На этот раз статью об этой удивительной женщине мы решили составить из воспоминаний тех людей, которые или непосредственно знали её, или пошли по пути, указанному ею.

Из этих коротких высказываний, как из мозаики, складывается портрет-характеристика нашей великой соотечественницы, о которой, к сожалению, еще так мало знают россияне.

«Больше всего мне запомнились её яркие и грозные глаза под резко очерченными дугами бровей. Казалось, она не принадлежит этому миру. Обликом - женщина, речью - мужчина, на вид – вполне земная, в действительности - божественная…Этот великан интеллекта, мудрости и силы … занимается распространением знания Брахма-видьи, Религии Мудрости». Рангампалли Джанганнатхья (Теософ).

«Лицо у неё было круглое, как луна, - такая форма высоко ценится на Востоке; глаза ясные и чистые, мягкие, как у газели, когда она спокойна, но вспыхивающие по-змеиному, когда она сердится, или возбуждена. Лет до тридцати она сохраняла девичью фигуру, гибкую, мускулистую и хорошо сложенную, способную радовать глаз художника. Руки и ноги у нее были маленькие и изящные, как у нежной девушки. …

Устоять перед ней было невозможно, всего за одну беседу она способна покорить любого человека, успевшего приобрести достаточно жизненного опыта, чтобы не считать себя центром мироздания». А. Л.  Росон (Доктор богословия, права, медицины. Автор книг по религии, филологии, археологии).

«Её отличала простота, свойственная тем, в ком живет царственный дух, поступающий, как ему заблагорассудится. Все ощущали ее проницательность и мощь. Всех пленяла ее универсальность. Она помогала людям мгновенно раскрыться с самой лучшей стороны. Это давало им возможность с новой силой почувствовать, что перед ними человек, способный разглядеть их подлинную суть, не обращая внимания на все мелкое и ничтожное, чему другие придают столько значения. Она удерживала любовью, не страхом.

   Абсолютно равнодушная к сплетням, она никогда не утруждала себя опровержениями. Как-то она сказала мне: «Грязь лилась так долго, что теперь я даже не пытаюсь открыть зонтик».

    Она жила великой истиной, а её называли обманщицей; она была необыкновенно щедра, а её считали мошенницей; любое притворство вызывало у неё отвращение, а из неё сделали Королеву плутов.

    Её идеалом было  самадхи, или бого-сознание… Она была железным бруском, раскаленным докрасна, который уподобляется огню, позабыв о своей природе. Большинство людей постоянно поглощены потребностями и удовольствиями своей низшей натуры.  А для неё, казалось, не существует ни личных потребностей, ни удовольствий.

    Часто она по полгода не выходила из дому. Даже чтоб прогуляться по саду. Воздействием её личного примера объясняется секрет  столь поразительного роста и распространения Теософского движения». Эдмунд Рассел (Американский художник, встречался с Е.П.Б. в 80-х гг. в Лондоне).

«Неординарная личность, в высшей степени человечная, исполненная сострадания и безраздельной преданности делу, для нее священному, которому она отдала все – душу, разум и сердце. Великодушная воительница, которой чуждо чувство мести. Она нашла в себе силы устоять под тяжестью ненависти и лжи, обрушившихся на нее». А.П. Синнет (Редактор газеты "Пионер". На основе его переписки с Махатмами изданы книги "Письма Махатм" и "Эзотерический буддизм", близкий сотрудник Е.П. Блаватской).

«Она была очаровательной собеседницей. Особенно привлекала её непосредственность.

При мне однажды кто-то сказал, что самая прекрасная женщина Англии выглядела бы невзрачной дурнушкой рядом с этой замечательной личностью. …Я никогда не видел, чтобы женщина в зрелом возрасте так смеялась - как ребенок». Уолтер Олд (Преданный ученик Е.П.Б., член Эзотерической секции Ложи Блаватской).

