в представлении Гёксли, подняться до уровня морального человека наших дней, обладающего большим мозгом – если все это так, то напрасно так легкомысленно отбрасывать загадки эволюции. Если очевидность телосложения настолько неубедительна и в общем настолько противоречит Дарвинизму, то трудность объяснения, «каким образом» произошла эволюция человеческого ума через естественный подбор, в десять раз больше.
⁶⁵ Раса, рассматриваемая Катрефажем и Хами, как ветвь той же группы. от которой произошли гуанчи Канарских Островов – короче говоря, ответвления атлантов.
⁶⁶ Там же, стр. 180–182.
⁶⁷ «Pedigree of Man», стр. 73.

 

В
ЗАПАДНЫЙ ЭВОЛЮЦИОНИЗМ: СРАВНИТЕЛЬНАЯ АНАТОМИЯ ЧЕЛОВЕКА И АНТРОПОИДА НИ В ЧЕМ НЕ ПОДТВЕРЖДАЕТ ТЕОРИЮ ДАРВИНА​

Нам говорят, что если любая ересь против современной науки может быть оставлена без внимания, то наше отрицание Дарвиновской теории в ее приложении к человеку будет рассматриваться, как «неискупимый грех». Эволюционисты тверды, как скала, настаивая на очевидной тождественности в сложении между человеком и обезьяной. Анатомические доказательства, возражают они, в данном случае совершенно вне оспоримости; они схожи между собою кость с костью, мускул с мускулом, даже строение мозга почти одинаково.
Но что же из того? Все это было известно до царя Ирода; и писатели Рамаяны, поэты, воспевавшие доблесть и мужество Ханумана – Бога-Обезьяны, «подвиги которого были велики, а мудрость осталась не превзойденной», должны были знать столько же об его анатомии и мозге, как и любой Геккель или Гёксли наших дней. Многочисленные тома написаны были по поводу этого сходства, как в древности, так и в более современные времена. Потому нет ничего нового для мира или философии в таких томах, как «Человек и Обезьяны» Миварта, или же в защите Дарвинизма г. г. Фиске и Гёксли. Каковы же эти неопровержимые доказательства происхождения человека от питекоидного предка? Если теория Дарвина, говорят нам, не верна, если человек и обезьяна не происходят от одного общего родоначальника, то мы должны объяснить причину –
1) сходства строения между этими двумя; тот факт, что высший животный мир – человек и зверь – физически представляют лишь один тип или образец.
2) Наличность рудиментарных органов в человеке, т. е., следы прежних органов, в настоящее время атрофированных, как оставшихся без употребления. Некоторые из этих органов, как утверждается, не могли иметь никакого применения, исключая в случае полуживотного и полу-лесного чудовища. Почему же находим мы в человеке эти «рудиментарные» органы – такие же бесполезные, как рудиментарные крылья у австралийского аптерикса, именно червеобразный отросток, аппендикс слепой кишки, мускулы ушей⁶⁸, «рудиментарный хвост», с которым иногда еще рождаются младенцы, и т. д.?
Таков клич вызова; и карканье меньшей стаи среди дарвинистов еще громче, если это возможно, чем даже среди самих ученых эволюционистов!
Кроме того, последние – вместе со своим великим лидером Гёксли и такими известными зоологами, как Романес и другие – защищая теорию Дарвина, в то же время, являются первыми, кто признают почти непреодолимые трудности на пути ее окончательного доказательства. Но имеются такие же великие ученые, как и вышеназванные, которые весьма энергично отрицают это неприемлемое предположение и громогласно протестуют против не оправдываемых преувеличений, что касается до этого предположенного сходства. Достаточно заглянуть в труды Брока, Гратьолэ, Оуэна, Прюнер-Бей и, наконец, просмотреть большой труд Катрефажа «Введение к Изучению Человеческих Рас, Общие Вопросы», чтобы увидеть ошибки эволюционистов. Мы могли бы сказать больше: преувеличения, касающиеся этого приписываемого сходства в строении между человеком и антропоморфусной обезьяной, за последнее время, сделались настолько бросающимися в глаза и нелепыми, что даже Гёксли увидел себя вынужденным протестовать против слишком пылких ожиданий. Именно, сам великий анатом лично призвал «меньшую братию» к порядку заявлением в одной из своих статей, что разница между строением человеческого тела и строением высшего антропоморфусного питекоида не только далеко не пустяшна и не незначительна, но напротив того, весьма велика и показательна.

Между ныне живущими тварями не существует ни одной промежуточной формы, которая могла бы заполнить пробел между человеком и обезьяной. Игнорирование этого пробела, добавляет он, было бы «столь же ошибочно, как и нелепо».
Наконец, нелепость такого неестественного происхождения человека настолько осязаема при наличии всех доказательств и очевидности при сравнении черепа питекоида с черепом человека, что Катрефаж бессознательно прибег к нашей Эзотерической теории, говоря, что скорее обезьяны могут претендовать на происхождение от человека, нежели обратно. Как это доказано Гратьолэ в отношении полостей мозга у антропоидов – среди которых этот орган развивается обратно пропорционально тому, что имело бы место, если бы соответствующие органы человека были результатом развития тех же органов в обезьяне, – объем человеческого черепа и его мозг, так же как и полости, увеличиваются при индивидуальном развитии человека. Его рассудок развивается и растет с годами, и тогда как его лицевые кости и челюсти уменьшаются и выпрямляются, становясь все более и более одухотворенными, у обезьяны происходит как раз обратное. В своей молодости антропоид гораздо более смышлен и добронравен, но с годами он становится тупее; и так как его череп отступает назад и, по-видимому, уменьшается по мере его роста, то его лицевые кости и челюсти развиваются, и мозг, наконец, придавливается и отбрасывается совершенно назад, с каждым днем все более и более подчеркивая животный тип. Орган мысли – мозг – отступает и уменьшается, будучи совершенно побежденным, и заменяется мозгом дикого зверя – челюстным аппаратом.
Таким образом, как остроумно отмечено во французском научном труде, горилла могла бы с совершенной справедливостью обратиться к эволюционисту, настаивая на своем праве происхождения от него. Горилла сказала бы ему: мы, антропоидные обезьяны, представляем собою ретроградное отклонение от человеческого типа и потому наше развитие и эволюция выражены переходом от человекообразного строения к животнообразному строению организма; но каким образом могли бы вы, люди, произойти от нас – как можете вы быть продолжением нашего рода? Ибо, чтобы это стало возможным, ваша организация должна была бы разниться еще больше от человеческого строения нежели наша, она должна была бы еще больше приблизиться к строению животного, нежели наша; и, в таком случае, справедливость требует, чтобы вы уступили нам свое место в природе. Вы ниже, чем мы, раз вы настаиваете на установлении своей генеалогии от нашего вида; ибо строение нашего организма и его развитие, таковы, что мы не в состоянии порождать формы высшей организации, нежели наша собственная.
Именно, в этом Оккультная Наука вполне согласна с де Катрефажем. В силу самого типа его развития человек не может происходить ни от обезьяны, ни от предка, общего обезьяне и человеку, но доказывает, что он получил свое начало от прообраза, гораздо более высокого, нежели он сам. И прообраз этот есть «Небесный Человек» – Дхиан-Коганы или, так называемые, Питри, явленные в первой части этого тома. С другой стороны, питекоиды, орангутанги, горилла и шимпанзе могут, и, как учит этому Оккультная Доктрина, именно происходят от опустившейся до животности Четвертой человеческой Расы, будучи порождением человека и вымерших видов млекопитающихся – отдаленные предки которых сами были плодом животности лемурийцев – живших в Миоценский период. Родоначальники этого получеловеческого чудовища объяснены в Станцах, как порожденные через грех «Разума-лишенных» Рас в среднем периоде существования Третьей Расы.
Когда мы твердо запомним, что все формы, населяющие сейчас Землю, представляют многочисленные изменения основных типов, сброшенных Человеком Третьего и Четвертого Круга, то возражение эволюционистов, настаивающих на «единстве плана строения», характеризующего всех позвоночных, теряет свою остроту. Упомянутые основные типы были очень малочисленны по сравнению с множеством организмов, которым они, в конце концов дали рождение; но общее единство типа, тем не менее, сохранилось на протяжении веков. Экономия Природы не санкционирует сосуществование нескольких, совершенно противоположных, «основных планов» органической эволюции на одной планете. Впрочем, раз общее направление Оккультного объяснения формулировано, то вывод подробностей может быть предоставлен интуиции читателя.
Так же обстоит дело и в важном вопросе о «рудиментарных органах», открытых анатомами в человеческом организме. Без сомнения, эта линия возражения, направленная Дарвином и Геккелем против их европейских противников, оказалась весьма веской. Антропологи, отважившиеся оспаривать происхождение человека от животного предка, были в чрезвычайном недоумении, как объяснить наличность жаберных щелей и как быть с проблемой «хвоста» и так далее. Здесь снова Оккультизм приходит нам на помощь с необходимыми данными.
Факт тот, что, как уже ранее сказано, человеческий тип является хранилищем всех потенциальных органических форм и центральным пунктом, из которого все последние излучаются. В этом постулате мы находим истинную «эволюцию» или «развертывание» – в смысле, о котором нельзя сказать, что он принадлежит к механической теории Естественного Подбора. Критикуя выводы Дарвина на основании «рудиментов», один талантливый писатель пишет:

Вместо слов: «в которых человек выродился», прочтите – «прообразы, которые человек сбрасывал в течение своего астрального развития», и аспект истинного эзотерического решения – налицо. Но теперь мы должны формулировать более широкое обобщение.
Поскольку это касается нашего земного Четвертого Круга, одна лишь фауна млекопитающихся может рассматриваться, какпроисходящая от прототипов, сброшенных Человеком. Амфибии, птицы, пресмыкающиеся, рыбы, и прочие, есть результат Третьего Круга, астральные окаменелые формы, сохраняемые в аурической оболочке Земли и проектированные в физическую объективность после отложения первых Лаврентьевских горных гряд. «Эволюция» имеет дело с прогрессивными изменениями, воздействие которых, как показывает это палеонтология, сказались на низшем животном и растительном царстве на протяжении геологического времени. Она не касается и по природе вещей не может касаться вопроса «до-физических типов», послуживших основою для будущих дифференциации. Конечно, она может классифицировать общие законы, контролирующие развитие физических организмов и, до некоторой степени, она умело справилась с этой задачей.
Но вернемся к непосредственному вопросу нашего обсуждения. Млекопитающиеся, первые следы которых встречаются в сумчатых, в Триасовых скалах Вторичного периода, развились из чисто астральных родоначальников, современных Второй Расе. Таким образом, они явились после человека и, следовательно, легко объяснить общее сходство между их эмбриональными стадиями и таковыми же стадиями человека, который, конечно, вмещает в себе и эпитомизирует в своем развитии черты группы, которую он породил. Это объяснение частично пользуется дарвинистическим изложением.

На это основательное возражение дается ответ, что земные, животные формы Третьего Круга настолько же могли относиться к типам, сброшенным человеком Третьего Круга, как и новая импортация в сферу нашей планеты – млекопитающихся – к Человечеству Второй Коренной Расы Четвертого Круга. Процесс роста человеческого плода эпитомизирует не только общий характер земной жизни Четвертого Круга, но также и земной жизни Третьего круга. Весь диапазон типа снова пробегается вкратце. Потому оккультисты не испытывают затруднения при объяснении рождения детей с настоящим хвостатым добавлением или же того факта, что хвост в человеческом плоде, в одном периоде, в два раза длиннее зачаточных ног. Потенциальность каждого органа, полезного для животной жизни, сокрыта в Человеке – в Микрокосме Макрокосма – и анормальные условия могут нередко проявляться в странных феноменах, которые рассматриваются дарвинистами, как «возврат к типу предков»⁷². Воистину, возврат, но едва ли в смысле, придаваемом ему нашими современными эмпиристами!

____________________
⁶⁸ Проф. Оуэн полагает, что мускулы – attollens, retrahens и attrahens aurem – функционировали весьма активно в человеке Каменного Века. Может быть это так, может быть и нет. Вопрос этот лежит в области простого «оккультного объяснения» и, чтобы разрешить его, не требуется предпосылки «животного предка».
⁶⁹ «Man's Place in Nature», стр. 104. Приводим еще одно авторитетное свидетельство: «В Третичном периоде мы встречаем одну из наиболее человекообразных обезьян (гиббона), и этот вид и до сих пор находится на том же низком уровне; также бок о бок с ним находим в Ледниковом периоде человека на том же высоком уровне, как и сейчас. Обезьяна не приблизилась к человеку с тех пор, и современный человек не больше отдалился от обезьяны, нежели первичный (ископаемый) человек... эти факты противоречат постоянному развитию» (Пфафф). Если, по Фогту, мозг среднего австралийца равняется 99’35 куб. дюймам; мозг гориллы – 30’51, а мозг шимпанзе только 25’45, то гигантская пропасть, которую нужно заполнить приверженцам «Естественного Подбора», становится очевидной.
⁷⁰ Geo. T. Curtis, «Creation or Evolution?» стр. 76.
⁷¹ «В этот период», пишет Дарвин – «артерии разделяются на дугообразные ветви, как бы для несения крови в жабры, которые не существуют у высших позвоночных, хотя щели по сторонам шеи все еще остаются, обозначая их прежнее [?] положение». Достойно замечания, что хотя жаберные щели совершенно бесполезны для всех, исключая амфибий и рыб и так далее, наличность их регулярно отмечается в развитии утробного плода позвоночных. Даже дети рождаются иногда с отверстием в шее, соответствующим одной из щелей.
⁷² Те, кто вместе с Геккелем рассматривают жаберные щели с сопутствующими им феноменами, как пример деятельной функции в наших амфибных и рыбных предках (см. его двенадцатую и тринадцатую стадию), должны объяснить, почему «овощ с листочками» (проф. Андрэ Лефевр), представленный в развитии утробного плода, не появляется в двадцати двух стадиях, через которые проходят его Монеры в своем развитии до человека. Геккель не предпосылает овощного предка. Эмбриологический аргумент становится, таким образом, обоюдоострым мечем, и, здесь он ранит своего обладателя.

 

Немало выдающихся современных геологов и ученых публично оповещали, что:

Еще другой, столь же известный, ученый (Кролль) вычисляет, что Третичный период начался или пятнадцать или два с половиной миллиона лет назад, – по Эзотерическому Учению первая цифра является более правильным вычислением, нежели последняя, – по крайней мере, в этом случае, по-видимому, нет слишком большого разногласия. Точная наука, отказываясь видеть в человеке «особое творение» (до некоторой степени Тайные Науки поступают так же), вольна не признавать первые три или, вернее, две с половиной Расы – духовную, полу-астральную и полу-человеческую – наших учений. Но вряд ли она может поступить так же в случае Третьей Расы, при ее заключительном периоде, также Четвертой и Пятой Расы, ибо она уже подразделяет человека на палеолитного и неолитного⁷⁴. Геологи Франции помещают человека в средний период Миоценской Эпохи (Габриэль де Мортийе), а некоторые даже во Вторичный период, как это предпосылает де Катрефаж; тогда как английские ученые, вообще, не допускают такую древность для своих родов. Но когда-нибудь они будут знать больше. Ибо как говорит сэр Чарльз Лайэлль:

Ученые избегают связывать себя каким-либо определенным утверждением, относящимся к давности человека, ибо, воистину, они едва ли в состоянии что-либо утверждать по этому вопросу, и тем самым они оставляют огромное поле для более смелых теорий. Тем не менее, если большинство антропологов относят существование человека лишь к периоду после ледниковых наносов или к тому, что называется Четвертичным периодом, то те из них, которые, как эволюционисты, приписывают человеку и обезьяне одно общее происхождение, не выказывают большой последовательности в своих суждениях. Гипотеза Дарвина, в действительности, требует гораздо большей древности для человека, нежели это даже смутно подозревается поверхностными мыслителями. Это доказывается величайшими авторитетами по этому вопросу, например, Гёксли. Потому те, кто принимают дарвиновскую эволюцию, ipso facto придерживаются весьма упорно большой давности человека, настолько большой, что, в действительности, она не слишком расходится с вычислениями оккультистов⁷⁶. Скромные тысячелетия, приводимые в «Британской Энциклопедии» и 100,000 лет, которыми антропология вообще ограничивает давность человека, кажутся совершенно микроскопическими по сравнению с цифрами, приводимыми в смелых суждениях Гёксли. Правда, что он делает из первоначальной расы человека обезьяноподобных пещерных жителей. Великий, английский биолог, в своем желании доказать обезьянье происхождение человека, настаивает, что превращение первоначальной обезьяны в человеческое существо должно было произойти миллионы лет назад. Ибо, критикуя превосходные размеры Неандертальского черепа, несмотря на его заявление, что он обременен «питекоидными костными стенками», поддержанное уверениями Гранта Аллэна, что этот череп:

все же, Гёксли принужден признать, что в упомянутом черепе, теория его еще раз разбита в силу –

Как следствие всего этого, нам говорят, что эти черепа –

Таким образом, несказуемая давность человека является sine gua non ученых в вопросе дарвиновской Эволюции, ибо древнейший человек Палеолита не обнаруживает еще ощутимой разницы с его современным потомком. И только недавно современная наука начала с каждым годом расширять пропасть, которая теперь отделяет ее от древней науки, например, науки Плиния и Гиппократа: ни один из древних писателей не осмеял бы Архаических Учений о человеческих расах и животных видах, как это несомненно сделают современные ученые – геологи и антропологи.
Для тех, кто придерживается нашего убеждения, что тип млекопитающегося был продуктом Четвертого Круга, явившемся после человека, нижеследующая диаграмма – в понимании писательницы этого труда – может пояснить этот процесс.