«Она - самая человечная из всех; похожа на старую крестьянку и целиком предана делу, вся её жизнь – в огромном кресле с пером в руке. Много лет подряд она пишет по двенадцать часов в сутки. …

Е.П.Блаватская … женщина выдающейся учености и сильного характера. Один лондонский остряк как-то назвал её вульгарной комедианткой загробного мира. Эта недобрая фраза, тем не менее, содержит в себе ту истину, что она всегда любила хорошую шутку – даже если шутили над ней самой. …

Натура великая и страстная… она производила впечатление на любого, кто обладал хоть каким-то внутренним богатством, будь то мужчина или женщина. Она, казалось, не терпела формализма и крайностей абстрактного идеализма в окружавших ее людях, так что порой взрывалась, бранясь, и щедро раздавала прозвища: «Да вы просто олух, хотя все же теософ и собрат…». Уильям Батлер Йейтс (Ирландский писатель, Лауреат Нобелевской премии по литературе 1923 года, теософ, один из первых членов Эзотерической секции Ложи Блаватской).

«Мир и честь г-же Блаватской! При всех своих странностях это была женщина славная: всех людей она почитала своими братьями и сестрами - она была гражданкой мира. Между прочим, у неё есть и такие слова: «Не допускай, чтоб палящее Солнце осушило хоть единую слезу боли прежде, чем ты сам не сотрешь её с очей страждущего». Курт Воннегут  (Американский писатель).

«Что за женщина! …непонятая, оболганная, оскорбляемая, - и вместе с тем какой блестящий, тонкий ум и какая глубокая ученость; само воплощение щедрости; женщина, прямая в речах и поступках, пренебрегавшая той ханжеской болтовней, которую мы выдаем за хорошие манеры, но готовая предложить истину всем жаждущим. …Она никогда не оставалась безучастной и не была одинаковой со всеми. У нее было множество друзей, готовых умереть за неё, и врагов, готовых её уничтожить. …

Этот ясный взгляд голубых глаз читал в душе каждого, кто приходил к ней, даже того, кто потом её предавал. …Из своих скудных средств (а жила она всегда скромно) она помогала всем нуждающимся, даже если знала, что они намереваются погубить дело, которому она служила всю свою жизнь. …

Ее речь завораживала; она никогда не читала лекций, но стоило ей заговорить – и те, кто ее слушал, не могли уже думать ни о чем другом. После встречи с ней ничто уже не было таким, как прежде».

«Её главной целью было распространение в мире идей и учения древней Религии Мудрости, исходного источника всех мировых религий.

Она открыла как для Востока, так и для Запада те истины о великих законах кармы, реинкарнации и двойственной природы человека, которые так долго были скрыты, вместе с настолько возвышенной духовной философией, что она стала ключевой нотой для множества последователей, вставших на тот же путь свершений». Кристмас Хамфрис (Основатель и президент Буддийского общества в Лондоне, отдавший этой деятельности шестьдесят лет жизни).

«Многие её книги, в том числе «Тайная Доктрина», Теософское движение, основанное при ее участии еще в 1875г. и действующее до настоящего времени; вдохновение, пробужденное ею в бесчисленных преданных сердцах и сильных умах – все это было, есть и пребудет, потому что она была тем, кем она была. Так кем же она была? Мы не знаем. Вероятно, никогда и не узнаем. Она остается благородной тайной.

Но зато мы знаем другое: тот, кто не умеет быть благодарным, недостоин благодати. Поэтому сегодня мы не можем не благодарить её за то, что она была тем, кем она была, и за всё, что она дала нам. …Никто не покидал магический круг её общества, не изменившись. И даже сегодня она продолжает вдохновлять тех, кого привлёк огонь, возжженный некогда с её помощью. Мы должны благодарить её и сегодня, и до конца наших дней». Стэфан Хоэллер (Доктор философии, профессор кафедры сравнительного религиоведения Университета Лос Анжелеса).

«Родной мой Борис, отбросьте все сомнения. Помните, что, пока Вы связаны любовью и преданностью к Великому Образу, никто и ничто не может нарушить ту связь. Конечно, понимаю сердцем, как Вам хочется слышать подтверждение об этой связи, и с радостью, троекратно, подтверждаю всё, что Вы передаёте мне как именно исходящее из Высшего Источника". ...не опасайтесь некоторого сомнения в себя, в свои силы, но вложите всё доверие во Владыку и стремитесь лишь выполнить возложенную на Вас миссию уявиться свидетелем проявлений Великого Владыки. Очень хотела бы иметь ещё строки Изречений, явленных Вам. Храните эти жемчужины, и не удивляйтесь, что услышанное и рождающееся в Вашем мозгу близко получаемому Учению, но иначе как же усвоить даваемое?» Из Писем Е.И.Рерих к Б.Н.Абрамову.

«Совершенно особое впечатление производили Записи, когда Борис Николаевич читал их на наших занятиях по Живой Этике. Как будто то, что мы изучали в этих книгах, придвигалось к нам, к нашему уровню, становилось нам ближе и доступнее. Нам открывались новые грани изучаемого, предмет как бы поворачивался перед нашим мысленным взором разными своими сторонами. Луч Учителя, идущий через эти Записи, высвечивал то, что мы раньше не замечали или недомысливали. Хотелось слушать и слушать эти тексты, такие близкие нам, и потом записывать и перечитывать их».

«Борис Николаевич также получал Записи и от Елены Ивановны и Николая Константиновича Рерихов, и их можно было отличить по стилю и по реакции, которую они вызывали. Этого рода Записи также очень много давали нам и информации, и предупреждений, и разъяснений. Чувствовалось живое участие во всем, что происходило в мире; и в то же время забота лично о нас, о наших трудностях и проблемах. Это и укрепляло, и вдохновляло».

«Как уже говорилось, Записи незаменимы, как спутники книг Живой Этики. Они делают книги ближе к ним. Тот же неиссякаемый поток мысли Учителя струится через них, и, воспринятый ближайшим к нам иерархическим звеном, становится доступнее для нас. В помощь идущим за Основоположниками последователям по сложным, извилистым тропинкам земной жизни, самоотверженным труженикам Общего Блага, даются эти труды. И по мере продвижения по пути духа они будут все более и более оценены. Признание влечет за собой признательность. И чем больше мы будем получать духовных благ и знаний из этих необыкновенных текстов, тем больше будет расти наша благодарность давшему их нам». Н.Д. Спирина, ученица Бориса Николаевича Абрамова.

Абрамов Борис Николаевич родился 2 августа 1897 г. в Нижнем Новгороде. В юности служил во флоте, был военным моряком.

В годы революции оказался за границей. Жил в Китае, в г. Харбине, работал в химической лаборатории, заведующим студенческим клубом в Христианском Союзе молодых людей, преподавателем русского языка в Харбинском Политехническом Институте. Был человеком высокой культуры, всестороннего образования. Любил и хорошо знал литературу, музыку, живопись. Сам писал стихи и рассказы, рисовал. Глубоко изучал различные философии и Учения Востока. В 1934 г. во время приезда Н.К. Рериха в Харбин познакомился с ним, признал в нём своего духовного учителя. Получил от своего Гуру кольцо ученичества как знак особого доверия и духовной близости.

После отъезда Николая Константиновича в Индию Борис Николаевич стал вести переписку с ним и Еленой Ивановной Рерих, надеясь на скорую встречу с ними в России, куда направлены были устремления всей семьи Рерихов.

Ещё в 40–е годы Борис Николаевич стал воспринимать приходящие из пространства мысли и записывал их. Послав эти записи Елене Ивановне, он получил от неё ответ, подтверждающий их Высокий Источник. До конца своих дней Борис Николаевич вёл эти записи, которые теперь публикуются и известны читателям как «Грани Агни Йоги».

Выполняя указание Елены Ивановны и Николая Константиновича, Борис Николаевич в 1959 г. возвращается на Родину. Живёт сначала в Новосибирске, а затем поселяется с женой в маленьком городке Венёве Тульской области. В течение многих лет пребывания в Венёве Б.Н. Абрамова многократно посещали его друзья и ученики, приезжавшие из других городов России и нуждавшиеся в духовном общении. Они вели беседы на темы Учения, получали ответы на свои вопросы.

5 сентября 1972 г. Борис Николаевич ушёл из жизни.    По материалам Интернета.

««Урусвати», место исследований, место науки, должно быть построено в Гималаях, в границах древней Арьяварты. Снова человеческий дух, очищенный непрерывными токами Гималаев, будет искать в неустанном труде. Целебные травы, медицинские исследования, чудесные магнитные и электрические токи, неповторимые условия высот, неповторимое свечение планетарных тел с астрохимическими лучами, радиоактивность, – и все несказанные сокровища, которые сохранены только в Гималаях... В этих местах, где была выкристаллизирована великая мудрость Риг-Вед, где прошли сами Махатмы, здесь, в пещерах и на вершинах аккумулировалась сила человеческой мысли!» Н.К. Рерих.