Противоестественное совокупление неизменно давало потомство, потому, что типы млекопитающихся того периода были недостаточно отдалены от их основного типа⁷⁹ – Первичного Астрального Человека, – чтобы развить необходимую преграду. Медицина отмечает такие случаи чудовищ, порожденных от человеческих и животных родителей, даже в наши дни. Потому возможность эта есть лишь вопрос степени, но не факта. Таким образом, Оккультизм разрешает одну из самых странных проблем, предложенных вниманию антрополога.
Маятник мысли качается между двумя крайностями. Наука, освободившись, наконец, от оков теологии, вдалась в противоположное заблуждение; и в попытке объяснить Природу вдоль чисто материалистических линий, она построила эту наиболее экстравагантную теорию всех веков – происхождение человека от свирепой и грубейшей антропоидной обезьяны. И настолько эта доктрина вкоренилась сейчас в той или иной форме, что, действительно, потребуются геркулесовые усилия, чтобы добиться ее окончательного опровержения. Дарвиновская антропология есть кошмар этнолога, грубое порождение современного материализма, которое выросло и приобрело увеличивающуюся мощь по мере того, как бессилие теологической легенды о «создании» человека становилось все более и более очевидным. Она расцвела в силу странной иллюзии, что – как это описывает один известный ученый:

Тем не менее, антропология Сокровенных Книг является наилучшим ответом на такое неосновательное утверждение.
Анатомическое сходство между человеком и высшим видом обезьяны, так часто приводимое дарвинистами, как доказывающее существование какого-то, общего обоим, предка, представляет интересную проблему, надлежащее решение которой следует искать в Эзотерическом объяснении генезиса питекоидной группы. Мы изложили ее насколько это было полезно, объяснив, что звероподобие первоначальных ума-лишенных рас проявилось в порождении огромных человекообразных чудовищ – потомства человеческих и животных родителей. По мере прохождения времени и когда все еще полу-астральные формы уплотнились до физических, потомство этих тварей изменилось, вследствие внешних условий, пока, наконец, порождения эти, уменьшившись в своих размерах, не кульминировали в низших обезьянах Миоценского периода. С этими позднейшие атланты возобновили грех «ума-лишенных» – на этот раз с полною ответственностью. Результатом их преступления явились обезьяны, известные сейчас, как антропоиды.
Может быть полезным сравнить эту весьма простую теорию, – и мы охотно предложим ее неверующим просто, как гипотезу – с дарвиновской схемой, настолько полной непреоборимых препятствий, что, как только одно из них преодолено, при помощи более или менее изобретательной гипотезы, как тотчас же десять, еще больших трудностей, возникают позади той, с которой только что справились.

____________________
⁷³ Лефевр, «Philosophy Historical and Critical», часть II, стр. 480. «Библиотека Современной Науки».
⁷⁴ Мы сознаемся в том, что не видим основательных причин для оправдания положительного утверждения г-на Клодда в журнале «Knowledge». Говоря о людях Неолитного периода, ярко и точно описанных Грант Аллэн... и которые являются «прямыми предками народов, останки которых еще захоронены в малопосещаемых углах Европы, куда они были вытеснены или загнаны», он добавляет: «но люди времен Палеолита не могут быть отождествлены ни с одной существующей расой; они были дикарями самого низкого типа, какой только существует; высокого роста, но с трудом стоявшие на ногах, с короткими ногами и узловатыми, кривыми коленами, с выдающимися обезьяноподобными челюстями и малым мозгом. Откуда пришли они, мы не можем сказать, и по настоящее время могила их неизвестна».
Кроме возможности, что могут быть люди, которые знают, откуда они пришли и как они погибли – неправильно говорить, что люди Палеолита или их ископаемые останки все свидетельствуют о «малом мозге». Древнейший череп, из до сих пор найденных, «череп Неандертальский» имеет среднюю вместимость, и Гёксли был принужден сознаться, что череп этот, ни в коем случае, не приближался к черепу «недостающего звена». В Индии существуют туземные племена, мозги которых гораздо меньше и ближе к мозгам обезьян, нежели какие-либо из до сих пор открытых черепов людей Палеолита.
⁷⁵ «Antiquity of Man», стр. 246.
⁷⁶ Действительное время, требуемое для такого теоретического превращения, конечно, огромно. «Если», говорит проф. Пфафф, «на протяжении сотни тысячелетий, которые вы [эволюционисты] признаете, как протекшие между человеком Палеолита и нашим настоящим временем, нельзя доказать, что существовало большее уклонение между человеком и зверем [самый древний человек был столь же далек от зверя, как и ныне живущий человек], то какое разумное основание может быть выдвинуто, чтобы поверить, что человек развился из зверя и в дальнейшем уклонился от него малыми градациями... Чем больше будет удлиняться время между нашей эпохой и так называемыми людьми Палеолита, тем более зловещим и разрушительным будет становиться получаемый результат для теории постепенного развития человека из животного царства». Гёксли пишет («Man's Place in Nature» стр. 159), что самые щедрые вычисления давности человека должны быть еще увеличены.
⁷⁷ «Двухнедельный Обзор», 1882. Неосновательность этого утверждения, так же как и многих других преувеличений Гранта Аллэна, обладающего большой фантазией, была талантливо выявлена известным анатомом, проф. Р. Оуэном в первом номере «Longman’s Magazine», № 1. Нужно ли еще повторять, что тип Палеолита из Кро-Маньона стоит выше многих существующих рас?
⁷⁸ Таким образом, становится ясным, что наука никогда не дерзнет помыслить о человеке до-Третичной эпохи и, что человек Вторичной Эпохи Катрефажа заставляет каждого академика и члена Корол. Общества отступить в ужасе, ибо, чтобы охранить обезьянью теорию, наука должна рассматривать человека, как принадлежащего к эпохе после Вторичного Периода. Это именно то, что Катрефаж поставил на вид дарвинистам, добавив, что в общем имеется больше научных оснований произвести обезьяну от человека, нежели человека от антропоида. Исключая этого, наука не могла предложить ни одного существенного доказательства против древности человека. Но в таком случае, современная эволюция требует для Третичного периода гораздо больше, нежели пятнадцать миллионов Кролля, в силу двух, весьма простых, но основательных причин: a) не было найдено ни одной антропоидной обезьяны до Миоценского Периода; b) кремневые остатки орудий человека были прослежены до Плиоценского периода, и присутствие их подозревалось, если и не допускалось, всеми, в слоях Миоценского времени. Опять-таки, где же в таком случае «недостающее звено»? И как мог даже дикарь Палеолита, «человек Канштадта» развиться в такое короткое время в мыслящего человека из зверя дриопитекуса Миоценского периода? Теперь можно видеть причину, почему Дарвин отбросил теорию, что только 60,000,000 лет прошли со времени Кембрийского Периода. «Он судит на основании незначительных органических изменений, происшедших со времени Ледниковой эпохи, и добавляет, что 140 миллионов лет, предшествовавшие этому периоду, едва ли могут считаться достаточными для развития разнообразных форм жизни, несомненно существовавших в конце Кембрийского Периода» (Чарльз Гульд, «Мифические Чудовища», стр. 84).
⁷⁹ В связи с этим не забудем Эзотерического Учения, которое говорит, что Человек Третьего Круга на астральном плане обладал гигантской, обезьяноподобной формой. Точно так же как и в конце Третьей Расы этого (Четвертого) Круга. Это объясняет человекообразные черты обезьян, особенно среди позднейших антропоидов – не считая того факта, что эти последние, в силу наследственности, сохраняют сходство со своими родоначальниками Лемуро-Атлантами.

 

ОТДЕЛ IV
ДЛИТЕЛЬНОСТЬ ГЕОЛОГИЧЕСКИХ ПЕРИОДОВ, РАС, ЦИКЛОВ И ДРЕВНОСТЬ ЧЕЛОВЕКА​

Миллионы лет канули в Лету, не оставив других следов в памяти непосвященного, кроме нескольких тысячелетий ортодоксальной западной хронологии для происхождения Человека и истории первичных рас.
Все зависит от нахождения доказательств, свидетельствующих о древности Человеческой Расы. Если все еще оспариваемый человек Плиоценского или даже Миоценского периода был Homo primigenius, то наука, может быть, права (argumenti causa), основывая свою настоящую антропологию – относительно времени и способа происхождения Homo sapiens – на Дарвиновской теории⁸⁰. Но как только человеческие скелеты будут найдены в слоях Эоценской эпохи, тогда как никакие ископаемые обезьяны не встречаются там, и таким образом, существование человека будет доказано, как предварявшее существование антропоида – дарвинистам придется упражнять свою изобретательность в ином направлении. Более того, в хорошо осведомленных кругах сказано, что двадцатое столетие будет находиться еще в своих первых десятилетиях, когда будут явлены такие неоспоримые доказательства приоритета человека.
Даже теперь выдвигается много доказательств, свидетельствующих, что древность, до сих пор приписываемая основаниям городов, цивилизаций и различных других исторических событий, была нелепо укорочена. Это было сделано для примирения с Библейской хронологией. Хорошо известный палеонтолог Эд. Лартэ пишет:

Но в течение пятнадцати столетий хронологи пытались согласовать библейские факты со своими системами. Таким образом, составилось не менее, нежели сто сорок различных мнений относительно единого времени «Творения».

Мы показали в «Разоблаченной Изиде», что те, кто основывали историю на хронологии евреев – расы, не имевшей своей хронологии и отвергавшей хронологию Запада до двенадцатого столетия – могут лишь заблудиться, ибо еврейское исчисление может быть понято лишь с помощью каббалистического вычисления и только, имея ключ от него в руках. Мы определили, как совершенно фантастическую, хронологию халдеев и ассирийцев, составленную Георгом Смитом, которую он постарался примирить с хронологией Моисея. И теперь, по крайней мере, в этом отношении, позднейшие ассириологи подтвердили наше опровержение. Ибо тогда как Георг Смит относит царствование Саргона I (прообраза Моисея) в городе Аккад'е приблизительно к 1600 годам до Р. Хр., – вероятно, из скрытого уважения к Моисею, процветавшему по Библии в 1571 г. до Р. Хр., – мы узнаем из первой из шести «Hibbert Lectures», прочитанных оксфордским проф. А. Н. Сайс'ом в 1887 году, что:

Другими словами, к четвертому году от Сотворения Мира по библейской хронологии, и когда Адам был еще в пеленках. Может быть, еще через несколько лет эти 4000 лет будут еще увеличены. Хорошо известный лектор Оксфорда заметил в своей диссертации на «Происхождение и Рост Религий, как это иллюстрируется Религией Древнего Вавилона», что:

Несомненно, что они «намеренно» спутали сроки времени и, в особенности же, порядок событий, и в силу весьма основательной причины – ибо их писания и рекорды все были Эзотеричны. Их записи предназначались лишь для Посвященных и их учеников, и лишь последним давался ключ к истинному значению. Но замечания проф. Сайса многообещающи, ибо он объясняет трудность, говоря, что, так как:

Таким образом, мы в праве сделать вывод, что новейшие открытия могут повести к новой необходимости отодвинуть вавилонские сроки времени настолько за пределы 4000 лет до Р. Хр., чтобы сделать их до-космическими в глазах каждого почитателя Библии.
Насколько больше могла быть осведомлена палеонтология, если бы миллионы трудов не были бы уничтожены! Мы говорим об Александрийской Библиотеке, которая была уничтожена трижды, именно Юлием Цезарем в 48-году до Р. Хр., в 390 г. после Р. Хр. и, наконец, в 640 году после Р. Хр. военачальником Калифа Омара. Но что это по сравнению с трудами и рекордами, уничтоженными в первоначальных Библиотеках Атлантов, где рекорды, как говорится, были записаны на выделанной коже гигантских допотопных чудовищ! Или же по сравнению с уничтожением бесчисленных китайских книг по приказу Основателя Императорской династии Тзин, Тзин Ши Хоанг-ти в 213 г. до Р. Хр. Несомненно глиняные таблички Императорской Вавилонской Библиотеки и неоценимые сокровища Китайских Коллекций никогда не могли содержать таких сведений, как те, которые могла явить невежественному миру одна из вышеуказанных «кож» времен Атлантиды.
Но даже, имея под рукою такие чрезвычайно скудные данные, которыми располагает наука, она могла убедиться в необходимости отодвинуть назад почти каждую вавилонскую дату и сделала это весьма широко. Проф. Сайс сообщает нам, что даже архаические статуи в Телло, в Нижнем Вавилоне, были неожиданно отнесены к эпохе, современной с четвертой династией в Египте⁸². К несчастью, династии и пирамиды разделяют участь геологических периодов; даты времени их определены произвольно и зависят от настроения соответствующих ученых. Говорят, что археологи знают теперь, что вышеупомянутые статуи сделаны из зеленого диорита, который имеется лишь на полуострове Синае; и

Это очень логично, но какова дата времени, утвержденного для этих династий? Санхуниафон и синхронические таблицы Манефо, – или то, что осталось от них, после того как они прошли через руки святого Евсевия, – были отброшены; и мы все еще должны довольствоваться четырьмя или пятью тысячами лет до Р. Хр., столь щедро уделенных Египту. Во всяком случае, один из пунктов выигран. Наконец-то, на поверхности Земли существует город, которому уделяют по крайней мере 6000 лет, и это есть город Эриду. Геология открыла его. Опять-таки, но мнению проф. Сайса:

Мы можем еще лучше пояснить наше положение, если мы поспешим заявить, что для веков и периодов мы пользуемся номенклатурой сэра Ч. Лайэлля, а когда мы говорим о Вторичной и Третичной эпохе, об Эоценском, Миоценском и Плиоценском периоде – то это просто, чтобы приводимые нами факты были лучше поняты. Так как не была еще установлена точная и определенная длительность этих веков и периодов, ибо в различное время приписывались то два с половиной миллиона, то пятнадцать миллионов одному и тому же периоду (Третичному); и так как, по-видимому, нет двух геологов или естественников, согласных на этом пункте, – то Эзотерическое Учение может оставаться совершенно равнодушным к появлению человека во Вторичном или же в Третичном веке. Если последнему периоду может быть уделена длительность даже в пятнадцать миллионов лет – то это прекрасно; ибо Оккультное Учение, ревниво охраняя свои истинные и точные цифры о Первой, Второй и двух третей Третьей Коренной Расы, дает ясное осведомление лишь об одном пункте – о возрасте Человечества Вайвасвата-Ману⁸⁴.
Другое определенное утверждение состоит в том, что Материк, к которому принадлежала Четвертая Раса, и на котором она жила и погибла, обнаружил первые признаки погружения, в течение, так называемого, Эоценского периода, но уничтожен он был окончательно, именно, в период Миоценского века, – исключая малого острова, упоминаемого Платоном. Эти факты должны быть теперь проверены научными данными.

____________________
⁸⁰ Здесь можно отметить, что последователи Дарвина, которые вместе с Грант Аллэн относят нашего «волосатого и лазающего» предка далеко назад в Эоценскую эпоху, поставлены перед довольно любопытной дилеммой. Никакие окаменелые останки антропоидной обезьяны – и еще менее баснословного предка, общего человеку и питекоиду – не встречаются в словах Эоценского периода. Первое представление об обезьяне относится к Миоценской эпохе.
⁸¹ Эд. Лартэ, «Nouvelles Recherches sur la Coexistence de l'Homme et des Grands Mammiferes Fossils de la Derniere Periode Geologique.» «Annales des Soc. Nat.», XV, 256.
⁸² См. «Hibbert Lectures», 1887, стр. 33.
⁸³ Из репорта о «Hibbert Lectures» за 1887. «Lectures on the Origin and Growth of Religion, as illustrated by the Religion of the Ancient Babylonians», А. Н. Sayce.
⁸⁴ См. supra «Хронология Браминов».

 

А
СОВРЕМЕННЫЕ НАУЧНЫЕ ТЕОРИИ О ВОЗРАСТЕ НАШЕЙ ПЛАНЕТЫ, О ЖИВОТНОЙ ЭВОЛЮЦИИ И ЧЕЛОВЕКЕ​

Не разрешат ли нам заглянуть в труды специалистов? Труд «Жизнь Мира: Сравнительная Геология» проф. Уинчелля дает нам любопытные данные. Здесь мы встречаем противника теории туманности, разбивающего со всею силою молота своего odium theologicum довольно противоречивые гипотезы больших светил науки относительно сидерических и космических феноменов, основанных на их соответственных отношениях к земным периодам времени. «Физики и натуралисты, обладающие слишком большим воображением» не очень хорошо чувствуют себя, являя довольно плачевную фигуру под ливнем своих же собственных гипотетических вычислений, поставленных бок о бок. Итак, он пишет:

Затем, он приступает к выдаче тех данных, которые он считает более точными геологическими цифрами: несколько из них будут достаточны.
По сэру Уилльяму Томсону «Возраст нашей планеты, со времени затвердевания ее коры, равняется 80,000,000 лет»; по вычислениям же профессора Хаугтона, касающихся минимального предела времени, протекшего от начала подъема Европы и Азии, мы имеем три предположительных периода времени для трех возможных и различных способов подъемов, при чем длительность разнится от скромной цифры в 640,730 лет, затем в 4,170,000 лет и достигает огромной цифры в 27,491,000 лет!!
Как можно видеть, этого достаточно, чтобы покрыть наши утверждения о четырех Материках и даже цифры браминов.
Дальнейшие вычисления, подробности которых читатель может найти в труде проф. Уинчелля⁹⁰, приводят Хаугтона к приблизительному определению осадочного века нашего земного шара – в 11,700,000 лет. Автор находит эти цифры слишком малыми и потому он увеличивает их в дальнейшем до 37,000,000 лет.
Затем, в одном из трудов Кролля⁹¹, 2,500,000 лет «представляют время, истекшее от начала Третичной эпохи»; но, согласно дальнейшему изменению в его воззрении – 15,000,000 лет прошли со времени начала Эоценского периода⁹², а так как последний является первым из трех Третичных периодов, то изучающий остается в недоумении между двумя с половиной и пятнадцатью миллионами. Но если придерживаться первых скромных цифр⁹³, то весь период затвердевания коры нашей планеты будет равняться 131,600,000 лет.
Так как последний Ледниковый период продолжался от 80,000 до 240,000 лет тому. назад (точка зрения проф. Кролля), то человек должен был появиться на Земле от 100,000 до 120,000 лет назад. Но, как утверждает проф. Уинчелль, говоря о древности средиземной Расы:

Как пример геологической точности и согласованности, следующие числа могут быть также добавлены. Три авторитета – Т. Бель, чл. Геогр. Общ., Роберт Хэнт, чл. Корол. Общ., и Кролль, чл. К. Общ., – определяя время, которое прошло от Ледникового Периода, приводят цифры, разнящиеся почти до невероятных размеров:
Бельт ....................................................................... 20,000 лет.
Хэнт ........................................................................ 80,000 лет.
Кролль .................................................................... 240,000 лет [95].
Неудивительно, что Пенджелли признается, что:

Приводим мудрый совет оккультистов, предложенный господам геологам: они должны бы последовать осторожному примеру масонов. Так как хронология, говорят они, не может измерить эру творения, то их «Древний и Примитивный Ритуал» употребляет 000,000,000, как наиболее близкое приближение к действительности.
Та же неуверенность, противоречия и разногласия царят и относительно всех других вопросов.
Мнения ученых о Происхождении Человека, с точки зрения практических целей, также являются лишь обольщением и западнею. В Британской Ассоциации имеются многие противники дарвинистов, и Естественный Подбор начинает терять почву. Несмотря на то, что теория эта одно время явилась спасительной и, казалось, удержала ученых теоретиков от окончательного интеллектуального падения в бездну бесплодных гипотез, сейчас она начинает внушать сомнения. Даже Гёксли начинает обнаруживать признаки шатания и думает, что «естественный подбор не является единственным фактором».

Также и Ч. Р. Бри, обсуждая роковые проблемы в теории Дарвина, возражает следующим образом:

В этом оккультисты за одно с Дарвином.
Эзотерическое учение вполне подтверждает представление о медлительности Природы и ее величавом продвижении. «Планетарные импульсы» все периодичны. Однако, эта дарвиновская теория, несмотря на правильность ее в меньших подробностях, не больше согласуется с Оккультизмом, нежели с Уоллесом, который в своей книге «Contributions to the Theory of Natural Selection», доказывает довольно убедительно, что требуется нечто большее, чем естественный подбор, чтобы создать физического человека.
Пока что исследуем научные возражения на эту научную теорию и посмотрим, что они представляют из себя:
Мы видим, что Ст. Дж. Миварт утверждает, что:

«Внутренние законы их составного вещества». Это мудрые слова и допущение возможности есть проявление осторожности. Но каким образом могут эти внутренние законы быть когда-либо признаны, если Оккультное Учение будет отвергнуто? Как пишет один друг, в то же время, обращая наше внимание на вышеприведенные теории:

Но учение о планетарных Жизненных Импульсах должно быть ясно изложено и также ясно понято, если мы хотим, чтобы настоящая путаница не стала бы еще более сложной. Все трудности эти исчезли бы подобно тому, как ночные тени исчезают в свете восходящего Солнца, если следующие Эзотерические Аксиомы будут признаны:
a) Существование и огромная древность нашей Планетарной Цепи.
b) Существование Семи Кругов.
c) Подразделение человеческих Рас (вне чисто антропологического подразделения) на семь определенных Коренных Рас, из которых наше настоящее Европейское человечество является Пятой.
d) Древность человека в этом (Четвертом) Круге и, наконец,
e) так как эти Расы развиваются из эфирообразности в материальность и от последней снова обратно в относительную физическую плотность ткани, точно так же все живые (так называемые) органические виды животных, включая всю растительность, изменяются с каждой новой Коренной Расой.
Если бы это было допущено, хотя бы даже вместе с другими предположениями, которые, несомненно, по зрелому обсуждению были бы признаны не менее нелепыми – если только Оккультные теории должны рассматриваться в настоящее время как «нелепые», – тогда все трудности исчезли бы сами собою. Конечно, наука должна попытаться и стать более логичной, нежели сейчас, ибо едва ли может она поддерживать теорию о происхождении человека от антропоидного предка и, одновременно, отказывать такому человеку в разумной древности! Так как Гёксли говорит об «огромной интеллектуальной пропасти, лежащей между обезьяной и человеком» и «о настоящей огромной пропасти между ними»⁹⁹, и признает необходимость расширить пределы, уделенные наукою для давности человека на Земле для такого медленного и прогрессивного развития, то все эти ученые, разделяющие его образ мышления, во всяком случае, должны бы прийти хотя бы к каким-либо приблизительным цифрам и согласиться на вероятную длительность Плиоценских, Миоценских и Эоценских периодов, о которых столько сказано и, все же, ничего определенного неизвестно, – даже, если они не отваживаются заглянуть за пределы их. Но, по-видимому, не существует двух ученых, которые были бы согласны между собою. Каждый период, по-видимому, является тайной, что касается до его длительности, и тернием в боку геологов; и, как это было только что показано, они не в состоянии согласовать своих заключений даже, что касается до сравнительно недавних геологических формаций. Таким образом, нельзя доверять их цифрам, когда они дают их, ибо они исчисляют их либо в миллионах, либо просто в тысячелетиях!
То, что сказано, может быть подкреплено признаниями, сделанными ими самими, и сводка которых может быть найдена в этом «Круге Наук», называемом «Энциклопедия Британника», где указан средний вывод, принятый для геологических и антропологических загадок. В этом труде все сливки наиболее авторитетных мнений сняты и предложены. Тем не менее мы находим в нем отказ приписать какое-либо определенное хронологическое время даже для таких, сравнительно поздних, эпох, как эпоха Неолита, хотя, к изумлению, такое время устанавливается ими для начала некоторых геологических периодов; во всяком случае, для нескольких, длительность которых едва ли могла быть еще более сокращена без риска немедленного конфликта с фактами.
Итак, в обширной Энциклопедии суммировано, что:

Но, по-видимому, так же безнадежно обратить современных геологов и этнологов, как и заставить дарвинистов-натуралистов увидеть их ошибки. Наука знает об арийской Коренной Расе и ее происхождении столь же мало, как и о людях с других планет. За исключением Фламмариона и немногих мистиков среди астрономов, в большинстве случаев, отрицается даже возможность обитаемости других планет. Тем не менее, ученые самых ранних рас Арийской группы были такими великими Адептами-Астрономами, что, по-видимому, они знали о расах Марса и Венеры гораздо больше, нежели современный антрополог знает о расах в ранней стадии нашей Земли.
Оставим на минуту современную науку в стороне и обернемся к древнему знанию. Как утверждают древнейшие ученые, все такие катаклизмы – начиная с вздымания океанов, потопов и смещения материков и до циклонов и ураганов, землетрясений и вулканических извержений, волн приливов и даже до необычайности погоды и кажущегося перемещения времен года, которые приводят в недоумение всех европейских и американских метеорологов – все они происходят и зависят от Луны и Планет; и что даже скромные и пренебрегаемые созвездия имеют огромнейшее влияние на метеорологические и космические изменения на нашей и в нашей Земле – уделим минуту внимания нашим сидеральным деспотам, правителям нашего земного шара и его людей. Современная наука отвергает подобное воздействие; Архаическая Наука утверждает его. Посмотрим, что они обе имеют сказать по этому вопросу.

____________________
⁸⁵ «Nat. Philos.», Thomson and Tait, App. D. Trans. Royal Soc., Edin,, XXIII, pt. I.
⁸⁶ «Популярная Астрономия», стр. 509.
⁸⁷ «Климат и Время», стр. 335.
⁸⁸ Адрес Ливерпульскому Геологическому Обществу, 1876.
⁸⁹ «Жизнь Мира», стр. 179, 180.
⁹⁰ Там же, стр. 367, 368.
⁹¹ «Климат и Время».
⁹² Выдержки приведены в книге «Мифические Чудовища», Чарльза Гульда, стр. 84.
⁹³ По Шевандье 672,788 лет потребовались на так называемые угольные образования, и 1,004,177, по мнению Бишофа. «Время, потребовавшееся для развития слоев Третичного периода, имеющих от 3000 до 5000 футов толщины, должно было равняться, по крайней мере, 350,000 годам». («Сила и Материя», Бюхнера, стр. 159, изд. 1884 г.).
⁹⁴ Ор. cit., стр. 379;
⁹⁵ Но см. «Климат и Время Ледниковой Эпохи», в «Популярном Научном Обозрении». XIV, 242.
⁹⁶ «Review of Kolliker's Criticisms».
⁹⁷ «Заблуждения Дарвинизма», стр. 160.
⁹⁸ «The Genesis of Species», гл. VI, стр. 160–162, изд. 1871.
⁹⁹ «Man's Place in Nature», стр. 102, примечание.
¹⁰⁰ Том X, статья «Геология», стр. 227. «Вероятно, 100,000,000 лет вполне достаточны для всех потребностей геологии», так гласит текст. Во Франции некоторые ученые не находят это даже приблизительно «достаточным». Ле Кутюрье настаивает на 350 миллионов лет; Бюффон удовлетворялся 34 миллионами лет, но среди приверженцев более современных школ имеются, кто не допускают менее 500 миллионов лет.

 

В
О ПЛАНЕТНЫХ ЦЕПЯХ И МНОЖЕСТВЕННОСТИ ИХ​

Знали ли древние о других Мирах, помимо их собственного? Каковы данные, на которые опираются оккультисты, утверждая, что каждое небесное тело есть Семеричная Цепь Миров – из которых лишь один член видим, и что эти миры есть, были или будут «обитаемы человеком», точно так же, как и каждая видимая Звезда или Планета? Что подразумевают они под «моральным и физическим влиянием», оказываемым на наш земной шар звездными Мирами?
Таковы вопросы, которые нам часто ставят, и они должны быть рассмотрены со всех сторон. На два первых запроса ответ таков: мы верим в это, ибо первый закон в Природе есть единство в многообразии, а второй есть аналогия. «Как вверху, так и внизу». Время, когда наши благочестивые предки верили, что наша Земля находилась в центре Вселенной, а церковь и ее надменные служители могли настаивать, что предположение, что какая-либо иная Планета может быть обитаема, должно рассматриваться, как кощунство, это время прошло навсегда. Адам и Ева, Змий и Первородный Грех, за которыми следовало Искупление через Кровь, слишком долго преграждали путь прогресса; и, таким образом, всемирная истина была принесена в жертву безумному высокомерию маленьких людишек, какими являемся мы.
Теперь, каковы же доказательства этому? Для непосвященных, кроме доказательств, полученных путем вывода и логических размышлений, не существует никаких. Для оккультистов, которые верят в знание, приобретенное неисчислимыми поколениями Ясновидцев и Посвященных, данные, предложенные в Сокровенных Книгах, являются вполне достаточными. Однако, широкая публика нуждается в других доказательствах. Некоторые каббалисты и даже некоторые восточные оккультисты, не найдя однородного доказательства по этому вопросу во всех мистических книгах разных народов, колеблются перед принятием этого Учения. Даже такое «однородное доказательство» скоро будет явлено. А пока что, мы можем подойти к этой теме со стороны ее общего аспекта и убедиться, так ли нелепа вера в нее, как желали бы этого некоторые ученые с прочими Никодимами. Может быть, бессознательно, думая о множестве населенных «Миров», мы представляем себе их подобно шару, на котором мы живем, и населенными существами, более или менее похожими на нас самих. Поступая так, мы лишь следуем естественному инстинкту. Действительно, поскольку этот вопрос ограничивается историей жизни этого земного шара, мы можем рассуждать по этому вопросу с известной долею пользы и можем спросить самих себя, по крайней мере, с некоторой надеждой на разумность задаваемого вопроса, – каковы были «Миры», о которых говорится во всех древних писаниях человечества? Но как можем мы знать, (a) какие существа населяют миры вообще; и (b) те, кто управляют планетами высшими, нежели наша, не оказывают ли они сознательно такое же влияние на нашу Землю, какое и мы с течением времени можем оказывать, скажем, бессознательно, на малые планеты (планетоиды или астероиды), через разделение нашей Земли на куски, проведением каналов и, тем самым совершенно изменяя наши климаты. Конечно, подобно жене Цезаря, планетоиды не могут быть затронуты нашим подозрением. Они слишком далеки и т. д. Впрочем, веря в Эзотерическую Астрономию, мы не так уж уверены в этом.
Но когда мы расширяем наши догадки и предположения за пределы нашей Планетной Цепи и пытаемся выйти за пределы Солнечной Системы, тогда, конечно, мы поступаем, как самонадеянные глупцы. Так же – как принимая древнюю герметическую аксиому, «как вверху, так и внизу» – мы можем понять, что Природа на Земле обнаруживает самую бережную экономию, употребляя каждую негодную и выброшенную вещь в своих изумительных превращениях и вместе с тем никогда не повторяясь, так же точно можем мы справедливо заключить, что нет такого другого шара во всех ее бесконечных системах, столь близко напоминающего нашу Землю, чтобы заурядные способности человеческого мышления могли представить себе его видимость и содержание¹⁰¹.
И, действительно, во всех романах, так же, как и во всех, так называемых, научных вымыслах и спиритических «откровениях», приходящих с Луны, Звезд и Планет, мы находим просто лишь новые комбинации или изменения в людях и вещах, в страстях и формах жизни, обычных для нас, несмотря на то, что природа и жизнь на других планетах нашей Солнечной Системы совершенно отличаются от тех, что существуют на нашей Земле. Сведенборг, главным образом, выделялся распространением такого ошибочного верования!
Но более того. Заурядный человек не имеет понятия ни о каком ином состоянии сознания, кроме того, к которому привязывают его физические чувства. Люди имеют сновидения; они спят слишком глубоким сном, чтобы видения его могли запечатлеться на физическом мозгу; и в этих состояниях, все же, должна быть наличность сознания. Каким же образом тогда, если эти тайны остаются неисследованными, можем мы надеяться на успешность наших предположений о природе Сфер (Глобусов), которые, в силу экономии Природы, должны принадлежать к иным состояниям сознания, совершенно отличным от всех тех, которые человек испытывает здесь?
И это справедливо дословно. Ибо даже великие Адепты (конечно, посвященные), несмотря на то, что они являются испытанными Ясновидцами, могут утверждать полное ознакомление с природою и видимостью планет и их обитателей, принадлежащих лишь к нашей Солнечной Системе. Они знают, что почти все Планетные Миры обитаемы, но – даже в духе – они могут достигать лишь находящихся в нашей Системе; и также они знают, как трудно даже для них вполне объединиться сознанием с планами сознания внутри нашей Системы, ибо они настолько разнятся от состояний сознаний, доступных на нашем Земном шаре, например те, которые существуют на Цепи Сфер на трех планах за пределами плана нашей Земли. Такое знание и общение возможны для них, ибо они научились, как проникать в планы сознания, которые недоступны познанию, обыкновенных людей; но даже, если бы они передали свое знание, мир не стал бы от того мудрее, ибо человеку не достает того опыта иных видов восприятия, которое одно дало бы ему возможность усвоить то, что могло быть поведано ему.
Тем не менее, остается фактом, что большинство Планет, как Звезды за пределами нашей Солнечной Системы обитаемы, факт, признанный даже самими учеными. Лаплас и Гершель верили этому, хотя они мудро воздерживались от неосторожных суждений, и такое же заключение было выработано и поддержано множеством научных соображений К. Фламмарионом, известным французским астрономом. Доводы, выдвигаемые им, точно научны и таковы, что они производят впечатление даже на материалистический ум, который остался бы не затронутым мыслями, подобно высказанным сэром Давидом Брюстером, знаменитым физиком, который пишет:

Фламмарион, кроме того, доказывает, что все условия жизни – даже, как мы знаем ее – существуют, по крайней мере, на некоторых Планетах, и указывает на факт, что эти условия должны быть гораздо более благоприятными там, чем на нашей Земле.
Таким образом, научное рассуждение, так же как и наблюдаемые факты, согласуются с утверждениями ясновидца и с врожденным голосом в сердце человека, заявляющим, что жизнь – разумная, сознательная жизнь – должна существовать и на других мирах, кроме нашего.
Но это граница, за пределы которой обычные способности человека не могут вести его. Многочисленны романы и рассказы, некоторые чисто фантастичные, другие блистающие научными знаниями, авторы которых пытались представить и описать жизнь на других Планетах. Но все они, как один, дают лишь некоторую искаженную копию драмы окружающей нас жизни. Они, по мнению Вольтера, или люди нашей собственной расы под микроскопом, или же, согласно де Бержераку, лишь грациозная игра воображения и сатиры; но мы всегда находим, что новый мир является по существу лишь тем, на котором мы сами живем. И так сильна эта склонность, что даже большие, прирожденные, хотя и не посвященные, ясновидцы, становятся жертвами этого заблуждения, если они не были воспитаны в должном направлении; примером тому служит Сведенборг, который заходил настолько далеко, что наряжал жителей Меркурия, встречаемых им в мире духов, в одежды, носимые в Европе.
Рассуждая о подобной склонности, Фламмарион говорит:

Но сам Фламмарион впадает в ту же самую ошибку, которую он осуждает здесь, ибо он, молча, принимает условия жизни на Земле за уровень, по которому можно определять степень обитаемости других Планет «другими человечествами».
Впрочем, оставим эти бесполезные и пустые рассуждения, которые, хотя как бы и наполняют наши сердца горением восторгаи расширяют наше умственное и духовное восприятие, но, в действительности, вызывают искусственную стимуляцию и заставляют нас терять из виду не только наше невежество относительно мира, в котором мы живем, но даже о бесконечности, заключенной внутри нас самих.
Потому, когда мы встречаем «другие миры», упоминаемые в Библиях Человечества, мы можем заключить с безопасностью, что они относятся не только к другим состояниям нашей Планетной Цепи и Земли, но также и к другим обитаемым – Звездам и Планетам; при чем никогда никаких предположений не было сделано относительно последних. Вся Древность верила во Вселенскую Жизнь. Но ни один, истинно посвященный Ясновидец, любой цивилизованной народности, никогда не учил, что жизнь на других Звездах может быть судима по уровню земной жизни. Обычно то, что подразумевается под «Землями» и «Мирами», относится (a) к «возрождениям нашего Земного шара после каждой Манвантары и долгого периода Обскурации; и (b) к периодическим и полным смещениям Земной поверхности, когда материки исчезают, чтобы дать место океанам, а океаны и моря грозно смещаются и отбрасываются к полюсам, чтобы уступить свои вместилища новым материкам.
Мы можем начать с Библии – самой молодой из мировых писаний. В Екклесиасте мы читаем следующие слова Царя-Посвященного:

В этих словах не легко усмотреть намек на последовательные катаклизмы, в силу которых Расы человечества сметаются или, обращая взор в глубь времен, на различные переходные состояния Земного шара, в течение процесса его образования. Но если нам говорят, что это относится лишь к нашему миру, как мы теперь видим его, тогда мы направим читателя к Новому Завету, где Св. Павел говорит о Сыне (проявленной Мощи), кого Бог назначил наследником всех вещей, «посредством кого он также создал миры» (множеств, число)¹⁰⁵. Эта «Мощь» есть Хокма, Мудрость и Слово. Нам, вероятно, скажут, что под термином «миры» подразумевались звезды, небесные тела и пр. Но, помимо того факта, что «звезды» не были известны как «миры» невежественным издателям Посланий, даже несмотря на то, что они должны были быть известны Св. Павлу, кто был Посвященным, «Мастером-Строителем», мы можем по этому поводу привести слова известного теолога, кардинала Уайзмана. В его труде [I, 309], рассуждая о неопределенном периоде в шесть дней – или же, скажем мы, «слишком определенном» периоде в шесть дней – творения и о 6000 лет, он сознается, что мы будем пребывать в полной тьме, относительно значения смысла этого утверждения Св. Павла, если только нам не будет дозволено предположить, что сделанный намек относится к периоду, истекшему между первым и вторым стихом в главе I Книги Бытия, и таким образом, к тем первоначальным переворотам, т. е., к разрушениям и возрождениям мира, указанным в первой главе Екклесиаста; или же принять, как делают многие другие, в буквальном смысле место в главе I-ой Посл. к Евреям, где говорится о создании «миров» – во множественном числе. Весьма странно, говорит он, что все космогонии согласуются между собою в предпослании той же самой идеи и сохраняют традицию о первом ряде переворотов, благодаря которым мир был разрушен, затем снова обновлен.
Если бы кардинал изучил Зохар, то его сомнения сменились бы уверенностью. Так гласит Идра Сута:

____________________
¹⁰¹ Нас учат, что высочайшие Дхиан-Коганы или Планетарные Духи (за пределами познавания путем закона аналогии) не ведают того, что лежит за пределами видимых Планетных Систем, ибо сущность их не может ассимилироваться с мирами, находящимися за пределами нашей Солнечной Системы. Когда они достигнут более высокой степени эволюции, то эти другие миры будут открыты им; а пока что, они имеют полное знание всех миров, лежащих в пределах нашей солнечной Системы.
¹⁰² Раз ни один атом во всем Космосе не лишен жизни и сознания, то насколько же больше должны быть наполнены, как тем, так и другим, его мощные небесные тела – хотя они и остаются запечатанной книгой для нас, людей, которые могут лишь едва объединиться сознанием с ближайшими к нам формами жизни? Мы не знаем самих себя, то как можем мы, если мы не были научены или посвящены, вообразить, что мы можем проникнуть в сознание малейшего из животных, окружающих нас?
¹⁰³ «Pluralite des Mondes», стр. 439.
¹⁰⁴ Op. Cit., I, 4–9.
¹⁰⁵ Послание к Евреям, I, 2. Это относится к Логосу каждой Космогонии. Неведомый Свет – с которым он, как сказано, совечен и сосуществующ – отображается в Первородном, в Протогоносе; и Демиург или Вселенский Разум направляет свою Божественную Мысль в Хаос, который под воздействием меньших Богов разделяется на Семь Океанов – Сапта Самудра. Именно, это есть Пуруша, Ахура Мазда, Озирис и т. д., и, наконец, Христос гностиков, который в Каббале есть Хокма или Мудрость, «Слово».
¹⁰⁶ Форму Тиккуна или Протогоноса, «Первородного», т. е., Вселенская Форма и Представление еще не отразились в Хаосе.
¹⁰⁷ Зохар, III, 292с. «Небесный Человек» есть Адам Кадмон – синтез Сефиротов, так же как «Ману Сваямбхува» является синтезом Праджапати.

 

Также в Мидраш'е, написанном задолго до Каббалы Симеона Бен Иохай, раввин Абаху объясняет:

«Разрушенные» означает здесь то, что мы называем «обскурацией». Это становится очевидным, когда мы прочтем приведенное дальше объяснение:

Потому, когда мы читаем о «разрушении» Миров, то слово это имеет много значений, которые весьма ясны во многих Комментариях на Зохар и в каббалистических трактатах. Как сказано в другом месте, это означает не только разрушение многих миров, закончивших свой жизненный пробег, но и гибель нескольких исчезнувших материков, так же как и упадок их, и географическое смещение их местонахождения.
О таинственных «Царях Эдома» иногда говорят, как о «Мирах», которые были разрушены; но это лишь, «сокрытие». Цари, царствовавшие в Эдоме, прежде чем царствовал какой-либо царь Израиля, или «Цари Эдомитов», никогда не могли символизировать «первичные миры», но лишь «попытки создания людей» на этом земном шаре – Расы, предшествовавшие Адаму, о которых говорит Зохар и которых мы поясняем, как Первую Коренную Расу. Ибо, говоря о шести Землях (шести «Членах» Микропросопуса), сказано, что седьмая (наша Земля) не была принята в расчет, когда были созданы шесть (шесть сфер над нашим Земным Глобусом в Земной цепи), таким образом, первые семь царей Эдома выпущены из вычислений в Книге Бытия. По закону аналогии и пермутации в халдейской Книге Чисел, так же как и в Книгах Знания и Мудрости, «семь первичных миров» означают тоже «семь первичных рас» (под-рас Первой Коренной Расы Теней); а Цари Эдома суть Сыновья «Исаака, отца Эдомитов»¹¹², т. е., Исаак в Библии изображает расу, которая стоит между Четвертой и Пятой, атлантами и арийцами. «Два народа в твоем чреве», сказал Господь Ревекке, и Исаак был красен и волосат. Глава XXV в Книге Бытия, ст. 24–34 содержит аллегорическую историю рождения Пятой Расы:
Сифра ди-Цениута гласит:

И Зохар утверждает:

Ни один каббалист, из обсуждавших до сих пор символизм и аллегории, скрытые под этими «Царями Эдома», по-видимому, не приметил больше одного их аспекта. Они не только «Миры, которые были разрушены», или «Цари, которые умерли», но и то и другое, и еще гораздо больше, говорить о чем сейчас мы не имеем достаточно места. Потому, оставив мистические притчи Зохара, мы вернемся к точным фактам материалистической науки. Однако, сначала мы назовем нескольких из находящихся на длинном списке, великих мыслителей, которые верили во множество обитаемых Миров вообще, и в Миры, предшествовавшие нашему собственному. Среди них находим великих математиков Лейбница и Бернуйи, и самого сэра Исаака Ньютона, как это можно прочесть в его «Optics»; Буффона-естественника; Кондилльяка-скептика; Байи, Лаватера, Бернардина де Сен-Пьера, и, как контраст к двум последним – заподозренных, однако, в мистицизме – Дидеро и большинство из писателей Энциклопедии. За ними следуют Кант, основатель современной философии, поэты-философы Гёте, Краузе, Шеллинг, и многие астрономы, начиная от Бодэ,Фергюссона и Гершеля, до Лаланда и Лапласа с их многими учениками в более недавние годы.
Действительно, блестящий список почитаемых имен; но факты астрономии свидетельствуют даже еще сильнее, чем эти имена, в пользу наличности жизни и даже организованной жизни на других Планетах. Так, в четырех метеоритах, которые недавно упали в Алэ во Франции, на Мысе Доброй Надежды, в Венгрии и опять во Франции, после исследования их, был найден графит, вид угля, как известно, неизменно соединенного с органической жизнью на этой нашей Земле. И то обстоятельство, что присутствие этого угля не обязано никакому действию, происшедшему внутри нашей атмосферы, доказывается тем фактом, что уголь был найден в самой сердцевине метеорита, тогда как в том, который упал в Аргёйль на Юге Франции в 1857 году, были найдены вода и торф, при чем последний всегда является продуктом разложения растительных веществ.
И далее, исследуя астрономические условия других Планет, легко доказать, что некоторые из них гораздо лучше приспособлены для развития на них жизни и разума – даже принимая во внимание условия, привычные людям, – нежели наша Земля. Так, например, на Планете Юпитер времена года, вместо того, чтобы изменяться в тех широких границах, как это происходит у нас, они изменяются почти неуловимо, и длительность их в двенадцать раз превышает нашу. Благодаря наклону оси Юпитера, времена года на нем зависят почти исключительно от эксцентричности его орбиты и потому изменяются медленно и регулярно. Нам скажут, что никакая жизнь невозможна на Юпитере, ибо он находится в состоянии раскаленности. Но не все астрономы согласны с этим. Например, то, что мы утверждаем, подтверждается и Фламмарионом; а он должен был бы знать.
С другой стороны, Венера была бы менее приспособлена для человеческой жизни, существующей на Земле, ибо ее времена года более резки, и смены температуры на ней более внезапны; хотя любопытно отметить, что продолжительность дня почти одинакова на четырех внутренних планетах – Меркурии, Венере, Земле и Марсе.
На Меркурии жар Солнца и свет его в семь раз сильнее, чем на Земле, и астрономия утверждает, что планета эта окутана весьма плотной атмосферой. И так как мы видим, что жизнь становится более деятельной на Земле пропорционально свету и теплоте Солнца, то более, чем вероятно, что напряжение ее гораздо больше на Меркурии, чем здесь.
Венера, подобно Меркурию, имеет весьма плотную атмосферу, так же как и Марс; так и снега, покрывающие их полюсы, тучи, скрывающие их поверхность, географическая конфигурация их морей и материков, смены времен года и климатов, все тесно аналогичны – во всяком случае, на взгляд земного астронома. Но подобные факты и соображения, отсюда вытекающие, имеют отношение лишь к возможности существования на этих Планетах человеческой жизни, как она известна на Земле. Что некоторые формы жизни, такие, как мы знаем их, возможны на этих Планетах, уже давно было много раз доказано, и кажется совершенно бесполезным вдаваться в подобные вопросы о физиологии и т. д. этих гипотетических обитателей, раз, в конце концов, читатель может прийти лишь к воображаемому развитию того, что знакомо ему и что окружает его. Потому лучше удовольствоваться тремя заключениями, которые Фламмарион, столь часто цитируемый нами, формулирует, как суровые и точные выводы, сделанные на основании известных фактов и законов Природы.
1) Различные силы, которые были деятельны при начале эволюции, породили большое разнообразие среди существ на нескольких мирах, как в органическом, так и неорганическом царстве.
2) Одушевленные существа, с самого начала, имели сложение, отвечавшее формам и организмам в полном соответствии с физиологическим состоянием каждого населенного небесного тела.
3) Человечества других миров разнятся от нашего настолько же по своему внутреннему строению, как и по своему внешнему физическому типу.
Наконец, читатель, который может усомниться в основательности таких заключений, противоречащих Библии, может обратиться к Добавлению в труде К. Фламмариона, где подробно рассматривается этот вопрос, ибо в труде, подобном этому, совершенно бесполезно указывать на логическую нелепость тех церковников, которые отрицают множество миров на основании авторитета Библии.
В связи с этим, мы можем напомнить времена, когда ярое рвение первобытной церкви противостало доктрине о шарообразности Земли на том основании, что народы, находящиеся на противоположной стороне, оказались бы вне возможности спасения. И еще раз мы можем вспомнить, какое долгое время потребовалось для нарождающейся науки, чтобы разбить представление о плотном небосклоне, вдоль борозд которого двигались звезды для особого назидания земного человечества.
Теория о вращении Земли была встречена с такою же оппозицией – даже вплоть до предания мученичеству лиц, открывших ее – потому что, кроме того, что теория эта лишала нашу планету ее важного центрального положения в пространстве, но она еще произвела потрясающее смущение в представлениях, что касается до Вознесения – ввиду того, что термины «вверх» и «вниз» становились совершенно относительными и, таким образом, не мало усложнился вопрос о точном местонахождении Неба!¹¹³.
По лучшим современным вычислениям не менее 500,000,000 Звезд различной величины могут быть уловлены сильными телескопами. Что же касается до расстояний между ними, то они не поддаются вычислению. И неужели же наша микроскопическая Земля – «песчинка на берегу беспредельного океана» – будет единственным средоточием разумной жизни? Наше Солнце, которое само по себе в 1,300,000 раз больше нашей Планеты, становится ничтожным рядом с гигантским Солнцем, Сириусом, а последний, в свою очередь, умален другими светилами в беспредельном Пространстве. Эгоцентрическое представление Иеговы, как особого хранителя небольшого и скромного полу-номадического племени, может быть приемлемым рядом с представлением, ограничивающим сознательное существование нашею микроскопическою планетою. Первоначальные причины для такого представления без сомнения были: (a) незнание астрономии ранними христианами, вместе с преувеличенной оценкой значения человека – примитивная форма себялюбия; и (b) опасение, что если гипотеза о миллионах других населенных Планетах будет принята, то последовало бы подавляющее возражение: «в таком случае, должно было быть особое Откровение для каждого Мира?» – что вызвало бы представление Сына Божьего, вечно совершающего «как бы обход». По счастью, сейчас нет необходимости затрачивать время и энергию, доказывая возможность существования таких Миров. Все разумные люди признают это. Но сейчас остается показать, что если будет доказано, что существуют Миры, кроме нашего, населенные человечествами, совершенно отличающимися как между собою, так и от нашего – как это утверждается Оккультными Науками, – то эволюция предшествующих Рас, может считаться наполовину доказанной. Ибо, где тот физик или геолог, который готов настаивать, что Земля не изменялась много раз в течение миллионов лет, протекших на протяжении ее существования; и что сменив свою «кожу», как это называется в Оккультизме, Земля не имела каждый раз свое особое Человечество, приспособленное к тем атмосферическим и климатическим условиям, которые являлись следствием такого изменения? А если так, то почему бы предшествовавшие нам четыре, и совершенно различные, Человечества, не могли существовать и процветать до нашей Пятой, Адамической, Коренной Расы?
Тем не менее, прежде чем закончить наше словопрение, мы должны ближе исследовать, так называемую, органическую эволюцию. Исследуем хорошенько и посмотрим, нет ли какой возможности согласовать наши Оккультные данные и хронологию, хотя бы – до некоторой степени, – с данными науки.