Наши великие соотечественники Николай Константинович и Елена Ивановна Рерихи отличались редким свойством. Они умели воплощать мысль в действие. Мысли о новой науке, которые мы находим в Живой Этике и работах Рерихов, в 1928 году обрели форму Института Гималайских исследований, который был назван «Урусвати», что в переводе с санскрита значит «Свет Утренней звезды». Это было время, когда традиционная наука вступила в очередной кризис, когда её великие открытия и нахождения не смогли получить адекватного объяснения ни в научной теории познания, ни в философской мысли Европы.

Именно в это время начали выходить книги Живой Этики, философии Космической Реальности, в которых много писалось о важном значении науки и её исследований и ставилась проблема новой, трансформированной науки, дававшей реальную возможность выхода из кризиса. Живая Этика содержала в себе не только новую систему познания, соответствовавшую формирующемуся космическому мышлению, но и указывала новый путь развития науки. «Знание превыше всего, - сказано в одной из книг Живой Этики. - Каждый, кто принес частицу знания, уже есть благодетель человечества. Каждый, собравший искры знания, будет подателем Света. Научимся оберегать каждый шаг научного познавания. Пренебрежение к науке есть погружение во тьму.

Отдавая должное науке, Учителя - авторы Живой Этики утверждали, что Новый Мир идет «в доспехе лучей лабораторных». «Нужно всеми силами привлекать сотрудничество науки», - отмечали они. В Живой Этике мы находим высокую оценку научным достижениям. «Проследите развитие науки за последние полвека; можно изумиться прогрессу знания». Наука весьма преуспела в обретении знаний путем кропотливой экспериментальной работы, но в то же время старая теория познания задерживала дальнейшее её продвижение. Науке не хватало синтеза и, что еще более важно, у неё отсутствовала связь с Высшим, в результате чего творческий её потенциал был крайне ограничен. Живая Этика, рассматривая суть творчества, даёт нам понять, что любое творчество имеет два истока - земной и небесный, или плотную материю и материю тонкого, более высокого состояния.

Институт «Урусвати», начавший активно работать в Кулу в 1929 году, развернул свою деятельность в 30-х годах прошлого века. Особую роль в его подготовке сыграла Центрально-Азиатская экспедиция 1923–1928 годов. Уникальные коллекции, которые были собраны на маршруте этой экспедиции, дали возможность, не замедляя темпа работ, приступить к исследованиям, внедряя в Институте методы новой науки. Рассматривая знания из разных наук как нечто синтетическое, не разбитое на различные области, Рерихи отразили эту идею в структуре самого Института. Были открыты отделы - археологический, естественных наук, медицины, научная библиотека, музей для хранения экспедиционных находок. Отделы имели подразделения. При археологическом отделе существовали секции общей истории, истории культуры народов Азии, истории древнего искусства, лингвистики и филологии. Отдел естественных наук занимался ботаникой и зоологией, метеорологическими и астрономическими наблюдениями, изучением космических лучей в высокогорных условиях. В медицинском отделе, наряду с изучением древнетибетской медицины и фармакопеи, была организована биохимическая лаборатория, в которой изучали средства борьбы против рака. Вся семья Рерихов участвовала в организации и работе Института. Елена Ивановна, являясь его Президентом-Основателем, была, по сути, ведущей в различных областях его научной деятельности. Николай Константинович, сочетавший в себе синтез искусства, науки и большие организаторские способности, был, также как Елена Ивановна, его основателем и идеологом. Директором Института стал Юрий Николаевич, старший сын Рерихов. К тому времени уже известный ученый, обладавший широким космическим мировоззрением, он вложил немало плодотворных идей в творческую деятельность Института. Младший сын, Святослав Николаевич, художник, знаток древнего искусства и местной флоры, был кроме того прекрасным ботаником и орнитологом. Разносторонность знаний и занятий каждого члена семьи Рерихов при их слаженном сотрудничестве и неутомимой энергии способствовали успеху и широкому признанию Института «Урусвати» как в самой Индии, так и далеко за ее пределами.