____________________
¹⁰⁸ «Bereshith Rabba», Parsha IX.
¹⁰⁹ Это относится к трем Кругам, предшествовавшим нашему Четвертому Кругу.
¹¹⁰ Эта фраза заключает в себе двоякий смысл и глубокую тайну в Оккультных науках, тайна эта, если и когда она узнана – дает страшную мощь Адепту изменять свою видимую форму.
¹¹¹ «Идра Сута», Зохар, III, 136 с., выражение – «Понижения их состояния (или статута)» – ясно; из активных Миров они вступили во временную обскурацию – они отдыхают и, следовательно, совершенно изменились.
¹¹² Книга Бытия, XXXVI, 43.
¹¹³ Любопытное вычисление, приводимое в научном и остроумном труде «Бог и Его Книга», написанном страшным «Саладином», известным агностиком, по которому, если бы Христос возносился со скоростью пушечного ядра, то он не достиг бы даже Сириуса, ярко напоминает о прошлом. Это вычисление заставляет нас предположить, и не без основания, что даже наш век научного просвещения может быть столь же нелепым в своих материалистических отрицаниях, как были нелепы и материалистичны в своих религиозных утверждениях люди средневековья.

 

С
ДОБАВОЧНЫЕ ЗАМЕЧАНИЯ ОТНОСИТЕЛЬНО ЭЗОТЕРИЧЕСКОЙ ГЕОЛОГИЧЕСКОЙ ХРОНОЛОГИИ.​

По-видимому, возможно исчислить приблизительную длительность, во всяком случае, геологических периодов, на основании соединенных данных науки и оккультизма, имеющихся перед нами. Геология, конечно, в состоянии определить одну вещь почти точно, именно, толщу различных отложений. Само собою разумеется, что время, потребовавшееся для какого-либо наслоения на морском дне, должно быть строго пропорционально толще массы так образованной. Несомненно, скорость выветривания почвы и распределение материи на днищах океана изменялись на протяжении веков, и различного рода катаклизмы нарушали «однообразие» обычных геологических процессов. Итак, если мы имеем некоторое определенное числовое основание, на которое мы можем опереться, то наша задача становится менее трудной, нежели она могла казаться с первого взгляда. Принимая во внимание изменения в скорости отложений, проф. Лефевр дает нам относительные цифры, суммирующие геологическое время. Он не пытается вычислить число лет, истекших со времени первого отложения основания для гряды Лаврентьевских скал, но определяя время, как х, он предлагает нам относительные пропорции различных периодов по отношению к этому х. Потому предпошлем нашему вычислению заявление, что, грубо говоря, Изначальные скалы имели в толще 70,000 фут.; скалы Первичной эпохи равнялись 42,000 ф.; Вторичной – 15,000 ф.; Третичной – 5000 ф. и Четвертичной около 500 футов.

Теперь, раз удостоверено на основании Оккультных данных, что, время, прошедшее от начала первых осадочных отложений, равняется 320,000,000 лет, то мы в состоянии начертать следующую таблицу:

ПРИБЛИЗИТЕЛЬНЫЕ ВЫЧИСЛЕНИЯ ДЛИТЕЛЬНОСТИ ГЕОЛОГИЧЕСКИХ ПЕРИОДОВ В ГОДАХ.
[TABLE="class: grid"]
[TR]
[TD="width: 107"]

Изначальный
[/TD]
[TD="width: 118"] Лаврентьевский
Кембрийский
Силурийский
[/TD]
[TD="width: 88"]

171,200,000
[/TD]
[/TR]
[TR]
[TD="width: 107"]

Первичный
[/TD]
[TD="width: 118"] Девонский
Угольный
Пермский
[/TD]
[TD="width: 88"]

103,040,000
[/TD]
[/TR]
[TR]
[TD="width: 107"]

Вторичный
[/TD]
[TD="width: 118"] Триасовый
Юрский
Меловой
[/TD]
[TD="width: 88"]

36,800,000
[/TD]
[/TR]
[TR]
[TD="width: 107"]

Третичный
[/TD]
[TD="width: 118"] Эоценский
Миоценский
Плиоценский
[/TD]
[TD="width: 88"]

7,360,000
[/TD]
[/TR]
[TR]
[TD="width: 107"] Четвертичный
[/TD]
[TD="width: 118"]

[/TD]
[TD="width: 88"] 1,600,000¹¹⁵[/TD]
[/TR]
[/TABLE]​

Такие вычисления согласуются с утверждениями Эзотерической Этнологии почти в каждом случае. Часть Атлантического Третичного цикла от «апогея славы» этой Расы, вначале Эоценского периода, до великого катаклизма в середине Миоценского, окажется длившейся около трех с половиной до четырех миллионов лет. Если продолжительность Четвертичного периода не была преувеличена, что весьма правдоподобно, то погружение Рута и Даития должно быть отнесено к После-Третичному Периоду. Весьма вероятно, что приведенные здесь данные уделяют несколько слишком долгий период, как Третичной, так и Четвертичной эпохе, ибо Третья Раса идет далеко назад во Вторичную эпоху. Тем не менее, цифры весьма показательны.
Но так как возражения, вытекающие из геологической очевидности, допускают лишь 100,000,000 лет, то сравним наши утверждения и учения с данными точной науки.
Эдвард Клодд¹¹⁶, говоря о труде де Мортийе «Les Materiaux pour l'Histoire de l'Homme», где человек помещается в середину Миоценского Периода¹¹⁷, замечает, что:

На это можно было бы ответить: (a) доктрина эволюции, как она была первоначально изложена Дарвином и затем развита позднейшими эволюционистами, не только является обратным примером непогрешимости, но она отвергнута несколькими выдающимися людьми науки, например, де Катрефажем во Франции, д-ром Вейсманном, эволюционистом, в Германии, и многими другими; ряды анти-дарвинистов увеличиваются с каждым годом¹¹⁸; и (b) истина, чтобы быть достойной этого имени и остаться истиной и фактом, едва ли нуждается в испрашивании поддержки от какого-либо одного класса или секты. Ибо, если бы она получила поддержку от верующих в особое творение, она никогда не была бы признана эволюционистами и обратно. Истина должна покоиться на своем собственном прочном основании фактов и ожидать признания, когда все предрассудки на ее пути будут устранены. Хотя вопрос был уже вполне рассмотрен в своем главном аспекте, тем не менее полезно разбивать каждое, так называемое, «научное» возражение, по мере нашего продвижения, когда мы будем делать, так называемые, еретические и антинаучные утверждения.
Бросим быстрый взгляд на расхождения между ортодоксальной и Эзотерической Наукой в вопросе о возрасте нашего земного шара и человека. С двумя соответствующими синхроническими таблицами перед собою, читатель будет в состоянии увидеть при первом взгляде всю важность этих расхождений; и, в то же время, он усмотрит возможность – нет, даже полное вероятие – что дальнейшие открытия геологии и нахождения окаменелых останков человека заставят науку признать, что, в конце концов, именно Эзотерическая Философия права или, во всяком случае, ближе к истине.

____________________
¹¹⁴ «Philosophy Historical and Critical», стр. 481.
¹¹⁵ Цифра, вероятно, чрезмерна.
¹¹⁶ «Knowledge», статья «Древность Человека в Западной Европе», Март 31-ый, 1882.
¹¹⁷ Но в другом труде «Доисторическая Древность Человека», написанном около двадцати лет тому назад, он щедро допускал лишь 230,000 лет для нашего человечества! Так как мы узнаем, что ныне он помещает человека в середину Миоценского периода, то мы должны сказать, что многоуважаемый проф. доисторической антропологии в Париже несколько противоречит себе и непоследователен, если только не наивен в своих воззрениях.
¹¹⁸ Коренная и основная мысль о происхождении и превращении видов – наследственность приобретенных способностей – по-видимому, в последнее время встретила серьезных противников в Германии. Дю Буа-Рэймонд и д-р Пфлюгер, оба физиологи, помимо других, столь же выдающихся ученых, находят непреодолимые трудности и даже невозможности в этой доктрине.

 

ПАРАЛЛЕЛИЗМ ЖИЗНИ​

[TABLE]
[TR]
[TD] НАУЧНЫЕ ГИПОТЕЗЫ.
[/TD]
[TD="width: 309"] ЭЗОТЕРИЧЕСКАЯ ТЕОРИЯ.
[/TD]
[/TR]
[TR]
[TD="width: 309"] Наука по Геккелю подразделяет период истории Земного Шара от начала жизни на Земле (или Азойского Века) на пять главных подразделений или периодов¹¹⁹.
[/TD]
[TD="width: 309"] Оставляя классификацию геологических периодов Западной науке, Эзотерическая Философия делит лишь периоды Жизни на Земном Шаре. В настоящей Манвантаре самый период разделен на семь Кальп и семь великих человеческих Рас. Первая Кальпа, отвечающая Изначальной Эпохе, есть Век.
[/TD]
[/TR]
[TR]
[TD="width: 309"]ИЗНАЧАЛЬНАЯ ЭПОХА.
[/TD]
[TD="width: 309"] «ПЕРВОБЫТНЫХ»¹²⁰
[/TD]
[/TR]
[TR]
[TD="width: 309"] Лаврентьевская, Кембрийская, Силурийская. Изначальная эпоха, говорит нам наука, ни в коем случае, не была лишена растительности и животной жизни. В Лаврентьевских отложениях встречаются образцы Eozoon canadense - раковины, разделенной на многие отделения. В Силурийских отложениях найдены морские водоросли (algae) моллюски, раковидные и низшие морские организмы, также первые следы рыб. Изначальная Эпоха являет (algae), моллюсков, раковидных, полипов и морские организмы, и пр. Потому наука утверждает, что морская жизнь существовала от самого начала времен, однако, предоставляя нам самим обсуждение вопроса, каким образом появилась жизнь на Земле. Если она отвергает библейское «творение» [как это делаем мы], то почему она не предложит нам другую, хотя бы приблизительно вероятную гипотезу?
[/TD]
[TD="width: 309"] Дэв или Божественных Людей, «Создателей или Прародителей»¹²¹.
Эзотерическая Философия согласна с утверждением, сделанным Наукою (см. параллельный столбец), но все же она возражает на один пункт. 300,000,000 лет растительной жизни (см. «Хронологию Браминов») предшествовали «Божественным Людям» или Прародителям. Также ни одно Учение не отрицает, что в Изначальную Эпоху существовали признаки жизни внутри Земли, помимо Eozoon canadense. Только тогда, как упомянутая растительность принадлежала этому Кругу, зоологические останки, ныне находимые в так называемых Лаврентьевской, Кембрийской и Силурийской системе, являются останками Третьего Круга. Вначале они были такими же астральными, как и все остальное, затем они уплотнились и материализовались pari passu с новой растительностью.
[/TD]
[/TR]
[TR]
[TD="width: 309"] ПЕРВИЧНАЯ.
[/TD]
[TD="width: 309"] «ПЕРВИЧНАЯ».
[/TD]
[/TR]
[TR]
[TD="width: 309"] Девонская¹²², Угольная, Пермская.
«Папоротниковые леса, Sigillaria, шишконосные, рыбы, первые следы пресмыкающихся. Так утверждает современная Наука.
[/TD]
[TD="width: 309"] Божественные Прародители (Вторичные Группы) и две Расы с половиной. Эзотерическая Доктрина повторяет все вышесказанное. Все они являются останками предыдущего Круга¹²³.
Тем не менее, как только прообразы отображены из Астральной Оболочки Земли, происходит бесконечное количество изменений.
[/TD]
[/TR]
[TR]
[TD="width: 309"] ВТОРИЧНАЯ.
[/TD]
[TD="width: 309"] «ВТОРИЧНАЯ».
[/TD]
[/TR]
[TR]
[TD="width: 309"] Триасовая, Юрская, Меловая. Эта эпоха пресмыкающихся гигантских мегалозавров, ихтиозавров, плезиозавров и т. д. Наука отрицает существование человека в этот период. Но, все же, она должна объяснить, каким образом человек узнал об этих чудовищах и мог описать их до века Кювье? Старые анналы Китая, Индии,. Египта и даже Иудеи полны ими, как показано в другом месте. В этом же периоде появляются также и первые сумчатые млекопитающиеся¹²⁴ – насекомоядные, плотоядные phytophagous; и, как полагает проф. Оуэн, травоядные, копытные млекопитающиеся.
Наука не допускает появления человека до конца Третичного периода. Почему? Потому что человек должен быть показан моложе высших млекопитающихся. Но Эзотерическая наука учит нас обратному. И так как наука совершенно не в состоянии прийти к хотя бы приблизительному заключению, что касается до возраста человека, или даже до геологических периодов, то Оккультное Учение более логично и разумно, даже если оно будет принято лишь, как гипотеза.
[/TD]
[TD="width: 309"] По всем вычислениям Третья Раса уже появилась, ибо в течение Триасовой эпохи уже существовали несколько млекопитающихся, и она должна была разъединиться до их появления.
Потому этот период есть эпоха Третьей Расы, в которой, может быть, можно также найти и начало ранней Четвертой. Впрочем, здесь мы вполне основываемся на догадках, так как никаких определенных данных еще не выдано Посвященными.
Аналогия здесь весьма слаба, все же могут возразить, так как доказано, что ранние млекопитающиеся и до-млекопитающиеся в течение их развития переходят анатомически из одного вида в более высокий, то то же самое происходит и с человеческими расами на протяжении их процесса размножения. Конечно, параллель может быть найдена между monotremata, didelphia (или сумчатые) и плацентными животными, разделенными, в свою очередь, на три разряда¹²⁶, подобно Первой, Второй и Третьей Коренной Расе людей¹²⁷. Но на это потребовалось бы больше места, нежели мы можем уделить этому предмету.
[/TD]
[/TR]
[TR]
[TD="width: 309"] ТРЕТИЧНАЯ¹²⁸.
[/TD]
[TD="width: 309"] «ТРЕТИЧНАЯ».
[/TD]
[/TR]
[TR]
[TD="width: 309"] Эоценская, Миоценская, Плиоценская.
Не допускается еще, что человек мог уже жить в течение этого периода.
Е. Клодд в журнале «Знание» говорит: «Хотя плацентные млекопитающиеся и разряд приматов, к которым относится человек, появляются в Третичную Эпохи, и климат, который был тропическим в эпоху Эоценскую, и теплым в Миоценской, и умеренным в период Плиоценский, благоприятствовал его существованию, тем не менее, доказательства о его существовании в Европе до конца Третичной эпохи.... обычно не приняты здесь».
[/TD]
[TD="width: 309"] Третья Раса теперь почти совсем исчезла, унесенная ужасающим катаклизмом Вторичной Эпохи, оставив после себя лишь несколько смешанных рас.
Четвертая, рожденная миллионы лет до¹²⁹ указанной катастрофы, погибла во время Миоценского периода¹³⁰, когда Пятая (наша Арийская Раса) уже насчитывала миллион лет независимого существования¹³¹. Насколько старше она, считая от ее начала – кто знает? Так как «исторический» период арийцев Индии начался для их широких масс¹³², лишь с появлением их Вед, и гораздо раньше по Эзотерическим Рекордам, то бесполезно устанавливать здесь какую-либо параллель.
[/TD]
[/TR]
[TR]
[TD="width: 656, colspan: 2"] Геология ныне разделила периоды и поместила человека в
[/TD]
[/TR]
[TR]
[TD="width: 309"] ЧЕТВЕРТИЧНУЮ.
[/TD]
[TD="width: 309"] «ЧЕТВЕРТИЧНАЯ».
[/TD]
[/TR]
[TR]
[TD="width: 309"] Человек Палеолита, Человек Неолита. Исторический Период.
[/TD]
[TD="width: 309"] Если Четвертичному периоду будет уделено 1,500,000 лет, то тогда лишь наша Пятая Раса будет принадлежать к нему.[/TD]
[/TR]
[/TABLE]




____________________
¹¹⁹ «История Творения», стр. 20.
¹²⁰ Здесь сохранены названия, данные наукою, чтобы сделать параллели еще более ясными. Наши термины совершенно другие.
¹²¹ Изучающий должен помнить, что Сокровенное Учение утверждает, что существуют семь степеней Дэв или «Прародителей» или Семь Классов, от самого совершенного до менее совершенного.
¹²² Могут сказать, что мы непоследовательны, потому мы не помещаем в эту таблицу Человека Первичного Века. Параллелизм Рас и геологических Периодов, принятый здесь, поскольку это касается начала Первой и Второй, является просто попыткой, ибо никаких непосредственных сведений не имеется. Так как мы раньше обсудили вопрос – возможности существования расы в Угольный Период, то сейчас совершенно бесполезно возобновлять эти споры.
¹²³ Во время промежутка между одним и следующим Кругом, Земной шар и все сущее на нем остается в status quo. Запомните, что растительность началась в своей эфирообразной форме до того периода, который называется Изначальным, проходя через Первичный, и уплотняясь в нем, достигая своей полной физической жизни во Вторичную эпоху.
¹²⁴ Геологи утверждают, что во «Вторичную Эпоху единственными млекопитающимися, (до сих пор) открытыми в Европе, являются окаменелые останки небольшого сумчатого животного (журнал «Knowledge», Март, 31. 1882, стр. 464). Несомненно, этот сумчатый или didelphis (единственные, оставшиеся представители того семейства, которое существовало на Земле При Андрогинном Человеке) не мог быть единственным животным, существовавшим тогда на Земле! Его присутствие громко заявляет о нахождении других (хотя и неизвестных) млекопитающихся, кроме монотремных и сумчатых и, таким образом, доказывается, что название «века млекопитающихся», данное только Третичному периоду, является вводящим в заблуждение и ошибочным, ибо оно позволяет сделать заключение, что в Мезозойские времена Вторичного периода существовали лишь птицы, амфибии и рыбы, но не млекопитающиеся.
¹²⁵ Те, кто собираются высмеять доктрину Эзотерической Этнологии, предпосылающей существование людей во Вторичной эпохе, хорошо сделают, если отметят тот факт, что один из наиболее выдающихся современных антропологов, де Катрефаж, серьезно высказывает свои соображения в этом же направлении. Он пишет: «Таким образом, нет ничего невозможного в мысли, что он [человек] ... мог появиться на земном шаре с первыми представителями типа, к которому он принадлежит по своему строению», («L’Espece Humaine», стр. 153). Это утверждение приближается весьма близко к нашему основному утверждению, что человек предшествовал другим млекопитающимся.
Проф. Лефевр допускает, что «Труды Бушэ де Перт, Лартэ, Кристи, Буржуа, Денуйе, Брока де Мортийе, Хами, Годри, Капеллини и сотни других, преодолели все сомнения и ясно установили прогрессивное развитие человеческого организма и ремесел человека от самого миоценского периода Третичной эпохи». («Philosophy Historical and Critical», часть II, стр. 499, глава II, «Об Органической Эволюции». «Библиотека Современной Науки»). Почему отвергает он возможность человека Вторичной эпохи? Просто потому, что он запутался в сетях дарвиновской антропологии. «Происхождение человека связано с происхождением высших млекопитающихся»; он появился лишь «с последним типом своего вида»! Это уже не рассуждение, но догматизм. Теория никогда не может устранить факта. Неужели все должно уступить место простым гипотезам западных эволюционистов? Конечно, нет!
¹²⁶ Вышеприведенные параллели имеют значения только, если будут приняты более ранние вычисления проф. Кролля, именно 15,000,000 лет от начала Эоценского периода (см. «Мифические Чудовища» Чарльза Гульда, стр. 84), но не те, которые он приводит в своем груде «Климат и Время», определяющие длительность Третичного периода лишь в два с половиной миллиона, или же, в крайнем случае, в три миллиона лет. Тем не менее, по проф. Уинчеллю, это низвело бы всю длительность периода затвердевания коры Земли к 131,600,000 лет, тогда как по Эзотерическому Учению отложения начались в этом Круге приблизительно 320,000,000 лет тому назад. Несмотря на это, его вычисления не слишком противоречат нашим, что касается до Ледниковых периодов в Третичной эпохе, которая в наших Эзотерических Книгах называется «Веком Пигмеев». Что касается до 320,000,000 лет, уделяемых на отложения, то следует заметить, что даже большее время прошло при подготовлении земного шара для Четвертого Круга до начала напластования.
¹²⁷ Эти placentalia принадлежащие к третьему суб-классу, подразделены, по-видимому, на villiplacentalia (плацента, состоящая из многих отдельных разбросанных пучков) zonoplacentalia (плацента, имеющая форму пояса) и discoplacentalia (или дискоид). Геккель видит в сумчатых didelphia, одно из связующих звеньев, генеалогически, между человеком и монерой!!!
¹²⁸ Это включение Первой Расы во Вторичный период необходимо лишь, как временная гипотеза – истинная хронология Первой, Второй и ранней Третьей Расы держится Посвященными втайне. Ибо все, что может быть сказано по этому предмету это, что Первая Коренная Раса может быть отнесена к Пред-Вторичному веку; как на самом деле это и преподается.
¹²⁹ Хотя мы употребляем термин «истинно человеческая», только в связи с Четвертой, Коренной Расой Атлантов, все же, Третья Раса была почти что человеческой в своей последней половине, ибо, именно, во время ее пятой суб-расы совершилось разделение, полов, и первый человек был рожден, согласно нормальному теперь процессу. Этот «Первый Человек» соответствует в Библии Еносу или Еноху, сыну Сифа (Книга Бытия, гл. IV).
¹³⁰ Геология устанавливает, что когда-то существовал всемирный океан, и этот факт подтверждается однообразными напластованиями отложений, встречающимися повсюду; но это относится даже не к эпохе, упоминаемой в аллегории о Вайвасвата Ману. Последний есть Дэва-Человек (или Ману), спасающий в Ковчеге (женском принципе) зародыши человечества, а также семь Риши – которые здесь означают символы семи человеческих принципов, – эту аллегорию мы уже приводили. «Всемирный Потоп» есть Водная Бездна Изначального Принципа, по Берозию (См. Станца II до VIII в первой части). Если Кролль допускает, что лишь 15,000,000 лет протекли со времени Эоценского периода (мы приводим это утверждение, опираясь на авторитет геолога Чарльза Гульда), то каким образом насчитывает он лишь 60 миллионов «от начала Кембрийского периода в изначальной Эпохе» – это превышает наше понимание. Напластования Вторичной эпохи в два раза толще напластований Третичного Периода и, таким образом, геология доказывает, что Вторичный период был в два раза продолжительнее Третичного. Должны ли мы допустить тогда лишь 15 миллионов для обеих эпох, как Первичной, так и для Изначальной? Неудивительно, что Дарвин отверг это вычисление.
¹³¹ См. «Эзотерический Буддизм», стр. 53–55, четвертое издание.
¹³² Надеемся, что мы привели по этому вопросу все научные данные в ином месте.

 

Тем не менее, – mirabile dictu – тогда как человек Палеолита, не людоед, и который, несомненно, предшествовал человеку людоеду Неолита на несколько сот тысячелетий¹³³, явлен, как замечательный артист, из человека Неолита делают почти что отвратительного дикаря, несмотря на его свайные¹³⁴ постройки. Прочтем, что говорит ученый геолог Чарльз Гульд читателям в своем труде «Мифические Чудовища»:

Приведем этому причины:
1) Наиболее древние окаменелые останки человека, примитивный пещерный человек древнего периода Палеолита и до Ледникового (какова бы ни была их продолжительность и как бы далеко не заходили они назад), всегда являет нам один и тот же genus человека и нет окаменелых останков, которые доказали бы относительно него то:

2) Что же касается до топориков Палеолита:

Это служит доказательством, что дикари существовали во все времена; и вывод может быть тот, что и в те дни могли существовать цивилизованные люди, культурные народы, современные тем грубым дикарям. Мы видим нечто подобное в Египте 7000 лет тому назад.
3) Препятствие, которое является непосредственным следствием двух предыдущих: человек, если бы он не был древнее Палеолитного периода, ни в коем случае не мог бы иметь необходимое время для своего превращения, начиная от «недостающего звена» до того уровня, на котором он, как мы знаем, находился даже на Протяжении того отдаленного геологического времени, т. е., представляя собою даже более утонченный образец человечества, чем многие из ныне существующих рас.
Вышесказанное естественно приводит к следующему силлогизму: 1) Примитивным человек (известный науке) был в некоторых отношениях даже утонченнее в своем genus, чем сейчас. 2) Лемур, самая ранняя из известных обезьян, была менее человекообразна, чем современные питекоидные виды. 3) Заключение: даже, если было бы найдено недостающее звено, то весы очевидности скорее склонились бы в сторону теории, по которой обезьяна является выродившимся человеком, ставшим немым, в силу каких-то случайных обстоятельств¹³⁹, нежели в сторону теории происхождения человека от питекоидного предка. Теория эта обоюдоострая.
С другой стороны, если бы существование Атлантиды было признано, и было бы принято утверждение, что в Эоценский период,

то некоторые из существующих сейчас трудностей для науки, легко могли бы исчезнуть. Грубая работа орудий Палеолита нисколько не противоречит представлению, что бок о бок с их мастерами жили высоко цивилизованные народы. Нам говорят, что:

Весьма показательно также, что вместе с грубыми топориками самого низкого дикаря, исследователи встречают образцы такого художественного достоинства, которые вряд ли можно было бы найти или предположить у современного крестьянина, принадлежащего к любой европейской стране – разве что в исключительных случаях: «Изображение Пасущегося Оленя» из грота Тэнгин в Швейцарии, так же как и изображение бегущего человека с двумя лошадьми, при чем две головы лошадей начертаны рядом с ним – работа Оленьего Периода, т. е., по крайней мере, 50,000 лет назад, – не только объявлены Лэнгом, как замечательно исполненные, но первое изображение «Пасущийся Олень» описан, как творение, которое «сделало бы честь любому современному живописцу анималисту», – и это нисколько не преувеличенная похвала, как каждый может это видеть, взглянув на воспроизведенный набросок из книги Ч. Гульда. И теперь, когда мы имеем наших величайших художников Европы бок о бок с современными эскимосами, которые тоже, подобно своим Палеолитным предкам Оленьего Периода, грубым и диким человеческим представителям, имеют склонность постоянно рисовать острием своего ножа животных, охотничьи сцены и пр., то почему нечто подобное не могло происходить и в те дни? По сравнению с образцами египетского рисунка и набросков, – 7000 лет назад – «самые ранние портреты» людей, голов лошадей и оленей, сделанные 50,000 лет тому назад, несомненно, выше. Тем не менее, известно, что египтяне тех периодов были весьма цивилизованной нацией, тогда как людей Палеолита обзывают дикарями низшего типа. Этот вопрос, по-видимому, имеет мало значения, тем не менее, он чрезвычайно показателен, обнаруживая попытки приспособить каждое новое открытие к уже существующим теориям, вместо того, чтобы, именно, теории приспособить к вмещению открытия. Да, Гёксли прав, говоря: «Время покажет». Оно покажет, и Оккультизм восторжествует.
Тем временем, наиболее непреклонные материалисты, в силу необходимости, вынуждены принять наиболее Оккультные допущения. Странно сказать, но именно наибольшие материалисты – принадлежащие к Немецкой Школе – ближе всего подошли к учениям оккультистов в том, что касается до физического развития. Так, проф. Баумгартнер полагает, что:

Именно так: в состоянии личинок, также говорим и мы, но только не от «животного» зародыша; и эта личинка была бездушная астральная форма до-исторических Рас. И мы верим, как и немецкий профессор вместе с несколькими другими учеными в Европе, что человеческие расы

Потому, когда мы читаем «Сила и Материя» и видим, что Бюхнер, этот император материалистов, повторяет вслед за Ману и Гермесом, что:

– мы должны лишь добавить – и «человек в духа», чтобы завершить каббалистическую аксиому. Тем более, когда мы читаем следующее признание:

Вся разница заключается в следующем: современная наука помещает свою материалистическую теорию изначальных зародышей на Земле и последний зародыш жизни на этой планете, зародыш человека и все остальное между двумя пустотами. Откуда же первый зародыш, если самопроизвольное зарождение и вмешательство внешних сил в настоящее время совершенно отброшены?
Зародыши органической жизни, говорит нам сэр Уильям Томсон, были занесены на нашу Землю в каком-либо метеоре. Но это ни чему не помогает и лишь переносит трудность с этой Земли на предполагаемый метеор.
Таковы наши схождения и расхождения с наукою. Что же касается до «бесконечных периодов», то мы, конечно, согласны даже с материалистической теорией; ибо мы верим в эволюцию, хотя следующую иными путями. Проф. Гёксли весьма мудро замечает:

Но когда нам говорят, что этот человек есть продукт естественных сил, врожденных в Материи – Сила, по современным воззрениям, есть лишь свойство Материи, «способ движения» и т. д., – и когда мы видим, что сэр Уилльям Томсон повторяет в 1885 году то, что утверждалось Бюхнером и его школой тридцать лет тому назад, мы опасаемся, как бы все наше уважение к истинной науке не растворилось в воздухе! Едва ли возможно удержаться, чтобы не подумать, что в некоторых случаях материализм является заболеванием. Ибо, когда ученые в присутствии феноменов магнетизма и притяжения железных опилок через изолированные вещества, подобные стеклу, утверждают, что указанное притяжение обязано «молекулярному движению» или же «вращению молекул магнита», тогда, будет ли это учение исходить от «доверчивого» теософа, не имеющего никакого понятия о физике, или же от известного ученого, оно будет одинаково нелепо: индивидуум, утверждающий подобную теорию вопреки фактам, лишь еще раз доказывает, что: «Если люди не имеют ни одного уголка в своем уме, в котором бы уместить факты, то тем хуже для этих фактов».
В настоящее время спор между последователями самопроизвольного зарождения и их оппонентами затих, окончившись временною победою последних. Но даже они вынуждены признать, как это сделал Бюхнер, и чего придерживаются еще Тиндалль и Гёксли, – что самопроизвольное зарождение должно было произойти когда-то при «особых термических условиях». Вирхов отказывается даже обсуждать этот вопрос: оно должно было когда-то произойти в истории нашей планеты; и теперь этому конец. Это кажется более естественным, нежели только что приведенная гипотеза сэра Уилльяма Томсона, что зародыши органической жизни упали на нашу Землю в каком-то метеоре; или иная «научная» гипотеза, вместе с недавно принятым убеждением, что не существует никакого «жизненного принципа», но лишь жизненные феномены, которые все могут быть отнесены к молекулярным силам изначальной протоплазмы. Но это не помогает науке разрешить еще большую проблему – начало и происхождение Человека, ибо с этой стороны огорчения и сетования еще сильнее.