Крупнейшие ученые различных стран сотрудничали с Институтом и участвовали в его программах. Наиболее тесное взаимодействие установилось у Рерихов с учёными и деятелями культуры Индии, такими как Чандрасекхар Венката Раман, Джагадиш Чандра Бош, Рабиндранат Тагор, Абаниндранат Тагор, Ашит Кумар Халдар, Сунити Кумар Чаттерджи, Рамананда Чаттерджи, Сарвапалли Радхакришнан, Свами Саданаид Сарасвати, Тейджа Синг, Дас Гупта, К.П.П. Тампи, Р.М. Равал и другие. Среди западных ученых, сотрудников и советников «Урусвати» можно назвать А. Эйнштейна, Р. Милликана, Л. Бройля, президента Американского археологического института Р. Магоффина, известного путешественника и исследователя Свена Гедина, профессора Института Пастера в Париже С.И. Метальникова, востоковеда Чарльза Ланмана, профессора из Парижа К.К. Лозины-Лозинского, французского археолога К. Бюнссона, директора Ботанического сада в Нью-Йорке Э.Д. Меррилла и многих других. Советский академик Н.И. Вавилов вплоть до своего ареста вел переписку со Святославом Николаевичем по проблемам ботаники. Всех их привлекали к Институту «Урусвати» не только уникальный район Гималаев, но и те способы научных исследований, в основе которых лежала методология новой системы познания. Характерной особенностью работы была «постоянная подвижность», регулярные экспедиции, в которых участвовали «сотрудники и корреспонденты» Института. «Нужно то, - писал по этому поводу Н.К. Рерих, - что индусы так сердечно и знаменательно называют «ашрам». Это - средоточие. Но умственное питание «ашрама» добывается в разных местах. Приходят совсем неожиданно путники, каждый со своими накоплениями. Но и сотрудники «ашрама» тоже не сидят на месте. При каждой новой возможности они идут в разные стороны и пополняют свои внутренние запасы... Впрочем, сейчас всякий обмен научными силами, всякие экспедиции и странствия становятся непременным условием каждого преуспеяния. При этом люди научаются и расширять пределы своей специальности. Странник многое видит. Путник, если не слеп, даже невольно усмотрит многое замечательное. Таким образом, узкая профессия, одно время так овладевшая человечеством, опять заменяется познанием широким».

За короткий период существования Института было сделано очень много. Комплексные экспедиции «Урусвати» прошли по древней долине Кулу, Лахулю, Бешару, Кангре, Ладаку, Занскару. На это же время приходится и крупная Маньчжурская экспедиция 1935 года. Музей Института пополнялся богатейшими коллекциями: ботаническими, орнитологическими, геологическими, археологическими. Юрий Николаевич собрал ценнейшие образцы гималайского фольклора. Были изданы три солидных тома трудов Института и отдельные научные работы его сотрудников, построены здания, приобретено и вступило в строй лабораторное оборудование, значительно пополнилась библиотека. Президент-Основатель Елена Ивановна Рерих в связи с трехлетием Института говорила: «Не забудем, что долина Кулу, собравшая в себе все величественные имена человечества начиная от Ману, Будды, Арджуны, всех героев Пандавов, Виасы, Гессэр-Хана, является исключительною местностью, научная ценность которой еще только начинает выявляться, но и в начале своем поражает богатейшим материалом. Как в историческом, археологическом, филологическом, так и в ботаническом, геологическом и физическом отношениях. Институту предстоит, как уже и теперь видно, плодотворнейшая работа». Первые успехи работы Института позволили Рерихам увидеть и разработать перспективу его развития. «Станция (Институт «Урусвати») должна развиться в город Знания, – отмечала Е.И. Рерих. – Мы желаем в этом городе дать синтез научных достижений. Потому все отрасли науки должны быть впоследствии представлены в нем. И так как знание имеет своим источником весь Космос, то участники научной станции должны принадлежать всему миру, то есть всем национальностям; и как Космос неделим в своих функциях, так и ученые всего мира должны быть неделимы в своих достижениях, иначе говоря, объединены в теснейшем сотрудничестве. Место станции избрано совершенно сознательно и обдуманно, ибо Гималаи представляют неисчислимые возможности во всех отношениях. Внимание научного мира сейчас обращено на эти высоты. Изучение новых космических лучей, дающих человечеству новые ценнейшие энергии, возможно только на высотах, ибо все тонкое, самое ценное лежит в более чистых слоях атмосферы». Было задумано грандиозное дело – город Знания, который должен был стать мировым катализатором новой науки космического мышления.