____________________
¹³³ Геология признает, что «вне всякого сомнения, значительный период должен был пройти после исчезновения Человека Палеолита и до появления его преемника, человека Неолита». (См. «Преисторическая Европа» Джемса » Гейки и «Мифические Чудовища» Чарльза Гульда, стр. 98).
¹³⁴ Несколько напоминающие скученные деревушки на севере Борнео.
¹³⁵ «Искуснейший скульптор нашего времени не сделал бы лучше, если бы его резцом был осколок кремня, и камень и кость материалом для резьбы!» (Проф. Бойд Даукинс, «Cave-Hunting», стр. 344). После такого признания бесполезно продолжать настаивать на утверждениях г. Гёксли, Шмидта, Лэнга и др., по которым человек Палеолита ни в коем случае не может рассматриваться, как ведущий нас назад к питекоидной человеческой расе; таким образом, они разрушают фантазию многих поверхностных эволюционистов. Останки художественного достоинства, вновь появляющиеся среди людей эпохи Обитых Кремней, можно отнести к их предкам Атлантам. Человек Неолита был предвестником великого Арийского нашествия и переселился из совершенно других мест – из Азии и отчасти из Северной Африки. Племена, населявшие северную Африку к северо-западу, несомненно были Атлантического происхождения, – существовавшие сотни тысячелетий до Неолитического периода в Европе, – но они настолько уклонились от основного типа, что уже не обнаруживали никаких ярких особенностей, характеризовавших его. Что же касается до контраста между человеком Неолита и Палеолита, то замечателен тот факт, как это указывает Карл Фогт, что первый был каннибалом, а гораздо более ранний человек, человек эры мамонта, не был им. Итак, человеческие нравы и обычаи, по-видимому, не улучшаются с течением времени. Во всяком случае, не в данном случае.
¹³⁶ Op. cit., стр. 197.
¹³⁷ «Современная Наука и Современная Мысль», стр. 181.
¹³⁸ Там же, стр. 112.
¹³⁹ На основании данных, добытых современной наукой, физиологией и естественным подбором и, не прибегая к какому-либо чудесному творению, два человеческих представителя негритянской расы, самой низкой степени умственного развития – скажем, идиоты, рожденные немыми – могли бы породить немое потомство типа Пастрана, которое положило бы начало новой измененной расе и, таким образом, в течение геологического времени, получилась бы настоящая антропоидная обезьяна.
¹⁴⁰ «Эзотерический Буддизм», стр. 64.
¹⁴¹ «Современная Наука и Современная Мысль», стр. 98.
¹⁴² «Anfange zu einer Physiologischen Schopfungsgeschtichte der Pflanzen und Tierwelt», 1885.
¹⁴³ Ор. cit., стр. 212.
¹⁴⁴ Там же, стр. 11.
¹⁴⁵ «Man’s Place in Nature», стр. 159.
¹⁴⁶ W. Dawson, L.L.D. F.R.S., «Origin of the World». стр. 39.

 

Тайна эта могла бы скоро быть открытой не только с Эзотерической точки зрения, но даже с точки зрения всех религий мира, уже не говоря об Оккультистах. «Обособленный скелет» ищут там, где он никогда не может быть найден. Ученые полагают открыть его в физических останках человека в каком-то питекоидном «недостающем звене» с черепом, размерами превышающим череп обезьяны и с мозгом меньшим, нежели у человека, вместо того, чтобы искать эту обособленность в сверх-физической сущности его внутреннего астрального строения, которое едва ли может быть выкопано из какого-либо геологического слоя! Такая упорная привязанность, полная надежд, к самоунижающей теории, есть наиболее изумительная черта нашего времени.

ОЛЕНЬ, ВЫРЕЗАННЫЙ НА КОСТИ ЧЕЛОВЕКОМ ПАЛЕОЛИТА - (См. Гейки)¹⁴⁷.​

А пока что вышеприведенный рисунок есть образец резьбы, сделанный Палеолитным «дикарем»; Палеолитный означает – человек «раннего Каменного века», которого считают таким же диким и зверским, как и звери, среди которых он жил. Оставляя в стороне современных островитян Южного Моря или даже любую Азиатскую расу, мы бросаем вызов любому взрослому школьнику или даже европейскому юноше, который никогда не учился рисовать, выполнить так же умело подобную резьбу или даже хотя бы сделать набросок карандашом такого же достоинства. Здесь мы имеем истинный художественный ракурс и правильные света и тени без всякой готовой модели перед артистом, который срисовал прямо с натуры, выказав, таким образом, знание анатомии и пропорции. Художник, который начертал этого оленя, принадлежал, как нас уверяют, к примитивным «полу-животным» дикарям (современникам мамонта и мохнатого носорога), которых слишком ревнивые эволюционисты пытались однажды представить, как определенно приближающихся к типу их проблематического «питекоидного человека»!
Эта резьба на оленьем роге доказывает столь же красноречиво, как и любой факт, что эволюция Рас всегда следовала сериям подъемов и падений, что человек, может быть, так же древен, как и отверделая Земля, и – если мы можем называть его божественного предка «человеком» – то он еще гораздо древнее.
Даже сам Мортийе, по-видимому, испытывает смутное недоверие к заключениям современных археологов, когда он пишет:

По мнению Лайэлля, одного из высших авторитетов по этому вопросу и «отца» геологии:

Такое доказательство не было найдено и по сие время. Таким образом, наука старается продать шкуру медведя, которого никогда еще не видел ни один глаз смертного!
Это признание Ч. Лайэлля звучит весьма показательно, если присоединить к нему и заявление проф. Макса Мюллера, нападки которого на дарвиновскую антропологию, с точки зрения языка, никогда, между прочим, не были удовлетворительно отбиты.

Проф. Георг Раулинсон замечает:

В своей книге «Происхождение Народов» он справедливо добавляет:

Каково будет отношение современного эволюциониста при наличии такой совокупности доказательств? Мы повторяем вопрос, заданный в «Разоблаченной Изиде»:

Другая любопытная непоследовательность в научных теориях заключается в том, что человек Неолита показан гораздо более диким, чем человек Палеолита. Или Люббок заблуждается в своем сочинении «До-Исторический Человек», или Эванс в своем труде «Древние Каменные Орудия», – или же оба. Ибо вот, что мы узнаем из этих и других книг:
1) Когда мы переходим от человека Неолита к человеку Палеолита, орудия становятся грубыми и тяжелыми образцами, вместо тонко оформленных и полированных инструментов. Гончарство и другие полезные искусства исчезают, по мере продвижения по нисходящей скале. И тем не менее, последний мог начертать такого Оленя!
2) Человек Палеолита жил в пещерах, которые он разделял с гиенами и львами¹⁵⁴, тогда как человек Неолита сооружал свайные постройки.
Каждый, кто даже только поверхностно следил за геологическими открытиями настоящего времени, знает, что установлено постепенное улучшение в мастерстве, начиная от неуклюжих осколков и грубо обитых ранних Палеолитных топориков до относительно утонченных топоров той части Неолитного периода, которая непосредственно предшествовала употреблению металлов. Но это происходило в Европе, лишь некоторые части которой едва подымались из воды в дни высшей Атлантической цивилизации. Тогда существовали грубые дикари и высоко цивилизованные люди, как и сейчас. Если 50,000 лет после нашего времени, бушмены-пигмеи будут выкопаны из какой-либо африканской пещеры, вместе с гораздо более ранними пигмеями слонами, такими, как они были найдены Милн Эдвардсом в отложениях пещеры на Мальте, то будет ли это поводом для утверждения, что в наш век все люди и все слоны были пигмеями? Или же, если на Цейлоне будет найдено оружие племени Веддха, будет ли наше потомство оправдано, поместив всех нас в разряд дикарей Палеолита? Все предметы, раскапываемые сейчас геологами в Европе, конечно, никогда не могут быть отнесены к эпохе более отдаленной, нежели конец Эоценского периода, ибо до этого времени земли Европы еще даже не поднялись над водою. Также то, что сказано нами, ни в коем случае, не может быть умалено теоретиками, если они скажут, что эти любопытные наброски животных и людей, сделанные человеком Палеолита, относятся лишь к концу Оленьего периода, – ибо такое объяснение было бы весьма слабым, ввиду невежества геологов, даже относительно приблизительной длительности этих периодов.
Эзотерическая Доктрина определенно учит догме о подъемах и падениях цивилизации; и теперь мы узнаем, что:

– еще одно доказательство циклического закона и истины наших учений. Эзотерическая история утверждает, что идолы и почитание их исчезли с Четвертой Расой, до тех пор, пока оставшиеся в живых смешанные расы последней (китайцы, африканские негры и пр.), не восстановили постепенно этого почитания. Веды не поощряют никаких идолов; но во всех современных писаниях индусов можно найти это почитание.

____________________
¹⁴⁷ «Мифические Чудовища», стр. 97.
¹⁴⁸ «Prehistoric Antiquity of Man», 1883.
¹⁴⁹ «Antiquity of Man», стр. 25.
¹⁵⁰ «Индия, чему может она научить нас?» Серия лекций, прочитанных в Университете Кембриджа, в 1882. Лекция III, стр. 110, изд. 1892.
¹⁵¹ «Antiquity of Man Historically Considered». «Present Day Tracts», том II, очерк IX, стр. 25.
¹⁵² Ор. cit., стр. 10, 11.
¹⁵³ Ор. cit., I, 4.
¹⁵⁴ Человек Палеолита должен был быть одарен в то время силою, трижды превосходящей силу Геркулеса, и магическою заколдованною неуязвимостью, иначе лев должен был быть в тот период столь же слабым, как ягненок, чтобы они могли делить одно жилище. С таким же основанием нас могут пытаться убедить, что, именно, лев или гиена вырезали оленя на отростке рога, как и то, что это мастерское произведение было сделано такого рода дикарем.
¹⁵⁵ «Современная Наука и Современная Мысль», стр. 164.

 

И эти фигуры могли быть простыми статуями. Во всяком случае, здесь мы имеем одно из многих доказательств циклического подъема и падения цивилизации и религии. Тот факт, что до сих пор не найдены следы человеческих останков или скелетов за пределами После-Третичной или Четвертичной эпохи – хотя кремни аббата Буржуа могут служить предостережением¹⁵⁷, – по-видимому, указывает на справедливость другого эзотерического утверждения, которое гласит:
«Ищи останки твоих праотцев на высоких местах. Долины выросли в горы и горы обрушились на дно морей».
Человечество Четвертой Расы, уменьшенное после последнего катаклизма на две трети своего населения, вместо того, чтобы осесть на новых материках и островах, которые вновь поднялись – тогда как предшествовавшие им образовали днища новых океанов, – покинули то, что сейчас представляет из себя Европу и части Азии и Африки, и ушли на вершины гигантских гор; моря, окружавшие некоторые из них, с того времени «отступили» и дали место плоскогорьям Центральной Азии.
Самый интересный пример этого поступательного продвижения может быть явлен знаменитою пещерою Кента в Торкуэй. В этой странной впадине, вырытой водою из Девонского известняка, мы находим весьма любопытный рекорд, сохраненный для нас в геологических летописях Земли. Под глыбами известняка, нагроможденных на дне пещеры, были открыты врезанными в отложениях черной земли многие орудия Неолитического периода, прекрасной работы с несколькими черепками, – возможно, что ониотносились и к эпохе римской колонизации. Здесь нет ни следов человека Палеолита, ни кремней или следов вымерших животных Четвертичного периода. Если же мы проникнем еще, глубже, сквозь плотный слой сталагмитов, под черный слой, в красную землю, которая когда-то, конечно, сама составляла настилку в этой впадине, то вещи приобретают совершенно иной аспект. Ни одно орудие, годное для сравнения с тонко отбитыми орудиями, находимыми в верхних слоях, не встречается здесь: лишь масса грубых и тяжелых топориков (с помощью которых, как нас хотят убедить, гиганты животного царства покорялись и убивались маленьким человеком!) и скребков Палеолита, смешанных в беспорядке с костями видов, ныне или вымерших или переселившихся, гонимых переменою в климате. И неужели автор этих уродливых топориков вырезал на отростке рога изображение северного оленя над ручьем, на вышеприведенном нами рисунке! Во всех случаях мы встречаемся с тою же очевидностью, что от рудиментов цивилизации до самого отвратительного варварства – от исторического до Неолитного и от Неолитного до Палеолитного человека все спускается по наклонному плану – опять-таки в Европе. Также мы встречаемся с «Эпохою Мамонта» – крайним или самым ранним подразделением века Палеолита, – в которой чрезвычайная грубость орудий достигла своего максимума, и зверообразная (?) видимость современных ей черепов, подобных Неандертальскому, указывает на очень низкий тип человечества. Но иногда они могут тоже указать на что-то иное, на расу людей, совершенно отличную от нашего (Пятой Расы) Человечества!
Как сказано одним антропологом в «Современной Мысли»:

Это, действительно, любопытно, как мы показали на примере тасманцев. Однако, что бы то ни было, но окаменелые останки человека в Европе не могут явиться доказательством ни в пользу, ни против древности человека на этой Земле, или же времени его ранних цивилизаций.
Уже пора, чтобы оккультисты перестали обращать внимание на все попытки высмеять их, пренебрегая, как тяжелой артиллерией сатиры, со стороны ученых, так и легкой артиллерией невежд, раз невозможно пока что получить доказательства или опровержения, тогда как их теории, во всяком случае, могут противостать испытанию лучше, нежели гипотезы ученых. Что же касается доказательства древности, которой они наделяют человека, то они имеют поддержку в самом Дарвине и Лайэлле. Последний признается, что они, естественники –

Это утверждение сделано одним из самых больших авторитетов Англии по этому вопросу. Две последующие фразы показательны и их следует запомнить изучающим Оккультизм, ибо автор вместе с другими говорит:

Таким образом, существование погибших материков официально подозревается. Доктрина, по которой миры, так же как и расы, периодически уничтожаются огнем (вулканами и землетрясениями) и водою, поочередно, и также периодически обновляются, эта Доктрина так же стара, как и человек. Ману, Гермес, халдеи, весь древний мир верил в это. Уже дважды поверхность нашей Планеты была изменена огнем и дважды водою со времени появления на ней человека. Если суша нуждается в отдыхе и обновлении, в новых силах и в смене ее почвы, то то же нужно сказать и о водах. Отсюда возникает периодическое распределение суши и воды, смены климатов и так далее, вызванные геологическими переворотами, кончающимися конечным перемещением земной оси. Астрономы могут высмеять мысль о периодическом изменении в поведении Земной Оси и улыбаться над беседою, приведенною в Книге Еноха между Ноем и его «Прадедом» Енохом; тем не менее, эта аллегория является геологическим и астрономическим фактом. Существует вековое изменение в наклоне Земной Оси, и его назначенное время записано в одном из великих Тайных Циклов. Как и во многих других вопросах, наука постепенно двигается и приближается к нашему мышлению. Д-р Генри Уодуорд, чл. К. Общ., чл. Геогр. Общ., пишет в «Популярном Научном Обозрении»:

Последующая страница, приведенная из Лекции В. Пенджелли, чл. К. Общ., чл. Г. Общ., прочитанной в Марте 1885 года на тему «Исчезнувшее Озеро в Бовей Tpaceй», показывает, что, несмотря на все доказательства в пользу существования Атлантиды, он колеблется допустить этот факт.

____________________
¹⁵⁶ Там же, стр. 199.
¹⁵⁷ Более, чем двадцать образцов окаменелых обезьян были найдены в одной только местности, в слое Миоценского периода (Пикерми вблизи Афин). Если человек тогда не существовал, то период, как бы мы его не удлиняли, слишком краток, чтобы он мог успеть преобразиться. Если же он существовал и если не будет найдена обезьяна в предыдущей эпохе, то каков будет вывод?
¹⁵⁸ Статья д-ра Ч. Картера Блэка – «Генезис Человека».
¹⁵⁹ «Древность Человека», стр. 530.
¹⁶⁰ «New Series», I, 115. Статья – «Доказательства Ледникового Периода».

 

Однако, по этим вопросам прочтите «Научные и Геологические Доказательства о Реальности существования Нескольких Потопленных Материков».
Но ничто кроме питекоидного человека никогда не удовлетворит неудачных искателей трижды гипотетического, «недостающего звена». Тем не менее, если бы под обширными безднами Атлантического Океана от Мыса Тенерифского до Гибралтара, древнего местоположения погибшей Атлантиды, все подводные слои были исследованы на мили вглубь, то, все же, ни одного такого черепа, который удовлетворил бы дарвинистов, не было бы найдено. Как замечает д-р Ч. Р. Бри, ни одного недостающего звена между человеком и обезьяной не было раскопано в различных песках и образованьях над Третичными слоями; если бы эти формы погрузились вместе с материками, ныне покрытыми морями, они все же могли бы быть найдены –

Однако, они так же отсутствуют в последних, как и в других. Если бы предубеждение не присасывалось к уму человека, подобно вампиру, то автор «Древность Человека» нашел бы ключ от трудности в том же своем труде, отсчитав десять страниц назад (стр. 530) и перечтя приведенную им же выдержку из труда проф. г. Роллестона. Этот физиолог, говорит он, придерживается мнения, что так как существует значительная пластичность в человеческом строении, не только в молодости и во время роста, но даже в возмужалости, то мы не всегда должны принимать за доказанное, как делают это некоторые защитники теории развития, что каждое усиление физической силы зависит от улучшения в строении тела, ибо почему душа или умственные и моральные способности не могли бы играть первой роли вместо второй, в схеме развития?
Эта гипотеза выдвинута в связи с эволюцией, которая не вполне зависит от «естественного подбора», но она также хорошо приложима и к данному случаю. Ибо мы тоже утверждаем, что именно «Душа» или же Внутренний Человек, который спускается сначала на Землю, психический Астрал, образец, по которому постепенно строится физический человек – его Дух, умственные и моральные способности, просыпаются позднее по мере того, как его физическое строение растет и развивается.
«Таким образом, бестелесные Духи уменьшили свои огромные очертания до меньших форм» и стали людьми Третьей и Четвертой Расы. Еще позднее, по прошествии веков, появились люди Нашей Пятой Расы, уменьшившиеся теперь приблизительно до половины роста их первоначальных предков, который мы назвали бы гигантским.
Конечно, человек не есть результат особого творения. Он есть продукт постепенно совершенствующейся работы Природы, подобно любой живой единице на этой Земле. Но это касается лишь человеческого физического строения. То, что живет и думает в человеке и переживает эту оболочку, образцовое произведение эволюции – есть «Вечный Странник», Протею подобная дифференциация в Пространстве и Времени Единого Абсолюта, «Непознаваемого».
В своем труде «Древность Человека»¹⁶² сэр Чарльз Лайэлль приводит – может быть, слегка насмешливо – то; что Халлам говорит в своем «Введении к Литературе Европы»:

Оккультист выразился бы иначе. Он сказал бы, что, действительно, человек был создан по образу и подобию типа, проектированного его прародителем, творящей Ангельскою Мощью или Дхиан-Коганом; тогда как скиталец лесов Суматры был сделан по подобию человека, ибо строение обезьяны, повторяем, является воспроизведением, посредством противонормального способа, точной формы Человека Третьего Круга, а позднее также и Четвертого Круга. В Природе ничто не пропадает, ни единый атом; по крайней мере, это удостоверено научными данными. Аналогия, по-видимому, требует, чтобы и форма была одинаково одарена постоянством.
Однако, что находим мы? Сэр Уилльям Даусон, чл. К. Общ., говорит:

Затем в «Fallacies of Darwinism», д-ра Ч. Р. Бри, мы читаем:

Так как наш земной шар подвергается содроганиям каждый раз, как он пробуждается к новому периоду деятельности, подобно полю, которое должно быть вспахано и возделано, прежде чем свежее зерно для нового урожая может быть брошено в него, – то казалось бы совершенно безнадежно, чтобы окаменелости, принадлежавшие к его предыдущим Кругам, могли быть найдены в руслах его древнейших или же позднейших геологических слоев. Каждая новая Манвантара приносит с собою обновление форм, типов и видов; каждый тип предыдущих органических форм – растений, животных и человека – изменяется и совершенствуется в следующей; даже минералы, получившие в этом Круге свою окончательную непрозрачность и твердость; их более мягкие части образовали растительность настоящего времени; астральные останки предыдущей растительности и фауны были употреблены на формацию низших животных и определили строения первичных Коренных типов высших млекопитающихся. И, наконец, форма гигантского обезьянообразного человека прежнего Круга была воспроизведена в настоящем Круге в силу человеческой животности и преображена в первоначальную форму в современном антропоиде.
Доктрина эта, даже в нашем несовершенном изложении, несомненно, более логична, более соответствует фактам и гораздо более правдоподобна, нежели многие «научные» теории, как например, теория о прибытии на нашу Землю первого органического зародыша в метеоре – подобно Эйн-Софу на своей Колеснице – Адаме Кадмоне. Только последнее сошествие аллегорично, как это каждый знает, и каббалисты никогда не предполагали, чтобы этот способ выражения был принят в дословном смысле. Но теория зародыша в метеоре, как исходящая от такого авторитета учености, достойна быть возведенной в ряды аксиомной истины и закона и стать теорией, которую люди должны признать, если они желают стоять на уровне с современной наукой. Какова будет следующая теория, которая будет выставлена, в силу необходимости, материалистическими предпосылками, никто сказать не может. Тем временем, существующие теории, как это каждому очевидно, расходятся между собою гораздо больше, нежели даже с теориями оккультистов, находящимися вне сокровенных пределов учености. Ибо что же остается теперь, когда точная наука, даже из жизне-принципа, сделала пустое слово, термин, лишенный смысла, и настаивает, что жизнь есть следствие, вызванное молекулярным действием изначальной протоплазмы? Новая доктрина дарвинистов может быть определена и суммирована следующими словами Герберта Спенсера!
«Гипотеза особых творений оказалась непригодной – непригодной в силу ее вывода; она непригодна по своей непоследовательности; непригодна, как совершенно лишенная доказательств; непригодна, как не отвечающая разумным требованиям; непригодна, как не удовлетворяющая моральным потребностям. Потому мы должны рассматривать ее, как не заслуживающую ни малейшего внимания при сопоставлении ее с любой иной гипотезой, относящейся к органическим существам»¹⁶⁷.

____________________
¹⁶¹ «Fallacies of Darwinism».
¹⁶² Ор. cit., 501, изд. 1863.
¹⁶³ Ор. cit., IV, 162.
¹⁶⁴ См. по этому вопросу «Доисторический Человек» Уильсона, II, 54 «Происхождение Мира», стр. 393, 394.
¹⁶⁵ И насколько еще более «огромной», если мы обернем обратно эти факторы и скажем, во время развития обезьян от Человека Третьей Расы.
¹⁶⁶ Ор. cit., стр. 160–161.
¹⁶⁷ «Принципы Биологии», I, стр. 345.

 

ОТДЕЛ V
ОРГАНИЧЕСКАЯ ЭВОЛЮЦИЯ И ТВОРЧЕСКИЕ ЦЕНТРЫ​

Утверждают, что Всемирная Эволюция, иначе говоря, постепенное развитие видов во всех царствах Природы, совершается по однообразным законам. Это признано, и Эзотерическая Наука гораздо точнее проводит этот закон, нежели Наука Современная. Но нам также говорят, что одновременно существует закон, по которому:

Именно, из бесконечных малых развиваются сравнительно гигантские виды.
Эзотерическая Наука согласна с этим, но добавляет, что закон этот приложим лишь к тому, что известно ей, как Первичное Творение – эволюция Миров из Изначальных Атомов и Пред-Изначального АТОМА, при первой дифференциации первых; и что, в течение периода циклической эволюции в Пространстве и Времени, закон этот ограничен и действует лишь в низших царствах. На протяжении первых геологических периодов закон этот, работал, именно, от простого к сложному над грубым материалом, представлявшем собою останки от Третьего Круга, останки, которые, при возобновлении земной деятельности, выявляются в объективность.
Эзотерическая Философия, так же как и наука, не допускает «начертания» или «особого творения». Она отвергает всякую претензию на «чудесность» и не допускает ничего вне однообразных и непреложных законов Природы. Но она учит закону циклов,двойному истечению Силы (или Духа) и Материи, которая, исходя из Нейтральной Точки Бытия, развивается, проходя через свое цикловое продвижение и беспрерывные преображения. Первичный зародыш, из которого в течение веков развилась жизнь всех позвоночных, отличается от первичного зародыша, развившего жизнь растительную и животную, ибо существуют побочные законы, действие которых определяется теми условиями, в которых находятся материалы, над которыми они должны работать и о которых наука, – физиология и, в особенности, антропология – по-видимому, весьма мало осведомлена. Последователи ее говорят об этом «первичном зародыше» и утверждают, что доказано вне всякого сомнения, что:

Это настолько же справедливо в отношении «первичного зародыша», как и ошибочно, что этот «зародыш» лишь должен быть отодвинут «гораздо дальше назад», нежели человек; ибо зародыш этот относится к неизмеримому и непостижимому протяжению во Времени, хотя и не в Пространстве, даже от времени зарождения нашей Солнечной Системы. Как весьма правильно учит индусская философия – «Аниямсам Аниясам» может быть познаваем лишь через ложные представления. Именно «Множества» исходят из «Единого» – живые духовные зародыши или же центры сил – каждый в семеричной форме, которые сначала зарождаются, а затем дают первичный импульс закону эволюции и постепенному медленному развитию.
Строго ограничивая Учение нашею Землею, можно доказать, что так же как эфирообразные формы первых людей сначала проявляются при помощи семи Дхиан-Коганических Центров Силы на семи зонах, также имеются центры творческой силы для каждого основного или коренного вида множеств форм растительной и животной жизни. Это, опять-таки, не есть «особое творение», также в этом нет какого-либо «начертания», исключая общего «основного плана», выработанного Всемирным Законом. Но несомненно, существуют «планировщики», хотя они и не всемогущи и не всеведущи в абсолютном смысле этого слова. Они просто Строители или Каменщики, работающие в силу импульса, данного им вечно непостижимым (на нашем плане) Мастером-Масоном – Единою Жизнью и Законом. Принадлежа к этой сфере, они не могут и не имеют возможности работать в какой-либо иной, во всяком случае, в течение настоящей Манвантары. Что они работают циклами и на основе строго геометрической и математической скалы прогрессии, широко подтверждается исчезнувшими животными видами; и что они действуют планомерно в подробностях меньших жизней (побочных животных порождений и т. д.), достаточно доказано естественной историей. В «создании» новых видов, которые иногда очень широко отходят от основной группы, как например, в большом разнообразии кошачьей породы – как рысь, тигр, кошка и так далее, – именно «планировщики» направляют новую эволюцию путем добавления или же лишения видов некоторых принадлежностей, ставших необходимыми или бесполезными в новых окружающих их условиях. Потому, когда мы говорим, что Природа заботится о нуждах каждого животного и растения, большого и малого, мы говорим истину. Ибо, именно, эти земные Духи Природы образуют совокупность Природы, которую, хотя она и бывает иногда неуспешна в своих начертаниях, все же, не следует рассматривать, как слепую, точно так же как порицать ее за неудачи; ибо, принадлежа к дифференцированной сумме качеств и свойств, она уже в силу этого одного обусловлена и несовершенна.
Если бы не было такой вещи, как эволюционные циклы, как вечный спиральный прогресс в Материю с таким же пропорциональным затемнением Духа (хотя оба они едины), за которым следует обратный подъем к Духу и поражение Материи, – то активной, то пассивной, поочередно, – то как могли бы мы объяснить открытия зоологии и геологии? Каким же образом, и это на основании авторитетного утверждения науки, можно проследить животную жизнь, начиная от моллюска вверх до большого морского дракона, от самого малого земляного червя до самых гигантских животных Третичного периода; а также, что последние когда-то скрестились, что доказывается тем фактом, что все эти виды уменьшились численностью и размерами и выродились в карликовые формы. Если бы кажущийся процесс развития, работающий от менее совершенного к более совершенному и от простого к более сложному, был бы действительно общемировым законом, вместо того, чтобы быть весьма несовершенным обобщением и фактором второстепенного значения в великом космическом процессе и, если бы не существовали указанные циклы, то фауна и флора Мезозойской эпохи должны были бы поменяться местами с флорой и фауной позднейшего Неолита. Именно плезиозавров и ихтиозавров мы должны были бы считать развившимися от морских и речных пресмыкающихся настоящего времени, вместо того, чтобы считать, что те уступили место своим современным карликовым аналогиям. Также и наш старый друг, добронравный слон, в таком случае, представлял бы окаменелость допотопного предка, тогда как мамонт Плиоценского периода находился бы сейчас в зверинце. Megalonix и гигантский мегатериум встречались бы вместо ленивца в лесах Южной Америки, где гигантские папоротники угольного периода заменяли бы мхи и нынешние деревья – которые все карлики, даже великаны Калифорнии, по сравнению с гигантами прошлых геологических периодов. Несомненно организмы мира megasthenian Третичной и Мезозойской эпохи должны были быть более сложными и совершенными, нежели организмы микроскопических растений и животных настоящего века. Например, дриопитекус анатомически гораздо более совершенен и более приспособлен к развитию мозговых способностей, нежели современные горилла или гиббон. Что же все это значит? Должны ли мы поверить, что строение всех этих гигантских драконов, как морских, так и земных, гигантских летающих пресмыкающихся, было значительно менее развитым и сложным, нежели анатомия ящериц, черепах, крокодилов и даже китов – короче говоря, всех тех животных, с которыми мы ознакомлены?
Тем не менее, допустим ради обсуждения, что все эти циклы, расы, семеричные формы эволюции и tutti quanti Эзотерического Учения не лучше, нежели обольщение и западня. Согласимся с наукой и скажем, что человек – вместо того, чтобы быть заключенным «духом», а его носитель, оболочка или тело, постепенно совершенствующимся и ныне законченным механизмом для материальных и земных потребностей, как утверждает это Оккультизм, – что человек есть просто более развитое животное, первичная форма которого возникла от одного и того же первичного зародыша на этой Земле, как и летающий дракон и мошка, кит и амёба, крокодил и лягушка, и так далее. В таком случае, он должен был пройти через тождественные развития и через тот же процесс роста, как и все млекопитающиеся. Если человек есть животное и ничего более, высокоинтеллектуальный «екс-зверь», то следовало бы, по крайней мере, допустить, что он был своего рода гигантским млекопитающимся, «мегантропусом» своей эпохи. Именно, что Эзотерическая наука и доказывает, как имевшее место в течение первых Трех Кругов, и в этом, как и в большинстве прочих вопросов, она более последовательна и логична, нежели современная наука. Она классифицирует человеческое тело с животным творением и утверждает это от начала до конца на всем пути животной эволюции, тогда как наука оставляет человека сиротою, лишенным семьи, рожденным от неизвестных праотцев, «скелетом неизменного вида» («unspecialized»), воистину! И заблуждение это обязано упорству, с которым отвергается доктрина циклов.

____________________
¹⁶⁸ «Современная Наука и Современная Мысль», стр. 94.
¹⁶⁹ Там же.