Но задуманному не суждено было сбыться. Исторические события сложились так, что не только не возник столь желанный для науки город Знания, но и его первый плод, Институт Гималайских исследований был лишен возможностей к дальнейшему развитию.

В начале 30-х годов прошлого века начался мировой экономический кризис. Организации, которые финансировали «Урусвати», не смогли этого больше делать. «…Вдруг загрохотали американские финансовые кризисы, – с горечью писал Н.К. Рерих. – Зашумело европейское смущение. Пресеклись средства. Одними картинами не удастся содержать целое научное учреждение. Давали все, что могли, а дальше и взять негде. Между тем общий интерес к Гималаям всё возрастает. Ежегодные экспедиции направляются сюда со всех концов мира. Новые раскопки раскрывают древнейшие культуры Индии. В старых монастырях Тибета обнаруживаются ценнейшие манускрипты и фрески. Аюрведа опять приобретает своё прежнее значение, и самые серьёзные специалисты опять устремляются к этим древним наследиям... Все есть, а денег нет».

Потом началась Вторая мировая война и оборвались те связи, которые интеллектуально питали деятельность Института. «Сперва мы оказались отрезаны от Вены, - отмечал Николай Константинович, - затем от Праги. Отсеклась Варшава … Постепенно стали трудными сношения с Прибалтикой. Швеция, Дания, Норвегия исчезли из переписки. Замолк Брюгге. Замолчали Белград, Загреб, Италия. Прикончился Париж. Америка оказалась за тридевять земель, и письма, если вообще доходили, то плавали через окружные моря и долго гостили в цензуре. Вот и в Португалию уже нельзя писать. На телеграмму нет ответа из Риги. Дальний Восток примолк … Швейцария уже оказалась заколдованной страной. Всюду нельзя. И на Родину невозможно писать, а оттуда запрашивали о травах. Кто знает, какие письма пропали. Кто жив, а кто уже перекочевал в лучший мир?». Это состояние отрезанности от мира он назвал островом. Институт, деятельность которого была рассчитана на мировые связи, естественно, не мог продолжать работать, даже если бы были средства. Его пришлось законсервировать. Коллекции уложили в ящики, лабораторное оборудование размонтировали, жилые помещения, в которых останавливались приезжающие ученые, закрыли. Успешно работавший Институт, казалось, перестал существовать. Через несколько лет кончилась война. Индия после кровавого противостояния индусов и мусульман получила независимость. В 1947 году умер Николай Константинович, в 1955 году ушла Елена Ивановна. В 1957 году уехал в Советский Союз Юрий Николаевич и там же в 1960 году неожиданно скончался. Остался один Святослав Николаевич.  В 1993 году умер Святослав Николаевич Рерих, последний из Великой семьи Рерихов.

На заседании Попечительского Совета Международного Мемориального Треста Рерихов (ММТР) был представлен весной 2005 года проект Протокола о совместных намерениях Международного Центра Рерихов и ММТР. Вопрос о возрождении Института «Урусвати» занял в нем важное место. Проект был обсужден и принципиально одобрен.

Возрождение Института Гималайских исследований «Урусвати» решено проводить по двум направлениям: мемориально-музейное и научно-исследовательское, которое должно реализоваться совместными усилиями индийских и российских учёных. Было предложено разработать конкретные программы в развитие Протокола о совместных намерениях МЦР и ММТР.

В целом следует отметить, что принятие важных положительных решений по развитию Музея-имения Рерихов в Наггаре достигнуто благодаря вниманию со стороны правительства штата Химачал Прадеш и лично его главного министра, а также поддержке Посольства Российской Федерации в Индии и лично посла В.И. Трубникова.  

                                               По материалам Интернета.

21 июня – летнее солнцестояние, середина природного лета и самый длинный день в году, когда солнце достигает максимально высокой позиции. На протяжении тысячелетий этот день имел огромное значение для наших древних предков, живших в гармонии с Матерью-землей и подчиненных природным циклам.

Для язычников солнце обладало божественной властью над всем живым, а летнее солнцестояние означало наивысший расцвет всех сил природы, который воплощается в изобилие с созреванием урожая. Однако середина лета напоминала также о предстоящем сокращении светового дня и неминуемом приближении зимы.

Кельты праздновали Литу (Litha)  - солнцестояние или Середину лета (лето  для них  начиналось Бельтайном 1 мая и завершалось Лугнасадом 1 августа). На фестивалях Литы органичным образом сочетались труд и досуг, обряды и развлечения, свадьбы и общение с духами, гадание и ворожба.

Празднующие Литу украшали себя и жилища ветками, гирляндами и венками из цветов. Обязательными растениями на Солнцестояние были: зверобой, береза, фенхель, заячья капуста и белые лилии. Люди выходили петь, танцевать и водить хороводы, а также участвовали в ритуальных церемониях. К вечеру шли в ближайшую рощу, чтобы оставить для фей и эльфов приношения из еды и душистых трав (последние, по поверьям, были особенно магически сильны, если собраны на Литу). С наступлением темноты устраивались факельные шествия и костры, которым также приписывалась магическая сила. Прыжки через костер, по верованиям древних, могли обеспечить процветание и защиту всей семьи. Влюбленные, взявшись за руки, прыгали через огонь трижды, чтобы их брак был счастливым, богатым и многодетным. Даже угольки из костра на Литу сохраняли и использовали позже, чтобы исцелять раны и отводить непогоду в период сбора урожая.

Германские, скандинавские и прибалтийские народности пышно справляли день и ночь летнего солнцестояния. Впоследствии эти праздники в разных странах получили название Иванов день или Иванова ночь (от национальной версии имени Иван). Смысл ритуалов на Иванов день совпадает со смыслом Литы: это приветствие союза Солнца и Земли, призывы будущего урожая и благополучия, отпугивание злых духов. Для празднований Иванова дня в разных странах Европы характерно разжигание огромных костров (чем выше костер, тем страшнее он для нечистой силы), а также прыганье через огонь и ритуалы поклонения воде (опускание цветов на воду, сжигание старых лодок в Скандинавии), которые сейчас уже фактически ушли в прошлое. На Иванову ночь никто не ложился спать, люди гуляли и развлекались, веселились и праздновали до рассвета. Некоторые ритуалы Иванова дня живы и поныне, в Скандинавии, Прибалтике и других европейских странах проходят народные гулянья в период между 19 и 25 июня.

На Руси перед солнцестоянием отмечали Русальную седьмицу, чествуя русалок - духов рек и озер. Эта неделя была тесно связана с поминанием предков, из-за существовавшего с древности европейского обычая справлять по рекам сожженный прах воинов на ладьях. Непосредственно в день солнцестояния на Руси отмечали Купалу - окончание весны и начало лета с его первым месяцем Кресенем. Ритуалы Купалы очень похожи на ритуалы Иванова дня и Литы, что еще раз подтверждает общие корни европейской культуры. Древние русы плели венки, пили сурью (медовый напиток), прыгали через костры, приносили жертвы воде и огню, собирали целебные травы, совершали ритуалы полевых работ и сбора урожая, а также очищающие душу и тело омовения в реках, озерах и ручьях.

Сразу же после дня солнцестояния наступал солнцеворот, который длился 3 дня и во время которого праздновался целый цикл жизненных перипетий бога Перуна: от рождения до смерти, затем магического воскресенья и предстоящей победы над Скипером-зверем. Перун - один из самых важных богов у древних славян, ведавший силами природы и небесным огнем, а также покровитель воинов.

 Иванов день, Лита и Купала - европейские фестивали, приуроченные ко дню летнего солнцестояния, были самыми радостными и пышно отмечаемыми языческими праздниками в течение столетий. Христианская церковь, стремясь заменить языческие мотивы этих праздников, в этот же период, 24 июня, ввела празднование рождества Иоанна Крестителя (в России отмечается по Юлианскому календарю 7 июля), установившего на основе более древних ритуалов посвящения, торжественный ритуал духовного очищения – крещение водой.                                По материалам Интернета.